РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Самара 06 июня 2018г. 

Кировский районный суд г. Самара в составе:

председательствующего судьи Гутровой Н.В.,

при секретаре Высотиной Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2390/2018 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование своих требований ФИО1 указал, что является сыном ФИО3, что подтверждается свидетельством о рождении. Ранее его мать имела в собственности квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. В 2013г. между его матерью ФИО3 и ответчиком ФИО2 заключен договор дарения указанной квартиры, в соответствии с которым ФИО2 стала собственником данной квартиры. На момент заключения договора его мать находилась в состоянии, в котором не могла осознавать характер и значение своих действий и руководить ими. До того, как квартира была подарена ответчику, она собиралась квартиру передать ему (истцу). Однако, как только ответчику стало известно о намерении истца приехать к матери с целью осуществления за ней надлежащего ухода и постоянного проживания, ответчик предприняла действия, чтобы до его приезда к матери совершить сделку дарения, сознательно запугивая её, прикрываясь грубой лестью, угрожая перспективой приезда «неблагополучного сына», что остаток своей жизни она проведет на улице, в случае если не подпишет некий документ, гарантирующий ей пожизненное проживание в квартире. 30.08.13г. ответчик путем введения его матери- пенсионерки в заблуждение заключили договор, в соответствии с которым даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Согласно справке на имя ФИО3, находящейся в регистрационном деле на спорную квартиру, от 27.04.18г. в спорном жилом помещении на момент заключения договора зарегистрирована его мать ФИО3 Кроме того, договор дарения не содержит условие, обязывающее ФИО3 сняться с регистрационного учета из указанной квартиры после перехода права собственности к одаряемому, следовательно ФИО3 сохранила за собой право пользования данной квартирой. Таким образом, сделка по отчуждению квартиры была совершена дарителем не только в состоянии, в котором она не понимала характер своих действий, не могла руководить ими и трезво оценивать их последствия, но и без предварительного согласования условий договора с зарегистрированными в квартире гражданами. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла, истец является единственным наследником первой очереди, открыто наследственное дело. При заключении договора дарения его мать считала, что ответчик будет её содержать, помогать ей по хозяйству, покупать ей лекарства и продукты питания, считала, что она будет на полном обеспечении ответчика, в дальнейшем квартира будет отремонтирована, а её сыну будет приобретено другое жилое помещение. В момент совершения договора дарения его мать находилась в состоянии, при котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими, а сделки, заключенные лицами, не понимавшими своих действий, являются оспоримыми. Из текста заключения судебно-психиатрической экспертизы от 17.09.14г. № видно, что его мать по настоянию ФИО2 оформила договор дарения. В заключении есть следующие пояснения его матери «.., что когда ФИО3 и ФИО2 пришли к нотариусу, и нотариус спросила понимает ли она, что делает, моя мать спросила у ФИО2, а та заверила её, что так будет всем хорошо... По договору дарения ФИО2 должна заплатить 2000000рублей, как только у ФИО2 появятся деньги. В момент подписания, договор мать не читала, но была уверена, что подписывает договор купли-продажи.» При таких обстоятельствах его мать-пенсионерка была введена ответчиком в заблуждение и обманута относительно получения в будущем денежных средств в размере 2000000руб., с учетом этого ответчик просто заставила его мать подписать подготовленные документы в отношении дарения принадлежащей ей квартиры, договор дарения был составлен в простой письменной форме, который она не читала, в результате чего ответчик незаконно завладела имуществом, принадлежащим его матери. В действительности денежные средства мать не получила, уход на который она рассчитывала также не получила от ответчика. Заключение договора дарения явилось следствием введения её в заблуждение и обмана со стороны ответчика. Ответчик действовала напористо, практически принудила его мать совершить действия по отчуждению квартиры, не давая ей читать документы, которые представляла ей на подпись, в момент подписания она не знала, что именно подписывает, затем стала оспаривать действия ФИО2 через суд. У его матери отсутствовало волеизъявление на заключение договора дарения квартиры. Данные факты отражены и в заключении судебно-психиатрической экспертизы, где указано, что у его матери выявляются признаки психиатрического расстройства в виде когнитивного расстройства вследствие церебрального атеросклероза, которое отмечалось у неё и в период юридически значимой ситуации- в момент составления договора дарения. Этот вывод основывается на сведениях о снижении памяти, проявляющемся нарушением точного датирования событий, некоторым оскуднении психической деятельности. Считает, что договор дарения подписан его матерью под влиянием заблуждения, поскольку, находясь в преклонном возрасте, она старалась получить внимание, заботу и уход от своих родственников. Подписывая договор, она не желала безвозмездно, без каких-либо встречных требований передавать квартиру в собственность другому человеку. На момент оформления договора дарения квартиры ФИО3 было 75 лет, и в силу престарелого возраста, она действительно рассчитывала на реальную помощь со стороны племянницы ФИО2 

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО1 просил признать договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, от 30.08.2013г. недействительным по основаниям п.п.5 п.2 ст.178 ГК РФ и применить последствия недействительности сделки.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, об уважительности причин неявки суд не известил.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом.

Представитель ответчика по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что мать истца ранее оспаривала договор дарения, однако суд в иске ей отказал, просил применить срок исковой давности.

Третье лицо- Управление Росреестра по Самарской области в судебное заседание не явилось, извещено надлежащим образом.

Выслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.ст. 177, 178, 181 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. 

Как следует из материалов дела, ФИО1 является сыном ФИО3, что подтверждается свидетельством о рождении.

Согласно свидетельству о смерти ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ, умерла ДД.ММ.ГГГГ что подтверждается свидетельством о смерти.

Согласно справке МП г.о.Самара «ЕИРЦ» от 27.04.18г. ФИО3 на день смерти была зарегистрирована в квартире по адресу: 

<

адрес>. 

Согласно сообщению нотариуса ФИО5 от 18.05.18г., наследственное дело после смерти ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ. ею не заводилось. Согласно информации ЕИСН РФ, наследственное дело № после смерти ФИО3, умершей ДД.ММ.ГГГГ, заведено у нотариуса г. Самара ФИО6 

Заочным решением Кировского районного суда г.Самара от 20.03.2014г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 29.07.2014г., ФИО1 выселен из квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Решением Кировского районного суда г.Самара от 21.10.2014г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 13.01.2015г., в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, отказано.

Установленные в решение суда от 21.10.2014г. обстоятельства в силу ст. 61 ГПК РФ имеют преюдициальное значение по данному делу. 

Истец в обоснование своих требований ссылался на положения ст.ст. 177, 178 ГК РФ, считает, что его мать ФИО3 при заключении договора дарения от 30.08.2013г. квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, не могла понимать значение своих действий и руководить ими, была введена ответчиком ФИО2 в заблуждение относительно природы сделки.

Однако, вступившим в законную силу решением суда от 21.10.2014г. было установлено, что ФИО3 при совершении сделки понимала ее природу, не была лишена возможности свободно выразить свою волю, действовала в своих интересах. Доказательств, подтверждающих заблуждение ФИО3 относительно содержания договора дарения и последствий данной сделки суду представлено не было. Договор дарения был безвозмездным, оснований для признания его недействительным по ч.1 ст. 170 ГК РФ не имелось. ФИО1 к участию в деле был привлечен в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, участвовал в судебных заседаниях, и соответственно о постановленном 21.10.2014г. судом решении знал.

Представителем ответчика в ходе судебного разбирательства заявлено о применении срока исковой давности.

Принимая во внимание, что ФИО1 в 2014г. знал о заключенном его матерью ФИО3 договоре дарения от 30.08.2013г. квартиры по адресу: 

<

адрес>, срок исковой давности по оспаримым сделкам составляет 1 год, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 пропущен срок исковой давности, что в силу ст. 199 ГК РФ является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Более того, решением Кировского районного суда г.Самара от 03.05.18г. исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о выселении удовлетворено - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выселен из жилого помещения по адресу: 

<

адрес>.

Суд считает, что заявленные ФИО1 требования о признании договора дарения указанной квартиры от 30.08.2013г. недействительным и применение последствий недействительности сделки направлены на затягивание исполнения судебного решения от 03.05.18г. о его выселении из спорной квартиры. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении иска следует отказать. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения от 30.08.2013г. квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, и применении последствий недействительности сделки отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд в течение месяца через Кировский районный суд г. Самара.

Председательствующий Н.В. Гутрова

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГг.