Дело № 2-206/2017

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

с. Кемля 22 мая 2017 г.

Ичалковский районный суд Республики Мордовия в составе судьи Проняшина А.А.,

при секретаре судебного заседания Капитоновой О.А.,

с участием помощника прокурора Ичалковского района Республики Мордовия Ломшина А.М.,

истца ФИО1, его представителя ФИО2, выступающего на основании доверенности от 15 апреля 2016 г.,

представителей ответчика акционерного общества «Агрофирма «Октябрьская», ФИО3, выступающей на основании доверенности от 22 июня 2015 г., ФИО4, выступающего на основании доверенности от 04 апреля 2017 г.,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Сыродельный комбинат «Ичалковский», ФИО5, выступающего на основании доверенности от 18 января 2017 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Агрофирма «Октябрьская» о взыскании компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Агрофирма «Октябрьская», далее также по тексту АО «Агрофирма «Октябрьская», о взыскании компенсации морального вреда. В заявлении указывается, что 08 января 2014 г., в 08 час. 45 мин., он, управляя автомобилем КАМАЗ 65117-62, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, принадлежащем ОАО «Сыродельный комбинат «Ичалковский», выполнял свои трудовые обязанности водителя, двигаясь по заданному работодателем маршруту. Подъезжая к животноводческому комплексу отделения ФИО6 «Агрофирма «Октябрьская» со стороны автомобильной дороги г. Пенза - г. Нижний Новгород, при въезде на территорию указанного животноводческого комплекса ФИО1 увидел массивную металлическую конструкцию, напоминающую металлический шлагбаум (горизонтально-поворотный). Данная металлическая конструкция была открыта для проезда, в связи с чем истец, двигавшийся в заданном направлении, продолжил непрерывное движение. При этом истец отмечает, что ответчик, отвечающий за данный участок автодороги, не обеспечил контроль за шлагбаумом, не организовал дорожное движение надлежащим образом: дорожное полотно содержало наледь, отсутствовали какие-либо предупреждающие дорожные знаки, на шлагбаум не была нанесена светоотражающая краска и т.д.

При подъезде ФИО1 к металлической конструкции, напоминающей шлагбаум, данная конструкция неожиданно начала совершать резкое, очень быстрое по скорости, горизонтально-поворотное движение по направлению к движущемуся навстречу автомобилю, которым управлял истец. Последний в свою очередь предпринял экстренное торможение автомобиля, однако, резко остановиться перед металлической трубой не получилось – сказался гололед на проезжей части и длина металлической трубы конструкции. При ударе о кабину КАМАЗа металлическая труба пробила ее, причинив при этом телесные повреждения истцу.

В результате указанного происшествия истец получил телесные повреждения. Согласно медицинскому заключению ГБУЗ Республики Мордовия «Республиканская клиническая больница № 4» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> Данные повреждения повлекли в совокупности 

<

данные изъяты> вреда здоровью потерпевшего.

В связи с данным происшествием Государственная инспекция труда Республики Мордовия, совместно с работодателем истца, провела расследование несчастного случая на производстве, по результатам которого ФИО1 выдан акт № 1 от 12 сентября 2014 г. о несчастном случае на производстве.

В рамках расследования несчастного случая, произошедшего с ФИО1, ММО МВД России «Лямбирский» проведена проверка, в ходе которой назначалась автотехническая экспертиза с целью получения ответов на вопросы: имелись ли несоответствия требованиям Правил дорожного движения в действиях водителя ФИО1, управлявшего автомобилем КАМАЗ 65117-62, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> если да, то какие именно, а также имел ли он техническую возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие. Однако согласно выводам эксперта данное происшествие не является дорожно-транспортным и должно регламентироваться инструкциями и правилами, действующими на данном предприятии, комментарии которых не входят в компетенцию эксперта-техника и экспертом не решаются.

Истец полагает, что самовольно установленная металлическая конструкция, напоминающая шлагбаум, не контролировалась ответчиком, в связи с чем были созданы условия, препятствующие обеспечению безопасности дорожного движения на данном участке автодороги. Также на момент несчастного случая участок дороги, где располагался шлагбаум, содержал недостаток дорожного полотна – зимнюю скользкость.

ФИО1 указывает, что в результате несчастного случая ему причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в получении им серьезной травмы, связанной как с большой и длительной физической болью, так и с длительным лечением, которое истец продолжает до настоящего времени.

На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика АО «Агрофирма «Октябрьская» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства. 

Истец ФИО1 участия в судебном заседании не принимал. При этом представил суду заявление о рассмотрении дела без его участия, указав при этом, что явиться в судебное заседание не может, исковые требования поддерживает в полном объеме.

В соответствии с частью 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося истца, письменно просившего о рассмотрении дела без его участия.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, ФИО2, выступающий на основании доверенности от 15 апреля 2016 г., исковые требования ФИО1 поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. При этом суду также пояснил, что полученные истцом телесные повреждения повлекли в совокупности 

<

данные изъяты> вреда его здоровью. В результате телесных повреждений истец потерял 

<

данные изъяты>% трудоспособности, ему установлена 

<

данные изъяты> группа инвалидности. До настоящего времени он проходит лечение, рекомендована установка импланта. Просил взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

В судебном заседании представитель ответчика АО «Агрофирма «Октябрьская» ФИО3 исковые требования ФИО1 признала частично в размере 

<

данные изъяты> рублей. При этом суду пояснила, что обстоятельства происшедшего они не оспаривают. Действительно, шлагбаум находится в ведении ответчика, поскольку перешел им вместе с другим имуществом от прежнего собственника. При этом никаких документов по установке и пользованию шлагбаумом им не передавалось. Размер заявленных требований считает завышенным. Кроме того, полагала, что водитель ФИО1 не в должной мере соблюдал правила дорожного движения при проезде шлагбаума. 

В судебном заседании представитель ответчика АО «Агрофирма «Октябрьская» ФИО4 исковые требования признал частично в размере 

<

данные изъяты> рублей. При этом суду пояснил, что, по его мнению, водитель ФИО1 при проезде шлагбаума нарушил пункт 10.1 Правил дорожного движения РФ. Также считает, что в этот момент он мог отвлечься, поэтому совершил наезд на шлагбаум. Признает свою вину в том, что стрелка шлагбаума не была зафиксирована. Этим шлагбаумом пользовались в основном зоотехники в ветеринарных целях. 

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Сыродельный комбинат «Ичалковский», ФИО5, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований не возражал, оставляя размер компенсации морального вреда на усмотрение суда.

Суд, выслушав лиц, участвующих по делу, мнение прокурора Ломшина А.М., полагавшего, что иск следует удовлетворить частично, исследовав материалы гражданского дела, материал по факту несчастного случая, произошедшего с ФИО1 08 января 2014 г., копия которого приобщена к делу, копию приобщенного к делу административного материала по указанному факту, приходит к следующему.

Согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственный страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсаций вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей истца.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. 

Частью 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Судом установлено, и не оспаривается сторонами, что ФИО1 работал водителем в ОАО «Сыродельный комбинат «Ичалковский».

08 января 2014 г., в 08 час. 45 мин., со стороны автомобильной дороги г. Пенза - г. Нижний Новгород, на проезжей части автодороги - подъезд к животноводческому комплексу отделения ФИО6 «Агрофирма «Октябрьская», автомобиль КАМАЗ-65117-62, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> под управлением ФИО1, при въезде на территорию животноводческого комплекса, совершил наезд на металлический шлагбаум, стрелка которого не была закреплена, и повернулась в сторону проезжей части дороги. 

При ударе о кабину КАМАЗа металлическая стрелка шлагбаума пробила ее, причинив ФИО1 телесные повреждения, повлекшие 

<

данные изъяты> вред его здоровью.

Из объяснений водителя ФИО1 следует, что при подъезде к животноводческому комплексу он увидел, что шлагбаум открыт, поэтому продолжил движение. Однако неожиданно ветром шлагбаум стало закрывать, и он, услышав скрежет металла, нажал на тормоза. Когда остановился, то почувствовал боль в ноге, после чего рабочие вызвали скорую медицинскую помощи.

По данному факту Государственной инспекцией труда Республики Мордовия, совместно с ОАО «Сыродельный комбинат «Ичалковский», проведено расследование. Согласно акту № 1 от 12 сентября 2014 г. о несчастном случае на производстве лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, комиссия не усматривает (т. 1, л.д. 71-96).

Кроме того, по факту происшествия, имевшего место 08 января 2014 г. с участием водителя ФИО1, ММО МВД России «Лямбирский» возбуждено дело об административном правонарушении, и проведено административное расследование (т. 1, л.д. 99-117). 

За нарушение пункта 13 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения главный агроном АО «Агрофирма «Октябрьская» К.К.В. привлечен к административной ответственности по статьей 12.34 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за несоблюдение требований по обеспечению безопасности дорожного движения при содержании дорог, выразившемся в несвоевременном устранении зимней скользкости (т. 1, л.д. 109-111).

Согласно медицинскому заключению ГБУЗ Республики Мордовия «Республиканская клиническая больница № 4» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, поступившему в травматологическое отделение 08 января 2014 г., в 09 час. 56 мин., выставлен диагноз: 

<

данные изъяты> (т. 1, л.д. 78)

В связи с полученными травмами ФИО1 проходил длительное лечение, что подтверждается выписками из медицинской карты стационарного больного от 02 апреля 2014 г., 29 августа 2014 г., заключениями от 21 октября 2014 г., 04 сентября 2015 г., 13 января 2016 г., выписками из истории болезни от 09 декабря 2014 г., 05 марта 2015 г., 17 апреля 2015 г., 15 мая 2015 г., 11 июня 2015 г., справками от 31 августа 2016 г., 02 ноября 2016 г., осмотром травматолога-ортопеда от 16 февраля 2016 г., записями в медицинской карте (т. 1, л.д. 19-34).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена 

<

данные изъяты> группа инвалидности на срок до ДД.ММ.ГГГГ Степень утраты профессиональной трудоспособности – 

<

данные изъяты> процентов (т. 2, л.д. 26, 27).

Согласно правилам дорожного движения препятствием является неподвижный объект на полосе движения (в том числе посторонние предметы и т.п.), не позволяющий продолжить движение по этой полосе.

В силу пункта 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, запрещается самовольно устанавливать технические средства организации движения, оставлять на дороге предметы, создающие помехи для движения. Лицо, создавшее помеху, обязано принять все возможные меры для ее устранения. 

В соответствии с частью 3 статьи 5 Федерального закона от 08 ноября 2007 г. № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации» к автомобильным дорогам общего пользования относятся автомобильные дороги, предназначенные для движения транспортных средств неограниченного круга лиц.

Статьями 28 и 30 указанного Закона установлено, что пользователи автомобильными дорогами имеют право: свободно и бесплатно осуществлять проезд транспортных средств, перевозки пассажиров, грузов по автомобильным дорогам общего пользования в пределах Российской Федерации, если иное не установлено настоящим Федеральным законом; получать компенсацию вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу в случае строительства, реконструкции, капитального ремонта, ремонта и содержания автомобильных дорог вследствие нарушений требований настоящего Федерального закона, требований технических регламентов лицами, осуществляющими строительство, реконструкцию, капитальный ремонт, ремонт и содержание автомобильных дорог, в порядке, предусмотренном гражданским законодательством.

При этом временные ограничение или прекращение движения транспортных средств по автомобильным дорогам федерального значения и частным автомобильным дорогам осуществляются в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, а временные ограничения или прекращение движения транспортных средств по автомобильным дорогам регионального или межмуниципального, местного значения осуществляются в порядке, установленном высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации.

Статьей 14 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» установлено, что временные ограничение или прекращение движения транспортных средств по автомобильным дорогам федерального, регионального или межмуниципального, местного значения осуществляются соответственно федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по оказанию государственных услуг и управлению государственным имуществом в сфере дорожного хозяйства, уполномоченным органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, органом местного самоуправления в соответствии с Федеральным законом от 8 ноября 2007 г. № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». При этом осуществление дорожной деятельности в отношении автомобильных дорог местного значения отнесено данным Законом к полномочиям органов местного самоуправления (часть 6 статья 13 Закона от 08 ноября 2007 г. № 257-ФЗ). 

Доказательств того, что администрация Лямбирского муниципального района Республики Мордовия или другой уполномоченный на это орган в установленном порядке вводили ограничение движения на данной дороге, не представлено, в связи с чем имеется вина ответчика в создании помех в дорожном движении.

Судом установлено, что шлагбаум, находящийся на автодороге при въезде на территорию животноводческого комплекса отделения ФИО6 «Агрофирма «Октябрьская», был установлен самовольно. Данное обстоятельство не оспаривается ответчиком.

Факт нахождения шлагбаума на автодороге, проходящей по территории, находящейся в пользовании ответчика, подтверждается материалами дела.

Так, согласно сведениям публичной кадастровой карты, представленным на ресурсе с адресом htpp://roscadastr.com в общедоступной информационно-коммуникационной сети «Интернет», земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, расположенный по адресу: Республика Мордовия, Лямбирский район, ГП совхоз «Коммунар» имеет кадастровый № (т. 2, л.д. 21).

Как следует из выписки из Единого государственного реестра недвижимости от 15 мая 2017 г. № 13/001/028/2017-33436 земельный участок с кадастровым № с 23 октября 2008 г. находится в аренде у АО «Агрофирма «Октябрьская» (т. 2, л.д. 22-25).

Автомобильная дорога к животноводческому комплексу отделения ФИО6 «Агрофирма «Октябрьская» Лямбирского муниципального района в оперативном управлении ГКУ «Управление автомобильных дорог Республики Мордовия» не числится (т. 2, л.д.1).

Как видно из представленных фотографий с места происшествия (т. 1, л.д. 56, 57, 58, 103) данный шлагбаум представляет собой самодельное изделие, сваренное из металлических труб, и окрашенное в черный и белый цвета. 

При этом установлено, что работниками ответчика положение шлагбаума полностью не контролировалось. Учитывая также, что в момент происшествия стрелка шлагбаума не была закреплена, шлагбаум находился в полуоткрытом состоянии, поэтому он создавал помеху для движения и реальную опасность для участников дорожного движения. 

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания юридически значимых обстоятельств по делу лежит на сторонах. 

Суд при рассмотрении данного дела в соответствии со статьей 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечил сторонам условия для собирания и истребования доказательств по делу.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Давая оценку доказательствам, исследованным в судебном заседании, суд считает исковые требования законными, доказательства, представленные суду, достаточными для обоснования заявленных требований.

Таким образом, судом установлено, что в результате самопроизвольного закрытия шлагбаума, установленного на автодороге, проходящей по земельному участку, находящемуся в пользовании АО «Агрофирма «Октябрьская», ФИО1 причинены 

<

данные изъяты> телесные повреждения.

Данные телесные повреждения находятся в прямой причинно-следственной связи между виновными действиями ответчика в виде создания препятствий для движения, выразившиеся в самовольной установке шлагбаума, а также отсутствия контроля за ним, и наступившими для истца нравственными и физическими страданиями.

Определяя размер подлежащего компенсации морального вреда, суд, руководствуясь положениями статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, учитывает характер и тяжесть причиненных истцу в результате действий ответчика телесных повреждений, степень физических страданий истца, в связи с перенесенной им физической болью, а также процент утраты им трудоспособности. 

Каких-либо оснований, свидетельствующих о наличии в действиях истца грубой неосторожности, не имеется, поэтому положения пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежат.

При этом, суд отклоняет доводы стороны ответчика о нарушении истцом правил дорожного движения, поскольку они ничем не обоснованы и противоречат представленным суду материалам об обстоятельствах происшедшего.

Учитывая установленные обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, суд определяет компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

В удовлетворении остальной части иска следует отказать.

В соответствии с частью первой статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований

Поскольку в силу подпункта 3 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, подлежит взысканию в бюджет Ичалковского муниципального района Республики Мордовия государственная пошлина, размер которой согласно подпункту 3 пункту 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации составляет 

<

данные изъяты> рублей.

На основании изложенного, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных требований, и по указанным основаниям, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Агрофирма «Октябрьская» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Агрофирма «Октябрьская» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 отказать.

Взыскать с акционерного общества «Агрофирма «Октябрьская» в бюджет Ичалковского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 300 (трехсот) рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня его объявления через Ичалковский районный суд Республики Мордовия.

Судья Ичалковского районного суда

Республики Мордовия А.А. Проняшин.