Дело № 12-247/2017

Решение

07 декабря 2017 года г. Глазов УР

Судья Глазовского районного суда Удмуртской Республики Самсонов И.И.,

при секретаре Максимове А.А.,

с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО3, 13.

<

данные изъяты>», на постановление инспектора ДПС ГИБДД ММО МВД России «Глазовский» ФИО4 № от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении по ч.3 ст.12.23 КоАП РФ, 

установил:

На основании постановления по делу об административном правонарушении №, вынесенного инспектором ДПС ГИБДД ММО МВД России «Глазовский» ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.23 ч. 3 КоАП РФ, выразившегося в том, что ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> ФИО3 управлял автомобилем марки 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № перевозил детей, не достигших 12 летнего и 7 летнего возраста, не пристегнутых ремнями безопасности и специальным удерживающим устройством, тем самым нарушил требования пункта 22.9 Правил дорожного движения Российской Федерации. ФИО3 назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 3 000 рублей.

ФИО3, не согласившись с постановлением, обратился в суд с жалобой, указывая на то, что ДД.ММ.ГГГГ ч., возвращаясь домой совершал поворот с пл. Свобода на ул. М.Гвардии, где по требованию сотрудника ДПС совершил остановку транспортного средства. Со слов сотрудника понял, что ему предъявлено обвинение по ст. 12.18 КоАП РФ. Не согласившись с вменяемым нарушением, он попросил предоставить доказательство в виде видеофиксации. Не предъявив доказательства, сотрудник ДПС предложил ему пройти для оформления протокола. Пройдя к перекрестку, они увидели, что компанию из четырех человек, стоящих на тротуарной дорожке около проезжей части. Убедившись в том, что пешеходы не осуществляют движение, сотрудник ДПС попросил открыть заднюю дверь автомобиля, не заглянув в салон автомобиля, сказал, чтобы он следовал к автомобилю ДПС для оформления протокола. При составлении протокола об административном правонарушении сотрудник ДПС спросил, сколько у него детей и какого они возраста. После составления протокола сотрудник ДПС дал ему ознакомиться с ним и пояснил, что ему предъявлено обвинение в нарушении перевозки детей по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ. С данным правонарушением он не согласился и попросил сотрудника пройти к его автомобилю и убедиться в наличии автокресел, на которых сидели дети. Вместе с детьми в салоне автомобиля сидела его супруга, которую сотрудник ДПС отказался внести в протокол в качестве свидетеля, пояснив, что она является заинтересованным лицом. Фото и видеофиксации о нарушениях, которые были озвучены сотрудником ДПС, предоставлено не было, свидетелей нет. В связи с этим просит постановление отменить, освободив его от административной ответственности.

В судебном заседании ФИО3 жалобу поддержал, по доводам изложенным в ней, дополнительно пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ. управлял транспортным средством, следовал по пл. Свободы, на переднем пассажирском сидении сидела его супруга, а на задних сидениях его дети – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Сын был пристегнут обычным ремнем безопасности, так как ему уже исполнилось 7 лет, а дочь находилась и была пристегнута в детском кресле. После поворота на ул. М.Гвардии его остановил сотрудник ДПС. После остановки транспортного средства сотрудник ДПС спросил его о том, по какой причине он не уступил дорогу пешеходам. Он высказал свое несогласие с данным фактом, после чего сотрудник ДПС попросил открыть заднюю дверь автомашины. На заднем сиденье автомобиля находились двое детей. Их перевозка осуществлялась по правилам дорожного движения. При остановке транспортного средства дети просто отстегнули ремни безопасности, в связи с чем в его действиях нет состава административного правонарушения. Просил оспариваемое постановление отменить, производство по делу прекратить. 

Административный орган – ОГИБДД ММО МВД России «Глазовский» извещен о времени и месте проведения судебного заседания надлежащим образом, явка не признана обязательной. 

Выслушав лицо, привлекаемое к административной ответственности, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 30.6 КоАП РФ не ограничиваясь доводами жалобы, дело проверено в полном объеме.

Установлено, что протокол об административном правонарушении в отношении ФИО3 составлен с соблюдением требований ст. 28.2 КоАП РФ, должностным лицом, уполномоченным на основании п.1 ч.2 ст.28.3 КоАП РФ составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных ст.12.23 ч.3 КоАП РФ. 

Состав административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.23 КоАП РФ, образуют непосредственные действия лица, в нарушение требований к перевозке детей, установленных Правилами дорожного движения.

Законность постановления по делу подразумевает, в том числе, наличие события административного правонарушения, виновность лица в совершении данного правонарушения, подвергнутого административному наказанию, а также соблюдение порядка привлечения к административной ответственности.

Как следует из материалов дела, ФИО3 привлечен к административной ответственности в связи с тем, что ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> управлял автомобилем марки 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № перевозил детей, не достигших 12 летнего и 7 летнего возраста, не пристегнутых ремнями безопасности и специальным удерживающим устройством, тем самым нарушил требования пункта 22.9 Правил дорожного движения Российской Федерации. 

Рапортом ИДПС ОГИБДД МО МВД России «Глазовский» ФИО5 подтверждается факт перевозки ФИО3 2-х детей, на задних пассажирских местах, не пристегнутых ремнями безопасности. В рапорте подробно отражены обстоятельства выявленного административного правонарушения.

Материалами дела подтвержден факт перевозки детей на заднем пассажирском сиденье. Данный факт также не оспаривался и ФИО3 в судебном заседании.

Согласно п.22.9 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 (ред. от 28.06.2017 года) (далее «ПДД») следует, Перевозка детей в возрасте младше 7 лет в легковом автомобиле и кабине грузового автомобиля, конструкцией которых предусмотрены ремни безопасности либо ремни безопасности и детская удерживающая система ISOFIX, должна осуществляться с использованием детских удерживающих систем (устройств), соответствующих весу и росту ребенка.

Перевозка детей в возрасте от 7 до 11 лет (включительно) в легковом автомобиле и кабине грузового автомобиля, конструкцией которых предусмотрены ремни безопасности либо ремни безопасности и детская удерживающая система ISOFIX, должна осуществляться с использованием детских удерживающих систем (устройств), соответствующих весу и росту ребенка, или с использованием ремней безопасности, а на переднем сиденье легкового автомобиля - только с использованием детских удерживающих систем (устройств), соответствующих весу и росту ребенка.

Из буквального толкования положений пункта 22.9 Правил дорожного движения РФ в настоящее время следует, что при перевозке детей в возрасте до 7 лет обязательным требованием является наличие детских удерживающих систем (устройств) с использованием ремней безопасности, при перевозке детей в возрасте от 7 до 11-летнего возраста - использование ремней безопасности. Эти правила вступили в силу с 12 июля 2017 года.

Таким образом, законодатель изначально разграничил правила перевозки детей на задних сидениях и переднем пассажирском сидении автомобиля, по сути, предъявляя к ним различные требования. 

Применительно к рассматриваемому делу, исходя из требований ПДД, перевозка ребенка в возрасте до 7 лет могла осуществляться ФИО3 только с применением детского удерживающего устройства, а ребенка в возрасте до 11 летнего возраста (включительно) с использованием ремней безопасности.

В соответствии с национальным стандартом РФ ГОСТ Р 41.44-2005 "Единообразные предписания, касающиеся удерживающих устройств для детей, находящихся в механических транспортных средствах" (утв. Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 20 декабря 2005 года N 318-ст) детская удерживающая система (удерживающее устройство) - совокупность элементов, состоящая из лямок или гибких элементов с пряжками, регулирующих устройств, деталей крепления и, в некоторых случаях, дополнительного устройства (например, детской люльки, съемного детского кресла, дополнительного сиденья и/или противоударного экрана), которое может быть прикреплено к внутренней части кузова автотранспортного средства. Устройство должно быть сконструировано таким образом, чтобы в случае столкновения или резкого торможения транспортного средства уменьшить опасность ранения ребенка, находящегося в удерживающем устройстве, путем ограничения подвижности его тела. ГОСТ Р 41.44-2005 принят на основании Технического регламента о безопасности колесных транспортных средств, утвержденного Правительством РФ 10.09.2009 № 720, устанавливающего требования к безопасности колесных транспортных средств при их выпуске в обращение и эксплуатации в целях защиты жизни и здоровья граждан.

Неприменение предусмотренных конструкцией ТС ремней безопасности (штатных) для обеспечения безопасности пассажира достигшего возраста 7 лет на заднем пассажирском сидении, а равно неприменение специального детского удерживающего устройства для пассажира не достигшего возраста 7 лет, свидетельствуют о нарушении требований пункта 22.9 Правил дорожного движения и образуют состав административного правонарушения, предусмотренного ст.12.23 ч.3 КоАП РФ.

Таким образом, доводы ФИО3 в судебном заседании о том, что фактически он правил дорожного движения не нарушал своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли. 

Имеющимися в материалах дела доказательствами подтверждается факт перевозки ФИО3 на заднем сидении автомобиля OPEL MOKKA, государственный регистрационный знак № детей, не достигших 12 летнего и 7 летнего возраста, не пристегнутых ремнями безопасности и специальным удерживающим устройством, на что указывают постановление от ДД.ММ.ГГГГ, протокол об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ, также рапорт второго сотрудника ОГИБДД ММО МВД России «Глазовский», подлинность и достоверность которых у суда сомнений не вызывает, оснований не доверять данным документам суд не усматривает. 

Согласно рапорту ИДПС ОГИБДД МО МВД России «Глазовский» ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ., следует, что ДД.ММ.ГГГГ У 

<

адрес> ИДПС ФИО4 остановил автомобиль 

<

данные изъяты> № под управлением гр. ФИО3 В момент остановки данного автомобиля он находился на проезжей части дороги и видел, как после остановки и во время общения с водителем ИДПС ФИО4, женщина, находящаяся в салоне автомобиля начала пристегивать двух детей, сидящих в салоне автомобиля. На указанное ИДПС ФИО4 нарушение ПДД (правил перевозки детей), водитель пояснил, что дети не сидят пристегнутыми, так как им это не нравится. После того, как водитель автомобиля был приглашен в патрульный автомобиль для составления протокола об АП, вышла женщина, являющаяся пассажиркой автомобиля Опель и сказала ФИО3, чтобы он не расписывался в протоколе, так как видеозапись правонарушения отсутствует.

Иные заявленные в жалобе доводы подлежат отклонению. Обстоятельства остановки транспортного средства под управлением ФИО3 правового значения для существа дела не имеют.

В целом КоАП РФ не предусматривает обязательность фото- и видеофиксации административного правонарушения, а также подтверждения его события показаниями свидетелей, если правонарушение выявлено непосредственно уполномоченным на то должностным лицом, а имеющие значение для дела обстоятельства в достаточной степени подтверждаются иными средствами доказывания. При оформлении административного материала ФИО3 ходатайств о предоставлении видеозаписи, осуществлении фотофиксации правонарушения не заявлял. При этом ФИО3 не был лишен права самостоятельно зафиксировать при помощи соответствующих технических средств заявляемые им обстоятельства, а также заявить ходатайства о вызове свидетелей в подтверждение своей позиции по делу. Равным образом ФИО3 не внес соответствующие и конкретные доводы о несогласии с правонарушением на месте в графу протокола «объяснения», тогда как объективно не был лишен такого права.

Суд критически относится к доводам ФИО3 о том, что в салоне автомобиля во время движения дети были пристегнуты ремнями безопасности, но после остановки дети отстегнулись. Суд отмечает, что с точки зрения действующих Правил дорожного движения РФ ребенок в случае его перевозки, а равным образом нахождения в автомобиле на проезжей части дороги должен быть пристегнут необходимыми приспособлениями специального детского удерживающего устройства в целях его безопасности, при этом равным образом специальное детское удерживающее устройство также должно быть закреплено к конструкции автомобиля способом, предусмотренным предприятием-изготовителем также в целях обеспечения безопасной перевозки детей. Несоблюдение хотя бы одного из названных обстоятельств образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.23 КоАП РФ. 

Поскольку данных о какой-либо заинтересованности сотрудников полиции в исходе дела, их небеспристрастности к ФИО3 или допущенных ими злоупотреблениях по делу не установлено, оснований ставить под сомнение факты, указанные должностным лицом в рапорте, также протоколе об административном правонарушении и постановлении по делу об административном правонарушении, не имеется.

Позицию ФИО3 при рассмотрении дела суд расценивает как реализацию им предусмотренного законом права на защиту. 

Исследовав предоставленные материалы и доказательства, суд считает, что вина ФИО3 нашла свое полное подтверждение и не может считаться неустановленной.

Суд находит исследованные доказательства достаточными и подтверждающими наличие в действиях ФИО3 всех признаков административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ.

Фактически доводы, изложенные в жалобе, направлены на иную оценку доказательств, которые были оценены должностным лицом в полном соответствии с требованиями ст. ст. 26.2, 26.11 КоАП РФ. Оснований для их переоценки у суда не имеется.

Юридически значимые по делу обстоятельства были установлены.

Таким образом, суд не усматривает оснований для прекращения производства по делу в соответствии со ст. 24.5 КоАП РФ.

Лицо, привлечено к административной ответственности в сроки, установленные ст. 4.5 КоАП РФ

Дело рассмотрено должностным лицом с соблюдением подведомственности, определенной ст. 23.1 КоАП РФ. Обжалуемое постановление соответствует требованиям ст. 29.10 КоАП РФ.

Каких-либо процессуальных нарушений, влекущих отмену или изменение оспариваемого постановления, при привлечении ФИО3 к административной ответственности и производстве по делу судом не установлено. 

Неустранимых сомнений по делу не усматривается. Принцип презумпции невиновности не нарушен.

Оснований для применения по делу положений ст.2.9 КоАП РФ о малозначительности правонарушения не имеется, соответствующих ходатайств не поступало, в целом обстоятельств, указывающих на возможность применения ст.2.9 КоАП РФ с учетом конкретных обстоятельств дела суд не усматривает.

Наказание назначено ФИО3 в пределах санкции ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ.

Жалоба подана с соблюдением сроков на ее подачу, предусмотренных ч. 1 ст. 30.3 КоАП РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 30.1-30.8 КоАП РФ, суд

решил:

Постановление по делу об административном правонарушении №, вынесенного инспектором ДПС ГИБДД ММО МВД России «Глазовский» ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3, 

<

данные изъяты>, оставить без изменения, жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение 10 дней со дня получения копии решения путем подачи жалобы через Глазовский районный суд Удмуртской Республики.

Судья: И.И. Самсонов