2-1815/2021 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 марта 2021 года

Одинцовский городской суд Московской области в составе

председательствующего судьи Павловой И.М.

при секретаре Лариной О.Н. 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Одинцово

гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора о совместной деятельности недействительным, применении последствий недействительной сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчикам ФИО2 и ФИО3 о признании Договора о совместной деятельности от 10.05.2020г., заключенного между ФИО2, ФИО3 и ФИО1 недействительным, применении последствия недействительности сделки.

Кроме того, ФИО1 просила взыскать в свою пользу денежные средства в размере 100 000 руб. и расходы по государственной пошлине в размере 3 200 руб.

В обоснование заявленных требований истица указала следующее.

10.05.2020г. между истцом и ответчиками был заключен Договор о совместной деятельности, согласно которому стороны договора обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица с целью извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

Целью Договора согласно устным договоренностям сторон являлось юридического взаимодействия договаривающихся сторон на предмет расширения предпринимательской деятельности в сфере предоставления платных услуг от лица Детского центра развития ребенка «Территория Детства» по присмотру и уходу за детьми, их образованию и воспитанию.

10.05.2020г. истец в порядке п.3.5 Договора передал ФИО3 денежные средства в размере 100 000 руб., что подтверждается выданной ФИО3 распиской от 10.05.2020г.

Поскольку на момент заключения договора истец, а также ФИО2 не обладали статусом индивидуального предпринимателя, то оспариваемый договор является договором с пороком субъектного состава и его следует квалифицировать как ничтожный ввиду противоречия существу законодательного регулирования обязательств из договора простого товарищества. Признание его судом недействительным опускается законом.

На момент заключения договора истец не обладал юридическими знаниями в сфере предпринимательской деятельности и составления договоров, а потому не мог знать о недействительности заключаемой сделки, и, учитывая сложившиеся между сторонами доверительные отношения, имел все основания полагать, что сделка совершается в соответствии с нормами действующего законодательства. Вместе тем, ФИО3, являясь индивидуальным предпринимателем и имея практику по работе с документами и договорами имела возможность дать правовую оценку спариваемому договору, который был заключен непосредственно по её инициативе и ею же составлен, в том числе, должна была знать, что получает деньги от истца по ничтожной сделке, не влекущей юридических последствий.

С момента подписания договора ФИО3 неоднократно предъявляла к истцу требования об уплате оставшейся части денежных средств, в установленные договором сроки.

Узнав о нарушении сторонами Договора п.2 ст.1041 ГК РФ истец, который в случае своей осведомленности о действительном положении дел при заключении договора никогда не совершил бы данную сделку, направил ФИО3 посредством системы мгновенного обмена текстовыми сообщениями (WhatsApp) сообщение о своем отказе участвовать в совместной деятельности и вернуть переданную ранее истцом денежную сумму в качестве вклада. В ответном сообщении ФИО3 выразила свой отказ в возврате денежных средств. 

Истец направил в адрес ответчиков претензию, в которой сослался на недействительность договора с повторным требованием вернуть сумму вклада, однако до настоящего времени указанные требования в добровольном порядке не исполнены.

Истец в судебное заседание не явился, извещен в соответствии со ст.113 ГПК РФ.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании не возражала против расторжения договора. Иск в части возврата истице 100 000 руб. не признала, поскольку, согласно Договору указанная сумма является задатком, а потому не подлежит возврату. На счет ФИО3 действительно поступили от ФИО1 денежные средства в размере 100 000 руб. без указания назначения платежа.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признала, указав, что денежные средства от истца не получала.

Суд с учетом требования ст. 167 ГПК РФ, мнения ответчиков, счел возможным рассмотреть дело при данной явке. 

Выслушав объяснения, явившихся лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о том, то заявленные требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п.1 ст.422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иным правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно п.п.1 и 2 ст.1041 ГК РФ по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

Сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

В соответствии с п.1 ст.23 ГК РФ, гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, за исключением случаев, предусмотренных абзацем вторым настоящего пункта.

В отношении отдельных видов предпринимательской деятельности законом могут быть предусмотрены условия осуществления гражданами такой деятельности без государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

В силу ст.168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из разъяснений, данных Конституционным Судом Российской Федерации, данных в Определении от 15.04.2008г. № 289-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО4 на нарушение ее конституционных прав абзацем вторым пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что заинтересованным согласно норме ст.166 ГК РФ является субъект, имеющий материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и на чье правовое положение она может повлиять.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 года №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (п.32), Гражданский кодекс Российской Федерации не исключает возможность предъявления иска о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат рассмотрению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица.

В силу п.2 ст.167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

По смыслу указанных норм права, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факт приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения (приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке).

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 29.01.2013 N 11524/12, с учетом того, что основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п., распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования.

В силу ст. 1103 ГК РФ положения о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

По требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством, подлежат применению правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения, если иное не установлено Гражданским кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений.

Как следует из смысла ст. 1103 ГК РФ, к нормам более универсального института - кондикционного обязательства - законодатель прибегает при отсутствии достаточных оснований для применения норм договорного права. В данном случае кондикционные обязательства носят восполнительный характер по отношению к договорным.

По основаниям возникновения эти обязательства отличны друг от друга: одни возникают из договорных правоотношений, другие - из внедоговорных. На практике разница заключается в том, что неисполнение обязанности по договору является ненадлежащим поведением в существующем правоотношении. Неосновательное обогащение не представляет собой осуществления или неосуществления уже существующих между сторонами прав и обязанностей. Его основанием являются юридические факты, не составляющие обязанности стороны по договору, что прямо предусмотрено п. 3 ст. 1103 ГК РФ.

Из материалов дела следует и установлено в судебном заседании, что 10.05.2020г. между истцом и ответчиками был заключен Договор о совместной деятельности, согласно которому стороны договора обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица с целью извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

Целью Договора согласно устным договоренностям сторон являлось юридического взаимодействия договаривающихся сторон на предмет расширения предпринимательской деятельности в сфере предоставления платных услуг от лица Детского центра развития ребенка «Территория Детства» по присмотру и уходу за детьми, их образованию и воспитанию.

Как установлено п.5.1 Договора вкладом предприятия является действующий Детский центр развития ребенка «Территория Детства» со всей имущественной базой, расположенный по адресу: АДРЕС, договоры с клиентами, интеллектуальные права (бренд, слоган, логотип, базы данных).

В соответствии с п. 5.2 Договора вкладом Партнера является денежные средства, стоимость вклада составляет 500 000 руб.

10.05.2020г. истец в порядке п.3.5 Договора передал ФИО3 денежные средства в размере 100 000 руб., что подтверждается выданной ФИО3 распиской от 10.05.2020г.

Факт получения денежных средств в размере 100 000 руб. ответчицей ФИО3 не оспаривается.

Поскольку на момент заключения договора истец, а также ФИО2 не обладали статусом индивидуального предпринимателя, то оспариваемый договор является договором с пороком субъектного состава и его следует квалифицировать как ничтожный ввиду противоречия существу законодательного регулирования обязательств из договора простого товарищества. Признание его судом недействительным опускается законом.

На момент заключения договора истец не обладал юридическими знаниями в сфере предпринимательской деятельности и составления договоров, а потому не мог знать о недействительности заключаемой сделки, и, учитывая сложившиеся между сторонами доверительные отношения, имел все основания полагать, что сделка совершается в соответствии с нормами действующего законодательства. Вместе тем, ФИО3, являясь индивидуальным предпринимателем и имея практику по работе с документами и договорами имела возможность дать правовую оценку спариваемому договору, который был заключен непосредственно по её инициативе и ею же составлен, в том числе, должна была знать, что получает деньги от истца по ничтожной сделке, не влекущей юридических последствий.

С момента подписания договора ФИО3 неоднократно предъявляла к истцу требования об уплате оставшейся части денежных средств, в установленные договором сроки.

Узнав о нарушении сторонами договора п.2 ст.1041 ГК РФ истец, который в случае своей осведомленности о действительном положении дел при заключении договора никогда не совершил бы данную сделку, направил ФИО3 посредством системы мгновенного обмена текстовыми сообщениями (WhatsApp) сообщение о своем отказе участвовать в совместной деятельности и вернуть переданную ранее истцом денежную сумму в качестве вклада. В ответном сообщении ФИО3 выразила свой отказ в возврате денежных средств. 

Истец направил в адрес ответчиков претензию, в которой сослался на недействительность договора с повторным требованием вернуть сумму вклада, однако до настоящего времени указанные требования в добровольном порядке не исполнены.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что заявленные требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Довод ответчицы ФИО3 о том, что полученные ею денежные средства от истицы в размере 100 000 руб. являются задатко, суд счел несостоятельным, поскольку пришел к вводу о признании договора недействительным и применил последствия недействительности сделки.

В силу ст.98 ГПК РФ в пользу истца с ответчицы ФИО3 подлежат взысканию расходы по государственной пошлине в размере 3 200 руб. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК Ф, суд 

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 удовлетворить.

Признать Договор о совместной деятельности от 10.05.2020г., заключенные между ФИО2, ФИО3 и ФИО1 недействительным. 

Применить последствия недействительности сделки.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 100 000 руб., а так же расходы по госпошлине в сумме 3 200 руб., а всего взыскать 103 200 руб.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляции в Московский областной суд через Одинцовский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья:

Решение в окончательной форме изготовлено 02.04.2021г.

Судья: