Дело № 2-27/2020

10RS0016-01-2019-001709-33

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

16 ноября 2020 года г. Сегежа 

Сегежский городской суд Республики Карелия в составе председательствующего судьи Хольшева А.Н., при секретаре Кудряшове А.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Сегежская центральная районная больница» (далее, в том числе ГБУЗ «Сегежская ЦРБ») о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Истцы обратились в суд с иском о компенсации морального вреда по 1000000 руб. каждому по тем основаниям, что 13.11.2016 около 22 часов мать истцов Я. упала на улице и сломала шейку бедра правой ноги. В травматологическом пункте ГБУЗ «Сегежской ЦРБ» Я. была оказана медицинская помощь и отказано в госпитализации. 

После направления Я. на амбулаторное лечение у нее нарушился сон, были постоянные боли в ноге, повышалось давление, начались галлюцинации.

На четвертый день была вызвана скорая помощь и Я. был сделан обезболивающий укол. На следующий день приходила фельдшер, которая выписала препараты нормализующие давление и обезболивающее, вызвала врача психиатра.

В дальнейшем состояние Я. стало ухудшаться, образовался пролежень требующий лечение.

В связи с жалобой главному врачу Сегежской ЦРБ Я. посетили и осмотрели участковый терапевт, заведующий травматологическим отделением и психиатр.

В период с 09 по 20 января 2017 года Я. была помещена в стационар. Ее состояние не улучшилось, она была раздражительна, нервничала, плакала, срывала капельницу, плохо спала, вела себя неадекватно. 

После выписки из больницы Я. перестала принимать пищу и воду, пропала речь.

Ночью 05.02.2017 Я. была доставлена в ГБУЗ «Сегежская ЦРБ» и ХХ.ХХ.ХХ. скончалась.

Согласно ответу главного врача ГБУЗ «Сегежская ЦРБ» от 19.01.2017 была проведена служебная проверка, выявлены недостатки в оказании медицинской помощи, сотрудники допустившие нарушения, наказаны.

Решением Сегежского городского суда от 25.10.2017 по иску ФИО4 к ГБУЗ «Сегежская ЦРБ» привлечение ФИО4 к дисциплинарной ответственности за дефекты оказания медицинской помощи Я. признано законным.

Истцам действиями сотрудников ответчика привлечен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях и боли от чувства беспомощности при медленном мучительном умирании мамы, от потери родного человека.

Определениями Сегежского городского суда в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10

В судебное заседание истцы не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ранее иск поддерживали по изложенным в нем основаниям, указали, что иск связан с ненадлежащим оказанием медицинской помощи их матери Я. в период с 13.11.2016 (с момента переломы шейки бедра правой ноги) по ХХ.ХХ.ХХ. (день смерти).

Представитель ответчика ФИО11 в судебном заседании с иском не согласился, просил в его удовлетворении отказать, пояснил, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи не повлияли на исход заболевания. Причина смерти не установлена.

Третье лицо ФИО4 и его представитель ФИО12 явились в Геленджикский городской суд, однако ввиду отсутствия технической возможности в судебном заседании присутствовать не могли. В связи с тем, что данный спор приобрел длительный характер, связан с компенсацией морального вреда, с учетом того, что судебные заседания организовывались 17 раз, наличием у суда правовой позиции третьего лица и отсутствием нерассмотренных ходатайств, представленных суду в письменной форме, суд с учетом принципа разумности процессуальных сроков счел возможным рассмотреть дело без участия названных третьих лиц. При этом суд обращает внимание на то, что право заявлять ходатайства было представлено третьему лицу и его представителю во всех судебных заседаниях практически в течение календарного года. Такое поведение третьего лица (связанное с постоянным заявлением, в том числе необоснованных (не связанных с предметом доказывания) ходатайств) свидетельствует о процессуальном злоупотреблении им своим правом.

Третье лицо ФИО5 в суд не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, в отзыве указала, что по личному опыту, пациенты в старческом возрасте крайне редко доживают до высокотехнологической медицинской помощи, к которой относится и эндопротезирование тазобедренного сустава. К тому же наличие 

<

...> (в зависимости от выраженности) часто является противопоказанием для оперативного лечения. Часто у пациентов (даже при невыраженной ишемии миокарда) требуется предварительная коррекция этой ишемии (стентирование коронарных сосудов или даже аортокоронарное шунтирование). Поэтому даже при благоприятном течении травмы прогноз для жизни у пациентки Я. был неблагоприятный.

Третьи лица ФИО6, ФИО8, ФИО9, ФИО10 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В судебное заседание ФИО7 не явилась. О времени и месте судебного заседания извещалась надлежащим образом, путем направления судебной повестки по адресу регистрации. По месту регистрации ФИО7 повестку, которая возвращена по истечении срока хранения, не получила, что с позиции ст. 165.1 Гражданского кодекса РФ и разъяснений данных в пунктах 67,68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса РФ», считается надлежащим извещением, так как гражданин обязан обеспечивать получение почтовой корреспонденции. С учетом вышеизложенной позиции ФИО7 считается надлежащим образом извещенной о времени и месте судебного заседания.

Заслушав представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, материалы гражданского дела № 2-189/2017, заслушав заключения прокурора, суд пришел к следующему выводу.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1, ФИО2, ФИО3 усматривается, что основанием их обращения в суд с требованием о компенсации причиненного им морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи Я., приведшее, по мнению истцов, к ее смерти.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ «Сегежская ЦРБ» заявлено истцами, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как следует из материалов дела 13.11.2016 Я. после падения на улице обратилась в травматологический центр ГБУЗ «Сегежская ЦРБ» с жалобами на боли в области правого тазобедренного сустава. Врачом ФИО4 была выполнена рентгенография правого тазобедренного сустава, заключение: 

<

...>. Установлен диагноз: 

<

...>. Назначено лечение: 

<

...>.

По результатам служебной проверки комиссия пришла к выводам о том, что врач травматолог-ортопед ФИО4, не осуществив госпитализацию пациентки Я. в травматологическое отделение с диагнозом «перелом шейки бедра» нарушил п. «г» должностной инструкции дежурного врача по оказанию экстренной и неотложной помощи.

В связи с тем, что врачом ФИО4 были допущены дефекты оказания медицинской помощи он был привлечен приказом № 47 от 20.01.2017 к дисциплинарной ответственности в виде выговора за нарушение должностной инструкции.

Решением Сегежского городского суда от 25.10.2017 года было отказано в удовлетворении иска ФИО4 к ГБУЗ «Сегежская ЦРБ» об отмене дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда, взыскании денежных средств. Судебным решением установлено, что ФИО4 был неправильно диагностирован характер перелома (

<

...>), отсутствовало направление на госпитализацию в стационар для оказания специализированной медицинской помощи (проведения дополнительного обследования и принятия решения о методе лечения, в том числе, способе и объеме оперативного вмешательства); применена неправильная консервативная тактика ведения пациентки. При этом не были соблюдены положения № 11 к Порядку оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия», Приложения № 6 Территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Республике Карелия (не установлен правильный характер перелома, отсутствует госпитализация в стационар при наличии показаний); национального руководства по травматологии (Глава 8 «Переломы костей нижней конечности»), разработанного и рекомендуемого Российской ассоциацией ортопедов и травматологов и Ассоциацией медицинских обществ по качеству в соответствии с Территориальной программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Республике Карелия на 2016 год (п.7.Раздел II. «Виды, условия и формы оказания медицинской помощи»)- использование клинических рекомендаций разрабатываемых и утверждаемых медицинскими профессиональными некоммерческими организациями, при оказании медицинской помощи конкретному гражданину (отсутствует госпитализация в стационар, неправильная консервативная тактика ведения пациента). Так же были нарушены требования Приказа Минздрава СССР от 21.07.1988г. № 579 «Об утверждении квалификационных характеристик врачей-специалистов (п.14 Квалификационная характеристика специалиста врача травматолога-ортопеда) в части общих знаний и умений.

Таким образом, медицинская помощь была оказана Я. 13.11.2016 не адекватно имеющейся клинической ситуации. Ввиду неправильно определенного характера перелома и выбора непоказанного ей лечения у пациентки закономерно развивались осложнения, обусловившие негативные последствия течения травмы. Я. была показана госпитализация в стационар с проведением дополнительных исследований для определения дальнейшей тактики лечения. Ретроспективный анализ представленных материалов указывает на необходимость хирургического лечения перелома Я.

Названное выше решение Сегежского городского суда вступило в законную силу и в соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ является преюдициальным для рассматриваемого дела.

Из акта о невозможности проведения проверки органом государственного контроля(надзора), органом муниципального контроля юридического лица, индивидуального предпринимателя и акта проведения служебной проверки по жалобе ФИО1 (приказ главного врача Сегежской ЦРБ о проведении проверки № 1197 от 22.12.2016) следует, что как следует из материалов внутреннего контроля каче5ства и безопасности медицинской деятельности Я.. обратилась в травматологический центр Учреждения 13.11.2016 с жалобами на боли в области правого тазобедренного сустава, возникшие после падения на улице около 30 минут до обращения. Осмотрена врачом-травматологом ФИО4

Во время осмотра пациентка предъявляла жалобы на боли в правом тазобедренном суставе, невозможно ходить. Объективно: 

<

...>. По результатам выполненной рентгенографии правого тазобедренного сустава выявлен медиальный перелом шейки бедренной кости с удовлетворительным стоянием отломков. Установлен «закрытый перелом шейки правого бедра». Назначено: 

<

...>.

В ходе проведения внутреннего контроля качества выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи врачом-травматологом ФИО4: отсутствует указание сопутствующей патологии и наличие противопоказании к оперативному лечению, являющихся основанием для отказа от госпитализации.

Осмотр врачом кардиологом в приемном отделении выполнен не был.

Актив врачу-травматологу на 17.11.2016 в районную поликлинику передан не был.

В ходе проведения внутреннего контроля качества выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи медицинской сестрой приемного отделения ФИО10: не выполнено назначение врача –травматолога (консультация врачом-кардиологом), не передан актив (вызов) врачу-травматологу к пациентке на 17.11.2016 в районную поликлинику.

15.11.2016 при оказании медицинской помощи на дому пациентке участковым фельдшером ФИО7 отмечались жалобы на появление 

<

...>. На момент осмотра состояние расценено как удовлетворительное, в сознании, на вопросы отвечает правильно. Со слов, 4 дня назад сломала шейку правого бедра, наложен «сапожок», сейчас обезболивающие не принимает, беспокоила невозможность передвижения. 

<

...>. Диагноз: гипертоническая 

<

...>.

В ходе проведения внутреннего контроля качества выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи: не назначен осмотр врача-травматолога на дому на ХХ.ХХ.ХХ. с учетом рекомендаций врача травматолога приёмного отделения.

Повторный вызов ХХ.ХХ.ХХ. был обслужен участковым фельдшером ФИО7 с целью «посмотреть снимки», по вопросу времени восстановления с жалобами на резкое похудание, также у пациентки 

<

...>. Удалось выяснить, что 05.12.16 дочь Я. была у врача-хирурга, ей было разъяснено, как выполнять 

<

...> На момент осмотра пациентка находилась в кровати, состояние удовлетворительное, в сознании, на вопросы отвечала по существу, дыхание 

<

...>». Разъяснено что снимки находятся в работе, оцениваются врачом-травматологом, была назначена консультация врача-травматолога.

В ходе проведения внутреннего контроля качества выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи: назначение консультации врача-травматолога не передано диспетчеру для занесения в журнал консультаций специалистов на дому.

В амбулаторной карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, имеется запись врача-травматолога ФИО6 от 07.12.2016 «Боли в тазобедренном суставе умеренные. Травма месяц назад, обращалась в травматологический центр. Диагноз: «

<

...>».

При проведении внутреннего контроля качества оказания медицинской помощи выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи: в записи отсутствует объективный статус, нет полного диагноза с учетом стадии заболевания, наличия осложнений в виде пролежней, не назначено обследование, не определена дата контрольной рентгенографии, нет конкретных рекомендаций по лечению болевого синдрома, пролежней, не назначена дата контрольного осмотра, нет рекомендаций по дальнейшему динамическому наблюдению.

09.12.2016 вызов на дом был обслужен участковым фельдшером ФИО13 Пациентка предъявляла жалобы на снижение аппетита, резкую потерю массы тела, слабость, боли в правом бедре. Объективно: состояние расценено, как удовлетворительное. Находилась в сознании, 

<

...>. ХХ.ХХ.ХХ. получены результаты обследования, назначен актив врача-терапевта на ХХ.ХХ.ХХ..

16.12.2016 активно осмотрена на дому врачом-терапевтом участковым ФИО5 Пациентка жаловалась на боли в ноге, отсутствует аппетит, стул 

<

...>), иногда ноющие боли в кардиальной области. Со слов было известно, что Я. постоянно принимает 

<

...>.

Дефекты выявленные в ходе проведения внутреннего контроля качества: не назначено лечение по поводу 

<

...>, контрольные анализы мочи, клинический анализ крови ( в КАК от 13.12.2016 показатель скорости оседания эретроцитов-91 мм.ч.) осмотр в динамике.

Так же при оказании медицинской помощи больной Я. допущены следующие дефекты врачом травматологом ФИО4 не назначено оперативное лечение перелома шейки бедра справа;

медицинской сестрой приемного отделения ФИО10 не выполнено назначение врача травматолога- консультация кардиолога, записанное к карту приемного отделения № 2385 от 13.11.2016, не передан актив (вызов) травматолога к пациентке на 17.11.2016 в районную поликлинику;

фельдшером ФИО7 15.11.2016 при осмотре на дому не назначен осмотр травматолога на дому на 17.11.2016 с учетом рекомендаций травматолога приемного отделения; 06.12.2016 назначение консультации травматолога не передано диспетчеру для занесения в журнал консультаций специалистов на дому, не передан для исполнения врачу травматологу;

врачом-травматологом ФИО6 07.12.2016 в записи об осмотре больной в амбулаторной карте отсутствует описание объективного статуса, нет полного диагноза с учетом стадии заболевания, наличия осложнений, не назначено обследование, не определена дата контрольной рентгенографии, нет конкретных рекомендаций (с указанием названий препаратов, разовых, суточных, курсовых доз) по лечению: 

<

...>, нет рекомендаций по дальнейшему динамическому обследованию;

врачом терапевтом участковым ФИО5 не назначено лечение по поводу 

<

...>, контрольный анализ крови, контрольный клинический анализ крови, осмотр в динамике.

Согласно акту проверки № 172 от 23.10.2020 выявлены нарушения обязательных требований лечения Я., а именно п. 8 Положения № 4 Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология», утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от 15.11.2012 № 919н, не проведены в полном объеме лечебные и диагностические мероприятия пациентке во время интенсивной терапии, не назначена консультация невролога, не выполнено КТ головного мозга.

В нарушении п. «и» п. 4 Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных приказом Министерства здравоохранения РФ от 07.07.2015 № 422н, не установлен при поступлении пациента по экстренным показаниям не позднее 24 часов с момента поступления пациента в профильное отделение клинический диагноз на основании данных анамнеза, осмотра данных лабораторных и инструментальных методов обследования, результатов консультаций врачей-специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи, а также клинических рекомендаций(протоколов лечения).

Таким образом, в судебном заседании установлено, что в результате действий работников ГБУЗ «Сегежская ЦРБ» Я. была ненадлежащим образом оказана медицинская помощь последствием чего являлось ухудшение ее здоровья.

В рамках судебного заседания ни стороны, ни заинтересованные лица не ходатайствовали о назначении судебно-медицинской экспертизы в результате чего исковое заявление было рассмотрено с учетом имеющихся в деле доказательств. 

С учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей заявителей, длительности нарушения их прав, суд полагает обоснованным взыскать в пользу ФИО1, ФИО2 и ФИО3 компенсацию морального вреда по 40 000 рублей.

Указанную сумму суд считает достаточной и справедливой с учетом того, что в деле отсутствуют доказательства, которые должны были представить истцы, подтверждающие, что ответчик является причинителем вреда, то есть в результате его действий наступила смерть Я. Согласно справке ГБУЗ «Сегежская ЦРБ» патолого-анатомическое вскрытие Я. не производилось.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика следует взыскать государственную пошлину от оплаты которой истец был освобожден.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Сегежская центральная районная больница» в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3 компенсацию морального вреда по 40 000 рублей каждой.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Сегежская центральная районная больница» в бюджет Сегежского муниципального района государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Карелия через Сегежский городской суд в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме. 

Судья (подпись) А.Н. Хольшев

Мотивированное решение в соответствии со ст. 199 ГПК РФ 

составлено 17 ноября 2020 г.

Копия верна Судья А.Н. Хольшев