47RS0014-01-2020-000609-08

 

Дело № 2-644/2020

15 июля 2020 года

город Приозерск

Ленинградской области 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации 

Приозерский городской суд Ленинградской области в составе:

судьи Горбунцовой И.Л.,

при секретаре Ильиной М.С.,

с участием прокурора Андреевой П.А. 

с участием представителя истца ФИО1, действующего по доверенности от 29.05.2020 года (л.д.125)

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Комитету по социальной защите населения Ленинградской области, ЛОГСБУ "Ленинградский областной многопрофильный реабилитационный центр для детей-инвалидов" о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратилась в Приозерский городской суд с иском к Комитету по социальной защите населения Ленинградской области, ЛОГСБУ "Ленинградский областной многопрофильный реабилитационный центр для детей-инвалидов", в котором с учетом уточнений, поданных в порядке ст. 39 ГПК РФ (л.д.188) просила суд: восстановить ФИО2 на работе в Ленинградском областном государственном учреждении" Ленинградский областной многофункциональный центр для детей-инвалидов " в должности воспитателя третьей группы мальчиков; взыскать с Ленинградского областного государственного учреждения "Ленинградский областной многофункциональный центр для детей-инвалидов» пользу ФИО2 средний заработок за время прогула в период с 31.03.2020 г. по дату вступления решения суда в законную силу в размере 2 448 (Две тысячи четыреста сорок восемь) рублей за каждый день прогула; взыскать с Ленинградского областного государственного учреждения "Ленинградский областной многофункциональный центр для детей – инвалидов» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 120 000 (Сто двадцать тысяч) рублей 00 копеек.

В обоснование иска ФИО2 указала, что 29.12.2005 г. между истцом и Приозерским детским домом-интернатом для умственно отсталых детей был заключен трудовой Договор №76/05. 27.03.2020 г. ФИО2 написала заявление об увольнении по собственному желанию. 30.03.2020 года ею было подано заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию. 30.03.2020г. ей были перечислены денежные средства в размере 49 840 рублей 68 копеек. 04.04.2020 г. ФИО2 получила письмо, направленное ответчиком 02.04.2020 г., в котором находилось уведомление от 31.03.2020 года о необходимости получить трудовую книжку. 06.04.2020 г. истцу была передана Трудовая книжка, справка о доходах и суммах налога физического лица, расчёт заработной платы и справка о заработной плате. С приказом об увольнении (о прекращении трудового договора) ФИО2 не была ознакомлена, с приказом в какой бы то ни было форме не согласна, о чём свидетельствует поданное уведомление об отзыве заявления. Считает, что увольнение является незаконным, так как в законом установленные сроки обратилась с заявлением об отзыве своего заявления об увольнении по собственному желанию. На данный момент находится в вынужденном прогуле. Размер средней заработной платы, исчисленный в соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации с учетом всех предусмотренных системой оплаты труда видов выплат, составляет 2 448 рублей 44 копейки в день, что подтверждается справкой о заработной плате. Истец полагает, что действиями ответчика ей причинен моральный вред в размере 120 000 рублей 00 копеек.

В судебном заседании представитель истца на уточненном иске настаивал, в обоснование требований придерживался доводов, изложенных в иске. Дополнительно пояснил, что истец подал заявление об увольнении по собственному желанию в связи с наличием угроз со стороны директора ЛОГСБУ "Ленинградский областной многопрофильный реабилитационный центр для детей-инвалидов" об увольнении по инициативе работодателя в связи якобы имеющимся фактом физического насилия со стороны истца в отношении несовершеннолетнего воспитанника центра. Также пояснил, что руководством ЛОГСБУ "Ленинградский областной многопрофильный реабилитационный центр для детей-инвалидов" созданы негативные условия работы для возрастных сотрудников, действия работодателя направлены на их увольнение. 

Ответчик ЛОГСБУ "Ленинградский областной многопрофильный реабилитационный центр для детей-инвалидов" в судебное заседание своего представителя не направил, в письменном заявлении (л.д.215) просили дело слушать в отсутствие своего представителя. Ранее направили в суд письменные возражения (л.д.70-72), которых указали, что 26.03.2020г. на имя директора ЛОГБУ «ЛО МРЦ» ФИО3 поступило заявление от ФИО2 об увольнении по собственному желанию 27.03.2020г.

Ответчик Комитет по социальной защите населения Ленинградской области в судебное заседание своего представителя не направил, надлежащим образом извещен о дате и времени рассмотрения дела (л.д.216).

Суд, с учетом положений ст. 167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения представителя истца, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования не подлежат удовлетворению, исследовав и оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу о необоснованности заявленных истцом требований.

В ходе судебного разбирательства установлено, что 29.12.2005 года между Приозерским детским домом- интернатом (в настоящее время ЛОГСБУ "Ленинградский областной многопрофильный реабилитационный центр для детей-инвалидов") и ФИО2 был заключен трудовой договор, согласно которому ФИО2 принималась на работу в должности инструктора по лечебной физкультуре общего отделения (л.д.24) С 01.07.2006 года ФИО2 была переведена постоянно на должность воспитателя, что подтверждается дополнительным соглашением к договору от 29.06.2006 года № 31 (л.д.26) Из записи в трудовой книжке истца (л.д.45) следует, что 01.03.2020 года истец переведена на должность воспитателя в отделение психолого- педагогической помощи. 

Из материалов дела следует, что 26.03.2020 года ФИО2 обратилась к ответчику с заявлением об увольнении её по собственному желанию 27.03.2020 года (л.д.93) В дальнейшем 27.03.2020 года истец подала заявление об увольнении по собственному желанию 28.03.2020 года (л.д.94)

Из приказа об увольнении № 20-у от 27.03.2020 года (л.д.95) следует, что ФИО2 уволена 28 марта 2020 года с должности воспитателя отделения психолого – педагогической помощи по собственному желанию (п.3 части 1 ст.77 ТК РФ) на основании личного заявления. Из данного приказа следует, что 27.03.2020 года истец была ознакомлена с данным приказом, о чем имеется личная подпись, при этом дата ознакомления с приказом выполнены машинописным способом. Также на представленном суду приказе об увольнении имеется подпись истца, датированная 06.04.2020 гола, с указание о прочтении приказа. Из пояснений истца, данных в судебном заседании 30.06.2020 года (л.д.200) следует, что истец не оспаривает свои подписи в данном приказе, однако поясняет, что с самим приказом ознакомлена 06.04.2020 года. 

Из пояснений истца, его представителя и представленного суду заявление от 30.03.2020 года следует, что истец утром 30.03.2020 года подача через приемную ответчика заявление на имя директора ЛОГБСУ "Ленинградский областной многопрофильный реабилитационный центр для детей-инвалидов" об отзыве своего заявления об увольнении от 27.00.2020 года (л.д.75) 

Истец полагает, что, так как она не была ознакомлена с приказом об увольнении и подала заявление об отказе от увольнении до ознакомления в приказом от 27.03.2020 года, то она подлежит восстановлению на работе.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый - третий статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей. Течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений (части первая и вторая статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть вторая статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части четвертой статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Работник не может быть лишен права отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в случае если работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора по инициативе работника до истечения установленного срока предупреждения. При этом работник вправе отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения. Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит ограничений для отзыва работником его заявления об увольнении путем почтового или телеграфного отправления.

Из буквального толкования заявления истца об увольнении от 27.03.2020 года следует, что истец просила расторгнуть с ней трудовой договор 28.03.2020 года. При этом издание ответчиком оспариваемого приказа 27.03.2020 года свидетельствует о том, что сторонами достигнуто согласие относительно даты окончания трудовых отношений. 

В соответствии с ч. 3 ст. 84.1 ТК РФ днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом сохранялось место работы (должность).

Из пояснений истца, данных ею в судебном заседании 30.06.2020 года (л.д.199) следует, что, несмотря на ознакомление с приказом 06.04.2020 года ФИО2 27.03.2020 года было известно состоявшемся увольнении. Как установлено в судебном заседании после 27.03.2020 года следующий рабочий дней ФИО2 согласно графику был 29.03.2020 года. Из пояснений истца и отзыва ответчика следует, что ФИО2 28.03.2020 года и 29.03.2020 года на работу не выходила. Указанные действия истец мотивировала осведомленностью о состоявшемся увольнении. Кроме того, в период с 27.03.2020 года по 29.03.2020 года истец к работодателю с заявлением о предложении работы не обращался, действий, свидетельствующих о фактическом отказе от заявления об увольнении до истечения срока предупреждения не совершал. 

Из пояснений представителя истца, данных им в судебном заседании 15.07.2020 года следует, что 30.03.2020 года истец также не приступала к работе у ответчика, а только в 09 часов 10 минут подала заявление об отзыве заявления от 27.03.2020 года, после чего сразу же покинула помещение ЛОГБСУ "Ленинградский областной многопрофильный реабилитационный центр для детей-инвалидов". 

Таким образом в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения факты отзыва заявления истца об увольнении до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения.

Истец также мотивирует свои требования принуждением со стороны ответчика на подачу заявления об увольнении. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пп. "а" п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой ст. 77, статья 80 ТК РФ), расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлось добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, - то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Это вытекает из положений, предусмотренных ст. 55 ГПК РФ, согласно которой доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Под принуждением работника к увольнению понимается оказание на него воздействия физического и (или) психологического характера, в том числе путем угрозы применения средств, направленных на достижение в дальнейшем неблагоприятных для работника или членов его семьи (близких) последствий.

Исходя из этого, утверждения истца о том, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, подлежат проверке, обязанность по доказыванию этого обстоятельства возлагается на истца.

Из пояснений истца следует, что основанием для написания ею заявления об увольнении послужил разговор между ней и директором ЛОГБСУ «Ленинградский областной многопрофильный реабилитационный центр для детей-инвалидов» о возможном увольнении истца с должности по инициативе работодателя после проведения служебной проверки по факту причинения ФИО2 телесных повреждений несовершеннолетнему воспитаннику 24.03.2020 года.

Из докладной записки педагога-психолога ФИО4 от 25.03.2020 года (л.д.134) следует, что 24.03.2020 года из разговора с воспитателем группы № 2 отделения социальной реабилитации, ей стало известно о том, что ФИО5 Ивановна причинила побои несовершеннолетнему воспитаннику. Несовершеннолетний подтвердил его факт его избиения, который в разговоре, состоявшемся 24.03.2020 года между истцом и ФИО4 ФИО2 отрицала. 

Из докладной воспитателя ФИО6 (л.д.135) от 25.03.2020 года следует, что она 24.03.2020 года стала свидетелем того, что истец избивала руками воспитанника по рукам и голове. 

Из постановления о возбуждении уголовного дела от 18.06.2020 года (л.д.195-196) следует, что по фактам, указанным в докладных записках в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 156 УК РФ. 

Опровергая указанные факты, истец ссылался на свидетельские показания ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 Из показаний свидетеля ФИО7 следует, что словам несовершеннолетнего воспитанника в силу его особенностей доверять нельзя, кроме того, ребенок имеет заболевание – ДЦП в связи с чем он неустойчив, все время размахивает руками. Из разговора свидетеля с палатной санитаркой следует, что последняя, несмотря на написание докладной записки, не видела нанесения истцом ударов воспитаннику (л.д.201). Аналогичные показания даны свидетелем ФИО10 (л.д.205)

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что при осмотре утром 25.03.2020 года у несовершеннолетнего пострадавшего не имелось повреждений, ребенок не рассказывал о произошедшем накануне. Из показаний свидетеля ФИО11 также следует, что со слов палатной санитарки, последняя не видела факта избиения несовершеннолетнего ребенка, а услышала звук удара, при этом 25.03.2020 года в начале смены ей не передавалась информация об инциденте, имевшем место быть накануне.

При этом все свидетели, допрошенные в ходе судебного разбирательства указали на наличие конфликтной обстановке в коллективе и негативного отношения директора с сотрудниками, которые достигли предпенсионного или пенсионного возраста. 

Оценивая показания свидетелей, суд усматривает, что свидетелями не заявлено на наличии личных конфликтных отношений между истцом и директором ЛОБСУ "Ленинградский областной многопрофильный реабилитационный центр для детей-инвалидов" или известных фактов оказания на истца психологического давления с целью принуждения к увольнению.

Суд полагает, что написание истцом заявление об увольнении с целью избежать проведения служебной проверки по факту причинения вреда несовершеннолетнему воспитаннику нельзя признать поданным под давлением и принуждением работодателя в отсутствие свободного волеизъявления. Последовательные действия истца в части написания двух заявлений об увольнении с указанием разных дат окончания трудовых отношений, невыход на работу в планируемую смену (29.03.2020 года) свидетельствуют о добровольности принятого решения и наличия намерения истца расторгнуть трудовой договор с ответчиком по основаниям, указанным в приказе. 

Данные выводы суда подтверждаются также тем, что работодатель, несмотря на увольнение истца, не скрыл информацию о произошедшем, а направил соответствующее заявление с целью проверки фактов. 

Однако при этом судом отмечаются факты нарушения со стороны ответчика в части ознакомления работника с приказом об увольнении и выдачи трудовой книжки. Судом установлено, что трудовые отношения сторон окончены 28.03.2020 года (суббота). 

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним в соответствии с названным Кодексом или иными федеральным законом сохранялось место работы (должность) (ч. 3 ст. 84.1 ТК РФ).

В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со ст. 140 названного Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой (ч. 4 ст. 84.1 ТК РФ).

Запись в трудовую книжку об основании и о причине прекращения трудового договора должна производиться в точном соответствии с формулировками названного Кодекса или иного федерального закона и со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи названного Кодекса или иного федерального закона (ч. 5 ст. 84.1 ТК РФ).

В случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки. Работодатель также не несет ответственности за задержку выдачи трудовой книжки в случае несовпадения последнего дня работы с днем оформления прекращения трудовых отношений при увольнении работника по основанию, предусмотренному подп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 или п. 4 ч. 1 ст. 83 названного Кодекса, и при увольнении женщины, срок действия трудового договора с которой был продлен до окончания беременности или до окончания отпуска по беременности и родам в соответствии с ч. 2 ст. 261 названного Кодекса. По письменному обращению работника, не получившего трудовую книжку после увольнения, работодатель обязан выдать ее не позднее трех рабочих дней со дня обращения работника (ч. 6 ст. 84.1 ТК РФ).

Из материалов дела следует, что ни 28.03.2020 года, ни 30.03.2020 года работодатель не произвел действия, направленные на выдачу трудовой книжки. При этом из графика работы ФИО2 (л.д.76) следует, что 27.03.2020 года и 28.03.2020 года не были для нее рабочими. 

Как следует из пояснений представителя истца ФИО2 28.03.2020 года не присутствовала на работе, 30.03.2020 года появилась у работодателя не для продолжения работы, а только для подачи заявления об отзыве заявления об увольнении. При этом она находилась в помещении работодателя не более чем до 09 часов 10 минут. Истцу в указанный период работодатель не предоставил приказ об увольнении и не передал трудовую книжку. 

Таким образом, составленные ответчиком акты об отказе в получении трудовой книжки от 28.03.2020 года, от 30.03.2020 года (л.д.73,74) не подтверждают факт надлежащего исполнения работодателем обязанности по выдаче документов об увольнении, в том числе трудовой книжки.

Судом установлено, что, несмотря на дату в уведомлении о необходимости получения трудовой книжки 31.03.2020 года (л.д.29), данное уведомление было направлено истцу 02.04.2020 года и получено истцом 04.04.2020 года. (л.д. 30) Сторонами не оспаривается, что трудовую книжку ответчик выдал истцу 06.04.2020 года. Из копии приказа об увольнении следует, что данный приказ был прочтен истцом также 06.04.2020 года.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что ответчиком допущено нарушение сроков выдачи трудовых книжек.

Истцом также заявлено требование о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула за период с 31.03.2020 года по дату вынесения решения суда и компенсации морального вреда. 

Согласно ч. 4 ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. 

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор (ст. 382 ТК РФ) принимает решение о выплате работнику среднего заработка за всё время вынужденного прогула в соответствии со ст. 139 ТК РФ.

В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Из пояснений истца и его представителя следует, что моральный вред причинен истцу нарушением его права на труд в связи с незаконным лишением права трудиться.

С учетом выводов суда о необоснованности требований в части восстановления на работе суд не усматривает законных оснований для удовлетворения требований истца в части компенсации морального вреда и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула. 

Кроме того при разрешении настоящего спора суд приходит к выводу о том, что истцом требования к Комитету социальной защиты населения Ленинградской области заявлены необоснованно. С указанным юридическим лицом истец не состояла в трудовых отношениях, КСЗН ЛО не принимал каких-либо решений в отношении ФИО2 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд 

решил:

отказать ФИО2 в удовлетворении иска к Комитету по социальной защите населения Ленинградской области, ЛОГСБУ "Ленинградский областной многопрофильный реабилитационный центр для детей-инвалидов" о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в полном объеме

На решение может быть подана апелляционная жалоба, принесено апелляционное представление в Ленинградский областной суд через Приозерский городской суд в течении 1 месяца момента изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 21.07.2020 года. 

Судья И.Л. Горбунцова