Дело № 2-288/2019

Решение

Именем Российской Федерации

г. Белгород 28 января 2019 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Марковской С.Н., 

при секретаре Бабыниной Е.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению ФИО1 к ФИО3 о взыскании убытков, обязании изменить конструкцию крыши жилого дома, демонтировать камеры видеонаблюдения, устранении препятствий в доступе к межевой границе, путем демонтажа забора, сносе самовольной постройки,

установил:

ФИО1 является собственником жилого дома площадью 301,3 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен) и земельного участка площадью 1290 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен), расположенных по адресу: (адрес обезличен).

Собственником смежного земельного участка площадью 1312 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен) и расположенного на нем жилого дома площадью 198,9 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен), расположенных по адресу: (адрес обезличен), является ФИО3.

Дело инициировано иском ФИО1, который с учетом уточнения своих требований просил суд:

взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 убытки в размере 300356,50 рублей и государственную пошлину в размере 8350,00 рублей;

возложить на ФИО3 обязанность изменить конструкцию крыши жилого дома, расположенного вблизи межевой границы земельного участка домовладения ФИО3 по адресу: (адрес обезличен), таким образом, чтобы уклон кровли был направлен в сторону земельного участка ФИО3 в течение двух месяцев с момента вступления решения суда в законную силу;

возложить на ФИО3 обязанность изменить конструкцию крыши жилого дома, расположенного в глубине земельного участка домовладения ФИО3 по адресу: (адрес обезличен) таким образом, чтобы уклон кровли был направлен в сторону земельного участка ФИО3, в течение двух месяцев с момента вступления решения суда в законную силу;

возложить на ФИО3 обязанность устранить препятствия, связанные с доступом ФИО1 и членов его семьи к межевой границе земельных участков путем демонтажа металлического забора с замком, установленным между забором ФИО3 и забором ФИО1;

возложить на ФИО3 обязанность демонтировать камеру видеонаблюдения, смонтированную справа на фасадной части на высоте второго этажа жилого дома, расположенного вблизи межевой границы по адресу: (адрес обезличен) и камеру видеонаблюдения, смонтированную на задней стороне на высоте второго этажа жилого дома, расположенного вблизи межевой границы по адресу: (адрес обезличен) и камеру наблюдения смонтированную в дальнем верхнем углу гаража, расположенного в глубине земельного участка по адресу: (адрес обезличен);

признать самовольной постройкой - баню, являющуюся пристройкой к жилому дому, расположенному в глубине земельного участка домовладения ФИО3 по адресу: (адрес обезличен);

обязать ФИО3 снести за свой счет самовольную постройку - баню, являющуюся пристройкой к жилому дому, расположенному в глубине земельного участка домовладения ФИО3 по адресу: (адрес обезличен) в течение двух месяцев с момента вступления решения суда в законную силу.

В обоснование своих требований истец указал на то, что:

на территории ответчика в непосредственной близости от межевой границы возведены два жилых дома и надворная постройка, имеющие уклон кровли в сторону домовладения истца, расположение возведенных построек противоречит строительным нормам и правилам, конструкции кровли названных построек не соответствуют требованиям законодательства, в результате их положения, происходит попадание снежной массы с крыши строений ответчика на территорию домовладения истца, в связи с чем, последний вынужден был возвести навес на территории своего домовладения вдоль межевой границы и понес в связи с этим убытки; ответчиком также был полностью ограничен доступ истца к межевой границе земельных участков, путем установления металлический забор с замком между заборами истца и ответчика; на жилом доме, расположенном вблизи межевой границы ответчиком установлены камеры наружного видеонаблюдения направленные на территорию истца, что позволяет постоянно наблюдать за тем, что происходит на принадлежащем истцу земельном участке, собирать информацию о личной жизни истца и о жизни его семьи, что является вторжением в их личную жизнь; в глубине земельного участка ответчика, с нарушением градостроительных и пожарных норм и правил (не соблюдены отступы от границ смежного земельного участка) возведены жилой дом и баня которые создают угрозу жизни и здоровью истца и членов его семьи, не зарегистрированы как объект недвижимости, что свидетельствует о самовольности построек.

В судебном заседании, истец и его представитель поддержали заявленные исковые требования по основаниям изложенные в заявлении.

Ответчик и его представитель исковые требования не признали просили в их удовлетворении отказать по основаниям изложенным в возражениях.

Выслушав стороны исследовав обстоятельства по имеющимся в деле доказательствам суд приходит к следующему.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом; собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу ст.263 ГК РФ, «Собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка. Если иное не предусмотрено законом или договором, собственник земельного участка приобретает право собственности на здание, сооружение и иное недвижимое имущество, возведенное или созданное им для себя на принадлежащем ему участке. Последствия самовольной постройки, возведенной или созданной на земельном участке его собственником или другими лицами, определяются статьей 222 настоящего Кодекса. 

В силу статьи 304 ГК РФ, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Право собственности истца и ответчика на вышеназванные жилые дома и земельные участки подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права, выписками из ЕГРН.

Согласно вышеназванных документов:

право собственности истца на жилой дом зарегистрировано в 2010 году (поставлен на кадастровый учет в 2012 году), на земельный участок – в 2007 году, на основании договора купли-продажи от 02.08.1996 года, сведения об земельном участке имеют статус – «актуальные, ранее учтенные»; 

право собственности ответчика на жилой дом зарегистрировано в 2007 году, на земельный участок – в 2003 году. Земельный участок ответчика поставлен на кадастровый учет в 2002 году, с указанием координат в системе: СК кадастрового округа, на основании описания местоположения земельного участка, имеет статус «актуальные, ранее учтенные».

Согласно заключения специалиста ООО «Ингода» ФИО5, выполненного по заказу истца:

в результате проведения экспертного исследования установлено, что на территории домовладения, расположенного по адресу: (адрес обезличен), в непосредственной близости от межевой границы возведены два жилых дома и надворная постройка, имеющие уклон кровли в сторону домовладения (номер обезличен), расположенного по адресу: (адрес обезличен);

указанная конструкция кровли противоречит требованиям нормативных документов. Согласно п.7.1 СП 42.13330.2016 в районах усадебной и садово-дачной застройки расстояния от жилых строений и хозяйственных построек до границ соседнего участка следует принимать в соответствии с требованиями СП 53.133 3 0.201 1. Согласно п.6.7 СП 53.13330.2011 при возведении хозяйственных построек, располагаемых на расстоянии 1 м от границы соседнего садового, дачного участка, скат крыши следует ориентировать таким образом, чтобы сток дождевой воды не попал на соседний участок;

расстояние от жилого дома, расположенного вблизи передней межевой границы домовладения (номер обезличен), до межевой границы, разделяющей земельные участки (номер обезличен) и (номер обезличен), составляет - 0,95-1,09 м.,

расстояние от жилого дома, расположенного в глубине земельного участка домовладения (номер обезличен), до межевой границы, разделяющей земельные участки (номер обезличен) и (номер обезличен), составляет - 0,51-0,53 м.,

указанные расстояния противоречат требованиям нормативных документов. Согласно п.7.1 СП 42.13330.2016 в районах усадебной и садово-дачной застройки расстояния от жилых строений и хозяйственных построек до границ соседнего участка следует принимать в соответствии с требованиями СП 53.13330.2011. Согласно п.6.7 СП 53.13330.2011 минимальное расстояние от жилого строения (или дома) до межевой границы соседнего участка должно составлять — 3,00 м.;

расстояние от надворной постройки, расположенной в непосредственной близости от межевой границы, разделяющей участки домовладений (номер обезличен) и (номер обезличен), до указанной межевой границы составляет - 0,47-0,50 м. Указанные расстояния противоречат требованиям нормативных документов. Согласно п.7.1 СП 42.13330.2016 в районах усадебной и садово-дачной застройки расстояния от жилых строений и хозяйственных построек до границ соседнего участка следует принимать в соответствии с требованиями СП 53.13330.2011. Согласно п.6.7 СП 53.13330.2011 минимальное расстояние от хозяйственных построек (за исключением построек для содержания скота и птицы) до межевой границы соседнего участка должно составлять - 1,00 м;

на крышах жилых домов, расположенных на территории домовладения (номер обезличен), оборудованы снегозадерживающие устройства, что соответствует требованиям п.9.11 СП 17.13330.2017. Однако наличие снегозадерживающих устройств предотвращает только лавинообразное падение с крыш больших снежных масс; назначение снегозадерживающих устройств - рассекать снежную массу на фрагменты при ее падении с крыши. При этом для предотвращения падение снежной массы снегозадерживающее устройство не предназначено;

исключить попадание снежной массы с крыши строений, расположенных по адресу: (адрес обезличен), на территорию домовладения, расположенного по адресу: (адрес обезличен), возможно следующими способами:

-изменение конструкции крыш жилых домов и надворной постройки, расположенных по адресу: (адрес обезличен), таким образом, чтобы уклон кровли был направлен в сторону земельного участка (номер обезличен),

-возвести навес на территории домовладения (номер обезличен), расположенного по адресу: (адрес обезличен), вдоль межевой границы, разделяющей земельные участки (номер обезличен) и (номер обезличен);

стоимость работ и материалов, необходимых для возведения указанного навеса, составляет - 282419 рублей;

к моменту проведения экспертного исследования указанный навес на территории домовладения (номер обезличен) возведен.

После получения заключения специалиста истцом, в адрес ответчика, 03.10.2018 года была направлена претензия с требованиями: изменить конструкцию крыши, возместить убытки связанные с проведением экспертизы и устройством навеса, обеспечить доступ к межевой границе, убрать видеокамеры просматривающие территорию домовладения истца, снести самовольно возведенные, дополнительно, жилой дом с баней.

Претензия не была удовлетворена ответчиком.

Из постановления главы администрации Дубовского сельского совета от 11.08.1992 года (номер обезличен), усматривается факт предоставления ФИО3 в собственность бесплатно, земельного участка (номер обезличен), площадью 0,10 га для индивидуального жилищного строительства.

Согласно свидетельству на право собственности на землю, бессрочного постоянного пользования землей от 1992 года, размер земельного участка ответчика: 23х43 кв.м.

Из акта согласования границ земельных участков, находящихся в (адрес обезличен) от 15.08.2001 года, следует, что при участии комиссии в составе землеустроителя Дубовского сельского округа, руководителя земельного комитета, главного архитектора Белгородского района, смежная граница земельных участков истца и ответчика была смещена в сторону ФИО3 – размер участка (номер обезличен) изменен согласно генерального плана застройки на 22м по ширине и 46 м по длине, при этом площадь участка определенная по свидетельству на право собственности на землю не изменяется, остается не изменой, но при этом собственник земельного участка (номер обезличен) ФИО1 согласовывает собственнику земельного участка (номер обезличен) ФИО3 строительство хозяйственного блока на расстоянии 0,5 м. от границы участка.

Данный акт согласования подписан членами комиссии, а также ФИО3 и ФИО1

В 2003 году земельный участок ФИО3 преобразован на основании договора купли-продажи земельного участка от 09.10.2002 года, постановления главы администрации Белгородского района от 09.10.2002 года (номер обезличен), размер земельного участка составил 1312 кв.м., выдано свидетельство о государственной регистрации права.

Согласно постановления главы администрации Белгородского района от 09.10.2002 года (номер обезличен), ФИО3 приобрел в собственность за плату, дополнительный земельный участок площадью 312 кв.м.

На основании вышеназванных документов, технического паспорта жилого дома от 19.03.2007 года, за ФИО3 на праве собственности, 12.04.2007 года, зарегистрирован жилой дом, площадью 198,9 кв.м. по адресу: (адрес обезличен)

Из технического паспорта от 19.03.2007 года, усматривается наличие на территории домовладения, помимо жилого дома, спорных хозяйственных построек: летней кухни в два этажа лит Г, гаража лит Б, сарая с погребом лит Г1,Г2. Проект строительства жилого дома и надворных построек согласован в установленном законом порядке 21.02.2002 году главным архитектором Белгородского района.

Таким образом, размещение хозяйственных построек, в части их расположения относительно спорной смежной границы согласовано, в том числе истцом в 2001 году.

Довод стороны истца о том, что имеющиеся постройки ответчик использует в качестве бани, а также то, что их размещение нарушает права истца, не подтверждены доказательствами.

Сам по себе факт нарушения градостроительных норм и правил, не свидетельствует о наличии нарушений прав истца.

Из пояснений сторон, материалов дела следует, что двух этажный жилой дом ФИО3 находящийся в непосредственной близости к смежной границе участков построен более 10 лет назад (2007 год ввода в эксплуатацию), в 2013 году в связи с разрушающимися шифером и вентиляцией, произведена замена кровли дома с обустройством снегозадерживающих устройств, при этом каких-либо заявлений о нарушении прав истца не имелось. Доказательств наличия таковых суду не предоставлено.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.03.2013 года усматривается, что ФИО1 в плотную к смежной границе земельных участков соорудил навес, для того чтобы обезопасить себя и семью от схода снега и осколков кирпича падающих в крыши ФИО3 в виду разрушения трубы дома, при этом территория земельного участка ФИО3 не была ограждена, претензий по обустройству крыши не высказывалось, имелись претензии только по установке видеокамер.

Из представленных фотоматериалов также следует, что территория под навесом используется для стоянки ( хранения) автомобиля.

Таким образом, учитывая вышеназванные обстоятельства, суд не усматривает нарушений прав истца наличием конструкции крыши позволяющей рассекать снежную массу на фрагменты при ее падении, а также не установлена причинно-следственную связь между действиями ответчика по строительству дома с возведением крыши в 2007 году и её усовершенствованию в части снегозадержания в 2013 году и необходимостью сооружения навеса в 2013 году. В связи с чем требования истца об изменении конструкции крыши и взыскании материального ущерба в заявленной сумме не подлежат удовлетворению.

Из представленных фотоматериалов усматривается, что на строениях, возведенных на территории домовладения ФИО3 установлены камеры видео наблюдения, наличие и размещение которых не отрицалось ответчиком. Следует отметить, что видеокамеры на домовладении ФИО3 были размещены уже в 2013 году, что усматривается из вышеупомянутого постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.03.2013 года.

При этом, согласно справки от 28.12.2018 года «Белгородские Системы Безопасности» выданной ИП ФИО6: установленные на домовладении, расположенном по адресу (адрес обезличен) 4 (четыре) видеокамеры RVI-HDC421(3,6) угол обзора которых составляет 94 градуса направлены на территорию ФИО3 и не затрагивая территорию соседних участков.

Доказательств того, что установленные ИП ФИО6 видеокамеры направлены на территорию истца суду не предоставлено, представленные фотоматериалы достоверно не подтверждают обстоятельств на которые ссылается истец, в тоже время в процессе судебного заседания ответчик ФИО3 на возражения стороны истца в части размещения дополнительной видеокамеры смонтированной в дальнем верхнем углу гаража пояснил, что его не устраивают действия истца по перекидыванию снега на территорию ответчика, тем самым подтвердив обзор территории истца с установленной видеокамеры, в связи с чем, требования ФИО1 о демонтаже названной видеокамеры подлежат удовлетворению. 

В материалы дела представлено заключение (номер обезличен) кадастрового инженера, выполненное по результатам выноса в натуру границ земельного участка истца расположенного по (адрес обезличен), содержащее схему выноса границ земельного участка с кадастровым номером (номер обезличен) - графическим озображение, из которого следует, что смежная граница участков сторон со стороны фасада соответствует границе указанной в ГКН, в конце - смежная граница на 17 см. смещается в сторону ответчика, в средней её части имеется отспупление от границ указанных в ГКН в сторону истца на 23 см, что свидетельствует о возможном спора о праве, при этом в фасадной части домовладений в точке 2 границы земельного участка истца полностью совпадают с местоположением забора.

Таким образом, металлический забор с замком, установленным между забором ФИО3 и забором ФИО1 установлен на территории ФИО3 Доказательств того, что у истца имеется необходимость обслуживания смежной границы, либо обстоятельств свидетельствующих о наличии препятствий к доступу к той или иной точке смежной границы суду не предоставлено. В связи с чем требования истца об устранить препятствия, связанные с доступом ФИО1 и членов его семьи к межевой границе земельных участков путем демонтажа металлического забора с замком, установленным между забором ФИО3 и забором ФИО1 не подлежат удовлетворению.

Что касается требований о признании бани объектом самовольного строительства, то следует отметить, что согласно вышеупомянутой технической документации, представленной стороной ответчика, строение оборудованное трубой и отраженное на фотоматериалах является сараем с погребом внесенным в паспорт БТИ как часть домовладения зарегистрированного в установленном законом порядке.

В связи с чем, с учетом всех установленных выше обстоятельств вышеназванные требования истца, а также требования о сносе строения не подлежат удовлетворению.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, судом установлено что, возведенные спорные постройки расположены на территории находящейся в собственности ответчика, возведены, в непосредственной близости к смежной границе, но по согласованию с истцом. Доказательств того, что размещением хозяйственных строений нарушены права истца суду не предоставлено,

При этом суд отмечает, что нормативные акты существуют в пространстве и времени, обратной силы не имеют и применяются к правоотношениях возникшим после их вступления в законную силу; Правилами землепользования и застройки Дубовского сельского поселения муниципального района Белгородский район разработанными в 2017 году и утвержденными 15.03.2018 года установлено, что минимальные отступы зданий, строений, сооружений до границ соседнего участка для существующих зданий – действуют фактически сложившиеся предельные параметры строительства (п.2.7 ст.8).

При таких обстоятельствах, требования истца не подлежат удовлетворению. 

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО3 о взыскании убытков, обязании изменить конструкцию крыши жилого дома, демонтировать камеры видеонаблюдения, устранении препятствий в доступе к межевой границе, путем демонтажа забора, сносе самовольной постройки, удовлетворить в части. 

Обязать ФИО3 демонтировать камеру видеонаблюдения, смонтированную в дальнем верхнем углу гаража, расположенного в глубине земельного участка по адресу: (адрес обезличен) и направленную в сторону земельного участка по адресу: (адрес обезличен).

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд.

Судья С.Н. Марковская

Мотивированный текст решения изготовлен 01.03.2019 года

Судья С.Н.Марковская