Дело № 2-3051/2025 

УИД №16RS0045-01-2025-004432-70

ЗАОЧНОЕ 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 сентября 2025 года город Казань

Авиастроительный районный суд города Казани Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Каримовой А.И.,

при секретаре судебного заседания Кузьминой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация «ФинТраст» к Р. о взыскании неосновательного обогащения, 

УСТАНОВИЛ:

ООО ПКО «ФинТраст» обратилось с иском к Р. о взыскании задолженности по кредитному договору № от 09.07.2012 г. в размере 147 499, 87 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 6 137, 50 рублей. 

В обоснование требований указано, что 09.07.2012 г. между ПАО КБ «УБРиР» и Р. заключен кредитный договор №.

20.12.2020 г. между ПАО КБ «УБРиР» и ООО ПКО «ФинТраст» заключен договор уступки прав требования (цессии) №, на основании которого последнему перешли права требования по кредитному договору № от 09.07.2012 г. 

Согласно договору уступки прав требования (цессии) Р. имеет задолженность по вышеуказанному кредитному договору в размере 147 499, 87 рублей, которая состоит из суммы задолженности по просроченному основному долгу в размере 70 000 рублей, процентам в размере 77 499, 87 рублей.

На основании изложенного, ООО ПКО «ФинТраст» просит взыскать с Р. указанную выше задолженность и расходы по уплате государственной пошлины.

В судебное заседание представитель истца не явился, имеется заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. В случае неявки ответчика на рассмотрении дела в порядке заочного производства не возражает. 

В судебное заседание ответчик не явился, извещен надлежащим образом. Конверт возвращен с отметкой «истек срок хранения».

С учетом письменного согласия представителя истца, в соответствии со статьями 233-235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в порядке заочного производства.

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли всех сторон.

На основании статьей 420, 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Положения статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации указывают на то, что письменная форма договора предполагает составление документа, выражающего его содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

В силу пункта 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею.

В соответствии с положениями статьи 820 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Из искового заявления следует, что 09.07.2012 г. между ПАО КБ «УБРиР» и Р. заключен кредитный договор №.

Из пункта 1.1 договора уступки прав требования (цессии) № от 20.12.2020 г. следует, что ПАО КБ «УБРиР» передало ООО ПКО «ФинТраст» права требования, возникшие на основании заключенных между ПАО КБ «УБРиР» и физическими лицами кредитных соглашений. Данные, идентифицирующие должников, реквизиты кредитных договоров, размеры сумм, подлежащих уплате должниками по кредитным договорам, указаны в приложении № к настоящему договору. 

Из выписки из приложения № к договору цессии № от 20.12.2020 г. следует, что ПАО КБ «УБРиР» передало ООО ПКО «ФинТраст» права требования по кредитному договору № от 09.07.2012 г., заключенному между ПАО КБ «УБРиР» и Р., в общем размере 147 499, 87 рублей, которая включает сумму задолженности по просроченному основному долгу в размере 70 000 рублей, проценты за пользование кредитом в размере 77 499, 87 рублей.

Истцом также представлена выписка по счету, согласно которой на счет клиента Р. зачислены денежные средства в размере 70 000 рублей по кредитному договору № от 09.07.2012 г.

Согласно справке о пожаре Отдела надзорной деятельности и профилактической работы муниципального образования города Екатеринбург УНДиПР ГУ МЧС России по Свердловской области от 21.09.2021 г. в результате сработки автоматической системы аэрозольного пожаротушения пожаром повреждено помещение архива, расположенного по адресу: 

<

адрес>. 

Из акта сотрудника ПАО КБ «УБРиР» от 01.11.2023 г. следует, что в результате пожара утрачено кредитное досье по кредитному договору № от 09.07.2012 г., заключенному между ПАО КБ «УБРиР» и Р.

В силу представленных документов, единственным подтверждением выдачи ответчику денежных средств в размере 70 000 рублей является выписка по счету ответчика.

Применительно к вышеприведенным нормам представленные истцом документы не являются достаточными доказательствами, подтверждающими факт действительного заключения кредитного договора между банком и ответчиком, не позволяют достоверно определить условия договора, поскольку в материалах дела отсутствует не только кредитный договор, анкета заемщика, либо иной другой документ, подписанный собственноручно ответчиков.

Выписка по счету сама по себе не подтверждает факт заключения между сторонами кредитного договора, для которого в силу статьи 820 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена обязательная письменная форма.

Следует так же отметить, что согласно положениям статьи 820 Гражданского кодекса Российской Федерации, при отсутствии кредитного договора в письменной форме и не подтверждении другой стороной наличия такого договора, общее правило о последствиях несоблюдения простой письменной формы сделки, закрепленное в пункте 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежит применению, поэтому выписка по счету в данном случае не может являться допустимым доказательством заключения кредитного договора, а также получения денежных средств. Истцом не представлено допустимых и достоверных доказательств наличия у ответчика неисполненных обязательств по кредитному договору.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты при очевидности преследуемого им материально-правового интереса суд обязан сам определить, из какого правоотношения спор возник и какие нормы подлежат применению.

Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 г. № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Согласно Обзору судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019 г.) в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения. В соответствии со статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора (абзац второй). По смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (абзац третий).

Таким образом, суд не связан правовой квалификацией заявленных истцом требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

В данном случае суд приходит к выводу о том, что заявленная задолженность ответчика является неосновательным обогащением ответчика.

Согласно положениям пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Применительно к вышеприведенным нормам материального права, обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определенных условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.

Для возникновения кондикционного обязательства необходимо наличие трех условий, а именно, имеет ли место приобретение или сбережение имущества, то есть увеличение стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, а имущество потерпевшего уменьшается вследствие выбытия из его состава некоторой части или неполучения доходов, на которые это лицо правомерно могло рассчитывать; отсутствуют ли правовые основания для получения имущества, то есть когда приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, а значит, происходит неосновательно.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца, и указать причину, по которой в отсутствие правовых оснований произошло приобретение ответчиком имущества за счет истца или сбережение им своего имущества за счет истца. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные и недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Презумпция добросовестности субъектов гражданских правоотношений также предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности этих действий.

Таким образом, требование о взыскании неосновательного обогащения является правомерным, так как факт зачисления денежных средств на счет ответчика подтвержден.

В настоящее время денежные средства истцу не возвращены, доказательств обратного не представлено. 

Обстоятельств, предусмотренных статьей Гражданского кодекса Российской Федерации, при которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, судом не установлено.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, суд находит требования истца о взыскании неосновательного обогащения в сумме долга в размере 70 000 рублей правомерными и подлежащим удовлетворению.

Относительно требования о взыскании процентов в размере 77 499,78 рублей суд приходит к следующему. 

Выписка по счету является подтверждением передачи денежных средств ответчику, но не подтверждает заключение с ним кредитного договора, поскольку не содержит существенные его условия, в том числе сведения о сроке и порядке возвращения кредита, размере процентов за пользование кредитом. 

В связи с указанным, требование о взыскании процентов за период с 10.07.2012 г. по 20.12.2020 г. в размере 77 499,87 рублей подлежит отклонению. Иных требований истцом не заявлено. 

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию уплаченная истцом при подаче иска государственная пошлина в размере 4 000 рублей. 

Руководствуясь статьями 194, 198, 233-235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация «ФинТраст» к Р. о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить частично.

Взыскать с Р., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт 

<

данные изъяты>, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация «ФинТраст», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, сумму неосновательного обогащения в размере 70 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 000 рублей. 

В удовлетворении остальной части иска отказать. 

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Татарстан в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий А.И. Каримова 

Мотивированное заочное решение суда составлено 02 октября 2025 года.