УИД 68RS0001-01-2024-004697-97

Дело № 2-203/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 декабря 2025 г. г. Тамбов

Октябрьский районный суд города Тамбова в составе судьи Нишуковой Е.Ю.,

при секретаре Сысоеве Д.В.

с участием старшего помощника прокурора Октябрьского района города Тамбова Клюкина Ю.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 в лице законного представителя ФИО3 о прекращении права пользования жилым помещением,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском, указав, что в квартире по адресу: 

<

...>, зарегистрированы она, ее сын ФИО2 и ответчик ФИО2 Брак с ответчиком был расторгнут на основании решения Октябрьского районного суда г. Тамбова 6 августа 2003 г. С июня 2003 года ответчик не проживает в указанном помещении, расходов по оплате коммунальных платежей не нёс за весь период непроживания. С 2003 года ФИО2 проживает в другом месте, попыток вселиться не предпринимал. Решением Октябрьского районного суда г. Тамбова от 25 марта 2004 г. ФИО2 был вселен в спорное жилое помещение. Несмотря на это, имея ключи, в квартиру он так и не вселился. Просит суд признать ФИО2 прекратившим право пользования жилым помещением по вышеназванному адресу.

Решением Октябрьского районного суда города Тамбова от 15 сентября 2025 г., вступившим в законную силу 17 октября 2025 г., 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала исковые требования, пояснив, что ранее они состояли с ответчиком в зарегистрированном браке. Спорную квартиру им предоставили на основании ордера по месту работы. Потом он ушел к другой женщине (ФИО3), которая работала с ними на одном предприятии. За 21 год она видела его только два раза - при рассмотрении судом в 2004 и 2006 годах гражданских дел по искам в отношении спорного жилого помещения. Ответчик ни разу не пытался вселиться в квартиру. Его вещей там нет. Когда состоялось заочное решение о признании ответчика утратившим право пользования квартирой, она выписала его из квартиры. После чего единолично заключила договор социального найма. Но потом, когда заочное решение было отменено, он вновь зарегистрировался в квартире. Ей известно, что до настоящего времени ответчик проживает в квартире сожительницы. На вопросы суда ответила, что, если бы ФИО2 сейчас пришел в квартиру, то он для неё – чужой человек. Конечно, она против, и как можно сейчас жить с человеком в таком состоянии в квартире площадью 13,3 кв.м. Там некуда даже поставить раскладушку. Но, если бы было решение суда, то впустила бы его. Ордер на квартиру выдавался ФИО2

В судебном заседании представитель истца по ордеру адвокат Кузьмин А.Ю. поддержал исковые требования своей доверительницы, дополнительно пояснив, что Его доверительница, ответчик и опекун ответчика работали на одном предприятии. Произошел развал семьи, и ответчик ушел к другой женщине – ФИО3 С 2004 года ФИО2 сожительствует с ней и постоянно проживает с ней; они ведут совместное хозяйство. То есть они живут как муж и жена, просто не оформляют брак. Все свидетели, которые были допрошены судом, пояснили, что уход ФИО2 носил добровольный характер, и он ушел к ФИО3 и проживает с ней. Ими были предоставлены фотографии, которые также показывают - какие взаимоотношения у ответчика с ФИО3, и с кем он живет ответчик. То есть никакой вынужденности не было. Будучи ребенком, сын Д-ных (третье лицо по делу) приходил к нему в гости в квартиру на улице Мичуринской. Туда же сын приходил, будучи взрослым, уже со своим ребенком и невесткой. И в настоящее время его опекуном назначена «гражданская» супруга, с которой ответчик проживает более 20 лет. В деле имеется ответ из медицинского учреждения, согласно которому ответчик получает лечение в поликлинике по месту своего фактического проживания. Если согласиться с тем, что имел место вынужденный характер выезда из квартиры, то на этот счет имеется решение Октябрьского районного суда города Тамбова от 2004 года, которым ответчик был вселен в спорное жилое помещение. Но после решения суда он не воспользовался предоставленным ему правом на вселение в данное жилое помещение и пользование им. Он не обратился ни к истице, ни к своему сыну - по поводу ключей; ни в службу судебных приставов – с исполнительным листом для принудительного исполнения решения (о чем свидетельствует ответ ФССП). Он не сделал этого, поскольку в жилом помещении не нуждался, проживая в квартире своей сожительницы. Он не получал исполнительный лист и не вселялся ввиду отсутствия нуждаемости. Истец пояснила, что не знает, как отреагирует на вселение ответчика, но она не утверждает, что будет чинить ему препятствия. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ответчик добровольно расторг в отношении себя договор социального найма спорного жилого помещения. При этом следует отметить, что до 2017 года, будучи в здравом уме и здравой памяти (когда состояние здоровья было нормальным), имея вступившее в законную силу решение суда, ответчик никаких попыток для вселения в квартиру не предпринял. Факт отсутствия у него в собственности или на каком-либо ином праве другого жилого помещения не может являться единственным основанием для того, чтобы иск о признании утратившим право пользования не был удовлетворен. В постановлении администрации также указано одно и то же место проживания опекуна и подопечного – адрес, по которому ответчик проживает более 20 лет. Поэтому он полагает, что имеются все основания для признания ответчика прекратившим право пользования спорным жилым помещением.

В судебном заседании 

<

данные изъяты> ФИО3 исковые требования не признала, пояснив, что ФИО2 проживает в её квартире, но они не находятся в зарегистрированном браке. В 2017 году у него произошел 

<

данные изъяты>, после чего он не может разговаривать; правая рука не работает совсем; передвигается – очень плохо. Она не может сказать, что он на 100 % может понимать происходящее. Поэтому она просто его жалеет и помогает в трудной ситуации. Считает, что его право пользования спорной квартирой должно быть за ним сохранено. У неё есть свои дети, которых она должна обеспечивать жилплощадью. Опекун может быть не один: сейчас она назначена опекуном, а потом что-то случится, опекуном будет назначен другой человек, и ФИО2 уедет по своему месту регистрации. Он - 

<

данные изъяты>, и не может приобрести в собственность другое жильё. У него ничего нет. Она просто предоставила ему возможность проживать в своей квартире, сожительствуя с ним. Но это не означает, что она предоставила ему право пользования квартирой на постоянной основе. Будучи настоящим мужчиной, он просто не стал писать никаких заявлений на принудительное вселение в квартиру, поскольку у него там жил сын, и, прежде всего, он не хотел причинять неудобств ему. Хотя сейчас сын может и собственное жилье приобрести. Лично она готова оплачивать за ФИО2 расходы на коммунальные услуги в спорной квартире.

В судебное заседание ответчик ФИО2 - 

<

данные изъяты>; а также - третье лицо ФИО2, представители третьих лиц администрации г. Тамбова и министерства социальной политики и семейной защиты по Тамбовской области не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Ранее от представителя администрации города Тамбова по доверенности ФИО4 поступали письменные возражения на иск, в которых она указала, что истцом не представлено доказательств того, что ФИО2 выехал из спорного жилого помещения для постоянного проживания, и доказательств длительности его отсутствия. Поэтому исковые требования ФИО1 считает незаконными и необоснованными. Просит рассмотреть дело в отсутствие представителя администрации (л.д. 24-25).

Представитель министерства социальной политики и семейной защиты по Тамбовской области также направил заявление о рассмотрении дела в его

отсутствие. На основании ст. 118 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ суд признал извещение не явившихся участников процесса надлежащим, и, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав объяснения явившихся участников процесса, допросив ранее свидетелей, исследовав письменные материалы дела в качестве доказательств; заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В силу части 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены данным Кодексом и другими федеральными законами.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных федеральным законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных федеральным законом, но не противоречащих ему; из судебных решений, установивших жилищные права и обязанности.

Статьями 5, 7 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" установлено, что к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, данный кодекс применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

К отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в зданиях, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям, переданы в ведение органов местного самоуправления, вне зависимости от даты передачи этих жилых помещений и от даты их предоставления гражданам на законных основаниях применяются нормы Жилищного кодекса Российской Федерации о договоре социального найма.

На основании части 1 статьи 49 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма предоставляется жилое помещение государственного или муниципального жилищного фонда.

Согласно статье 60 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом (часть 1). Договор социального найма жилого помещения заключается без установления срока его действия (часть 2).

В соответствии со статьей 71 Жилищного кодекса Российской Федерации временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.

Частью 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 ЖК РФ). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 8части 3 статьи 8 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять:

по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Судом установлено, что жилое помещение – однокомнатная квартира площадью 17,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>, находится в муниципальной собственности; правообладатель – городской округ – город Тамбов. Что подтверждается выпиской № 1290 из Реестра муниципального имущества города Тамбова и выпиской из ЕГРН (л.д. 27-28, 29).

Квартира была предоставлена ФИО2 на основании постановления мэра города Тамбова № 2439 от 15 мая 2001 г. Основанием к вселению явился ордер № 1584 на семью в составе супруги ФИО1 и сына ФИО2 (л.д. 140, 141).

Вместе с тем, уже с 12 мая 1998 г. ФИО6 были зарегистрированы в квартире (копия справки и выписки из домовой книги – л.д. 7,8) и, соответственно, с указанного времени приобрели право пользования ею.

Поскольку вселение в квартиру произведено до вступления в силу Жилищного кодекса Российской Федерации (до 1 марта 2005 г.), то независимо от отсутствия договора социального найма, следует считать, что право пользования ФИО2 и остальных членов семьи спорным жилым помещением возникло на условиях социального найма.

Судом также установлено, что брак ФИО2 и ФИО1, зарегистрированный 24 декабря 1988 г., на основании решения Октябрьского районного суда города Тамбова от 6 августа 2003 г. был прекращён 18 августа 2003 г. (копия свидетельства, актовые записи – л.д. 10, 97, 98).

В 2004 году ФИО1 обращалась в суд с иском к ФИО2 о признании его утратившим право пользования жилым помещением по вышеназванному адресу, ссылаясь на выезд ответчика в июне 2003 года на постоянное место жительства к ФИО3

Вместе с тем, как следует из решения Октябрьского районного суда города Тамбова от 25 марта 2004 г., вступившего в законную силу 6 апреля 2005 г., ФИО1 в процессе рассмотрения дела изменила свои требования - просила суд выселить ФИО2 из спорного жилого помещения (л.д. 13-14). Тем самым она фактически согласилась с тем, что окончательно ФИО1 из квартиры не выезжал, и часть его вещей там оставалась.

Выводов о добровольном выезде ответчика из квартиры суд не сделал. Более того, встречный иск ФИО2 о его вселении был удовлетворён, поскольку суд установил препятствия со стороны ФИО1 а также наличие между сторонами устойчивого конфликта.

В соответствии со статьей 61 ГПК РФ решение Октябрьского районного суда города Тамбова от 6 августа 2003 г. имеет для данного спора преюдициальное значение, а потому – обстоятельства, установленные этим решением, повторному обсуждению и доказыванию не подлежат.

В 2006 году ФИО1 вновь обращалась в суд с иском, в котором просила признать ФИО2 утратившим право пользования спорным жилым помещением, ссылалась на то, что после решения суда ФИО2 не предпринял попыток к вселению в квартиру, а, значит, не нуждается в ней; создал новую семью, с которой проживает по другому адресу.

Первоначально – 16 июня 2006 г. Октябрьским районным судом города Тамбова было вынесено заочное решение об удовлетворении исковых требований ФИО2 (л.д. 15).

Однако после отмены данного решения – 13 ноября 2006 г. Октябрьским районным судом города Тамбова было вынесено новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 было отказано (л.д. 72-73).

Отказывая в иске, суд, в том числе установил, что ФИО2 не имел реальной возможности вселиться и проживать в квартире, поскольку она имеет маленькую площадь – 13,3 кв.м. В квартире проживали три человека – ФИО1, сын ФИО2 и отец истицы, который умер в феврале 2006 года. Соответственно, некуда было поставить третье спальное место. И данное обстоятельство ФИО1 не оспаривалось. Кроме того, после расторжения брака между ФИО7 сложились крайне неприязненные отношения, что подтверждалось показаниями свидетелей и тем, что ФИО1 инициировала уголовное дело о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ст. 116 УК РФ.

На основании статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные данным решением, также не подлежат повторному доказыванию и, соответственно, могут быть положены в основу судебного решения по настоящему гражданскому делу.

В рамках настоящего гражданского дела истец ФИО1, отвечая в последнем судебном заседании на вопросы суда, пояснила, что при возникновении у ФИО2 намерения вселиться в квартиру – её маленькая площадь не располагает к оборудованию её дополнительным спальным местом. И она не представляет, как это будет выглядеть, учитывая состояние его здоровья, а также то, что более 20 лет они друг с другом не общались.

Из вышеизложенного следует, что выезд ФИО2 из спорной квартиры не имел добровольного характера и был обусловлен фактом расторжения брака, сопровождавшимся длительными конфликтными отношениями с бывшей супругой.

О вынужденном характере выезда ФИО2 из квартиры свидетельствует, в том числе - её крайне маленькая площадь (17,9 кв.м), которая не позволяет взрослым, посторонним друг для друга людям, находящимся в конфликте, полноценно проживать там, обеспечивая себе необходимые бытовые условия (в том числе - спальное место), а также определить порядок пользования квартирой – так, чтобы этот порядок не ущемлял прав каждого, проживающего в квартире лица.

По этой причине суд отклоняет довод о том, что непринятие ответчиком мер к вселению после судебного решения свидетельствует об отказе ФИО2 от прав и обязанностей нанимателя спорной квартиры. Обстоятельства, изложенные выше, свидетельствуют о вынужденности непринятия таких мер. Что не означает того, что ответчик должен быть лишён законного права пользоваться квартирой.

При этом суд установил, что на праве собственности ФИО2 не принадлежат жилые помещения (согласно уведомлению Роскадастра – л.д. 37). Он не вступал повторно в зарегистрированный брак и не приобретал право пользования другим жилым помещением, в том числе – с другой семьёй. Что в совокупности могло бы свидетельствовать о постоянном характере его выезда из квартиры.

В части последнего обстоятельства законный представитель ФИО2 в судебном заседании пояснила, что всё это время предоставляла ФИО2 возможность временного, а не постоянного проживания в своей квартире. В деле также имеется справка, из которой усматривается, что в квартире ФИО3 ответчик не имеет регистрации. Кроме того, допрошенные ранее свидетели давали показания о том, что после расторжения брака ФИО2 проживал и в других местах.

Таким образом, проживание ФИО2 в квартире своего опекуна нельзя признать постоянным, поскольку оно напрямую зависит от усмотрения собственника квартиры – ФИО3, с которой, в свою очередь, он не состоит в зарегистрированном браке. А её опекунство – в силу изменения обстоятельств – в любой момент может быть прекращено.

Следует отметить, что 21 октября 2020 г. между ФИО1 и МКУ «Долговой центр» был заключён договор социального найма спорного жилого помещения (л.д. 12). При этом ответчик ФИО2 и их сын ФИО2 указаны в договоре как члены семьи, которые вселяются в жилое помещение совместно с нанимателем.

Подписывая договор такого содержания, и обращаясь в МКУ «Долговой центр» с заявлением о заключении договора социального найма в составе названных лиц (л.д. 30), ФИО1, по мнению суда, фактически соглашалась с правом ФИО2 на проживание в спорной квартире. А, значит, в тот момент она не считала его прекратившим право пользования им.

В материалах дела имеется сообщение заведующего поликлиникой № 2 ТОГБУЗ «ГКБ № 3 им. ФИО5 г. Тамбова» от 3 декабря 2024 г. (л.д. 123) о перечне заболеваний ФИО2, с которыми он наблюдается в поликлинике с 2007 года; и о том, что с 2017 года у ФИО2 сохраняются 

<

данные изъяты>; он передвигается с опорой на трость в пределах комнаты, поликлинику самостоятельно не посещает, обслуживается на дому врачом-

неврологом (л.д. 123).

Также в деле имеются - выписка из амбулаторной карты от 8 ноября 2024 г. составленная врачом-неврологом данной поликлиники, о том, что с 2017 года ФИО2 состоит на диспансерном учете у невролога с диагнозом «

<

данные изъяты>»; с 2017 года он имеет 

<

данные изъяты>, а с 2019 года - 

<

данные изъяты> (л.д. 74); справка МС от 8 августа 2019 г. об установлении ФИО2 

<

данные изъяты> (л.д. 43).

По поручению суда специалисты министерства социальной политики и семейной защиты по Тамбовской области проводили по месту фактического проживания ФИО2 оценку его способности к повседневному функционированию - 

<

данные изъяты>. В результате данной оценки специалисты установили обстоятельства, подтверждающие наличие у ФИО2 признаков психического расстройства; 

<

данные изъяты>. По результатам обследования 4 февраля 2025 г. специалистами министерства был составлен акт. После чего имело место обращение в суд по вопросу возможности ФИО2 понимать назначение своими действиями и руководить ими.

Как следует из решения Октябрьского районного суда города Тамбова от 15 сентября 2025 г., 

<

данные изъяты>, в рамках указанного гражданского дела экспертной комиссией ТОГБУЗ «ТОКПБ» проводилась судебная психиатрическая экспертиза. Согласно заключению судебно-психиатрического эксперта № 599-А от 23 июня 2025 г. ФИО2 обнаруживает 

<

данные изъяты>. Указанные изменения психики выражены столь значительно, что лишают его способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Таким образом, начиная с 2017 года, состояние здоровья ФИО2 не позволяет ему самостоятельно реализовывать свои жилищные права в отношении спорного жилого помещения. Он безусловно нуждается в постороннем уходе, который не сможет получить, вселившись без своего опекуна в спорную квартиру. А, учитывая конфликтные отношения с бывшей супругой, вполне очевидно, что он не получил бы должного ухода и до признания его недееспособным и установления над ним опеки.

Допрошенные в судебном заседании по ходатайству истца свидетели не подтверждают и не опровергают каких-то новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на выводы суда, изложенные выше.

Отдельно следует отметить, что, устанавливая над ФИО2 опеку, министерство социальной защиты установило запрет его опеку изменять регистрацию по его месту жительства: 

<

...>. Что определенно направлено на дополнительную защиту

государством лица, нуждающегося в опеке.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания ФИО2 прекратившим право пользования спорным жилым помещением и, как следствие, для удовлетворения исковых требований ФИО1

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о признании прекратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

...>, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Октябрьский районный суд города Тамбова в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 13 января 2026 г.

Судья Е.Ю. Нишукова