75RS0021-01-2019-000665-14

Категория дела 2.209

Дело № 2-344/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 декабря 2019 года с. Улеты

Улетовский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Гарголло А.Ю.,

при секретаре Цыдыпове Б.Б.,

с участием истца ФИО1

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3, действующего по ч.6 ст.53 ГПК РФ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением. В обоснование иска указано, что приговором мирового судьи судебного участка № 58 Улетовского судебного района Забайкальского края от 25 октября 2019 года ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 139 УК РФ, то есть проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, ей назначено наказание в виде штрафа в размере 5000 рублей. В период совершения ответчицей преступления с 27 июня 2018 года по 20 июля 2019 года истица находилась в отпуске, отдыхала в г. Сочи. За сохранностью квартиры смотрела ее подруга - ФИО4 и мама - ФИО5. Сообщение матерью о факте проникновения в квартиру, повреждении телевизора, а также о нарушении общего порядка в квартире после пребывания посторонних лиц, то есть о факте нарушения неприкосновенности жилища ФИО2, негативно отразилось на ее психологическом состоянии здоровья, так как ее отдых был испорчен неприятной новостью, несколько ночей после сообщения о проникновении в квартиру она не спала, испытывала чувство страха и тревоги, ее самочувствие ухудшилось (беспокоили головные боли), в связи с совершенным преступлением она отменила экскурсии, пришлось сократить время отпуска и вернуться домой раньше запланированного срока. Несовершеннолетний ребенок - ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., находившийся на отдыхе совместно с истицей, очень переживал из - за произошедшего, было неприятно от случившегося, в том числе, что ребенку пришлось испытывать переживания и беспокойство. Из-за произошедшего у матери, страдающей гипертонией, ухудшилось самочувствие, истица переживала из-за ее состояния здоровья, вынуждены были обратиться за медицинской помощью в лечебное учреждение для матери. Противоправными действиями ФИО2 истцу был причинен моральный вред, который выразился в нравственных страданиях, который она оценивает в 70000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, дополнила их требованием о взыскании судебных расходов, понесенных ею за оплату услуг по написанию искового заявления в размере 2500 руб. Дополнительно пояснила, что моральный вред выразился для нее в испытании нравственных страданий, вызванных нарушением ее конституционного права на неприкосновенность жилища, в результате неправомерных действий ответчицы, позволившей себе проникнуть в ее квартиру, прикасаться к ее вещам, устроить беспорядок в квартире, разбить телевизор коньками, которые находились в шкафу, что говорит о том, что ФИО2 перебирала вещи истца, пытаясь что то в них отыскать. Само нахождение этого человека в ее квартире в ее отсутствие вызывает у нее чувство брезгливости, в связи с чем, ей пришлось делать в доме ремонт. Ей неприятно то, что ФИО2, находясь в ее квартире в ее отсутствие прикасалась к ее вещам. После незаконного проникновения в дом ФИО2, рыбки, которые находились в 200 литровом аквариуме сдохли, так как вода в аквариуме была испорчена и потемнела. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признала, просила отказать ФИО7 в заявленных требованиях по тем основаниям, что в квартиру истицы она не проникала, вошла в открытую дверь, хотела поговорить с бывшим супругом, но не обнаружив его дома, решила разбить свой телевизор, который они покупали во время брака. Не считает, что она своим нахождением в квартире сестры своего бывшего супруга, причинила ей какие-либо нравственные страдания.

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО3 просил отказать в требованиях истца по тем основаниям, что судебная практика сложилась так, что при совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, то есть кражи, совершённой с незаконным проникновением в жилище, компенсация морального вреда не взыскивается. Взыскивается только возмещение ущерба, причиненного преступлением, возвращается похищенное имущество либо взыскивается стоимость похищенного имущества. Поскольку кража это тайное хищение и совершается она в отсутствие потерпевшего, непосредственного воздействия на потерпевшего со стороны преступника не оказывается. Кража, совершённая с незаконным проникновением в жилище, состоит из двух этапов: первый - это незаконное проникновение в жилище, причём довольно часто сопряжённое с порчей имущества (выломлен замок, сломана дверь, разбито окно), второй - хищение ценностей из жилища. ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 139 УК РФ, то есть незаконном проникновении в жилище, совершённом против воли проживающего в нём лица и это только первая часть преступления предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, то есть кражи, совершённой с незаконным проникновением в жилище - незаконное проникновение в жилище. Осуществлено оно было в отсутствие потерпевшей. На момент незаконного проникновения ФИО2 в жилище истицы в нём никого не было, сама она с сыном находилась в это время на отдыхе в г. Сочи. Её мать и подружка были в других местах, но не в её квартире. Поэтому непосредственного психического воздействия ФИО2 ни на кого из них не оказывалось. В материалах дела нет документов подтверждающих ухудшение состояния здоровья истицы, на которое она ссылается в иске. Компенсация морального вреда, причинённого преступлением, взыскивается в пользу лица, в отношении которого совершено преступление. ФИО2 признана виновной, в совершении преступления в отношении истицы, а не её сына и матери, поэтому вред причинён преступлением истице, а не её близким родственникам и знакомым, претендовать на взыскание компенсации морального вреда в этом случае может только истица и за вред причиненный ей. Ходатайство истицы о взыскании с ФИО2 судебных издержек просит оставить без удовлетворения. 

Выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, а также материалы уголовного дела №1-41/2019, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Вступившим в законную силу приговором мирового судьи судебного участка № 58 Улетовского судебного района Забайкальского края от 25 октября 2019 года ФИО2 признана виновной в совершении преступления в отношении ФИО1, ее действия квалифицированы по ч.1ст. 139 УК РФ - проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица. Этим приговором установлены обстоятельства согласно которым, 13 июля 2019 года, в период времени с 07 часов до 08 часов, ФИО8, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, пришла к квартире № 27 дома № 171 по ул. Дружба в ЗАТО п.Горный Забайкальского края, принадлежащей истице с целью встречи и составления разговора с бывшим супругом ФИО9 При том придя к квартире ФИО1, на стук в двери ей никто не открыл, дверь была заперта на ключ. В это время у ФИО10 возник умысел на незаконное проникновение в вышеуказанную квартиру. Реализуя свой преступный умысел, ФИО2, зная о том, что хозяйка квартиры отсутствует дома, что дверь квартиры закрыта на ключ, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде нарушения Конституционного права ФИО1 на неприкосновенность жилища, и желая этого, имевшимся при себе ключом открыла дверь данной квартиры, после чего, незаконно, без разрешения, против воли проживающей там ФИО1, проникла через открытую входную дверь в квартиру, нарушая тем самым гарантированное статьей 25 Конституции РФ право на неприкосновенность жилища, согласно которой жилище неприкосновенно и никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом или на основании судебного решения. По данному уголовному делу ФИО1 признана потерпевшей (л.д.10-11).

На основании ч. 1 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приговор отнесен к числу доказательств по гражданскому делу.

Кроме того, в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела установлено, что также не оспаривается самой ответчицей, находясь в квартире истицы ФИО2, обнаружив в шкафу детские коньки, разбила ими телевизор, располагавшийся на стене квартиры, чем нарушила общий порядок в квартире.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации; они определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием; гарантируется государственная, в том числе судебная, защита прав и свобод человека и гражданина; каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом; права потерпевших от преступлений охраняются законом, государство обеспечивает им доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 17, часть 1; статьи 18 и 45; статья 46, части 1 и 2; статья 52).

Обеспечение реализации указанных прав потерпевшего в силу статей 71 (пункты "в", "о"), 72 (пункт "б" части 1) и 76 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации осуществляется федеральным законодателем, в том числе посредством использования механизмов уголовно-процессуального и гражданско-правового регулирования, допускающих возмещение морального вреда, причиненного потерпевшему преступлением.

В соответствии с положениями ст. 151, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда допускается в тех случаях, когда он причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Из положений ч. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что к нематериальным благам относится, в том числе, неприкосновенность жилища.

В соответствии со ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 и ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как видно из приговора, действия ФИО2 квалифицированы как незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица. ФИО1 указала в исковом заявлении и подтвердила в судебном заседании, что испытывала нравственные страдания, вызванные нарушением ее конституционного права на неприкосновенность жилища, ей было тяжело принять тот факт, что ФИО2, отношения с которой носят взаимный неприязненный характер, что также подтвердила сама ответчица, проникла в ее квартиру, находилась в ней, перебирала ее личные вещи, разбила телевизор, чем нарушила порядок в квартире. 

Соглашаясь с предъявленным обвинением в полном объеме, соглашаясь с квалификацией действий, ФИО2 подтвердила незаконность своего проникновения в квартиру истца без ее согласия, при этом приговором установлено, что дверь в квартиру ФИО1 была заперта.

По смыслу уголовного закона имущественные отношения выступают лишь в качестве основного объекта совершения преступлений, предусмотренных Главой 21 УК РФ, однако, в зависимости от избранного лицом способа совершения преступления и наступивших последствий, находящихся в причинно-следственной связи с деянием, объектом преступного посягательства могут также выступать и неимущественные правоотношения.

Таким образом, несмотря на то, что кража, как указал представитель ответчика в своих возражениях, отнесена законодателем к преступлениям против собственности, совершение преступления ФИО2 порождает объект преступного посягательства - общественные отношения, возникающие в связи с реализацией конституционного права гражданина на неприкосновенность жилища.

Кроме того, как следует из позиции Конституционного Суда РФ, сформулированной в Определении от 11 октября 2016 года, один лишь факт квалификации совершенного преступления как посягающего на имущественные права не предопределяет отказ в компенсации морального вреда лицу, которому преступлением были причинены физические и (или) нравственные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, оценив в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации все представленные по делу доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, степени вины ответчика, характера причиненных истцу страданий, с учетом требований разумности и справедливости считает, что заявленная сумма компенсации морального вреда не соразмерна нравственным и физическим страданиям. С учетом изложенного с ответчика подлежит возмещение компенсация морального вреда в размере 7000 рублей.

Исходя из ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ФИО2 в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы размере 2500 руб.. Данные расходы суд признает обоснованными и разумными, учитывая объем оказанной правовой помощи и представленной квитанции о ее оплате.

В соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, в связи с чем, с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета в размере 700 рубль.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением в размере 7000 рублей, судебные расходы в размере 2500 рублей.

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в размере 700 рублей в доход муниципального образования «Улетовский район».

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд в течение месяца, со дня принятия решения судом в окончательной форме, путем подачи жалобы через Улетовский районный суд Забайкальского края.

Судья А.Ю. Гарголло

Решение суда принято в окончательной форме 29 декабря 2019 года.