23RS0015-01-2020-002135-51 К делу №2-52/2021

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Ейск «04» марта 2021 года

Ейский городской суд Краснодарского края в составе:

председательствующего судьи Тунгел А.Ю.,

при секретаре Попко Ю.А.,

с участием адвоката Гончар А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к «Краснодарскому» филиалу Федерального государственному унитарному предприятию «Московское протезно-ортопедическое предприятие» («Краснодарский» филиал ФГУП «Московское ПРОП» Минтруда России»), з/лицо: Государственное учреждение Краснодарское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации филиал №8 о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением, в котором просит взыскать с ответчика в его пользу компенсацию причиненного морального вреда в размере 1000000 рублей. 

В обоснование требований истец указал, что в связи с врожденным недоразвитием левой нижней конечности, он является инвалидом 

<

адрес> с детства, бессрочно. В соответствии с действующим законодательством РФ и индивидуальной программой реабилитации инвалидов он имеет право на бесплатное обеспечение техническими средствами реабилитации - 

<

данные изъяты>. В 2018 году Фонд социального страхования выдал истцу направление на изготовление ответчиком 

<

данные изъяты>. В связи с маломобильностью истца, для производства необходимых замеров специалисты ответчика приезжали по месту жительства ФИО1 В декабре 2018 года 

<

данные изъяты> был изготовлен и передан истцу по месту его жительства. В момент передачи изделия истцом была произведена его примерка, протез был передан в носку. В ходе примерки нареканий к качеству и удобству изделия у истца не возникло, так как крепежи и узлы протеза были скрыты под кожаными чехлами, которые истец не снимал. Он ходил на протезе с помощью трости, которую брал в правую руку и на эту же руку делал упор. 

19 июня 2019 года у ФИО1 возникла необходимость выйти из дома, поэтому им был закреплен на недоразвитую часть левой ноги изготовленный ответчиком в декабре 2018 года протез. При переходе проезжей части дороги произошло самопроизвольное раскрытие замка наружной шины, повлекшее внезапное подгибание протеза и падение истца на правую руку. В результате падения у истца была сломана лучезапястная кость правой руки. В этот же день истец был доставлен в травмпункт ЕЦРБ, где ему был поставлен диагноз - перелом лучезапястной кости правой руки, и наложен гипс на 4 недели. 

31 августа 2019 года истец обратился к ответчику с претензией о компенсации морального вреда за причиненные физические и нравственные страдания, в связи с оказанием услуг ненадлежащего качества, не соответствующим требованиям безопасности, так как в результате полученного перелома руки и некачественно изготовленного протеза истец утратил возможность самостоятельно передвигаться, выходить на улицу и вести привычный образ жизни. Претензия истца в части выплаты ему компенсации морального вреда осталась без удовлетворения. Однако, 12 сентября 2019 года по месту жительства истца выехала комиссия специалистов филиала «Краснодарский» ФГУП «Московское ПрОП» Минтруда России в составе начальника производственного отдела ФИО2, инженера-протезиста высшей категории ФИО3 и слесаря ФИО4, которыми на месте был составлен акт приемки изделия в ремонт, открыт заказ на ремонт протеза бедра немодульного типа и на месте инженером-протезистом были выполнены работы по установке фиксатора замка коленного сустава. После осмотра изделия и его ремонта стала понятна причина падения истца - в протезе отсутствовал фиксатор замка, который не был установлен ответчиком при изготовлении протеза. 

В связи с некачественным изготовлением протеза истец испытал и испытывает физические и нравственные страдания, поскольку, после перелома, рука до сих пор у истца не функционирует, из-за отека и испытываемых болевых ощущениях при упоре на нее, данное обстоятельство отрицательно сказалось на качестве жизни истца. На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика компенсацию причиненного морального вреда в сумме 1000000 рублей. 

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, уведомлен о дате и времени рассмотрения дела надлежащим образом. 

Представители истца, действующие на основании доверенности ФИО5 и на основании ордера адвокат Гончар А.С. в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, указав, что ответчиком для истца был изготовлен протез бедра не соответствующий качеству, с нарушением технологий сборки, что подтверждается заключением экспертизы ФГБУ «Федеральный научный центр реабилитации инвалидов им. Г.А. Альбрехта» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации. Просили заявленные требования удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчика - «Краснодарский» филиал Федерального государственного унитарного предприятия «Московское протезно-ортопедическое предприятие» («Краснодарский» филиал ФГУП «Московское ПРОП» Минтруда России»), действующая на основании доверенности ФИО6 в судебном заседании иск не признала, полагала требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению, ссылаясь на то, что протез был изготовлен качественно, истцом не представлено доказательств того, что в момент падения он использовал протез изготовленный ответчиком в декабре 2018 года и что истец самостоятельно не вносил изменения в схему построения протеза. В связи с обращением истца в сентябре 2019 года специалистами ответчика был выполнен ремонт протеза, в ходе которого никаких нарушений в схеме построения протеза выявлено не было, выводы экспертного учреждения, изложенные в заключении носят вероятностный характер, ввиду чего просила при вынесении решения не учитывать заключение экспертизы, составленное ФГБУ «Федеральный научный центр реабилитации инвалидов им. Г.А. Альбрехта» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, и в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме. 

Представитель третьего лица - Государственного учреждения Краснодарского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации филиал № 8 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения извещен надлежащим образом, просил дело рассмотреть в его отсутствие, решение по делу оставил на усмотрение суда. 

Выслушав пояснения представителей истца, доводы представителя ответчика, исследовав все доказательства по делу и дав им оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд считает требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела, ФИО1 является инвалидом 

<

адрес> детства, бессрочно (л.д.8). 

В соответствии с Индивидуальной программой реабилитации инвалида № 1737 от 29 августа 2014 года, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Краснодарскому краю» Минтруда России Бюро № 27-филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Краснодарскому краю», ФИО1 нуждается в протезировании - в протезе левого бедра, который подлежит замене один раз в два года, срок – бессрочно (л.д.9-11). 

14 февраля 2018 года ФИО1 Фондом социального страхования выдано направление № 1239 на изготовление «Краснодарский» филиал ФГУП «Московское ПРОП» Минтруда России» протезно-ортопедического изделия - протеза левого бедра немодульного с производством замеров, необходимых для его изготовления (л.д.12-14). 

Изготовление протеза производилось ответчиком на основании Государственного контракта № 019 от 05 февраля 2018 года, заключенного с Государственным учреждением Краснодарским региональным отделением Фонда социального страхования РФ. 

Согласно акту сдачи-приемки работ № 00000000160 от 05 декабря 2018 года «Краснодарский» филиал Федерального государственного унитарного предприятия «Московское протезно-ортопедическое предприятие» («Краснодарский» филиал ФГУП «Московское ПРОП» Минтруда России») изготовил и передал ФИО1 протез бедра немодульный ПН6-М-Н. Передача протеза производилась по месту жительства истца, то есть в 

<

адрес> (л.д.14). 

Как следует из пояснений представителей истца, 05 декабря 2018 года протез истцу был передан в носку с целью выявления недостатков и неудобств при ходьбе. Истец прошелся на протезе по комнате, не выявив недостатков и неудобств при ходьбе. 19 июня 2019 года при переходе проезжей части дороги произошло самопроизвольное раскрытие замка наружной шины, повлекшее внезапное подгибание протеза, падение истца и перелом лучезапястной кости правой руки, что подтверждается справкой травмпункта ЕЦРБ. Истцу был наложен гипс на 4 недели (л.д.15-18). 

31 августа 2019 года ФИО1 направил в адрес ответчика претензию с требованием о компенсации морального вреда за причиненные физические и нравственные страдания, в связи с оказанием услуг ненадлежащего качества, не соответствующим требованиям безопасности (л.д.20).

Претензия истца в части компенсации морального вреда была оставлена ответчиком без удовлетворения. 

Согласно акту от 12 сентября 2019 года медико-технической комиссии специалистов филиала «Краснодарский» ФГУП «Московское ПрОП» Минтруда России в составе начальника производственного отдела ФИО2, инженера-протезиста высшей категории ФИО3 и слесаря ФИО4, был произведен осмотр протеза бедра немодульного ПН6-М-Н, принадлежащего ФИО1, и открыт заказ на его ремонт (л.д.21). 

В этот же день, 12 сентября 2019 года по месту жительства истца специалистами ответчика были выполнены работы по установке фиксатора замка. 

В силу п. 1 ст. 469 ГК РФ, п. 1 ст. 4 Закона РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. 

Согласно п. 2 ст. 4 названного Закона при отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель), обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется. 

В преамбуле Закона РФ от 07.02.1992 г. № 2300-1 указано, что недостатком товара (работы, услуги) является несоответствие товара (работы, услуги) или обязательным требованиям, предъявляемым, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию. 

Вышеприведенные правовые нормы, а также положения ст. 18 Закона № 2300-1, позволяют потребителю отказаться от исполнения договора купли-продажи, потребовать возврата уплаченной за некачественный товар суммы, а также возмещения убытков, если обнаруженные в товаре недостатки возникли по вине изготовителя (продавца) товара. 

Настаивая на удовлетворении заявленных требований, истец ссылается на то, что только после осмотра изделия, вскрытия комиссией ответчика кожаного наружного клапана была установлена причина его падения 19 июня 2019 года, а именно, отсутствие в изготовленном для истца протезе фиксатора замка, изделие изначально ответчиком было изготовлено некачественное. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Для определения наличия в протезе дефектов, а также для определения их природы и характера, соответствия протеза техническим условиям и требованиям, судом по ходатайству истца была назначена судебная медико-социальная экспертиза, которая проводилась ФГБУ «Федеральный научный центр реабилитации инвалидов им. Г.А. Альбрехта» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации в период с 14 декабря 2020 года по 15 декабря 2020 года. 

Согласно заключению экспертов, на момент осмотра протез бедра немодульный ПН6-М-Н соответствует требованиям ТУ 9396-031-03151308-2016 «Протезы нижних конечностей немодульные», ГОСТ Р 51632 «Технические средства реабилитации людей с ограничениями жизнедеятельности. Общие технические требования и методы испытаний», ГОСТ Р 53869 «Протезы нижних конечностей. Технические требования». Отклонений от нормативных требований нет. Подкосоустойчивость, то есть свойство протеза нижней конечности не допускать его непроизвольного сгибания в коленном узле при опоре пациента на протез, обеспечивается наличием замкового устройства наружной шины. При визуальном осмотре выявлено, что на момент выдачи протеза на замковой шине вероятно отсутствовал фиксатор замка, так как установить кожаный клапан на место прежнего положения после выполненного ремонта невозможно - препятствует фиксатор замка (рисунок 3в). Это косвенно свидетельствует о том, что на момент выдачи протеза фиксатор замка отсутствовал и был установлен во время ремонта, о чем соответствует также запись в акте МТК изготовителя от 12 сентября 2019 года, ФИО1 не была выдана инструкция по эксплуатации (памятка по обращению с изделием), содержащая необходимую и достоверную информацию для пользователя о конструкции протеза, правилах безопасной эксплуатации, гарантийных обязательствах изготовителя. В протезе присутствуют следы ремонта в наружной шине, выполненного в соответствии с заказом изготовителя от 12 сентября 2019 года и актом МТК изготовителя от 12 сентября 2019 года. Установлено, что размеры кожаного клапана, закрывающего замковое устройство, меньше необходимого, что может свидетельствовать о том, что фиксирующее устройство замка было установлено после выдачи изделия пользователю в носу (рисунок 3в), что является нарушением технологии сборки протеза. Данное нарушение сборки протеза могло стать причиной самопроизвольного раскрытия замка наружной шины и изменения подкосоустойчивости протеза (внезапное подгибание протеза), повлекшее за собой падение пользователя. Кроме того, использование «самодельного» крепления протеза ухудшает статодинамическую функцию, что подтверждено объективными данными биомеханического исследования (протокол биомеханических исследований ФГБУ ФНЦРИ им. Г.А. Альбрехта Минтруда России от 14 декабря 2020 года). Однако, для утверждения, что есть причинно-следственная связь между падением ФИО1, произошедшим 19 июня 2019 года и работами по ремонту протеза, проводимыми 12 сентября 2019 года у экспертов недостаточно объективных данных. При активном пользовании протезом технологический дефект - отсутствие фиксатора замка, должен был проявиться. Однако, в случае неактивного пользования данный дефект сразу мог быть не выявлен, не проявиться за счет тугоподвижности нового замкового устройства. 

Выводы экспертов подтверждаются программой и протоколом испытаний немодульного протеза ПН6-М-Н, предоставленными в приложении к заключению (л.д. 147-165). 

Согласно протоколу биомеханического исследования статико-динамической функции протезированного пациента ФИО1 от 14 декабря 2020 года, выполненного ФГБУ ФНЦРИ им. Г.А. Альбрехта Минтруда России, при пользовании протезом наблюдаются выраженные отклонения показателей статико-динамической функции от нормы в стадии субкомпенсации, соответствующие 3-й степени стойких нарушений функции опорно-двигательной системы (от 70 до 80% потери функции). По данным ихнографии было установлено, что дистанция 100 м. для ФИО1 недоступна в силу утомления (теоретически рассчитанное значение составляет 340 шагов на 100 метров). При ходьбе выявлено выраженное нарушение структуры переката через стопы в виде трехкратного снижения продолжительности опоры и полуторократного снижения нагрузки на протезированную конечность по сравнению с конралатеральной. Практически полный дефицит опоры на пятку искусственной стопы. 

Заключение судебной экспертизы подготовлено в рамках исполнения определения суда, экспертиза проведена лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, с соблюдением требований ст. 84-86 ГПК РФ, эксперты предупреждены об уголовной ответственности на дачу заведомо ложного заключения. В обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в их распоряжение материалов, основываются на исходных объективных данных, а также на технических, медицинских, биомеханических испытаниях, проведенных с участием ФИО1, с целью оценки статико-динамической функции пациента. Не доверять указанному экспертному заключению, суд оснований не находит, признавая его полным и объективным. 

Таким образом, экспертизой ФГБУ ФНЦРИ им. Г.А. Альбрехта Минтруда России установлено, что представленный на исследование протез бедра изготовлен с нарушением технологии сборки протеза, в момент передачи протеза пациенту фиксатор замка отсутствовал и был установлен только в ходе ремонта изделия, случившегося после падения истца и получении им травмы. Выявленный дефект не является следствием несоблюдения истцом правил эксплуатации протеза. 

С учетом физиологических особенностей истца, состояния его здоровья, маломобильности, подтвержденных проведенным в отношении него исследованием, суд согласен с доводами истца о том, что в момент передачи протеза выявить дефект в части отсутствия фиксатора замка не представлялось возможным, в том числе в силу тугоподвижности нового замкового устройства и наличием кожаного клапана. 

В нарушение абз. 2 п. 6 ст. 18 ФЗ «О защите прав потребителей» ответчиком не было представлено суду безусловных доказательств, указывающих на то, что недостатки протеза немодульного ПН6-М-Н возникли не по вине изготовителя, что истцом самовольно вносились какие-либо изменения в схему сборки протеза. 

По изложенным основаниям, суд признает факт изготовления и передачи истцу протезно-ортопедического изделия ненадлежащего качества, явившегося причиной падения истца и получения им травмы, в виде перелома лучезапястной кости правой руки. 

В соответствии со ст. 15 Закона «О защите прав потребителей» истец имеет право на возмещение морального вреда, причиненного ему вследствие нарушения ответчиком его прав потребителя и причинения ему вреда. 

Согласно п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушений прав потребителей. 

Компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав, предусмотренных ст. 12 ГК РФ. 

Пунктом 2 Постановления Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» предусмотрено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. 

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание установленный факт нарушения прав потребителя, положения ст. 151, ч. 2 ст. 1101 ГК РФ, учитывает конкретные обстоятельства дела, длительность нарушения прав истца, характера причиненных ему физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости и полагает подлежащей взысканию с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, в остальной части исковых требований о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации причиненного морального вреда следует отказать. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд –

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к «Краснодарскому» филиалу Федерального государственному унитарному предприятию «Московское протезно-ортопедическое предприятие» («Краснодарский» филиал ФГУП «Московское ПРОП» Минтруда России») о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с «Краснодарскому» филиалу Федерального государственному унитарному предприятию «Московское протезно-ортопедическое предприятие» («Краснодарский» филиал ФГУП «Московское ПРОП» Минтруда России») в пользу ФИО1 компенсацию причиненного морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда – отказать. 

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд путем подачи жалобы через Ейский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в полном объеме, то есть с 09 марта 2021 года.

Председательствующий: