Дело № 2-184/2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации 

г. Новокузнецк 05 июня 2018 года

Судья Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области Шмакова Е.С.,

при секретаре Ивановой Е.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились суд с иском, в котором просят, с учетом уточнения исковых требований, принятых к производству суда определением от 23.04.2018(л.д. 138-139 т.1), взыскать с ответчиков ФИО4, ФИО3 в равных долях: в пользу ФИО2 сумму неосновательного обогащения 224017 рублей, то есть, по 112008,05 рублей с каждого из ответчиков, в пользу ФИО1 сумму неосновательного обогащения в размере 65000 рублей, то есть, по 32500 рублей с каждого из ответчиков.

Свои требования истцы мотивируют тем, что они, а также их мать ТМИ являлись собственниками жилых помещений – трех комнат в четырехкомнатной квартире по адресу: 

<

****>, которые на основании договора купли-продажи комнат от --.--.----. были проданы М. за 1300000 рублей. При этом ТМИ получила от продажи комнат 650000 рублей, а ФИО1 и ФИО2 – по 325000 рублей. Денежные средства были положены на один банковский расчетный счет, открытый на имя ТМИ Впоследствии частично денежные средства, полученные от продажи комнат они потратили на ремонт жилого дома, расположенного по адресу: 

<

****>, принадлежащего ФИО3, ФИО4 на основании свидетельств о праве собственности на наследство. ФИО3 являлся на тот момент супругом их матери. Денежные средства истцов после продажи квартиры хранились на банковском счете у матери – ТМИ, что подтверждается договором хранения, заключенным ФИО1 и ФИО2 с ТМИ При ремонте дома ответчиков денежные средства тратились с карты матери по их согласию и по просьбе ответчика ФИО3, так как своих средств на ремонт дома у них не было. Впоследствии ФИО3 обещал вернуть истцам потраченные на ремонт его дома деньги, однако своего обещания не выполнил. Поскольку ФИО2 потратила на строительные материалы для ремонта 

<

****> рублей, а также оплатила проведенные ремонтные работы Ф. по договору строительного подряда от --.--.----. в сумме 65000 рублей, считает, что ответчики обогатились за ее счет на сумму 224017 рублей. Истец ФИО1 потратила за счет собственных средств на оплату ремонтных работ дома ответчиков 65000 рублей, что подтверждается распиской и договором строительного подряда, за ее счет истцы обогатились на сумму 65000 рублей. Ответчики ФИО3 и ФИО4, после смерти их матери БМД, последовавшей --.--.----., приняли наследство в виде жилого дома по 

<

****> в равных долях, в связи, с чем несут бремя его содержания и ответственность в равных долях. 

В судебном заседании истец ФИО2 заявленные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить. 

Суду пояснила, что ей, а также ее сестре – истице ФИО1, и их маме ТМИ на праве собственности принадлежали три комнаты в четырехкомнатной квартире, расположенной по адресу: 

<

****>, которые --.--.----. они продали за 1300000 рублей. На тот период времени мама проживала с ФИО3, состояла с ним в зарегистрированном браке. На вырученные от продажи комнат денежные средства сестре – ФИО1 была приобретена комната за 670000 рублей, а оставшаяся сумма денежных средств, в размере 630000 рублей, с целью сохранения была положена на счет банковской карты №, открытый на имя мамы, т.к. из них только у нее одной был счет в банке. Ответчик ФИО3, зная о наличии на счете мамы данных денежных средств, предложил им отремонтировать дом, принадлежащий ему и его сестре ФИО4 и в котором они вместе с мамой постоянно проживали – по 

<

****> в 

<

****>, поскольку дом находился в полуразрушенном состоянии. Взамен он обещал помочь в следующем году за свой счет отремонтировать ее дом. Она и сестра согласились на условия ФИО3, в апреле 2017 года начали производить в доме ремонт. Ремонт делали своими силами. Приобретение строительных материалов и оплата работ производились ею с использованием банковской карты, оформленной на маму, но на счете, которой хранились принадлежащие ей, а не маме, денежные средства, вырученные от продажи доли в квартире. На свою долю вырученных от продажи трех комнат денежных средств мама купила комнату своей дочери ФИО1 ФИО3 по месту работы получил компенсацию за неиспользованный отпуск, отдал ей свою банковскую карту, которой она расплачивалась за некоторые стройматериалы. Его денег не хватило даже половину крыши перекрыть, так как они почти сразу же закончились. До производства ремонта в доме на первом этаже изначально были две комнаты: зал и комната, а также коридор и кухня. В результате произведенных работ на первом этаже были соединены кухня с коридором, возведен второй этаж, который обшили гипсокартоном, провели паровое отопление во всем доме, купили сайдинг для обшивки дома, ламинат, установили новый электрокотел, батареи, оборудовали ванную, не успели только сантехнику в туалет установить. В конце октября 2017 года, когда ремонт был почти закончен, ее мама узнала, что у ФИО3 есть любовница, которую он хочет привести в этот дом, после ссоры ФИО3 ударил ее маму, а приехавшая на следующий день ответчик ФИО4 выгнала маму из отремонтированного ими дома, поэтому она забрала маму жить к себе. По инициативе мамы брак между ней и ФИО3 был расторгнут в 2018 году. Деньги, потраченные ею на ремонт его дома, ФИО3 возвращать категорически отказался. Они с сестрой согласились вложить в ремонт дома, принадлежащего ответчику и его сестре, свои денежные средства, поскольку желали улучшить жилищные условия своей мамы, которая планировала прожить в доме всю жизнь с ФИО3, а дом находился в аварийном состоянии. 

В ходе производства ремонта на ее личные денежные средства были приобретены следующие стройматериалы: три пластиковых окна стоимостью 20900 рублей для монтажа на втором этаже, окна стоимостью 13000 рублей для монтажа на первом этаже; подоконники для окон, как для первого, так и для второго этажей; фанеру для настила пола на втором этаже; гипсокартон и саморезы для обшивки стен на втором этаже; утеплитель «Изолстар» для утепления крыши и стен на втором этаже; эмаль белую для покраски на первом этаже дверей и косяков; ламинат для пола на втором этаже; доску обрезную для монтажа настила под крышу и под гипсокартон; лист плоский оцинкованный для монтажа на крыше от протечек воды и для обшивки низа фундамента; панель кремовую для обшивки откосов на окнах; арматуру в количестве 100 штук для варки каркаса под фундамент, под крышу; цемент для заливки фундамента; сайдинг для обшивки стен второго этажа; рубероид для обмотки перекрытий крыши; утеплитель 6 шт. и утеплитель 12 шт. для крыши; напольный профиль 3 метра и насос циркулярный для котла отопительного; кирпич для устройства трубы отопления и ее обшивки; радиатор алюминиевый. Всего ею было потрачено 159017 рублей. Ответчик ФИО4, являясь вместе с ФИО3 сособственником дома по 

<

****>, получив наследство после смерти своей мамы - БМД, фактически в данном доме не проживала, против производства ремонта дома не возражала, однако вкладывать в ремонт личные денежные средства отказалась, сославшись на то, что ее и так дом устраивает. До производства ремонта дом находился в полуразрушенном состоянии со старыми деревянными маленькими окнами, одноэтажный, с проваленным полом, не был благоустроен, они руки в доме мыли в ведре, сейчас в доме имеется слив, установлена ванна. Они с сестрой делали ремонт в доме с тем условием, что их мама будет в нем жить постоянно. Сразу после выезда мамы из дома, ответчик ФИО3 привел жить другую женщину с двумя ее детьми. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена судом надлежащим образом, письменно просила о рассмотрении дела в ее отсутствие (том 1 л.д. 60, 193), представление своих интересов доверила представителю.

Представитель истцов ФИО1, ФИО2 – адвокат Зобова О.В., действующая на основании ордера от 15.02.2018, удостоверения № 1231 от 12.08.2011, заявленные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить. 

Поддержав доводы истицы ФИО2, дополнительно суду пояснила, что денежные средства, хранящиеся на счете банковской карты ТМИ и потраченные на приобретение стройматериалов и оплату выполненных работ, принадлежали только истцам, были выручены от продажи принадлежащих им жилых помещений, полученных в порядке приватизации, а затем проданных, в связи, с чем не могут являться общим имуществом бывших супругов ФИО3 и ФИО5. Истцам стало известно о том, что ФИО3 заключил договор строительного подряда на производство ремонтных работ в спорном доме, наличии кредитных обязательств только в ходе судебного разбирательства, при этом никаких фактически работ организация, указанная в договоре с ответчиком не производила, своих работников не направляла, строительные материалы не приобретала, подтверждающих это допустимых доказательств сторона ответчиков не представила, все работы в доме были сделаны только силами истцов и за их счет. Как только у истцов появились деньги от продажи собственности, принадлежащей им и ТМИ, ФИО3 сразу же предложил потратить их на ремонт их с сестрой дома по 

<

****>, а в последующем он обещал вернуть данные денежные суммы в виде ремонта дома истицы, также нуждающемуся в ремонте. 

В судебное заседание ответчики ФИО3, ФИО4 не явились, о времени и месте слушания дела извещены судом надлежащим образом, путем направления заказной почтовой корреспонденции по месту их регистрации, и полученной ответчиками лично (том 2 л.д. 55, 56), представление своих интересов доверили представителям. Ответчик ФИО3 письменно просил о рассмотрении дела в его отсутствие (том 1 л.д. 196) 

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО6, действующий на основании нотариальной доверенности от 03.05.2018, выданной сроком на 10 лет (том 1 л.д. 152), в судебном заседании исковые требования не признал, просил суд в их удовлетворении отказать. 

Суду пояснил, что ремонт в 

<

****> производился за счет денежных средств ФИО3, это были накопленные им денежные средства, а также заемные по кредитному договору, заключенному им с ПАО Сбербанк на сумму в размере 104000 рублей. Документы, подтверждающие приобретение ФИО3 стройматериалов, а также заказ каких-либо услуг для ремонта дома, ФИО4 не видела. Со слов ФИО4 ему известно, что никакой ремонт истцы не делали в доме. Сама ответчик в принадлежащем ей доме по 

<

****> не проживает, появляется примерно раз в год, истцы с ней не общались. О том, что истцами были потрачены личные денежные средства на ремонт дома, ей ничего известно было. Она не давала согласия на то, что бы они тратили свои деньги на ремонт, не давал им никаких поручений на приобретение строительных материалов и заключения договора строительного подряда. К тому же в представленных в материалы дела имеется много неточностей и признаков подложности в части указания на карту, на которой хранились деньги, а представленный договор строительного подряда от --.--.----., заключенный истцами с Ф., не содержит о нем никаких данных, подписан светлой и темной пастой синих оттенков, сайдинг приобретен в большем размере. В исковом заявлении указано, что ТМИ получила с продажи комнат в квартире 650000 рублей, а истцы ФИО2 и ФИО1 по 325000 рублей каждый, впоследствии истцы приобрели сестре комнату за 670000 рублей, выходит, что после приобретения комнаты денежных средств у истцов для передачи их на хранение ТМИ у них не осталось. В уточненных исковых требованиях истцы указывают, что ответчик ФИО3 своих средств на ремонт дома не имел, что противоречит показаниям самой истицы ФИО2 о том, что ФИО3 в апреле 2017 года получил компенсацию за неиспользованный отпуск. Истец ФИО2 подменяет понятия о собственности денежных средств, так как, расчет чужой банковской картой не свидетельствует о том, что лицо тратит свои собственные денежные средства. Денежные средства, которые хранятся на банковской карте, принадлежат держателю карты и всегда находятся в его распоряжении. Поскольку ремонт дома был произведен ФИО3 своими средствами с привлечением строительной фирмы, никакого другого ремонта в доме не требовалось. Даже если ТМИ вместе с ФИО3 и делали какой-то совместный ремонт в доме в период брака (клеили обои, завозили землю на огород), они делали по обоюдному согласию, находясь в браке и никому за это денег не должны. Истцы не согласовывали с ответчиками возможность осуществления улучшений дома, объем работ и их стоимость, доказательств произведения указанных работ с письменного согласия ответчика суду не представлено. В связи с чем, в удовлетворении заявленных исковых требований следует отказать. 

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО7, действующий на основании доверенности от 04.05.2018, выданной сроком на 10 лет (том 1 л.д. 195), в судебном заседании исковые требования не признал. 

В качестве возражений суду пояснил, что жилой дом по 

<

****> вместе с надворными постройками принадлежит на праве собственности ФИО3 и ФИО4 в равных долях, что подтверждается свидетельством о праве на наследство. 27.04.2017 между ФИО3 и ООО Строительной компанией «Энергостроитель» был заключен договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ, в соответствии с условиями которого подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика комплекс строительно-монтажных работ в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

****> и сдать результат работ заказчику, а заказчик обязуется принять результат работ и оплатить обусловленную договором стоимость работ. Согласно п. 1.3 договора, сроки выполнения работ с 03.05.2017 по 03.08.2017, стоимость работ – 355581,55 рублей. Оплата по договору производится в следующем порядке: в течение 5 дней со дня заключения договора заказчик обязуется оплатить аванс в сумме 70000 рублей, оставшиеся денежные средства - в течение 30 дней с момента подписания акта выполненных работ либо частями на протяжении всего периода работ. Факт выполненных работ подтверждается актом о приемке выполненных работ, подписанным обеими сторонами без каких-либо замечаний и возражений по качеству, объемам, срокам выполнения и стоимости работ. Стоимость выполненных работ подтверждается справкой о стоимости выполненных работ, подписанная обеими сторонами по договору. Заказчик ФИО3 оплатил результат выполненных работ на сумму 355581,55 рублей, в том числе, с использованием заемных средств в сумме 104000 рублей, полученных по кредитному договору, заключенному 14.09.2017. Истцы заявляют требования о взыскании суммы неосновательного обогащения в виде понесенных ими расходы на строительные работы жилого дома, которые были уже выполнены ответчиком с привлечением подрядной организации и оплачены последним. Кроме того, истцами не представлены доказательства принадлежности им денежных средств, якобы потраченных на ремонт дома. Представленные в материалы дела расписки о хранении денежных средств с последующим их внесением на банковский счет ТМИ не являются безусловным доказательством того, что именно денежные средства истцов расходовались на покупку строительных материалов и оплату работ, поскольку деньги, как вещи гражданского оборота, не обладают индивидуально определенными признаками. С --.--.----. по --.--.----. ФИО3 состоял в браке с ТМИ, они проживали именно в данном доме и сообща несли расходы на содержание данного имущества, имели общий бюджет. Истцами не представлены доказательства волеизъявления собственников жилого дома на выполнение ремонтных работ с использованием приобретенного строительного материала. Представленные в материалы дела платежные документы: договоры, заявки на доставку, платежные документы не являются доказательствами того, что указанные строительные материалы использовались на данные работы. В связи с чем, просит суд отказать в удовлетворении иска. 

Пояснить в судебном заседании, сколько человек работало на объекте по договору строительного подряда, заключенному ФИО3, а также график фактического выполнения данных работ представитель ответчика ФИО7 пояснить суду не смог. 

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков ФИО3, ФИО4, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела и направивших в суд своих представителей, а также в отсутствие истца ФИО1, письменно просившей о рассмотрении дела в ее отсутствие и направившей в суд представителя. 

Суд, выслушав пояснения истца ФИО2, ее представителя, представителей ответчиков, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, находит, заявленные исковые требования ФИО1, ФИО2, подлежащими удовлетворению частично.

При этом суд исходит из следующего.

В силу п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса РФ.

По смыслу п. 2 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации при решении вопроса о взыскании неосновательного обогащения не имеет правового значения то обстоятельство, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

На основании п. 4 ч. 1 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленное во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Исходя из смысла приведенных норм права, следует, что не всякое обогащение одного лица за счет другого порождает у потерпевшего лица право требовать его возврата - такое право может возникнуть лишь при наличии особых условий, квалифицирующих обогащение как неправомерное. Для того, чтобы говорить о неосновательном обогащении необходимо доказать наличие соответствующих возмездных соглашений между титульным владельцем домом (ответчиком) и истцами о приобретении последними после завершения неотделимых улучшений имущественных благ.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В силу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. 

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ТМИ и ФИО3 состояли в зарегистрированном браке до --.--.----. (том 1 л.д. 210), проживали совместно в доме по адресу: 

<

****>. 

Жилой дом по адресу: г Новокузнецк, 

<

****> принадлежал БМД, на основании договора купли-продажи от --.--.----. (том 1 л.д. 126). 

После смерти БМД, последовавшей --.--.----. (том 1 л.д. 123), в права наследования в равных долях вступили ее дети – сын ФИО3 и дочь ФИО4 (том 1 л.д. 121, 122), выданы свидетельства о праве на наследство по закону --.--.----. на наследственное имущество, состоящее из жилого дома с надворными постройками по адресу: 

<

****> (том. 1 л.д. 131).

Таким образом, совместными собственниками дома по 

<

****> в равных долях являются ответчики ФИО3 и ФИО4, что также подтверждено сведениями ГП КО «Центр технической инвентаризации Кемеровской области» Филиал № 12 БТИ» от 25.04.2018 (том 1 л.д. 150), Управления по земельным ресурсам и землеустройству г. Новокузнецка (том 1 л.д. 199). 

ТМИ, а также ее дочери – истцы ФИО2, ФИО1 являлись общими долевыми собственниками трех комнаты в четырехкомнатной квартире, расположенной по адресу: 

<

****>, доля в праве ТМИ – 2/4, истцов – по ? у каждой.

Принадлежащие им доли были проданы на основании договора купли-продажи комнат от 19.06.2017 М. за 1300000 рублей (том 1 л.д. 218-221). Оплата по договору покупателем подтверждается расписками: от 23.06.2017 на сумму 955000 рублей, от 19.06.2017 на сумму 345000 рублей (том 1 л.д. 223, 224), иными словами, расчет по договору было полностью произведен. 

Из представленного договора купли-продажи комнат усматривается также, что продаваемый объект недвижимости ТМИ, ФИО1 и ФИО2 принадлежит на основании договора о передаче жилого помещения в собственность граждан от --.--.----. (п. 1.2 договора, том 1 л.д. 218). 

На основании договора купли-продажи от 11.07.2017 ТМИ купила за 670000 рублей комнату по адресу: 

<

****> (том 1 л.д. 225), оплата по договору в указанной сумме подтверждается распиской от --.--.----. (том 1 л.д. 226). Право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке на ФИО8 (том 1 л.д. 230). 

Из позиции истцов следует, что принадлежащие им денежные средства, вырученные от продажи их долей в квартире по 

<

****>42 они положили на хранение на счет банковской карты своей матери – ТМИ, которая данное обстоятельство в судебном заседании подтвердила, пояснив, что заключила с дочерями договоры передачи денежных средств на хранение.

Истцами суду представлена расписка от 19.06.2017, в соответствии с которой ФИО2 передала, а ТМИ приняла на хранение и положила на свою карту денежные средства, принадлежащие ФИО2, в сумме 245000 рублей (том 1 л.д.109). 

Из расписки от 23.06.2017 следует, что ФИО1 передала, а ТМИ приняла на хранение и положила на свою на карту принадлежащие ФИО1 денежные средства в сумме 200000 рублей (том 1 л.д. 110).

Представитель ответчика ФИО3 в качестве возражений поставил под сомнение источник возникновения на счете ТМИ, принадлежность истцам денежных средств, затраченных впоследствии на ремонт дома ответчиков, однако, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представил надлежащих доказательств своих доводов.

Представленные стороной истцов расписки о передаче на хранение ТМИ принадлежащих им денежных средств в установленном законом порядке не оспорены, не признаны недействительными, либо безденежными.

Факт зачисления денежных средств на счет карты №, принадлежащей ТМИ, --.--.----. в сумме 245000 рублей и --.--.----. в сумме 200000 рублей, подтверждается заверенной ПАО Сбербанк выпиской по счету (том 2 л.д. 5, 10), зачисления произведены именно в даты заключения договоров о передаче денег на хранение. 

Судом из пояснений истца ФИО2, допрошенных в судебном заседании свидетелей установлено, что дом по 

<

****>, принадлежащий на праве общей долевой собственности ответчикам ФИО3 и ФИО4, находился в аварийном состоянии, требовался капитальный ремонт, о чем его собственникам ФИО3 и ФИО4 было известно. 

Именно ФИО3 совместно с ТМИ и с согласия истцов было принято решение об оплате ремонта дома личными денежными средства истцов, хранящимися на счете карты ТМИ, с условием их возвратности в виде осуществления впоследствии ответчиком ФИО3 за свой счет ремонта их жилищ, то есть, истцы и ответчик пришли к обоюдному соглашению.

Свидетель Ч., допрошенная в судебных заседаниях --.--.----. и --.--.----., суду пояснила, что с 2000 года она зарегистрирована и фактически проживает по адресу: 

<

****>, дом находится на одной улице с домом ответчиков, только на противоположных сторонах, из окна своего дома ей видно 

<

****> момент ее переезда, в доме по 

<

****> проживала ТМИ – мать истиц, вместе с мужем ФИО3 Она с ТМИ начала общаться, когда произвела ремонт в своем дом, ТМИ приходила и интересовалась, где и какие материалы она покупала, спрашивала цены, смотрела, каким образом выкладывалась труба, как выстроена крыша и лестница. Когда ТМИ и ФИО3 принялись ремонтировать свой дом, закупкой всех материалов занимались дочери ТМИ Каких-либо посторонних работников в период ремонта дома - с конца апреля 2017 года по --.--.----. в строительной одежде либо какой-то специальной форме с надписью строительной компании или каких-то других работников, которые не относились к членам семьи ТМИ, она не видела, хотя часто к ним заходила. Из окна ее дома ей было видно, что ремонтом дома, в котором проживали ТМИ вместе с ФИО3, занимались дочери ТМИ - истцы, а также зять ТМИ – Ф. пару раз приезжал помогать его друг, имени которого она не знает. Она не видела, чтобы ФИО3 принимал какое-то участие в ремонте дома, она с ним никогда не общалась, но знала, что он всегда был пьяным. Она давала свой инструмент – бетономешалку для того, чтобы была возможность мешать бетон в больших объемах. В ходе ремонта дома производились следующие ремонтные работы: заливали стены, устанавливали сейсмопояс, заливали фундамент, возвели второй этаж, заменили полностью крышу, сделали крышу мансардного типа, Ф. выложил красивую трубу, которая шла с первого этажа на крышу. Когда они делали ремонт к доме, она к ним часто заходила и видела, что они установили котел отопительный, радиаторы на втором и первом этаже, провели отопление, установили новую металлическую дверь на балкон, также поменяли все окна в доме на пластиковые, собирались обшивать стены дома сайдингом. Она лично видела, как Ф.. заливал в доме пол бетоном, используя ее бетономешалку. До производства ремонта дом по 

<

****> был невзрачным, стареньким, покосившемся, его даже с дороги из-за забора не было видно. Со слов ТМИ ей известно, что ремонт производился на деньги, взятые в кредит, а также вырученные от продажи квартиры. Ремонт дома производился летом 2017 года. Прекратили производить ремонтные работы осенью 2017 года, но к этому времени все крупные ремонтные работы были произведены, осталось доделать внутренний косметический ремонт и снаружи обшить дом сайдингом. ТМИ говорила ей, что у ФИО3 появилась женщина на стороне, в связи с чем, у них начались ссоры. После очередного конфликта в октябре 2017 года ФИО3, он избил ТМИ, она видела из окна, как приехала его сестра ФИО4 и выгнала ТМИ из дома. Ответчика ФИО4 во время ремонта дома она не видела. На данный момент ТМИ в этом доме не проживает, с того периода как дети ее забрали, ФИО3 проживает в отремонтированном доме, она видела его на улице с другой женщиной и двумя детьми, но лично она с ним вообще никогда не общалась. Ей ТМИ говорила, что после смерти своей матери собственниками дома стали ее наследниками – ответчики, но она вкладывала деньги в ремонт не принадлежащего ей дома, поскольку планировала, что в старости будет жить в большом отремонтированном доме, рассчитывала, что дети будут приезжать к ним, и им будет, где остановиться. ТМИ работала сварщиком, также получала пенсию, ФИО3 работал 

<

данные изъяты> 

Свидетель П., допрошенная в судебном заседании --.--.----. и --.--.----. суду пояснила, что проживает в 

<

****>, является председателем уличного комитета, знает всех жителей улицы, знает ФИО3 и ФИО4, они раньше проживали по адресу: 

<

****>, их дом от ее дома расположен на расстоянии 100 метров. Истцов тоже знает, они являются дочерями ТМИ В доме по 

<

****> вместе на протяжении 15 лет проживали ТМИ и ФИО3, из которых последние 5 лет они жили в зарегистрированном браке. Ее дом находится на одной стороне с домом ответчиков, мимо их дома она ходит и на работу, и в магазин. После смерти матери в доме остался проживать только один ФИО3, а ФИО4 проживала в данном доме небольшое количество времени, потом ее семье дали комнату в общежитие, и она съехала. Когда ТМИ и ФИО3 зарегистрировала брак, она не знает, сначала они жили длительное время в гражданском браке. 

<

****> до ремонта был в очень плохом полуразрушенном состоянии, кухня сбоку была засыпной. Со слов ТМИ ей было известно, что они с мужем решили произвести капитальный ремонт дом за счет денежных средств, вырученных от продажи квартиры. Дом ТМИ не принадлежал, но она собиралась жить в нем с мужем долго, поэтому ее дочери постарались улучшить маме жилищные условия. Для укрепления дома был залит фундамент, возведены венцы. С заливкой фундамента ФИО9 помогали два человека, на протяжении недели она видела, как они сначала колотили доски, потом заливали фундамент, ходили по участку с ведрами и лопатами, их работу контролировали Ф.. и ТМИ В спец форму, имеющую аббревиатуру какой-либо строительной компании, они одеты не были. Все остальные работы по ремонту дома производил Ф. помогали ему также обе дочери ТМИ Когда она с утра уходила на работу, они уже какую-то работу на своем участке выполняли. Она лично видела, как Ф. строил крышу. При этом она не видела, чтобы ФИО3 принимал какое-то участие в строительстве и ремонте дома. Через некоторое время ТМИ и ФИО3 сильно разругались и прекратили строительство и ремонт. После ремонта у дома появился приличный внешний вид. Сейчас в доме проживает ФИО3 с другой женщиной, но она лично ее не видела, в огороде ничего не делается, никакие работы не производятся. С ФИО3 она не разговаривала. Считает, что ответчик ФИО4 видела произведенный ремонт дома. 

Свидетель ТМИ в судебных заседаниях --.--.----. и --.--.----. пояснила, что приходится истцам мамой, ответчик ФИО3 – ее бывший супруг, ответчик ФИО4 – его младшая сестра. В 1990 году ее семье на Алюминиевом заводе, как многодетной, была выделена 4-х комнатная квартира по 

<

****> в 

<

****>. Данная квартира была ими приватизирована. После раздела совместно нажитого имущества с первым мужем ей и троим ее дочерям на праве собственности стали принадлежать три комнаты в данной квартире, у каждой было по 1/4 доли. После смерти дочери Юлии, она вступила в права наследования ее ? доли. С ответчиком ФИО3 она стала проживать в спорном доме по 

<

****> после того, как его сестра ФИО4 получила квартиру и выехала из него. Принадлежащие ей и дочерям три комнаты в квартире были проданы ими в 2017 году за 1300000 рублей, из которых 670000 рублей были потрачены на приобретения жилой секции по 

<

****> в 

<

****>, а остальные деньги, принадлежащие ее дочерям, они передали ей на хранение на ее банковскую карту, о чем был составлен договор хранения денежных средств. ФИО3 знал, что на ее карте лежат деньги ее дочерей. Проданная квартира по 

<

****> не являлась совместно нажитым имуществом с ФИО3, брак между ними был зарегистрирован только в 2013 году, а до этого периода они совместно проживали в гражданском браке, проданная квартира ему в порядке приватизации не передавалось. Жилое помещение - дом по 

<

****>, изначально принадлежало матери ответчиков, после ее смерти они вступили в права наследования. Она в данном доме только проживала, поддерживала его в надлежащем виде, зная, что не имеет на него никаких прав. В апреле 2017 года она пошла в отпуск, на полученные отпускные купила пиломатериал для замены старой крыши, которая просела и лопнула. После того, как крышу разобрали, зять Ф. предложил ей, прежде чем ставить новую крышу, проверить стены дома. Оказалось, что одна стена дома засыпная, и новая крыша не смогла бы удержаться на таких стенах, дом бы развалился, поэтому решили стену залить. Для данного вида работ необходимы были время, стройматериалы и деньги, которые у нее закончились, а крыша стояла разобранная. Она не могла выйти из дома, т.к. у него не было ни крыши, ни окон. ФИО3 работал водителем в ООО "ГРАДЭКО", его ежемесячная заработная плата составляла около 25000 рублей. Совместно с ФИО3 они решили, что дом необходимо отремонтировать, т.к. он находился в аварийном состоянии, потом также решили увеличить его площадь, чтобы дети могли приезжать к ним, ухаживать за ними, останавливаться на ночь, ФИО3 согласился с ней. Своим дочерям она предложила потратить их денежные средства, вырученные с продажи комнат в квартире и хранящиеся на ее банковской карте, на ремонт дома, в котором она живет с ФИО3 При этом, договорились, что после того, как дом будет отремонтирован, она или ФИО3 возьмут кредит в банке и вернут дочерям денежные средства, затраченные на ремонт, чтобы они могли отремонтировать свои жилища. ФИО3 с этими условиями был согласен, понимал, что деньгами истцам надо будет возвращать. Она приняла решение тратить денежные средства своих дочерей на ремонт чужого дома, поскольку дом находился в аварийном состоянии, а с супругом ФИО3 она планировала прожить в нем всю оставшуюся жизнь и пользоваться домом постоянно. Все материалы, необходимые для осуществления ремонта, закупала дочь ФИО2 и ее муж Ф. на денежные средства дочери, которые хранились на ее банковской карте. Они стали закупать щебень, арматуру, пиломатериал, цемент, пластиковые окна. Сначала зять залил стены, сделал стяжку между старым домом деревянным и новым шлаколитым, построил новую крышу, сделал трубу, потолки засыпал шлаком, обшил гипсокартоном и ДВП второй этаж, установил во всем доме окна, радиаторы, водяной котел, провел отопление. С ФИО3 постоянно обсуждалось, сколько стоят материалы, какое их количество необходимо покупать. Все чеки на покупку материалов хранились у нее. Фактически, дочери потратили намного больше денежных средств на ремонт дома ответчиков, чем заявлено в иске, но у них не сохранились чеки на приобретение пиломатериала, его покупали в разных местах. ФИО3 тоже в ремонт дома вложил денежные средства в сумме 25000 рублей, это полученная им компенсация за неиспользованный отпуск. Деньги были переданы ее дочери для приобретения оцинкованных листов, их хватило только на покупку 10 листов, эти траты не вошли в цену иска и с ответчиков не взыскиваются. Супруг также брал кредит, полученные деньги были потрачены на покупку саморезов. Т.е. те денежные средства, которые он потратил на ремонт дома, не вошли в стоимость затраченных истцами денежных средств и в иске не указаны. Она находилась в отпуске в апреле и августе 2017 года, также занималась ремонтными работами дома. При производстве работ по заливке фундамента, они брали у соседки бетономешалку, на помощь Ф. приглашал своего друга. На ее предложение нанять для изготовления фундамента людей, отказался, сказал, что справится сам. Ответчик ФИО4 знала о том, что они собирались отремонтировать дом, у ее семьи рядом находился гараж, и она постоянно проезжала мимо дома. Перед началом производства ремонта ФИО3 звонил сестре и говорил, что требует срочный ремонт дома, т.к. дом разваливается, и она, как сособственник, также должна финансово в этом помочь, но она ответила, что ее дом устраивает, и она вкладывать денежные средства в его ремонт не будет. Однако никаких возражений против ремонта дома от нее не поступало. Договор строительного подряда был заключен с ее зятем Ф., поскольку он имел навыки производства строительных работ, работал около 10 лет на стройке. Когда он производил предусмотренные в договоре работы, он нигде больше не работал, на протяжении семи месяцев целый день, начиная 09-10 часов утра, в том числе, и в выходные дни, делал ремонт в доме, в котором она проживала с ФИО3, причем последнему было известно, что с Ф. заключен договор с последующей оплатой его работы, возражений против этого он не высказывал. Работать бесплатно на чужом объекте тот не мог, ему также было нужно кормить семью. Ф. по договору было выплачено истцами за фактически выполненные работы 130000 рублей. Ремонтные работы проводились с апреля по октябрь 2017 года. В результате ремонт с дома была демонтирована старая крыша, засыпная стена, после чего был сделана опалубка, залит фундамент и стена, выстроен второй этаж, установлена новая крыша. В доме были заменены все окна на пластиковые, проведено отопление, приобретен и установлен водяной котел, закуплен ламинат. Все запланированные ремонтные работы не были доведены до конца, так как выяснилось, что у ФИО3 появилась другая женщина, из-за чего с ФИО3 произошел конфликт и он ее избил. Ремонтные работы были прекращены --.--.----.. ФИО3 позвал сестру и на следующий день при помощи своей сестры ФИО4 выгнал ее из дома, забрав ключи. Она была вынуждена переехать жить к дочери --.--.----., подать заявление на развод, брак между ней и ФИО3 расторгнут --.--.----., совместно нажитое имущество не делили. Добровольно ответчик ФИО3 вернуть потраченные истцами на ремонт принадлежащего ему дома деньги, категорически отказался, предложил обратиться с этим вопросом к ФИО10 В расписке на получение от дочерей денежных средств на хранение указаны разные карты, поскольку у нее имеется две карты. Деньги на ремонт тратились с двух карт. Она впервые в судебном заседании услышала, что ее бывший супруг ФИО3 якобы заключал со строительной организацией договор на выполнение строительных работ в доме. Это ложная информация, никаких чужих работников на ремонте дома не было, полностью весь ремонт дома производил ее зять Ф. 

Свидетель ПНВ суду пояснила, что ТМИ и ФИО3 являлась ее соседями, проживали в доме по 

<

****>. Она проживала некоторое в доме своих родителей по 

<

****>, в доме по 

<

****> проживает ее брат, его дом находится недалеко от дома по 

<

****>, в котором проживала ТМИ Проходя к дому своего брата, она всегда проходит мимо дома ФИО3 Изначально в 

<

****> проживали ФИО3 и его сестра. Через какое-то время сестра получила квартиру и выехала из дома, а в дом к ФИО3 переехала жить ТМИ, и дом, и огород сразу стали ухоженными. Примерно год назад она увидела разобранную крышу их дома, ТМИ сказала, что они решили отремонтировать дом на деньги, полученные ею от продажи какого-то жилья, также брали кредит в банке. Проходя мимо дома, она видела, как две дочери и зять ТМИ производили ремонт дома, ФИО3 она никогда там не видела и всегда этому удивлялась, что он не помогает. Она также видела, как к их дому привозили строительные материалы, железо, все было новое. Земельный участок у ТМИ и ФИО3 огорожен невысоким деревянным забором, через который видно все, что происходит у них во дворе дома. На данный момент дом внешне значительно преобразился, он стал большим, так как к нему пристроили второй этаж. Она видела как дочери ТМИ и зять крыли крышу, никого посторонних, кроме них, она за выполнением ремонтных работ дома не видела. Внутри дом она после ремонта не смотрела. ФИО10 она видела очень давно, она в доме после выезда на другое место жительства не проживала. 

Свидетель В. суду пояснила, что зарегистрирована по адресу: 

<

****> 1980 года, но фактически по указанному адресу проживает ее мать, которую она каждые свои выходные дни навещает. 

<

****>, в котором проживали ФИО3 и ТМИ находится рядом с домом ее мамы, у них одна межа. ФИО11 забора между их участками состоит из сетки «рабицы», вторая половина – дощатый забор. Они общались по-соседски, постоянно ходили в гости друг к другу. ТМИ с ФИО3 больше 10 лет проживали вместе в доме по 

<

****>, дом был небольшой, наполовину насыпной. Ремонт дома проводили дети ТМИ – истцы. Ремонт стали делать, т.к. половина дома стала отходить, им пришлось заливать фундамент, изготавливать стену дома заливным способом. Для укрепления дома производились работы по изготовлению сварочного корпуса из арматуры по всему периметру дома, и его установке на стены дома. Потом Ф. на сварочный пояс укладывал брус по периметру дома, делал обрешетки на перекрытие потолка и пола мансарды дома, проложил их утеплителем. На крыше дома был уложен профлист, Ф. помогали в этой работе истцы, они подавали ему наверх листы, также она видела как Ф. возводил на крыше дома печную трубу и укладывал ее облицовочным кирпичом, труба получилась очень красивой, необычной формы. В доме было установлено 9 новых пластиковых окон, из них 6 окон на первом этаже и 3 окна на втором этаже, подключены радиаторы отопления, установлена душевая кабина на предварительно залитый пол. Она видела как ФИО2 и Ф. привозили водяной котел отопления, он стоял новый во дворе их дома, а также трубы для отопления. Сайдингом была обшита только одна стена дома. Она видела, что все работы по ремонту дома проводили своими силами дочери ТМИ и зять Ф. – муж ФИО2 Когда она заходила последний раз в дом, Ф. проводил в доме проводку и зашивал стены гипсокартоном. ФИО3 участия в ремонте не принимал, он часто выпивал, в выходные дни обычно находился в состоянии алкогольного опьянения. Ответчик ФИО4 также не присутствовала при строительстве. Посторонних людей на участке соседей она видела только в момент доставки и разгрузки стройматериалов, ремонтом дома они не занимались. Весь используемый при ремонте строительный материал был новым, его привозили дети ТМИ, иногда сами выгружали, она это видела. Когда прекратили ремонт дома, не все работы были проведены до конца, например, не была закончена облицовка стен дома сайдингом. Из дома ТМИ выехала осенью 2017 года после того, как ФИО3 избил ее. Ей было известно, что средства, которые были использованы на ремонт дома, были получены ТМИ от продажи ее квартиры. В настоящее время дом находится на той же стадии, что и на момент выезда из него ТМИ Она смогла перечислить все выполненные на доме соседей работы, поскольку некоторые из этих ремонтных работы им самим необходимо было производить в своем доме. Кроме того, сварочные работы сложно не заметить, всегда видно, когда сваркой работают. 

Свидетель Ф., допрошенный в судебных заседаниях --.--.----. и --.--.----. суду пояснил, что он является супругом истца ФИО2, они состоят в зарегистрированном браке с 2013 года. В доме по 

<

****> проживали ФИО3 и теща ТМИ Со слов ФИО3 ему было известно, что дом принадлежит на праве собственности ему и его сестре ФИО4, он достался им в качестве наследства после смерти матери. Дом, в котором проживали ФИО3 и ТМИ, находился в аварийном состоянии: одна стена дома была засыпной, крыша разъехалась, что впоследствии могло привести к ее обрушению. Он работал на стройке 10 лет в качестве каменщика, бетонщика, осуществлял строительные работы на объектах, поэтому ТМИ и ФИО3 попросили его осмотреть дом и определить объем необходимых работ для производства ремонта. После осмотра дома он объяснил им, что поменять только крышу не получится, так как стена расходится на 7 см, из-за чего крыша стала разъезжаться, предупредил, что придется полностью разбирать дом, заливать заново стены и фундамент, показал, что нижний венец сгнил и была реальная угроза, что дом завалится, либо зимой с дома могла съехать крыша. Углы дома ни на чем не держались, они не был ни укреплены, ни привязаны к друг другу, под брус были подложены кирпичи. Он просто скинул верхние венцы. Он также предложил вариант дом снести и на него месте выстроить новый, но на это ФИО3 не согласился, сказал, что согласен на перестройку дома, заливку фундамента и стен. Он перечислил ФИО3 примерный перечень работ, которые необходимо произвести для ремонта дома и их стоимость, этот перечень указан в договоре подряда, тот был с ними согласился, сказав только, чтобы не трогали бревенчатую половину дома. К выполнению ремонта дома по 

<

****> приступили в апреле 2017 года. У ТМИ имелась некоторая сумма сбережений, которая и была потрачена на приобретение листов для крыши, а также на стройматериалы для заливки фундамента. После того, как он разобрал крышу, увидел, что необходимо укреплять все стены дома. Он выставил опоры, брус на фундамент, после этого стал заливать пояс, необходимо было стянуть брус и шлаколитую стену. Когда деньги у ТМИ закончились, на семейном совете было решено продолжить строительные и ремонтные работы уже на денежные средства истцов, хранящиеся на банковской карте ТМИ Истцами и их матерью были проданы принадлежащие на праве собственности три комнаты в квартире по 

<

****>, деньги разделили собственники между собой. Истцами за их доли были получены деньги примерно по 325000 рублей каждой. Обе дочери положили полученные от продажи долей деньги на хранение на банковскую карту матери. Его супруга ФИО2 положила на хранение 240000 рублей. О том, что на строительство и ремонт тратятся личные денежные средства ФИО2 и ФИО1, ответчик ФИО3 знал и был на это согласен. При этом ФИО3 пообещал, что деньги дочерям ТМИ, потраченные на ремонт его дома, он в следующем году вернет, отремонтировав за свой счет дом, где они проживают с ФИО2, дом также находится в аварийном состоянии, но не настолько сильно, как у ФИО3 --.--.----. он заключил с ФИО2 и ФИО1 договор о выполнении строительных работ на объекте, в котором были перечислены все виды строительных работ, который он обязался произвести с оплатой в 170000 рублей. ТМИ и ФИО3 знали о договоре и о том, что работы по договору он выполняет за деньги, были с этим согласны. Привлекать строительные организации к ремонту дома было бы очень дорого, такой ремонт обошелся бы примерно 400 тысяч рублей, а таких денег и ФИО3 и Тумашовой не было. После того, как он закончил работы по укреплению стен дома, он приступил к возведению мансарды, которую предложил ФИО3 утеплить, тот согласился и сразу придумал сделать мансарду с балконом. Ему пришлось еще и балкон делать. Все необходимые строительные и отделочные материалы закупались им с супругой – ФИО2 на ее денежные средства, хранящиеся на банковской карте ТМИ, ею и расплачивались за приобретенные материалы. ФИО3 давал на ремонт 30000 рублей, их хватило только на покупку 20 листов оцинковки, стоимость этих листов не включены истцами в расчеты цены иска. Больше ФИО3 никаких денег не вкладывал в ремонт дома. Им лично были выполнены следующие виды работ: изготовлен и установлен арматурный поясной каркас по периметру дома и перегородки, который залит бетоном, несущие стены залил шлаком и цементом в пояс, уложил на сварочный пояс брус, изготовил обрешетку на перекрытие потолка и пола, возвел мансарду, проложил утеплителем ее стены, крышу и пол изнутри, уложил на пол фанерные листы, стены обшил гипсокартоном, произвел кладку печной трубы из облицовочного кирпича, установил дверь на балкон, лестницу, 3 пластиковых окна на втором этаже дома. На первом этаже установил шесть пластиковых окон, водяной печной котел, 6 радиаторов на первом этаже и 3 радиатора на втором этаже с заменой водопроводных труб, изготовил пол под душ из раствора шлака и цемента, успел обшить сайдингом только одну стену фасада дома он успел обшить, хотя сайдинг был закуплен для обшивки всего периметра фасада дома. Указанные работы он выполнял своими силами, посторонних людей не привлекал, только 2 или 3 раза приезжал помогать его друг Саша, также приходил сосед ФИО3 из дома напротив. ФИО3 в свои выходные дни два или три раза пытался ему помочь с ремонтом, но всегда находился в состоянии алкогольного опьянения и только мешал. Ответчик ФИО4 о том, что проходит строительство дома, знала, так как у ее семьи рядом с домом по 

<

****> находился гараж, она пользовалась им, проезжала мило стройки и ей все было видно. Еще когда у ФИО3 с ТМИ закончились деньги на ремонт, ФИО3 звонил при нем ФИО4, предлагал ей вложить деньги в ремонт принадлежащего и ей дома, но та денег не дала. Поскольку ремонт необходимо было производить срочно, истцами и было принято решение помочь ФИО3 деньгами на ремонт дома, а он впоследствии поможет с ремонтом их дома. Когда ФИО3 и ТМИ поругались из-за измены ФИО3, договор строительного подряда --.--.----. был досрочно расторгнут, строительные работы прекращены. Работы по данному договору он выполнил не полностью, оплата ему была произведена только за фактически выполненные работы, в сумме 130000 рублей. Недоделанными остались лестница, стропила, не уложен ламинат на пол, не облицованы полностью стены дома сайдингом. Денежные средства истцам, потраченные ими на ремонт его дома, ФИО3 возвращать категорически отказывается. О том, что ФИО3 заключался договор со сторонней организацией на выполнение строительных работ дома, ему ничего неизвестно. Также никаких строителей ни в фирменной, ни в гражданской одежде для выполнения строительных работ ФИО3 не привозил, никто на объекте, кроме него, не работал. Все работы, указанные в смете к представленному им договору, аналогичны тем, что он выполнил по договору, заключенному с ФИО1 и ФИО2 

Суд доверяет показаниям свидетелей, поскольку они последовательны, взаимно подтверждают друг друга. 

В судебном заседание не опровергнуто то обстоятельство, что ответчики не знали о производстве ремонта принадлежащего им дома, а также, что ответчик ФИО3 не знал о том, что он производится за счет средств истцов. 

Истцы в подтверждение доводов обоснованности иска о том, что за их счет приобретались строительные материалы, в том числе с доставкой по адресу нахождения спорного дома, представлены договоры (том 1 л.д. 172, 178), товарные накладные (том 1 л.д. 90, 91, 161, 164, 168, 182), кассовые чеки (том 1 л.д. 158, 160, 162, 165, 166, 169, 171, 173-175, 177, 179, 180), договоры на услуги доставки (том 1 л.д. 163, 167, 170, 176, 181), которые были объединены ими в единый расчет цены иска по строительным материалам (том 1 л.д. 105-106), и в соответствии с которым расходы ФИО2 на покупку строительных и отделочных материалы для проведения ремонта дома ответчиков имели место в период с 19.06.2017 по 10.11.2017 и составили 159017 рублей. 

Все представленные товарные чеки содержат все необходимые реквизиты и соответствуют требованиям Федерального закона от --.--.----. N 54-ФЗ "О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт", а, следовательно, являются относимыми и допустимыми доказательствами. 

Данные чеки предъявлены суду истцом ФИО2, следовательно, она понесла расходы на приобретение строительных и отделочных материалов в период проведения отделочных и строительных работ жилого дома.

Разрешая исковые требования, суд, руководствуясь положениями статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом показаний свидетелей, исходит из того, что в результате проведения капитального ремонта в жилом доме по 

<

****>, являющемся общей долевой собственностью ответчиков, на стороне последних возникло неосновательное обогащение, полученное за счет ФИО2 и ФИО1 в отсутствие правового основания.

Суд при определении суммы неосновательного обогащения в виде стоимости неотделимых улучшений дома принимает в качестве надлежащего доказательства по делу представленный стороной истцов расчет, подтвержденный платежными документами. 

Все расчеты за строительные и отделочные материалы производились безналичным расчетом, путем списания денежных средств со счета банковской карты №, принадлежащей ТМИ, каждая покупка подтверждается выписками с лицевого счета банковской карты (том 1 л.д. 232, 234, 237, 239, 243, 247, 249, 251; том 2 л.д. 2, 5, 10, 13, 16), из которых следует, что суммы и даты списаний со счета аналогичны данным, в представленных суду платежных документах. 

Суд, проверив представленный стороной истцов расчет цены иска, проанализировав и сверив имеющиеся в нем данные, в том числе, период приобретения строительных и отделочных материалов, с представленными в материалы дела платежными документам, находит, что все указанные в нем материалы приобретались для выполнения работ, перечень и объем которых предусмотренных договором подряда, заключенным с Ф.

Вместе с тем, суд не находит оснований для возмещения денежных средств истцу ФИО2, оплаченных ею на приобретение 16.06.2017 арматуры 7*4м в количестве 100 штук, общей стоимостью 2688 рублей, поскольку договор купли-продажи комнат Т-выми заключен 19.06.2017, денежные средства истцов зачислены на счет карты 19.06.2017 и 23.06.2017. 

Суд при этом исходит из позиции истца ФИО2, ссылающейся в обоснование иска на приобретение материалов для ремонта на свои личные денежные средства, полученные о продажи своей доли квартиры и хранящиеся на счете банковской карты матери. 

В качестве оплаты за проведение строительных работ в сумме 130000 рублей истцами представлен договор строительного подряда, заключенный --.--.----. между ФИО2, ФИО1 (заказчики) и Ф. (подрядчик), в соответствии с условиями которого Ф. обязался выполнить для заказчиков следующие перечисленные в п. 1.2 договора виды строительных работ на объекте заказчика, расположенном по адресу: 

<

****> (п. 1.4): изготовление стен дома заливным способом (шлак и цемент), 2 стены (2 м*2м*0,35м); демонтаж крыши дома и венца дома; изготовление сварочного корпуса из арматуры пояса по периметру дома и перегородки дома; установка сварочного пояса на стены дома; укладка бруса по периметру дома на сварочный пояс; изготовление обрешетки на перекрытие потолка и пола мансарды дома; кладка печной трубы из кирпича с выводом на крышу дома (3 м), укладка утеплители на обрешетку мансарды; крепление профлиста на крышу дома. Внутренняя отделка мансарды предусматривает следующие виды работ: укладка утеплителя изнутри мансарды по стенам, потолку и полу; обшивка гипсокартоном стен и потолка; укладка фанеры на пол; изготовление лестницы из мебельных щитов; установка лестницы; установка окон – 6 штук на втором этаже, 3 штуки на первом этаже; установка дверей - 1 шт.; установка водяного печного котла; разводка по дому, 1 и 2 этаж, труб для отопления; установка радиаторов – 6 штук на 1 этаже, 3 штуки на втором этаже; замена водопроводных труб. Внутренняя отделка 1 этажа дома включает: изготовление пола из раствора шлака и цемента под душ; облицовка печной трубы кирпичом. Внешняя отделка дома: облицовка стены дома сайдингом (том 1 л.д. 45-47). 

Выполнение аналогичных видов работ предусмотрено и техническим заданием по договору строительного подряда, подписанного сторонами (том 1 л.д. 92)

В соответствии с п. 1.3 договора, а также п. 1.2 технического задания подрядчик обязуется выполнять указанные в п. 1.2 договора работы лично, в случае необходимости подрядчик может привлекать третьих лиц для выполнения работ.

Однако в ходе судебного разбирательства, из пояснений допрошенных в судебном заседании свидетелей, в том числе, самого подрядчика Ф. следует, что все фактически выполненные по договору работы он производил самостоятельно, других рабочих к выполнению работ ни он, ни истцы, ни ответчики не привлекали. 

Факт исполнения договора - выполнения Ф. строительных и отделочных работ, предусмотренных договором, своими силами подтвердили также допрошенные в судебном заседании свидетели, показаниям которых не доверять у суда нет оснований, они последовательны, взаимно подтверждают друг друга. 

В соответствии с актом выполненных работ, подписанным сторонами --.--.----., работы выполнены подрядчиком на 80 % от общего объема по ремонту дома, стоимость фактически выполненных работ составила 130000 рублей (том 1 л.д. 108), которые были получены Ф. по расписке от --.--.----. (том 1 л.д. 50).

Дополнительным соглашением от --.--.----., стороны договора строительного подряда пришли к соглашению о досрочном расторжении договора по взаимному согласию (том 1 л.д. 48). 

Представитель ответчика ФИО3 в ходе судебного разбирательства опроверг позицию истцов о несении ими расходов на ремонт дома ответчика, поскольку в этом не было необходимости, так как ремонт на момент заключения с Ф. договора подряда, уже был полностью произведен за счет денежных средств ответчика ФИО3 

В качестве доказательств своей позиции представителем ответчика суду представлен договор подряда №, заключенный --.--.----. между ФИО3 (заказчик) и ООО Строительная компания «Энергостроитель» (подрядчик) на выполнение строительно-монтажных работ, а также локальный сметный расчет (том 2 л.д. 26-27, 28-30),

В соответствии с условиями договора подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика предусмотренный локальной сметой комплекс строительно-монтажных работ в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

****> и сдать результат работ заказчику, а заказчик обязуется принять результат работ и оплатить обусловленную договором стоимость работ (п. 1.1), согласно п. 2.1 составляющую 355581,55 рубль. 

Согласно п. 1.3 договора, сроки выполнения работ - с 03.05.2017 по 03.08.2017. В качестве подтверждения факта оплаты заказчиком ФИО3 по договору представлены приходные кассовые ордеры: от 27.04.2017 на сумму 70000 рублей, от 24.05.2017 на сумму 50000 рублей, от 27.06.2017 на сумму 50000 рублей, от 14.08.2017 на сумму 50000 рублей, от 15.09.2017 на сумму 135581,55 рубль, внесенных ФИО3 в кассу ООО СК «Энергостроитель», всего 355581,55 рублей (том 2 л.д. 31-33). 

Из позиции представителя ответчика ФИО3 в судебном заседании следует, что предусмотренные в локальной смете к договору работы были выполнены, что подтверждается представленным в материалы дела актом приемки выполненных работ от 01.08.2017, подписанным сторонами договора без каких-либо замечаний и возражений по качеству, объемам, срокам выполнения и стоимости работ (том 2 л.д. 35-37). Согласно справке ООО СК «Энергостроитель» от 01.08.2017, стоимость выполненных работ и затрат составила 355581,96 рубль (том 2 л.д. 34). По мнению представителя ответчика, заказчик ФИО3 оплатил результат выполненных работ на сумму 355581,55 рублей, в том числе, с использованием заемных средств в сумме 104000 рублей, полученных по кредитному договору, заключенному 14.09.2017, а истцы заявляют требования о взыскании суммы неосновательного обогащения в виде понесенных ими расходы на строительные работы жилого дома, которые были уже выполнены ответчиком с привлечением подрядной организации и им оплачены.

Между тем, допрошенные в судебном заседании свидетели подтвердили, что видели, как полностью ремонт дома осуществлял только Ф., которому иногда помогали бывшие члены семьи ответчика ФИО3 – супруга ТМИ и ее дочери. Никаких других посторонних людей, выполняющих строительные, ремонтные, либо отделочные работы дома, они не видели.

Стороной ответчиков не представлено суду доказательств того, что на объект 

<

****> действительно выходили строители - работники фирмы, с которой ответчиком ФИО3 был 27.04.2017 заключен договор на выполнение строительных работ, либо иные привлеченные ею для этих целей работники других организаций, а также того, что в штате ООО СК «Энергостроитель» на период выполнения данных работ действительно имелись данные работники, велась уставная деятельность, учитывая, что решением Арбитражного суда Кемеровской области от 05.12.2017 данное ООО было признано банкротом (л.д.23-25 т.2), а также не представлены доказательства того, что ООО СК «Энергостроитель» приобретало во исполнение заключенного договора строительные материалы, использовало для производства работ принадлежащее ей оборудование. 

Свидетель П., повторно допрошенная в судебном заседании --.--.----., пояснила, что видела на участке ответчиков работающих на протяжении нескольких дней двоих посторонних людей, их работой руководила ТМИ и Ф. 

Суд относится критически к пояснениям свидетеля П. в указанной части, поскольку считает, что она заблуждается относительно того, что именно работники строительной организации, а не лица, которые оказывали помощь Ф. - два или три раза приезжал друг также заходил сосед, живущий в доме напротив, осуществляли работы на участке ответчиков, поскольку доказательств тому не представлено. При этом свидетель поясняет, что она не подходила к данным лицам, не разговаривала с ними, в рабочую одежду с аббревиатурой какой-либо строительной организации работники одеты не были. 

Из акта приемки выполненных работ (том 2 л.д. 35-37) усматривается, что общая стоимость работ и затрат включает также и стоимость материалов. Доказательств, свидетельствующих о том, что указанные в акте материалы действительно приобретались выполняющей работы организацией, либо ответчиком ФИО3, суду не представлено. 

Таким образом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, ответчиком ФИО3 не представлено объективных доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что заключенный им с ООО СК «Энергостроитель» договор на выполнение ремонтных работ дома, был фактически исполнен, как и не доказан сам факт заключения договора подряда и выполнения в его рамках каких-либо строительных работ, приобретения строительных материалов, оплаты договора ответчиком. В материалы дела представлены копии приходных кассовых ордеров, подписанных руководителем ООО и за главного бухгалтера и за кассира и заверенных конкурсным управляющим ООО СК «Энергостроитель» (л.д. 31-33), однако ответчиком ФИО3 суду не были представлены доказательства внесения в кассу предприятия данных денежных средств по договору - отрывной части (квитанции) квитанции, которая в соответствии с правилами ведения бухучета подлежит передаче лицу, внесшему денежные средства.

Стороной же истцов в качестве обоснования факта несения расходов в материалы дела представлены подлинники платежных документов: чеки, товарные накладные, договоры на услуги доставки, подтверждающие факт приобретения строительных и отделочных материалов за свой счет и их доставку по адресу 

<

****>. Допрошенные свидетели в судебном заседании подтвердили, что все материалы приобретались истцами и использовались именно при ремонте 

<

****>. 

В ходе допроса свидетелей обозревались имеющиеся в материалах дела фотоматериалы (том 1 л.д. 93-95), свидетели подтвердили, что на них отображен один и тот же дом - по 

<

****> до производства ремонта и после ремонта его силами Ф. 

В качестве подтверждения финансовой возможности у ответчика ФИО3 оплаты по заключенному им договору подряда, представлен договор займа (том 1 л.д. 207-209), а также справка о трудоустройстве ФИО3, справка о его доходах за 2016, 2017 годы (том 2 л.д. 20-22).

Проанализировав представленные доказательства, суд находит, что заключенный между ПАО Сбербанк и ФИО3 кредитный договор от 14.09.2017 на сумму 104000 рублей был выдан без указания цели его использования. Тот факт, что ответчик трудоустроен, не свидетельствует о том, что у него имелась финансовая возможность оплатить строительной организации работы и материалы для ремонта дома в сумме 355581,96 рублей за короткий промежуток времени, исходя из уровня его ежемесячной заработной платы, указанной в справках - примерно 25000 рублей.

Доказательств наличия иного источника получения денежных средства ответчиком ФИО3, позволяющего произвести оплату договора в требуемом размере, суду не представлено. 

Ни истцы, ни ТМИ – супруга ФИО3 не знали о том, что им в апреле 2017 года заключался и оплачивался частями договор подряда, что установлено из их пояснений в ходе судебного разбирательства. 

Сторона ответчиков поставила под сомнение заключенный с Ф. договор строительного подряда по мотиву заключения его между родственниками.

В ходе судебного разбирательства установлено, что Ф. хотел трудоустроиться. Но когда ТМИ и ФИО3 начали ремонт, на семейном совете решили привлечь к работе зятя - Ф., работающего на протяжении 10 лет на стройке и имеющего навыки строителя. Поскольку заключать договор со строительной организацией было дорого, а капитальный ремонт требовал длительного времени, в течение которого Ф. бесплатно работать не мог, с ним был заключен договор строительного подряда, который им был исполнен, произведена оплата за фактически выполненные работы. 

Тот факт, что договор строительного подряда был заключен между супругами (Ф. и ФИО2), а также ФИО1 не влечет признание его ненадлежащим доказательством по делу. Факт исполнения подтвержден показаниями свидетелей, фототаблицами, актом выполненных работ.

В обоснование своих возражений в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ стороной ответчиков не представлено достоверных доказательств того, что какие-либо строительные материалы, приобретенные истицей ФИО2, не были вложены в строительство или отделку дома по 

<

****>, принадлежащего ответчикам или были приобретены за счет иных лиц. Также не имеется доказательств того, что истец ФИО2 в спорный период осуществляла строительство иного жилого дома или использовала приобретенные, согласно представленным платежным документам, строительные материалы по иному назначению.

Проанализировав все вышеизложенное в совокупности, суд приходит к следующим выводам. 

За счет истцов в жилом доме, принадлежащем ответчикам на праве собственности произведены неотделимые улучшения, из чего следует, что стоимость неосновательного обогащения подлежит возмещению истцам за счет ответчиков. При этом истцы не оспаривают, что знали о том, что дом принадлежит ответчикам, однако с ФИО3 имелась договоренность о возврате потраченных на ремонт дома денежных сумму либо путем возврата впоследствии потраченных денежных средств, либо путем производства за счет денежных средств ответчика ФИО3 ремонт их жилищ.

В период с апреля 2017 года по октябрь 2017 в жилом доме по 

<

****> произведены неотделимые улучшения в виде: изготовления двух стен дома заливным способом (шлак и цемент), демонтажа крыши дома и венца дома; изготовления сварочного корпуса из арматуры пояса по периметру дома и перегородки дома; установки сварочного пояса на стены дома; укладки бруса по периметру дома на сварочный пояс; изготовления обрешетки на перекрытие потолка и пола мансарды дома; кладки печной трубы из кирпича с выводом на крышу дома (3 м), укладки утеплители на обрешетку мансарды; крепления профлиста на крышу дома; внутренней отделки мансарды (укладка утеплителя изнутри мансарды по стенам, потолку и полу; обшивка гипсокартоном стен и потолка; укладка фанеры на пол; изготовление лестницы из мебельных щитов; установка лестницы); установки окон – 6 штук на втором этаже, 3 штуки на первом этаже; установки дверей - 1 шт.; установки водяного печного котла; монтаж разводки по дому, 1 и 2 этаж, труб для отопления; установки радиаторов – 6 штук на 1 этаже, 3 штуки на втором этаже; замены водопроводных труб; изготовления пола из раствора шлака и цемента под душ; облицовки печной трубы кирпичом, облицовки одной стены дома сайдингом. 

Факт заключения договора подряда между Ф. и ФИО2, ФИО1, а также фактическое выполнение в его рамках вышеуказанных строительных и отделочных работ судом достоверно установлено.

Стоимость выполнения указанных работ составила 130000 рублей, оплаченных истцами (каждой по 65000 рублей) из собственных средств, что подтверждено вышеизложенными доказательствами.

Для выполнения указанных работ истцами за счет собственных средств приобретены строительные и отделочные материалы, перечень, количество и стоимость которых содержится в представленном суду расчете и подтверждены документально подлинниками платежных документов, всего на сумму 159017 рублей. При этом все материалы приобретены в юридически значимый для рассматриваемого спора период, после зачисления денежных средств истцом на счет банковской карты ТМИ, кроме покупки арматуры на сумму 2688 рублей. Приобретение данного материала суд не принимает во внимание, поскольку представленная истцом квитанция на покупку арматуры датирована 16.06.2017 и не может быть принята в качестве доказательства, подтверждающего расходы истцов за счет их средств, зачисленных на карту матери 19.06.2017.

Разрешая заявленные по данному делу исковые требования, руководствуясь положениями норм действующего законодательства, регулирующих спорные правоотношения, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что между истцами и собственником дома в юридически значимый период имелось соглашение о проведении работ по улучшению жилого дома, в связи с чем, истцы принимала участие и вкладывала свои личные средства в проводимый ремонт дома, строительные работы, а потому истцы имеет право на возмещение стоимости произведенных неотделимых улучшений, соразмерно доли вложений каждой из истиц, включающих стоимость приобретенных строительных и отделочных материалов в сумме 156329 рублей. Поскольку в стоимость неотделимых улучшений включается стоимость стройматериалов и стоимость работ по созданию этих улучшений, стоимость работ в сумме 130000 рублей, оплаченных истцами, также подлежит взысканию с ответчиков ввиду того, что ответчики неосновательно обогатились, в том числе, и на данную сумму.

На основании п. 1, 2 ст. 244 ГК РФ имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности.

Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

Согласно п. 1 ст. 245 ГК РФ, если доли участников долевой собственности не могут быть определены на основании закона и не установлены соглашением всех ее участников, доли считаются равными.

Согласно п. 1 ст. 246 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников.

Поскольку дом по 

<

****> принадлежит ответчикам ФИО3 и ФИО4 в равных долях по ?, то и полученное ими неосновательное обогащение подлежит взысканию с ответчиков в равных долях, соразмерно их доле в праве общей собственности.

Таким образом, суд считает необходимым удовлетворить исковые требования истца ФИО2 и взыскать с ответчиков ФИО3, ФИО4 в равных долях сумму неосновательного обогащения в размере 221329 рублей, т.е. по 110664,50 рублей с каждого; в пользу истца ФИО1 в равных долях сумму неосновательного обогащения в размере 65000 рублей, т.е. по 32500 рублей с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 11, 12, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты> ФИО4, 

<

данные изъяты> в пользу ФИО2, 

<

данные изъяты> в равных долях сумму неосновательного обогащения в размере 221329 (двести двадцать одна тысяча триста двадцать девять) рублей, т.е. по 110664,50 (сто десять тысяч шестьсот шестьдесят четыре) рубля с каждого.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты> ФИО4, 

<

данные изъяты> в пользу ФИО1, 

<

данные изъяты> в равных долях сумму неосновательного обогащения в размере 65000 (шестьдесят пять тысяч) рублей, т.е. по 32500 (тридцать две тысячи) рублей с каждого.

ФИО2 в удовлетворении оставшейся части исковых требований к ФИО3, ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления судом мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 13.06.2018 

Судья Е.С. Шмакова