№ 12 - 743/2025

№ 5 - 677/2025 

Судья Говорова А.Г.

Р Е Ш Е Н И Е

Судья Санкт-Петербургского городского суда Русанова Ю.Н., при секретаре Межакове И.С., рассмотрев 18 сентября 2025 года, в открытом судебном заседании в помещении суда, дело об административном правонарушении по жалобе на постановление судьи Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 15 сентября 2025 года в отношении 

ФИО1, родившегося 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>А, 

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением судьи Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 15 сентября 2025 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.3 КоАП РФ, назначено административное наказание в виде административного ареста сроком на 15 (пятнадцать) суток. Срок отбывания наказания исчислять с 12 часов 44 минут 15 сентября 2025 года с момента оглашения постановления. 

Адвокат Калугин А.С. в защиту ФИО1 подал в Санкт-Петербургский городской суд и в Кировский районный суд Санкт-Петербурга жалобы аналогичного содержания об отмене вышеуказанного постановления. 

В обоснование жалоб указал, что демонстрация изображения в сети Интернет не образует состав, предусмотренный частью 1 статьи 20.3 КоАП РФ, при этом ФИО1 никогда не разделял взгляды ФИО2 и его экстремистских организацией, изображение было сделано в 2012 года за долго до признания организаций экстремистскими. Назначенное административное наказание является чрезмерно строгим и суровым, не отвечает критериям разумности и справедливости. 

В Санкт-Петербургском городском суде защитник Калугин А.С. доводы жалобы поддержал. Представил дополнение к жалобе, в котором указал, что должностным лицом не доказан умысел ФИО1 на пропаганду экстремистских организаций (а также их символики и атрибутики). Светокопии процессуальных документов, составленных должностными лицами Центра по противодействию экстремизму ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, не заверены надлежащим образом, однако указанные обстоятельства судом первой инстанции оставлены без достаточного внимания. Изображение ФИО2 не может быть признано атрибутикой экстремистской организации, при буквальном значении понятие атрибутики определяет необходимые, существенные отличительные признаки общие для какого-либо ряда предметов, явлений, однако само по себе цифровое изображение ФИО2 не являются предметами и явлениями.

ФИО1 доставлен в Санкт-Петербургский городской суд из места отбывания административного ареста, доводы жалоб поддержал, пояснил, что не имел умысла на совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.3 КоАП РФ. Никогда не поддерживал ФИО2 и не разделял его взгляды, с момента начала специальной военной операции оказал значительную материальную и гуманитарную помощь для фронта и Вооруженных Сил Российской Федерации.

По обстоятельствам произошедшего пояснил, что телеграмм канал в сети Интернет принадлежит ему, факт публикации изображения не отрицал, однако указать, в связи с чем и когда именно была совершена публикация ФИО1 не смог ввиду прошедшего длительного периода времени. 

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы и поступившие дополнения, выслушав участников процесса, прихожу к следующим выводам.

Административная ответственность по части 1 статьи 20.3 КоАП РФ наступает за пропаганду либо публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, либо атрибутики или символики экстремистских организаций, либо иных атрибутики или символики, пропаганда либо публичное демонстрирование которых запрещены федеральными законами, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния.

В силу пункта 1 статьи 1 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности" (далее – Федеральный закон № 114-ФЗ) к экстремистской деятельности (экстремизму) отнесено использование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, либо атрибутики или символики экстремистских организаций, за исключением случаев использования нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, либо атрибутики или символики экстремистских организаций, при которых формируется негативное отношение к идеологии нацизма и экстремизма и отсутствуют признаки пропаганды или оправдания нацистской и экстремистской идеологии.

Как следует из постановления и установлено судьей районного суда, 17 июня 2025 года в 10 часов 30 минут по адресу регистрации: 

<

адрес>, ФИО1 совершил действия, направленные на публичное демонстрирование и пропаганду атрибутики или символики экстремистских организаций, которые запрещены на территории Российской Федерации, то есть признаны экстремистскими, а именно, ФИО1 16 февраля 2024 года в 19 часов 00 минут в нарушение статьи 1 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», по ссылке: https://t.me/russia_andanvil/7173, в чате пользователя «Савва Федосеев» 

<

...>) в свободном доступе для ознакомления неограниченному кругу лиц опубликовал информационный материал под названием: «Старого мира последний вздох. «С каждым днем все сильнее убеждаюсь, что жизнь в Российской Федерации похожа на литературный сюжет русской книги 18+. Вроде как наконец взяли город-крепость Авдеевку, а в тоже самое время в Белгороде снова трупы русских. И на этом новостном фоне погибает ФИО2. Я всегда называл его Леха-такой дерзкий русский пацан. Об этом молодом человеке я впервые узнал в конце 2013 года. Я тогда бродил по пабликам в ВК и увидел красочные плакаты «Спутника и Погрома», где шла лечь о «первом нормальном правителе с 1917». Но меня больше интересовали истории про февральский и октябрьский перевороты.- В 2018 году мы тусили около Михайловского замка: делали бутерброды с колбасой и пили дешевый алкоголь. И, конечно же, громко спорили о политике и истории. Что еще могли делать молодые правые активисты? В какой-то момент мимо нас прошли другие подростки, без камуфляжа и рун. Они тоже громко спорили о политике, но при этом раздавали газеты с агитацией Лехи. Мы забрали агитацию, посмеялись и разложив газеты, положили на них наши свежие бутерброды. Сентябрь 2019 года, поздний вечер выборов. Жду результаты в родном Всеволожске около УИКа, а в телефоне обновляю результаты Романа Юнемана. Оба моих кандидата тогда проиграли. «Умное голосование» тогда не поддержало Юнемана и косвенно украла у него победу. Зато в 2021УГ поддержало моего друга Махницкого. А еще я помню ежегодные митинги Лехи, куда я принципиально не ходил. Но Леха был тем постоянным фоном жизни, и на этом фоне я тоже рос, влюблялся, учился и занимался политикой. Он умер в заточении, как и положено идейному человеку. Он стал слушать ФИО3, а не ФИО4, и его роковая ошибка произошла, когда он покинул Русское Движение. Он стал лидером тысяч, но оказался не на той стороне. Егор Погром про него все сказала еще в 2014. Он был смелый, веселый и храбрый. И сегодня он окончательно забрал с собой «старую» РФ». 

Данный информационный материал содержит фотоизображение Алексея Навального, имеет 2500 просмотров, 182 реакции пользователей, что подтверждает его публичность, доступность для просмотров и пропаганду.

ФИО2 является основателем и лидером некоммерческих организаций «Фонд борьбы с коррупцией», «Фонд защиты прав граждан», которые, вступившим в законную силу, решением Московского городского суда от 9 июня 2021 года признаны экстремистскими организациями и ликвидированы. Движение «Штабы Навального», вступившим в законную силу, решением Московского городского суда от 9 июня 2021 года признано экстремистским и его деятельность запрещена. Сведения в отношении организаций «Фонд борьбы с коррупцией», движения «Штабы Навального» размещены 6 августа 2021 года в Перечне общественных объединений и религиозных организаций, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», в соответствии со статьей 9 указанного федерального закона в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на сайте федерального органа государственной регистрации - Министерства юстиции Российской Федерации, под номерами 86, 88.

Тем самым, ФИО1 публично, в присутствие неопределенного круга лиц, совершил действие, направленное на пропаганду организаций, которые признаны экстремистскими и запрещены на территории Российской Федерации, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 20.3 КоАП РФ.

Факт совершения административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.3 КоАП РФ и виновность ФИО1 в его совершении, подтверждены совокупностью доказательств, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывают, а именно: протоколом АП №... от 15 сентября 2025 года об административном правонарушении; объяснениями ФИО1 от 15 сентября 2025 года; справкой отождествлением от 17 июня 2025 года; актом о проведении осмотра страниц сетевых ресурсов, расположенных в сети Интернет от 17 июня 2025 года; рапортом старшего УУП 31 отдела полиции УМВД России по Кировскому району Санкт-Петербурга; материалами Центра «Э» ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области; иными материалами дела. 

В ходе рассмотрения настоящего дела судьей Кировского районного суда Санкт-Петербурга все имеющиеся в деле доказательства исследованы в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ, исследованные доказательства получили надлежащую правовую оценку суда. 

К выводу о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.3 КоАП РФ, судья районного суда пришёл на основании всесторонне, полно и объективно исследованных доказательств по делу, которые приведены судьей в обжалуемом постановлении, с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для его правильного разрешения. Достоверность и допустимость исследованных доказательств, судьей проверены, им дана надлежащая и мотивированная оценка, которую подвергать сомнению оснований не имеется. 

Доводы жалобы о ненадлежащем оформлении справки отождествления и акта о проведении осмотра страниц сетевых ресурсов, расположенных в сети Интернет, не нашли своего объективного подтверждения. 

Согласно представленным материалам дела, начальником Центра по противодействию экстремизму ГУ МВД России по Санкт-Петербургу в УМВД России по Кировскому району Санкт-Петербурга направлены материалы, составленные по итогу мониторинга мессенджера Телеграм, в том числе подлинная справка отождествления и акт о проведении осмотра страниц сетевых ресурсов, расположенных в сети Интернет, которые составлены и подписаны оперуполномоченным 4 отдела Центра «Э» ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. В последующем данные материалы вместе с иными составленными процессуальными документами внесены в опись должностным лицом, составившим протокол об административном правонарушении - старшим УУП 31 отдела полиции УМВД России по Кировскому району Санкт-Петербурга. 

Протокол об административном правонарушении составлен в отношении ФИО1 уполномоченным должностным лицом, в соответствии с требованиями статьи 28.2 КоАП РФ. 

Вопреки утверждению стороны защиты событие административного правонарушения в протоколе описано надлежащим образом, в том числе протокол содержит указание, какая именно атрибутика была продемонстрирована ФИО1, каким способом, и к каким экстремистским организациям такая атрибутика относится. Обвинение, сформулированное должностным лицом органа внутренних дел, является понятным и последовательным, все элементы состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.3 КоАП РФ, протокол содержит. 

Вывод судьи районного суда о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.3 КоАП РФ, является правильным, основан на материалах дела и положениях Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи районного суда о доказанности вины ФИО1 в совершении описанного выше административного правонарушения, материалы дела не содержат.

Доводы жалобы фактически сводятся к несогласию с фактом административного преследования ФИО1 и направлены на переоценку квалификации его действий, в том числе сторона защиты настаивает на том, что размещение фотоматериала само по себе не может свидетельствовать о пропаганде либо публичном демонстрировании символики или атрибутики экстремистских организаций. 

Вместе с тем с изложенной в жалобе стороной защиты позицией нельзя согласиться по следующим причинам. 

В целях защиты прав и свобод человека и гражданина, основ конституционного строя, обеспечения целостности и безопасности Российской Федерации федеральный законодатель признает, среди прочего, использование символики экстремистских организаций в качестве экстремистской деятельности, определяет понятие "символика экстремистской организации" (преамбула, абзац десятый пункта 1 и пункт 4 статьи 1 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности") и устанавливает административную ответственность за публичное демонстрирование такой символики (часть 1 статьи 20.3 КоАП Российской Федерации), что является мерой, направленной на противодействие экстремизму (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2024 года № 504-О). 

Как указано в пункте 4 статьи 1 Федерального закона № 114-ФЗ символика экстремистской организации - символика, описание которой содержится в учредительных документах организации, в отношении которой по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности.

В свою очередь диспозиция части 1 статьи 20.3 КоАП РФ устанавливает административную ответственность не только за демонстрирование символики экстремистских организаций, но и атрибутики таких организаций. Однако положения Федерального закона № 114-ФЗ, равно как и иных нормативных актов не содержат официального толкования термина атрибутики. При буквальном значении понятие атрибутики воспринимается как совокупность существенных отличительных признаков, внешне подтверждающих принадлежность к чему-либо. 

При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, само по себе использование в норме оценочных понятий не свидетельствует о неопределенности их содержания (определения от 21 февраля 2008 года № 120-О-О, от 19 октября 2010 года № 1401-О-О, от 22 ноября 2012 года № 2057-О, от 28 сентября 2017 года № 1858-О и др.). 

Всякое оценочное понятие наполняется содержанием в зависимости от фактических обстоятельств конкретного дела и с учетом толкования этого законодательного термина в правоприменительной практике, однако оно не является настолько неопределенным, чтобы препятствовать единообразному пониманию и применению соответствующих законоположений (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2018 года № 570-О). 

Безусловно, публичная демонстрация фотоматериалов с изображением и именем руководителя, лидера экстремистского сообщества является использованием атрибутики такого сообщества, и должно быть пресечено с последующем привлечением виновного лица к установленном законом ответственности, в рассматриваемом деле такой установленной законом мерой являются положения части 1 статьи 20.3 КоАП РФ.

Несогласие стороны защиты с фактом административного преследования и толкованием должностным лицом, судом норм права, основанием для отмены состоявшегося постановления не является. 

Необходимо отметить, что в компетенцию суда при рассмотрении настоящего дела не входит оценка иных обстоятельств, не относящихся к данному делу, в том числе суд не входит в обсуждение о причинах отсутствия мер реагирования со стороны органов административного преследования в случаях, имеющих аналогичное содержание, а именно когда имеет место демонстрация экстремистских символики и атрибутики иными лицами, в том числе организациями. В случае, если сторона защиты полагает, что иными лицами совершены аналогичные с ФИО1 действия, однако такие лица не были привлечены к административной ответственности, сторона защиты не лишена возможности обратиться с соответствующим заявлением в уполномоченные государственные органы и сообщить о наличии повода для возбуждения дела об административном правонарушении (пункт 3 части 1 статьи 28.1 КоАП РФ). 

Также суд второй инстанции считает необходимым отметить, что заявленные при направлении жалобы в Санкт-Петербургский городской суд ходатайства, в том числе о вызове и допросе в качестве свидетелей должностных лиц, составивших процессуальные документы, о вызове прокурора, о назначении экспертизы в порядке статьи 26.4 КоАП РФ, не подлежат удовлетворению по следующим причинам. 

Вопреки доводам стороны защиты, определение необходимости вызова и допроса в качестве свидетелей должностных лиц, составивших процессуальные документы - относится к компетенции судьи, в производстве которого находится дело об административном правонарушении. Суд второй инстанции не усматривает достаточных оснований для вызова и допроса сотрудников полиции, поскольку представленных материалов дела достаточно для рассмотрения жалобы. Более того, в качестве основного довода стороной защиты указывается о неправильной квалификации действий ФИО1, однако разрешение данного вопроса в полной мере отнесено к компетенции судьи, в производстве которого находится дело. 

Оснований для привлечения к участию по делу прокурора не имеется, поскольку участие прокурора в данной категории дел нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрено. Вопреки доводам стороны защиты пункт 2 части 1 статьи 25.11 КоАП РФ не предусматривает обязанность прокурора дать заключение по наличию или отсутствию пропаганды экстремизма. Разрешение означенного вопроса также относится к квалификации виновного лица, и как отмечалось ранее, отнесено к компетенции судьи, в производстве которого находится дело, а не прокурора, как одного из участников процесса. Оснований для проведения экспертизы в соответствии со статьей 26.4 КоАП РФ не имеется, поскольку установление юридического факта совершения административного правонарушения, квалификация действий виновного лица к компетенции эксперта не отнесены. 

При рассмотрении настоящего дела судьей районного суда не нарушены требования статьи 1.5 КоАП РФ, каких-либо данных, которые могли бы свидетельствовать о предвзятости судьи, в материалах дела не имеется, принцип презумпции невиновности судьей не нарушен, неустранимых сомнений по делу не усматривается. Ходатайств, заявленных в соответствии со статьи 24.4 КоАП РФ, и не разрешенных судьей, в материалах дела не имеется.

Таким образом, оснований для отмены постановления по делу об административном правонарушении не имеется. Вместе с тем, суд второй инстанции считает необходимым изменить постановление в части срока назначенного административного ареста. 

В соответствии с частью 1 статьи 3.1 КоАП РФ административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Суд первой инстанции, решая вопрос о назначении административного наказания, учел юридически значимые обстоятельства, конкретные обстоятельства дела, данные о личности ФИО1, в том числе наличие в материалах дела благодарственных писем, положительным образом характеризующих ФИО1, отсутствие смягчающих и отягчающих вину обстоятельств, и пришел к выводу о необходимости назначения административного ареста на максимально возможный срок.

Не оспаривая обоснованность и соразмерность назначенного вида административного наказания в виде административного ареста, с учетом характера совершенного правонарушения, суд второй инстанции считает необходимым снизить срок назначенного постановлением административного ареста.

При этом суд учитывает, что назначении более мягкого вида наказания не будет способствовать достижению целей административного законодательства. К такому выводу суд второй инстанции приходит исходя из характера совершенного административного правонарушения, принимает во внимание то, что с публикацией в сети Интернет, где размещена экстремистская атрибутика, ознакомилось несколько тысяч пользователей, то есть такая информация распространена среди значительного круга лиц. Одновременно с этим, в действиях ФИО1 не установлено отягчающих вину обстоятельств, в связи с чем само по себе назначение максимально строгого административного наказания представляется мерой чрезмерной и необоснованной. 

Определяя размер административного наказания, суд второй инстанции полагает, что административный арест на срок 13 (тринадцать) суток будет в достаточной мере достигать целей административного законодательства, быть предупреждающим фактором для совершения правонарушений аналогичного характера. 

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении выносится решение об изменении постановления, если при этом не усиливается административное наказание или иным образом не ухудшается положение лица, в отношении которого вынесено постановление. 

На основании изложенного и, руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ,

Р Е Ш И Л:

Постановление судьи Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 15 сентября 2025 года, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.3 КоАП РФ, в отношении ФИО1, изменить, снизить срок административного ареста до 13 (тринадцати) суток. 

В остальной части постановление оставить без изменения, жалобу защитника Калугина А.С. - без удовлетворения. 

Решение вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в порядке статей 30.12-30.19 КоАП РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции. 

Судья Ю.Н. Русанова