Дело № 2-415/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 мая 2019 года г.Серпухов Московской области

Серпуховский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Калашниковой Ю.А., 

при секретаре судебного заседания Красновой Е.С., 

с участием истца ФИО1, представителя истца адвоката Каландарова М.А., представителя ответчика адвоката Звонцовой Л.И., третьего лица ФИО2, 

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора купли-продажи незаключенным, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд и просит признать договор купли-продажи транспортного средства автомобиля Ленд Крузер Прадо, гос.рег.

<

номер>, между ФИО3 и А. незаключенным. В случае удовлетворения судом исковых требований, просит передать указанный автомобиль на ответственное хранение истцу до разрешения вопроса о наследственных правах наследников, принявших наследство после А., а также определения супружеской доли в наследственном имуществе. Также просила взыскать понесенные судебные расходы. 

Свои требования мотивирует тем, что данный автомобиль был приобретен в браке истца ФИО1 с А. После расторжения брака раздел имущества между супругами не производился. 03.09.2018 А. скончался. После его смерти, истцу стало известно, что автомобиль А. продал ответчику ФИО3 Истец полагает, что договор купли-продажи был оформлен после смерти А., подпись в договоре не принадлежит А. Данные действия были совершены для исключения автомобиля из супружеской доли наследственного имущества. 

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, настаивала на их удовлетворении, пояснила, что до 18.03.2018 она проживала с А. одной семьей, они вели совместное хозяйство. А. ушел из семьи в годовщину свадьбы, поэтому истец запомнила дату. В апреле 2018г. истец подала иск о расторжении брака, раздел имущества не производила. Не знает, почему в протоколе судебного заседания и решении мирового судьи указано о прекращения ведения совместного хозяйства с 27.01.2018. Автомобиль покупали на совместные денежные средства, которые были в семье. В день смерти А., ответчик задавала вопросы по поводу возврата истцу автомобиля, но на тот момент истец не думала об этом. Просит признать договор купли-продажи недействительным, в дальнейшем будет решать с наследниками вопрос о выделе супружеской доли. 

Представитель истца адвокат Каландаров М.А. в судебном заседании поддержал исковые требования, пояснил, что А. договор купли-продажи не подписывал, в связи с чем, сделка является недействительной. Таким образом, автомобиль должен быть возвращен в наследственную массу А. ФИО3 собственником автомобиля не является. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание после перерыва не явилась, извещена надлежаще. Ранее в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, пояснила, что с А. она познакомилась 15.12.2017, в январе он ушел из семьи, а с февраля 2018г. стал проживать с ФИО3 Они вместе выбирали машину, совместно вложили в нее денежные средства, для чего, ответчик взяла заем, который вернула после раздела имущества с супругом. Летом А. решил купить себе другой автомобиль, после чего, спорный автомобиль был переоформлен на ответчика. В настоящее время транспортное средство находится у ответчика. 

Представитель ответчика адвокат Звонцова Л.И. в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, поскольку автомобиль не являлся совместно нажитым имуществом, приобретен в период фактических брачных отношений ФИО3 и А., на совместные денежные средства. 30.08.2018 между ответчиком и А. был оформлен договор купли-продажи автомобиля. Поскольку истец не представила доказательства нарушения ее права, доказательств, свидетельствующих о приобретения имущества в браке, просила в иске отказать. 

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание после перерыва не явился, извещен надлежаще. Ранее в судебном заседании поддержал исковые требования, пояснил, что в июне 2018г. освободился из мест лишения свободы и встретился с братом. А. показал ему машину, третье лицо знает, что он мечтал о ней. Также в августе 2018г. ФИО2 познакомился с ФИО3, как с сожительницей брата. А. не собирался продавать автомобиль. Третье лицо знает со слов истца о том, что ответчик после смерти А., спрашивала о судьбе автомобиля, но на тот момент истец об этом не думала. Через некоторое время ФИО2 спросил у ФИО3 о документах на имущество ФИО2, на что она отказалась их отдать, сослалась на то, что будет вступать в наследство. 

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании поддержала исковые требования, пояснила, что автомобиль был приобретен ее отцом, А., в период брака с истцом. О том, что семья А. распалась, третье лицо узнала в июле 2018г., с ответчиком познакомилась только на похоронах отца. 

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ. 

Выслушав стороны, представителей сторон, третьих лиц, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Материалами дела установлено, что истец ФИО1 состояла в браке с А. с 

<

дата> по 14.06.2018, от брака имеют сына Т., 

<

дата> рождения. Обращаясь в суд с иском о расторжении брака, ФИО1 указала, что отношения с супругом прекращены и совместное хозяйство не ведется с 18.03.2018 (л.д. 38-39). А. написал заявление о согласии с иском и рассмотрении дела в его отсутствии. В судебном заседании А. говорила о прекращении брачных отношений с А. с 18.03.2018, общее хозяйство не ведется с 27.01.2018. Решением суда от 10.05.2018 брак между А. и ФИО1 был расторгнут (гражданское дело № 2-499/2018). 

03.09.2018 А. умер (л.д. 10). 

Организацией похорон А. занималась ФИО3, что подтверждается счетом-заказом. 

По сообщению нотариуса, наследниками, принявшими наследство после смерти А., являются его сын Т., дочь ФИО2 и брат ФИО2 Мать – Т. отказалась от причитающейся доли на наследство в пользу ФИО2 

В соответствии с карточками учета ТС (л.д. 26-28), А. приобрел автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 150 (PRADO), идентификационный 

<

номер> по договору купли-продажи от 28.02.2018, право собственности зарегистрировал 15.03.2018. 07.09.2018 зарегистрирован переход права собственности от А. к ФИО3 на основании договора купли-продажи от 30.08.2018. Регистрация права собственности прекращена 11.12.2018 в связи с продажей (передачей) другому лицу. 

Как усматривается из страхового полиса ОСАГО, при оформлении договора страхования 13.03.2018 на указанный автомобиль, А. указал в ФИО3, как лицо, допущенное к управлению транспортным средством (л.д. 30). 

В материалы дела представлен подлинник договора купли-продажи от 30.08.2018, из которого следует, что А. продал ФИО3 автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 150 (PRADO), идентификационный 

<

номер>, за 240000 руб. 

В соответствии с материалом проверки, 10.09.2018 ФИО1 обратилась в полицию с заявлением о привлечении к уголовной ответственности ФИО3, указывая, что последняя оформила от имени А. договор купли-продажи и зарегистрировала на себя автомобиль. В ходе проведения проверки была получена справка об исследовании специалиста ЭКЦ ГУ МВД России по Московской области, в которой указано, что подпись от имени А. в договоре купли-продажи вероятно выполнена А. Решить вопрос в категорической форме не представилось возможным, в связи с недостаточным объемом представленных образцов подписи и почерка А. Постановлением от 26.10.2018 отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления. Данное постановление отменено заместителем прокурора 07.12.2018. Постановлением от 25.01.2019 было отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления. Данное постановление также было отменено заместителем прокурора 21.02.2019 (л.д. 78-92).

Ответчиком представлена детализация операций по банковской карте, открытой на имя ФИО3, из которой видно, что 15.03.2018 ФИО3 перечислила на карту ФИО1 2250 руб. 

Свидетель Д. показал, что работал с А., некоторое время проживал в его доме на 

<

адрес>. А. хотел приобрести автомобиль Лэнд Крузер. Когда подходящий вариант был подобран, А. попросил свидетеля, как специалиста, съездить с ним. Они заехали домой к А., где он проживал с женой, за денежными средствами. Свидетель знает, что весной А. ушел из семьи, стал проживать с ответчиком. За месяц до смерти А., свидетель с ним общался, А. не высказывал намерение продать автомобиль. 

Свидетель Т. показала, что является матерью А. О распаде семьи сына, она узнала после расторжения брака, а о том, что сын проживал с другой женщиной узнала только после его смерти. Знает, что сын с истцом планировали купить автомобиль, копили денежные средства для этого. 

Свидетель Г. показала, что является соседкой по даче с ФИО3, общается с ней более 8 лет. В феврале 2018г. ей позвонила ФИО3, сказала, что она с А. решили приобрести автомобиль и попросила денежные средства в займы. Свидетель дала ей 800000 руб. на срок 6 месяцев, о чем была составлена расписка. Денежные средства были возвращены в конце августа 2018г. 

По ходатайству истца по делу была проведена почерковедческая экспертиза. 

Как усматривается из заключения эксперта АНО «Бюро судебных экспертиз» П. (л.д. 100-125), ответить на вопрос: «Кем, А. или иным лицом, выполнена подпись от имени А. как продавца автомобиля в договоре купли-продажи от 30.08.2018, между А. и ФИО3?» - не представляется возможным, поскольку исследуемая подпись от имени А. выполнена с использованием технического приема – способом копирования подписи на просвет без предварительной подготовки. 

В соответствии с заключением специалиста по результатам рецензирования заключения почерковедческой экспертизы, выполненного специалистом ООО «Скала» М., заключение эксперта № 2893 от 03.04.2019, выполненное экспертом АНО «Бюро судебных экспертиз» П., не соответствует законодательным, методическим и научным требованиям, предъявляемым к такого рода экспертизам и экспертным заключениям в целом, проведено на низком профессиональном уровне. Сделанный в заключении эксперта вывод не объективен, научно не обоснован. Заключение выполнено с нарушениями норм процессуального законодательства. 

Вместе с тем, суд считает несостоятельной ссылку стороны ответчика на заключение специалиста №777/19 от 24.04.2019, выполненное ООО «Скала», как на доказательство по делу, представляющее собой рецензию на экспертное заключение, поскольку рецензия на заключение эксперта в соответствии с требованиями ст. 55 ГПК РФ не относится к разряду доказательств по делу и ссылка на нее как на доказательство со стороны ответчика, не имеет правового значения для разрешения спора по существу. 

Представленное экспертом заключение составлено полно, грамотно, в соответствии с требованиями действующего законодательства, не противоречит закону и фактическим обстоятельствам, в связи с чем, принимается судом как одно из доказательств по делу, в связи с целевым характером указанной экспертизы, обоснованной в рамках этого заключения необходимыми ссылками на источники информации. Сомневаться в выводах эксперта у суда оснований не имеется, с учетом компетентности, образования и стажа работы в качестве эксперта лица, составившего данные документы.

Суд полагает необходимым отметить, что, по смыслу положений ст. 86 ГПК Российской Федерации заключение судебной экспертизы является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. При этом, нормы действующего законодательства не дают право суду самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки. Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Истцом заявлены требования о признании договора купли-продажи автомобиля от 30 августа 2018 года незаключенным, в обоснование требований ссылаясь на те же основания, что и при предъявлении требований о признании договора недействительным.

Согласно разъяснениям, данным в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", статьей 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом. Если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, либо оставления без движения. В соответствии со ст. 148 ГПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора.

По смыслу ст. 196 части 1 ГПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Верховный суд также разъяснил в Постановлении Пленума Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", что в случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты при очевидности преследуемого им материально-правового интереса суд обязан сам определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы подлежат применению.

В исковом заявлении истец ссылается на положения ст. 168 п. 2 ГК РФ, в судебном заседании истцом заявлено о недействительности сделки. 

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса; Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ) (п. 7, 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации") 

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 3,4 ст. 1). 

Оценив представленные сторонами доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд приходит к выводу о недоказанности ответчиком наличия воли А. на заключение договора купли-продажи. Об этом свидетельствует тот факт, что подпись продавца А. в договоре купли-продажи нанесена с помощью копирования подписи на просвет. При этом суд также учитывает пояснения третьих лиц и показания допрошенных свидетелей стороны истца о том, что А. не имел намерение распорядиться автомобилем. Кроме того, суд обращает внимание на тот факт, что регистрация перехода права собственности на автомобиль произведена ФИО3 после смерти А., в другом населенном пункте, чем место ее жительства. 

В силу ч. 1 ст. 218, ст. 223, 454 ГК РФ право собственности у приобретателя транспортного средства по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. 

Несмотря на то, что на транспортное средство как движимое имущество требования об обязательной регистрации права собственности не распространяются, осуществление сторонами сделки регистрационных действий по снятию и постановке на учет в органах ГИБДД свидетельствует о реализации ими своих имущественных прав и фактическом исполнении сделки.

Кроме того, ответчиком не представлено доказательств исполнения договора купли-продажи со стороны продавца А.: акт приема-передачи транспортного средства отсутствует, равно как и не имеется расписки о получении А. денежных средств. При этом из содержания договора купли-продажи от 30.08.2018 не следует, что расчет произведен в момент подписания договора и транспортное средство передано покупателю. 

Совокупность данных обстоятельств позволяет суду сделать однозначный вывод об отсутствии намерения у А. на продажу автомобиля. Действия ФИО3 по приобретению автомобиля с использованием подложного договора купли-продажи, суд расценивает как злоупотребление правом, совершенное с целью причинить вред ФИО1, и наследникам А., с целью вывода имущества последнего из наследственной массы. При этом ФИО3 действовала заведомо недобросовестно. Достоверно зная о поддельной подписи в договоре купли-продажи, она зарегистрировала с использованием подложного документа право собственности на автомобиль. 

Договор купли-продажи от 30.08.2018 является недействительной (ничтожной) сделкой в силу ч. 2 ст. 168 ГК РФ, поскольку заключен в нарушение требований абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ.

Суд отклоняет доводы стороны ответчика об отсутствии нарушений прав истца, поскольку данный автомобиль не являлся совместным имуществом, так как установлено при рассмотрении дела истец на момент приобретения автомобиля проживала в браке с А., вела с ним совместное хозяйство. Данные выводы следуют из пояснений истца и третьих лиц, а также показаний допрошенных свидетелей. При этом свидетель Д., который не является родственником кого-либо из сторон, указал, что А. перед покупкой автомобиля забрал денежные средства из дома, где проживал с семьей. Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется. В то время, как свидетельские показания Г. не могут с достоверностью подтверждать факт передачи денежных средств ФИО3 для приобретения спорного автомобиля. Кроме того, суд отмечает, что помощь ответчика ФИО3 А. в приобретении автомобиля, не свидетельствует о возникновении у ФИО3 права на автомобиль. 

Также из приобщенного гражданского дела о расторжении брака А. и ФИО1 следует, что обращаясь в суд с иском, ФИО1 указала о прекращении совместного хозяйства с мужем с 18.03.2018. С исковыми требованиями, изложенными в иске, А. согласился, при этом не изменил дату прекращения брачных отношений, в судебное заседание не являлся. Спорный автомобиль был приобретен А. 28.02.2018, что следует из карточки учета транспортного средства. 

Доводы ответчика ФИО3 о том, что судом установлен факт прекращения совместного ведения хозяйства между ФИО1 и А. с 27.01.2018, суд находит несостоятельными.

По делам о расторжении брака супругов, предметом доказывания являются факт заключения брака и факт невозможности дальнейшего совместного проживания супругов и сохранения семьи.

Дата фактического прекращения брачных отношений сторон мировым судьей при расторжении брака не устанавливалась, суд в описательной части решения лишь излагал обстоятельства, указанные истцом в судебном заседании. Установление даты фактического прекращения брачных отношений имеет правовое значение лишь при рассмотрении между сторонами спора о разделе совместно нажитого имущества, но не при рассмотрении спора о расторжении брака.

На основании ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании п. 1 ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Разрешая вопрос о применении последствий недействительности сделки (реституции) суд учитывает, что после смерти А. открыто наследственное дело, сын истца, а также третьи лица по делу заявили о своих правах на наследственное имущество, в связи с чем, суд считает возможным передать спорный автомобиль ФИО1 до разрешения вопроса о наследственных правах наследников и определения супружеской доли. При этом суд учитывает, что супружеская доля может превышать размер доли в наследстве каждого наследника, в связи с чем, она имеет преимущественное право получить это имущество при разделе его между собственниками. 

Исковые требования истца и процессуальный статус наследников А. как третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, не позволяет суду, не выходя за пределы заявленных исковых требований, разрешить вопрос о признании за наследниками и ФИО1 права общей долевой собственности на автомобиль. 

Принимая во внимание изложенное, суд находит исковые требования истца ФИО1 подлежащими удовлетворению. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить. 

Признать недействительным договор купли-продажи автомобиля TOYOTA LAND CRUISER 150 (PRADO), идентификационный 

<

номер>, госномер 

<

номер>, между А. и ФИО3. 

Истребовать из владения ФИО3 и передать ФИО1 автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 150 (PRADO), идентификационный 

<

номер>, до разрешения вопроса о наследственных правах наследников, принявших наследство после А., и определения супружеской доли в наследственном имуществе А.. 

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Серпуховский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья: Ю.А. Калашникова 

Мотивированное решение изготовлено: 20.05.2019