Дело № 2-973/2025

УИД 29RS0008-01-2025-001439-15

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

4 июня 2025 года город Котлас

Котласский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего Алексеевой Е.В.

при секретаре Шмаковой Е.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску заместителя Котласского межрайонного прокурора в интересах ФИО1 к ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, обязании выплатить заработную плату, компенсацию морального вреда, внести записи в трудовую книжку, уплатить страховые взносы и налог, 

у с т а н о в и л:

заместитель Котласского межрайонного прокурора обратился в суд с иском в интересах ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2) об установлении факта трудовых отношений, обязании выплатить заработную плату, компенсацию морального вреда, внести записи в трудовую книжку, уплатить страховые взносы и налог.

В обоснование требований указано, что в период с 19 декабря 2024 года по 28 января 2025 года истец работала в должности продавца-консультанта в магазине «Клевер», расположенном по адресу: 

<

...>, у ИП ФИО2 При приеме на работу трудовой договор не заключался, к исполнению трудовых обязанностей ФИО1 допустил лично ответчик 19 декабря 2024 года. Режим работы был установлен следующий: два рабочих дня с 11 часов 00 минут до 20 часов 00 минут, два выходных дня. Учет рабочего времени вела ИП ФИО2 лично. За период работы истцу не выплачена оговоренная между сторонами заработная плата в размере 150 рублей 00 копеек в час, задолженность составляет 23100 рублей. 28 января 2025 года истец фактически прекратила трудовые отношения в связи с невыплатой заработной платы.

В связи с чем просит суд:

- установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ИП ФИО2 в период с 19 декабря 2024 года по 28 января 2025 года;

- обязать ответчика уплатить страховые взносы и налог на доходы физических лиц на имя ФИО1 за период работы;

- обязать ответчика внести в трудовую книжку истца запись о приеме на работу в должности продавца-консультанта с 19 декабря 2024 года и запись об увольнении 28 января 2025 года по собственному желанию, пункт 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации;

- обязать ответчика выплатить истцу заработную плату за декабрь 2024 года в размере 8100 рублей 00 копеек, за январь 2025 года в размере 15000 рублей 00 копеек, всего 23100 рублей 00 копеек, компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей 00 копеек.

В ходе рассмотрения гражданского дела прокурором требования уменьшены: просил обязать ответчика выплатить истцу заработную плату за декабрь 2024 года в размере 8100 рублей 00 копеек, за январь 2025 года в размере 12150 рублей 00 копеек, всего 20250 рублей 00 копеек.

Судом в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу, Управление Федеральной налоговой службы в Архангельской области и Ненецком автономном округе.

30 апреля 2025 года ФИО2 прекратила статус индивидуального предпринимателя.

В судебном заседании прокурор Сухарев А.К. требования поддержал. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, уведомлена своевременно и надлежащим образом, просит рассмотреть дело в ее отсутствие, на уточненных исковых требованиях настаивает. Ранее в судебном заседании ФИО1 пояснила, что является пенсионером, каждую зиму подрабатывает. В декабре 2024 года истец увидела объявление в социальной сети «Вконтакте» в группе «Клевер» о том, что в магазин «Клевер» требуется продавец. Впоследствии ФИО1 лично встретилась с ИП ФИО2 Сторонами были оговорены следующие условия работы: заработная плата 150 рублей в час, работа по графику 2 рабочих дня с 11 до 20 часов, 2 выходных дня, заработная плата выплачивается 10 числа каждого месяца. ИП ФИО2 заранее передала ключи от магазина ФИО1, а также неподписанный договор о полной материальной ответственности. 19 декабря 2024 года она приступила к работе. Вместе с ней продавцом работала ФИО. В обязанности истца входили: реклама и продажа товара, ведение журнала продаж, расчет с покупателями, уборка помещения в конце рабочего дня. За период работы ФИО1 так и не была выплачена заработная плата. В связи с длительной задержкой оплаты труда 28 января 2025 года истцом отработан последний день.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, уведомлена своевременно и надлежащим образом, возражений по существу требований не представила.

Представители третьих лиц Управления Федеральной налоговой службы в Архангельской области и Ненецком автономном округе, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования в Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу в судебное заседание не явились, уведомлены своевременно и надлежащим образом. 

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, рассмотрев иск, заслушав прокурора, исследовав имеющиеся материалы дела, приходит к следующему выводу.

В соответствии с частью 1 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений; защиты семьи, материнства, отцовства и детства; социальной защиты, включая социальное обеспечение; обеспечения права на жилище в государственном и муниципальном жилищных фондах; охраны здоровья, включая медицинскую помощь; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; образования.

Принимая во внимание, что ФИО1 обратилась к прокурору с заявлением об оказании правовой помощи в защите нарушенных трудовых прав, прокурор правомерно обратился в суд с иском в ее интересах.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно положениям статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Частью первой статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

Так, в пункте 17 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 разъяснено, что в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).

В силу разъяснений, изложенных в абзаце пятом пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» к признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем.

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя. При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Из материалов гражданского дела следует, что ФИО2 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 3 марта 2022 года, основным видом деятельности являлась деятельность по организации отдыха и развлечений прочая, дополнительный вид деятельности – торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах, торговля розничная косметическими и товарами личной гигиены в специализированных магазинах.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что в период с 19 декабря 2024 года по 28 января 2025 года ФИО1 под руководством и контролем ИП ФИО2 выполняла работу по должности продавца-консультанта в магазине «Клевер», расположенном по адресу: 

<

...>, а именно рекламировала и продавала товар, производила расчет с покупателями с использованием кассового аппарата, вела учет проданного товара, заполняла журналы, в конце рабочего дня осуществляла уборку помещения. При этом до работы истца допустила лично ИП ФИО2 

Наличие между сторонами трудовых правоотношений подтверждается следующими доказательствами: товарными чеками, графиком работы, договором о полной индивидуальной материальной ответственности, скриншотами переписки, ответом ИП ФИО2 в межрегиональную территориальную Государственную инспекцию труда в Архангельской области и Ненецком автономном округе, расчетным листком, скриншотами программы кассового аппарата.

Так, из договора о полной индивидуальной материальной ответственности продавца от 17 декабря 2024 года между магазином экологичных товаров «Клевер» в лице ФИО3 (после смены фамилии Пирута) (работодатель) и ФИО1 (работник), следует, что работник, занимающий должность продавца, связанную с хранением, продажей (отпуском) товаров, принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

Согласно пояснениям ФИО1 данный договор был передан ей ответчиком, однако впоследствии последним так и не был подписан, все время трудоустройства договор находился в документах в магазине.

ФИО2 в переписке с истцом подтверждает факт наличия трудовых отношений между сторонами, работу истца в должности продавца, наличие задолженности по заработной плате перед истцом, прекращение отношений.

Из расчетного листа (без указания месяца), предоставленного ответчиком в адрес межрегиональной территориальной Государственной инспекции труда в Архангельской области и Ненецком автономном округе, следует, что ФИО1 занимала должность продавца.

Указанные выше обстоятельства также подтверждаются скриншотами программы кассового аппарата, в которую в качестве сотрудников занесены 2 кассира – ФИО и ФИО1, а также кассовыми чеками за спорный период.

Анализируя представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о наличии между ФИО1 и ИП ФИО2 в период с 19 декабря 2024 года по 28 января 2025 года трудовых отношений, так как имеются все необходимые признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации: допуск истца к выполнению трудовой функции по должности продавца ответчиком ИП ФИО2 фактически был осуществлен, между сторонами достигнуто соглашение по необходимым условиям трудового договора. Целью договора, заключенного между сторонами, являлось личное выполнение ФИО1 заранее обусловленной функции, а именно реклама и продажа товара, расчет с покупателями с использованием кассового аппарата, учет проданного товара, уборка помещения. Истец работала под руководством ИП ФИО2, которая контролировала ее работу, подчинялась установленному режиму работы организации. ФИО1 работала с иным работником ИП ФИО2, следовательно, была интегрирована в коллектив работодателя.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований прокурора об установлении факта трудовых отношений между сторонами в период с 19 декабря 2024 года по 28 января 2025 года.

Рассматривая требования прокурора об обязании внести в трудовую книжку записи о приеме на работу и об увольнении, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 66 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется).

В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. Сведения о взысканиях в трудовую книжку не вносятся, за исключением случаев, когда дисциплинарным взысканием является увольнение.

Статьей 65 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при заключении трудового договора впервые работодателем оформляется трудовая книжка (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не оформляется). 

Удовлетворяя требования прокурора об установлении факта трудовых отношений, суд приходит к выводу о необходимости возложения обязанности на ФИО2 внести в трудовую книжку истца запись о приеме на работу на должность продавца с 19 декабря 2024 года и запись об увольнении с должности по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника) 28 января 2025 года.

Принимая во внимание, что ответчиком ФИО2 не выполнены возложенные на нее обязанности, предусмотренные Федеральным законом от 15 декабря 2001 года №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», Федеральным законом от 29 декабря 2006 года №255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», Федеральным законом от 29 ноября 2010 года №326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», Налоговым кодексом Российской Федерации, на нее подлежит возложению обязанность произвести уплату страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, обязательное медицинское страхование и обязательное социальное страхование, исчислить, удержать и уплатить налог на доходы физических лиц за период работы истца. 

Рассматривая требования об обязании ФИО2 выплатить ФИО1 заработную плату, суд принимает во внимание следующее.

В силу статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) – вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии со статьей 133 Трудового кодекса Российской Федерации минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения.

Месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

В статье 135 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В части 6 статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

В силу части 1 статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В силу статьи 316 Трудового кодекса Российской Федерации размер районного коэффициента и порядок его применения для расчета заработной платы работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Согласно статье 317 Трудового кодекса Российской Федерации, лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, выплачивается процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах или местностях. Размер процентной надбавки к заработной плате и порядок ее выплаты устанавливаются в порядке, определяемом статьей 316 настоящего Кодекса для установления размера районного коэффициента и порядка его применения.

Из приведенных норм трудового законодательства в их взаимосвязи следует, что заработная плата работника, работающего в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, должна состоять, в том числе из оклада (должностного оклада, тарифных ставок) с последующим начислением на него районного коэффициента и процентной надбавки за стаж работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Принимая во внимание изложенное, а также учитывая, что в ходе рассмотрения дела установлен факт трудовых отношений между истцом и ответчиком в период с 19 декабря 2024 года по 28 января 2025 года, то ФИО2 обязана была выплатить ФИО1 заработную плату за указанный период работы в полном объеме.

Прокурором в интересах истца заявлены требования о взыскании заработной платы за декабрь 2024 года в размере 8100 рублей 00 копеек и за январь 2025 года в размере 12150 рублей 00 копеек, исходя из оговоренной стоимости 1 часа работы 150 рублей 00 копеек и фактически отработанного времени 135 часов (54 часа в декабре 2024 года и 81 час в январе 2025 года).

В отсутствие письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы истца, а также достоверных сведений о достигнутом между сторонами соглашении о размере заработной платы, в отсутствие информации об обычном вознаграждении работника по должности продавца в Архангельской области, суд приходит к выводу о том, что при определении заработной платы истца необходимо исходить из минимального размера оплаты труда увеличенного на северную надбавку и районный коэффициент.

Согласно статье 1 Федерального закона от 19 июня 2000 года № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» минимальный размер оплаты труда в период с 1 января 2024 года по 31 декабря 2024 года составлял 19242 рубля 00 копеек (в редакции в редакции Федерального закона от 27 ноября 2023 года № 548-ФЗ), с 1 января 2025 года – 22440 рублей 00 копеек (в редакции Федерального закона от 29 октября 2024 года № 365-ФЗ).

Истец работала в городе Котласе Архангельской области, который относится к местности, приравненной к районам Крайнего Севера, в соответствии с Перечнем районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, в целях предоставления государственных гарантий и компенсаций для лиц, работающих и проживающих в этих районах и местностях, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 ноября 2021 года № 1946. 

Постановлением Госкомтруда СССР, ВЦСПС от 20 ноября 1967 года № 512/П-28 на всей территории Архангельской области, за исключением районов Крайнего Севера, введен районный коэффициент в размере 1,2.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1960 года для лиц, работающих в местностях приравненных к районам Крайнего Севера, установлена надбавка к месячному заработку в размере, не превышающем 50 %. 

В пункте 16 Инструкции о порядке предоставления социальных гарантий и компенсаций лицам, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в соответствии с действующими нормативными актами, утвержденной Приказом Минтруда РСФСР от 22 ноября 1990 года № 2, предусмотрено, что процентная надбавка за стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, начисляется в размере 10 % заработка по истечении первого года работы, с увеличением на 10 % заработка за каждый последующий год работы до достижения 50 % заработка.

Таким образом, для работников, осуществляющих трудовую деятельность в городе Котласе Архангельской области, введен районный коэффициент в размере 1,2 с первых дней работы в данной местности, а также по истечении каждого года работы в такой местности устанавливается северная надбавка к месячному заработку в размере 10 %, не превышающая в общей сумме 50 %.

Согласно сведениям, предоставленным Отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу, истец ФИО1 имеет необходимый стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, для установления процентной надбавки за работу в таких районах в максимальном размере.

Таким образом, заработная плата истца за декабрь 2024 года, исходя из минимального размера оплаты труда, должна составлять 11682 рубля 64 копейки (19242,00 / 151,2 х 54 х 1,2 + 50%), за январь 2025 года – 25245 рублей 00 копеек (22440,00 / 122,4 х 81 х 1,2 + 50%).

Ответчику в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации было предложено представить возражения на исковые требования.

Однако ФИО2 данным правом не воспользовалась.

Учитывая характер возникшего спора и исходя из положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации процессуальная обязанность по доказыванию факта выплаты заработной платы работнику в полном объеме возлагается на работодателя (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), при этом выплата денежных средств может подтверждаться в силу закона только допустимыми письменными доказательствами.

Факт выплаты заработной платы должен быть подтвержден подписью работника в соответствующих документах - расчетно-платежной ведомости, расчетной ведомости либо платежной ведомости. 

В соответствии с положениями статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. 

По смыслу положений Постановления Госкомстата Российской Федерации от 5 января 2004 года № 1 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты» факт выплаты заработной платы работнику может быть подтвержден письменным документом определенной формы (ведомость, расходный кассовый ордер), содержащим сведения о выплате работнику заработной платы, удостоверенные его подписью.

Ответчиком допустимых доказательств, подтверждающих выплату ФИО1 заработной платы за отработанный период, не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу об обоснованности требований прокурора в части взыскания задолженности по заработной плате. 

На основании части 3 статьи 193 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение в пределах заявленных требований и обязывает ФИО2 выплатить ФИО1 заработную плату в размере 20250 рублей 00 копеек.

Требования об обязании ответчика выплатить истцу компенсацию морального вреда также подлежат удовлетворению.

В силу части 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели в трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзацы первый, второй части второй статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Под моральным вредом понимается причинение гражданину физических или нравственных страданий действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

По смыслу пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», Трудовой кодекса Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случаях нарушения трудовых прав работников, суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Принимая во внимание, что в судебном заседании нашел подтверждение факт нарушения трудовых прав истца в части не оформления трудовых отношений, невнесения записей в трудовую книжку, невыплаты страховых взносов и налога, невыплаты заработной платы в полном объеме, требования о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными.

Исходя из степени нравственных страданий истца, степени вины ответчика, фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, учитывая период нарушения ответчиком прав истца, требования разумности и справедливости, суд определяет размер подлежащей взысканию с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда 10000 рублей 00 копеек.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина по делу в размере 7000 рублей 00 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

р е ш и л:

иск заместителя Котласского межрайонного прокурора в интересах ФИО1 (№) к ФИО2 (№) об установлении факта трудовых отношений, обязании выплатить заработную плату, компенсацию морального вреда, внести записи в трудовую книжку, уплатить страховые взносы и налог удовлетворить.

Установить факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО1 в период с 19 декабря 2024 года по 28 января 2025 года.

Обязать ФИО2 внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу на должность продавца с 19 декабря 2024 года и запись об увольнении с должности 28 января 2025 года по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника).

Обязать ФИО2 произвести уплату страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, обязательное медицинское страхование и обязательное социальное страхование, исчислить, удержать, уплатить налог на доходы физического лица ФИО1.

Обязать ФИО2 выплатить ФИО1 заработную плату за декабрь 2024 года и январь 2025 года в общем размере 20250 рублей 00 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей 00 копеек.

Взыскать с ФИО2 в доход городского округа Архангельской области «Котлас» государственную пошлину по делу в размере 7000 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы или принесения апелляционного представления через Котласский городской суд Архангельской области.

Председательствующий Е.В. Алексеева

Мотивированное решение суда составлено 11 июня 2025 года