Судья: Завьялова И.С. Дело № 22-5449/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Барнаул 25 декабря 2020 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Пенкиной Л.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Зиновьевой В.В.,

с участием:

прокурора Ульяновой Т.М.,

представителя потерпевшего – адвоката Митина М.С.,

адвоката Загнетиной О.С.,

осужденного ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Загнетиной О.С. в интересах ФИО1, осужденного ФИО1 и представителя потерпевшего – адвоката Митина М.С. на приговор Ленинского районного суда г. Барнаула от 6 ноября 2020 года, которым

ФИО1, (данные изъяты), несудимый, 

- осужден по ч.1 ст.112 УК РФ к 1 году ограничения свободы с установлением ограничений: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту жительства – (адрес) и не изменять места жительства или пребывания; с возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации в установленные этим органом дни; 

- взысканы с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 68 112 рублей 22 копейки;

- взысканы с ФИО1 в пользу Г. 100 000 рублей в качестве возмещения морального вреда, причиненного преступлением.

Изложив существо дела, доводы апелляционных жалобы и возражений на них, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО2 признан виновным в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью потерпевшего Г., не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст.111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья. 

Преступление совершено (дата) в (адрес) при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании Орехов вину не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Загнетина О.С. просит приговор в отношении ФИО2 отменить как незаконный и необоснованный и вынести оправдательный приговор. В обоснование указывает, что в судебном заседания Орехов вину не признавал и дал подробные показания об обстоятельствах конфликта между ним и Г., указав на отсутствие умысла на причинение потерпевшему вреда здоровью средней тяжести и на то, что действовал в состоянии необходимой обороны. Полагает, что суд необоснованно критически оценил показания ФИО2, приняв за основу показания потерпевшего, признав их в целом достоверными и непротиворечивыми, в то время как они таковыми не являются. Отмечает, что показания свидетеля П.2, являющегося очевидцем происшествия, аналогичны показаниям ФИО2; показания свидетеля К. также опровергают показания потерпевшего; при допросе в судебном заседании свидетель М. дала показания, содержащие не только внутренние противоречия (противоречат ее же собственным пояснениям при проверке на месте), но и противоречат показаниям свидетелей П.2 и К., поэтому не отвечают принципу достоверности; свидетель Ш. сообщила, что об обстоятельствах произошедшего ей известно со слов потерпевшего. Считает, что суд необоснованно отклонил доводы стороны защиты о нанесении потерпевшим первым удара ФИО2 и наличии в действиях ФИО2 признаков необходимой обороны, так как его действия, вопреки выводам суда, были направлены на сдерживание Г., который даже в лежачем положении был агрессивен, на помощь не звал, пытался нанести удар ФИО2, тогда как последний просил Г. успокоиться, а К. – вызвать сотрудников полиции; при этом подчеркивает, что показания потерпевшего в большей части были опровергнуты в судебном заседании, в частности свидетель П.2 утверждал, что первым нанес удар кулаком именно потерпевший, на чем и настаивал ФИО2, свидетель К. пояснила суду, что не видела, кто первым нанес удар, может лишь предполагать. Резюмируя изложенное, адвокат указывает, что с учетом ночного времени суток, агрессивного поведения Г., который со слов ФИО2, П.2 и К. находился в состоянии алкогольного опьянения, первый нанес удар ФИО2, в ходе обоюдной драки внезапно укусил ФИО2 за нос, у последнего имелись все основания опасаться за свое здоровье, то есть он действовал в состоянии необходимой обороны, что исключает его ответственность за наступившие последствия.

В апелляционной жалобе осужденный Орехов выражает несогласие с постановленным в отношении него приговором, настаивает на том, что он действовал в рамках закона в состоянии самообороны, пресекая хулиганские действия напавшего на него Г., находящегося в состоянии опьянения. Излагает свою версию произошедшего, аналогичную содержанию его показаний в судебном заседании, при этом описывает причины конфликтной ситуации, сложившейся между ним и некоторыми жильцами дома; указывает на возможные причины его оговора со стороны потерпевшего и свидетелей П.1, Ч., а также на частичную недостоверность показаний К. и П.2 и на фальсификацию материалов уголовного дела дознавателем. 

Представитель потерпевшего в апелляционной жалобе просит приговор отменить, ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ, и назначить ему реальное лишение свободы в пределах санкции названной статьи. Считает, что решение суда о переквалификации действий ФИО2 с п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ на ч.1 ст.112 УК РФ не основано на фактических обстоятельствах уголовного дела. Ссылаясь на заключение эксперта (номер) от (дата), полагает, что форма телесных повреждений, имевшихся у Г., свидетельствует об их причинении предметом, имеющим продолговатую форму, что подтверждает показания потерпевшего. Оспаривает вывод суда о незаинтересованности в исходе дела свидетелей П.2, находящегося в дружеских отношениях с О-вым, и К. – сожительницы ФИО2.

В возражениях на все апелляционные жалобы прокурор просит оставить их без удовлетворения, а приговор в отношении ФИО2 – без изменения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Сведений о фальсификации материалов и доказательств на досудебной стадии в уголовном деле не имеется, а соответствующие доводы жалобы осужденного являются необоснованными и ничем не подтверждены. Проверяя соответствующие заявления ФИО2, суд допросил в качестве свидетеля дознавателя С. относительно обстоятельств производства предварительного расследования по уголовному делу, в том числе проведения допросов потерпевшего, свидетелей и обвиняемого, и убедился в допустимости собранных доказательств. 

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. 

На основании исследованных доказательств судом сделан правильный вывод о доказанности вины ФИО2 в совершении указанного в приговоре преступления. 

Собранные по делу доказательства, в том числе показания потерпевшего и свидетелей (за исключением М.), а также заключение судебно-медицинской экспертизы в отношении Г., на которые обращено внимание в апелляционных жалобах, суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности их в совокупности для разрешения уголовного дела по существу. 

При необходимости в судебном заседании в порядке, предусмотренном ч.3 ст.281 УПК РФ, оглашались показания потерпевшего и свидетелей со стадии предварительного расследования. Выявленным несоответствиям также дана оценка с приведением мотивов в обоснование принятого решения. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что существенных противоречий, влияющих на выводы суда по существу дела (относительно установления времени, места, обстоятельств совершения деяния), как они установлены в приговоре, и на квалификацию противоправных действий виновного, между показаниями, данными при допросе в суде и на стадии предварительного расследования, не выявлено. 

Перечень и содержание доказательств подробно изложены в приговоре. Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств (за исключением показаний свидетеля М.) приведены в приговоре с соблюдением требований ст.307 УПК РФ. При этом судом тщательно проверялась версия ФИО2 о его невиновности в инкриминированном преступлении, о самообороне, и обоснованно отвергнута, так как опровергается совокупностью доказательств, приведенных в приговоре в подтверждение его вины.

На основании совокупности исследованных доказательств (за исключением показаний свидетеля М.) судом правильно установлены фактические обстоятельства совершения преступления, которые подробно описаны в приговоре, и дана правильная юридическая оценка действиям ФИО2.

Выводы суда относительно квалификации противоправных действий осужденного, в том числе об отсутствии в его действиях признаков необходимой обороны, а также об отсутствии доказательств, с достоверностью свидетельствующих о наличии квалифицирующего признака «с применением предметов, используемых в качестве оружия», подробно и убедительно мотивированы в приговоре. Суд пришел к правильному выводу о том, что именно в результате противоправных умышленных действий ФИО2, которые состоят в прямой причинной связи с наступившими последствиями, у потерпевшего образовались телесные повреждения, причинившие, в том числе вред здоровью средней тяжести. 

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о наличии поводов для оговора обвиняемого со стороны лиц, допрошенных судом, в том числе свидетелей П.1 и Ч., охарактеризовавших ФИО2 и сообщивших о наличии конфликтных ситуаций между ним и некоторыми жильцами дома, не установлено. Данный вывод не опровергается доводами жалобы осужденного, основанными на его субъективном мнении и ничем объективно не подтвержденными.

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты оснований для признания показаний потерпевшего Г. недостоверными в полном объеме не имеется, поскольку они последовательны в части места, времени, причины возникновения конфликта с О-вым, который вел себя агрессивно, в ходе словесной ссоры первым нанес ему удар, а затем продолжил наносить многочисленные удары, в том числе и лежащему на земле, от которых у него (потерпевшего) образовались телесные повреждения, зафиксированные в заключении эксперта. 

Тот факт, что показания потерпевшего в части использования О-вым при нанесении ударов некоего предмета, отвергнуты судом в связи с их предположительностью, поскольку Г. в судебном заседании пояснил, что предмета не видел, заявлял о его применении с учетом болевых ощущений, не свидетельствует о недостоверности показаний в целом. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что и в ходе предварительного расследования Г. не утверждал, что видел тот предмет, которым, по его мнению, О-вым наносилась часть ударов. Также в судебном заседании потерпевший не отрицал того, что, сопротивляясь, укусил уже начавшего наносить ему удары ФИО2 за нос, а при допросах в ходе дознания об этом не сообщил, так как при его пояснениях об оказании ФИО2 сопротивления детали не уточнялись.

Показания потерпевшего в части, принятой судом в обоснование своих выводов об установлении фактических обстоятельств уголовного дела согласуются и взаимно дополняют друг друга с иными доказательствами, в том числе показаниями свидетелей П.2, К., Ш., заключением судебно- медицинской экспертизы (номер) от (дата). 

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с мнением, изложенным в апелляционной жалобе представителя потерпевшего, о заинтересованности в исходе дела в пользу ФИО2 со стороны свидетелей П.2 и К., а также с доводами апелляционных жалоб стороны защиты о том, что показания названных свидетелей опровергают показания потерпевшего.

Так, в судебном заседании П.2 и К. дали показания, в целом аналогичные показаниям потерпевшего, за исключением того, что К. отрицала факт передачи ФИО2 какого-либо предмета для нанесения ударов потерпевшему, а П.2 утверждал, что первым во время конфликта удар нанес ФИО3, и после падения потерпевший располагался лицом вверх, а не вниз, как утверждают Г. и К., и поясняет ФИО2.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что факт применения предмета, используемого в качестве оружия, не нашел своего подтверждения в ходе судебного следствия и исключен при постановлении приговора из объема предъявленного ФИО2 обвинения. Оценивая показания потерпевшего и мотивируя, как отмечено выше, соответствующие выводы, суд обоснованно сослался и на показания К. и П.2 в этой части. 

Из показаний К. в суде следует, что она наблюдала за исследуемыми событиями с того момента, когда Г. и ФИО2 находились у подъезда и разговаривали (то есть до начала непосредственно конфликта), при этом Г. разговаривал спокойно, а ФИО2 – грубо, сначала ФИО2 нанес Г. несколько ударов, а когда они упали, при этом ФИО2 сидел сверху на лежащем на животе Г., ФИО2 наносил потерпевшему множественные удары, сильно бил его ((номер)). 

Что касается показаний П.2 относительно нанесения первого удара ФИО3, то они опровергаются совокупностью показаний потерпевшего, последовательно настаивавшего на том, что первым ему нанес удары по лицу и голове ФИО2, и свидетеля К., которая, вопреки доводам жалобы защитника, в судебном заседании пояснила, что первым удар нанес ФИО3. 

Ссылка адвоката Загнетиной О.С. в апелляционной жалобе на объяснения П.2 неосновательна, так как в судебном заседании они не исследовались.

Оснований для исключения из числа доказательств, приведенных судом в приговоре в обоснование виновности ФИО2, показаний свидетеля Ш., видевшей у Г. телесные повреждения и сообщившей об обстоятельствах происшедшего, ставших известными ей со слов потерпевшего, не имеется, поскольку они не опровергаются совокупностью иных доказательств, подтверждающих выводы суда по существу дела, источник совей осведомленности свидетелем назван. 

Не опровергают выводов суда и показания свидетелей Б. и Е., на которых указывает в жалобе осужденный, так как первый, являющийся участковым уполномоченным полиции, в судебном заседании дал пояснения об обстоятельствах проведения проверочных мероприятий до возбуждения уголовного дела, а второй не сообщил каких-либо сведений, относящихся к обстоятельствам данного дела. 

Факта причинения телесных повреждений потерпевшему, в том числе нанесения ему множественных ударов, ФИО2 не отрицал, в том числе и лежащему на животе, когда он (ФИО2) сидел на спине Г., о чем он пояснял при допросе и при проведении очной ставки с потерпевшим. 

Показания ФИО2 со стадии дознания справедливо признаны судом допустимым доказательством и в совокупности с другими доказательствами приняты во внимание при постановлении приговора, поскольку, как указано выше, сведений о фальсификации материалов уголовного дела, в том числе протоколов следственных действий, не установлено. ФИО2 после исследования в судебном заседании соответствующих протоколов пояснил, что в них имеются его подписи, каких-либо ходатайств при подписании им и присутствовавшим адвокатом не заявлялось; о применении каких-либо форм воздействия на него со стороны сотрудников правоохранительных органов суду не сообщал. 

Доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО2 умысла на причинение вреда здоровью потерпевшего средней тяжести и о том, что ФИО2 действовал в состоянии необходимой обороны, обсуждались судом при постановлении приговора и обоснованно отвергнуты с приведением подробных мотивов в обоснование такого решения. В частности, суд справедливо отметил, что о направленности умысла ФИО2 на совершение описанного в приговоре деяния свидетельствуют обстоятельства его совершения: нанесение виновным многочисленных ударов потерпевшему, в том числе по пальцам левой руки в момент, когда потерпевший защищал от ударов голову, повлекших телесные повреждения, в частности в виде закрытого перелома головки средней фаланги 3-го пальца левой кисти с ушибом мягких тканей в месте перелома, причинившего средней тяжести вред здоровью.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что активное сопротивление потерпевшего нанесшему ему первый удар ФИО2 и затем продолжившему наносить множественные удары даже в то время, когда тот находился в лежачем положении на животе, а ФИО2 сидел на нем сверху, не может свидетельствовать о необходимости ФИО2 обороняться от действий Г. и нахождении его (ФИО2) в состоянии необходимой обороны. Не свидетельствует об обратном с учетом фактически установленных обстоятельств дела и состояние алкогольного опьянения потерпевшего, на что обращает внимание сторона защиты в своих жалобах.

Таким образом, приведенные в обоснование невиновности ФИО2 в апелляционных жалобах стороны защиты доводы (за исключением касающихся показаний свидетеля М.), являются необоснованными и не влекут отмены приговора. 

С учетом установленных судом обстоятельств совершения преступления и наступивших от этого преступления последствий не имеется оснований для переквалификации действий осужденного с ч.1 ст.112 УК РФ на п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе представителя потерпевшего. 

Заключение судебно-медицинской экспертизы, которым установлено наличие у Г. телесных повреждений, их количество, характер, локализация и степень тяжести ((номер)), на которое в обоснование своих доводов ссылается адвокат Митин М.С., не содержит конкретного вывода относительно механизма образования этих телесных повреждений, в нем указано: образовались от воздействий (ударов) тупыми твердыми предметами, каковыми могли быть и конечности постороннего человека (руки, ноги), а также металлический предмет в виде колотушки. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что адвокат Митин М.С. не является лицом, обладающим специальными познаниями, которое по смыслу уголовно-процессуального закона вправе делать выводы (тем более однозначные) о механизме образования телесных повреждений.

Названное заключение эксперта, как и любое иное доказательство, не имеет для суда приоритетного значения, оно оценивалось судом в совокупности с другими исследованными доказательствами, как и требует уголовно-процессуальный закон. При этом, как отмечено выше, с учетом оценки показаний потерпевшего в соответствующей части, ФИО2, отрицавшего использование какого-либо предмета в ходе конфликта с Г., свидетелей П.2 и К., которые также сообщили о том, что никаких предметов у ФИО2 не было, суд, руководствуясь конституционным принципом презумпции невиновности, пришел к обоснованному выводу об исключении из предъявленного ФИО2 обвинения квалифицирующего признака, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ.

Наказание ФИО2 назначено в соответствии со ст. 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Выводы относительно вида и размера наказания в приговоре надлежащим образом мотивированы. 

Назначенное ФИО2 наказание, определенное в виде ограничения свободы не в максимальном размере санкции ч.1 ст.112 УК РФ с соблюдением требований уголовного закона, в том числе ст.53 УК РФ, является справедливым, соответствует тяжести совершенного преступления и личности осужденного. 

Вопрос о взыскании с осужденного процессуальных издержек, связанных с выплатой потерпевшему сумм на покрытие расходов, необходимых для явки к месту производства процессуальных действий, и оплатой вознаграждения представителю потерпевшего, разрешен судом в соответствии с требованиями ст.ст.131, 132 УПК РФ. При этом в судебном заседании ФИО2 разъяснялись соответствующие положения уголовно-процессуального закона, исследовались документы, подтверждающие понесенные потерпевшим затраты выяснялось мнение подсудимого относительно возможности взыскания с него процессуальных издержек.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Из описательно-мотивировочной части приговора усматривается, что показания свидетеля М. не могут быть признаны достоверными, поскольку содержание ее пояснений об обстоятельствах дела было опровергнуто при проведении проверки показаний на месте в рамках судебного следствия. Анализируя показания М. ((номер)), суд фактически пришел к такому выводу, однако привел ее показания в приговоре как доказательство вины ФИО2.

С учетом изложенного из приговора необходимо исключить указание суда на показания свидетеля М. в качестве доказательства.

Вносимое изменение не влечет признания необоснованными выводов суда по существу дела, поскольку, как уже отмечалось выше, совокупностью иных доказательств судом бесспорно установлены обстоятельства совершения преступления и виновность в его совершении ФИО2, действиям которого дана правильная юридическая оценка. 

Принимая решение об удовлетворении гражданского иска потерпевшего о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, суд учитывал фактические обстоятельства дела, степень вины осужденного, последствия полученных травм, материальное положение гражданского ответчика. Однако при этом судом в должной мере не учтено требование разумности и справедливости. Сумма, взысканная судом с ФИО2 в пользу Г., в счет возмещения морального вреда, несоразмерна степени физических и нравственных страданий, перенесенных потерпевшим в результате совершенного в отношении него О-вым преступления, поэтому подлежит уменьшению с учетом конкретных обстоятельств дела, установленных судом. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинского районного суда г. Барнаула от 6 ноября 2020 года в отношении ФИО1 изменить: 

- исключить указание на показания свидетеля М. как на доказательство;

- снизить размер взыскания с ФИО1 в пользу Г. в счет возмещения морального вреда, причиненного преступлением, до 50 000 рублей.

В остальной части этот приговор оставить без изменения.

Апелляционные жалобы адвоката Загнетиной О.С. и осужденного удовлетворить частично, апелляционную жалобу представителя потерпевшего – адвоката Митина М.С. оставить без удовлетворения.

Председательствующий: Л.Н. Пенкина