Дело № 2- 182/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

05 июня 2018 г. г.Юрьев-Польский 

Юрьев-Польский районный суд Владимирской области в составе председательствующего судьи Михеева А.А., 

при секретаре Михеевой С.А., 

с участием истца ФИО1, 

представителя истца ФИО2,

представителей ответчика ФИО3 и ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Юрьев-Польский Владимирской области гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному казенному учреждению социального обслуживания Владимирской области «Юрьев-Польский социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних» о взыскании заработной платы за совмещение должностей, денежной компенсации и компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГКУСО ВО «Юрьев-Польский социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних» и просит:

взыскать с ответчика задолженность по заработной плате за совмещение должностей за период с 28 июля 2016 года по 13 марта 2018 года в размере 195000 рублей, денежную компенсацию за задержку выплат в размере 35693 рубля 13 копеек, а также компенсацию морального вреда в размере 12000 рублей.

В обоснование исковых требований указала, что с ДД.ММ.ГГГГ замещает должность заведующей стационарным отделением ГКУСО ВО «Юрьев-Польский социально-реабилитационный центр».

С ДД.ММ.ГГГГ на нее приказом руководителя учреждения возложена обязанность по выполнению функций специалиста по безопасности дорожного движения. Полагает, что фактически имело место совмещение двух должностей, поскольку наряду с основной работой ей выполнялась дополнительная работа специалиста по безопасности дорожного движения, с отдельной должностной инструкцией и трудовыми обязанностями. Приводит довод, что работодатель, не оформив должным образом, совмещение должностей нарушил требования трудового законодательства, в связи, с чем за период с 28 июля 2016 года по 13 марта 2018 года образовалась задолженность по заработной плате в размере 195000 рублей, которую истец просит взыскать с ответчика. При этом указывает, что о факте не выплаты ей заработной платы за данный период ей стало известно 06 февраля 2018 года. Кроме того, полагает возможным взыскать с ответчика денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы, а также компенсацию морального вреда.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 исковые требования поддержали по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснив, что изначально между истцом и ответчиком была достигнута устная договоренность о доплате за совмещение должностей в виде фиксированной суммы, которая работодателем не соблюдалась. Также истец указала, что с момента возложения на нее обязанностей лица, ответственного за безопасность дорожного движения, ей регулярно выполнялись все обязанности, предусмотренные соответствующей должностной инструкцией, при этом оплата за указанную работу ответчиком не производилась. Перед возложением на нее указанных обязанностей она также проходила обучение с присвоением соответствующей квалификации. О нарушении своих трудовых прав истцу стало известно в феврале 2018 года, поскольку на протяжении двух лет она периодически болеет и финансовыми вопросами в семье занимается супруг, который и обнаружил, снимая заплату с банковской карты в феврале 2018 года, что она стала меньше. Также указала что получала расчетные листки, которые отдавала супругу.

Представители ответчика в судебном заседании исковые требования не признали, представив письменные возражения на исковое заявление. Указали, что с целью исполнения требований законодательства о безопасности дорожного движения на ФИО1 действительно были возложены ДД.ММ.ГГГГ, с ее согласия, обязанности ответственного лица по безопасности дорожного движения, предусмотренные отдельной должностной инструкцией, при этом никаких договоренностей об оплате за выполнение указанной работы не было. Фактически ФИО1 выполнялась лишь разовая работа, заключавшаяся в подписывании путевых листов и заполнении журнала инструктажей, без фактического осмотра транспортного средства и проведения инструктажа водителя. Обращают внимание на факт производства ФИО1 в указанный период стимулирующих выплат в размере 10% от должностного оклада по критерию выполнение дополнительных функций. Также в письменных возражениях представитель истца просил учесть, что истцом пропущен срок обращения в суд с требованием о разрешении индивидуального трудового спора, поскольку истцу своевременно выдавались расчетные листки, в которых подробно были отражены основания и суммы денежных выплат.

Выслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему.

В силу ст. ст. 129, 135 Трудового Кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) является вознаграждением за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, и включает в себя компенсационные выплаты и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты), устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда, зафиксированными в коллективных договорах, соглашениях, локальных нормативных актах, которую работодатель обязан выплачивать работнику в силу ст. ст. 21, 22 Трудового Кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 Трудового кодекса).

Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ.

Срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника.

Согласно положениям части 1 статьи 151 Трудового кодекса Российской Федерации при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата.

Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы.

Таким образом, действующим трудовым законодательством предусмотрено, что с целью соблюдения процедуры совмещения должностей работник должен представить работодателю свое письменное согласие на совмещение, после чего стороны заключают соглашение, установив в нем размер соответствующей доплаты.

Судом установлено, что согласно приказу о приеме на работу № от ДД.ММ.ГГГГ, трудовому договору и дополнительному соглашению к нему от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 была принята на должность заведующей стационарным отделением Государственного казенного учреждения социального обслуживания Владимирской области «Юрьев-Польский социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних» с указанной даты (л.д.110-115).

Директором ГКУСО ВО «Юрьев-Польский социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних» от ДД.ММ.ГГГГ утверждена должностная инструкция заведующей стационарным отделением (л.д.116-119). 

В соответствии с приказом от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО1 назначена ответственным лицом за организацию работы по предупреждению дорожно-транспортных происшествий. Также указанным приказом на С.Н.К. возложена обязанность выдачи и регистрации путевых листов, а на М.О.Ю. обязанность по проведению предрейсового и послерейсового медицинского осмотра водителя. С данным приказом истец была ознакомлена под роспись и согласна (л.д.120).

Директором ГКУСО ВО «Юрьев-Польский социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних», ДД.ММ.ГГГГ, утверждена должностная инструкция лица ответственного за работу по обеспечению безопасности дорожного движения, содержащая перечень прав и обязанностей ответственного лица (л.д.121-123).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ и приказом № от ДД.ММ.ГГГГ о внесении в него изменений, с 14 марта 2018 года признан утратившим силу приказ № от ДД.ММ.ГГГГ «О назначении ответственных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения».

Таким образом, истец в период с 28 июля 2016 года по 13 марта 2018 года являлась ответственным лицом за организацию работы по предупреждению дорожно-транспортных происшествий, что не оспаривалось в судебном заседании представителями ответчика.

Вместе с тем, из содержания приказа от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что сторонами трудового договора вопрос о доплате за совмещение, а также ее размере не разрешался.

Доказательств того, что между истцом и ответчиком заключались какие-либо соглашения о размере доплаты за исполнение ФИО1 обязанностей лица ответственного за организацию работы по предупреждению дорожно-транспортных происшествий, материалы дела не содержат, не представлено таких сведений и сторонами.

Довод истца и его представителя о том, работодатель не оформив должным образом совмещение, не выполнил требования трудового законодательства, не может служить основанием для удовлетворения иска, поскольку в силу прямого указания статьи 151 Трудового кодекса Российской Федерации размер доплаты за совмещение устанавливается лишь по соглашению сторон трудового договора.

Кроме того, согласно части 4 статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации истец, не согласовав с ответчиком условия и размер доплаты за совмещение, имела право отказаться от выполнения дополнительной работы, однако, данное право истцом не было реализовано.

Выплаты, предусмотренные системой оплаты труда ответчика, установленной трудовым договором и дополнительным соглашением к нему, а также положением об оплате труда, ответчиком были произведены в полном объеме (л.д.124-127).

При этом суд не обладает полномочиями по императивному установлению размера доплаты за увеличение объема работ, поскольку данная доплата должна устанавливаться по соглашению сторон, чего сторонами согласовано не было.

Также неподтвержденным является довод истца о выполнении всех функций лица ответственного за безопасность дорожного движения, о чем указывается ответчиком.

Так из показаний свидетеля М.А.А., являющегося 

<

данные изъяты> следует, что истец фактический осмотр автомобиля перед выпуском на линию и инструктаж водителя не проводила, а лишь подписывала путевые листы и потом приносила ему журнал инструктажа в котором он расписывался.

В соответствии со статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 3 октября 2016 г.) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть третья статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Федеральным законом от 3 июля 2016 г. N 272-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нарушения законодательства в части, касающейся оплаты труда», вступившим в силу с 3 октября 2016 г., статья 392 Трудового кодекса Российской Федерации дополнена новой частью второй следующего содержания: «За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении».

Из приведенных положений ст. 392 ТК РФ, действовавших в период работы истца до 03 октября 2016 года, следует, что срок на обращение работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора, в том числе касающегося невыплаты или неполной выплаты заработной платы, составлял три месяца, а начиная с 03 октября 2016 года - один год. 

Следовательно, при рассмотрении заявления ответчика о пропуске ФИО1 предусмотренного законом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, связанного с невыплатой сумм заработной платы за совмещение должностей, подлежит установлению такое юридически значимое обстоятельство, как определение даты, с которой истец узнала или должна была узнать о том, что ее право нарушено.

Согласно трудовому договору, ФИО1 заработная плата выплачивалась следующим образом: за первую половину месяца 26 числа, за вторую половину месяца 11 числа. При этом, как следует из пояснения представителя ответчика и не оспаривается истцом, ей своевременно вручались расчетные листки о размере начисленной и заработной платы с указанием видов производимых выплат.

С исковым заявлением в Юрьев-Польский районный суд ФИО1 обратилась 11 апреля 2018 года.

Поскольку истцу при получении расчетных листов за каждый месяц работы и при получении заработной платы ежемесячно, которая выплачивалась два раза в месяц, было известно о размере начисленной и выплачиваемой заработной платы, при этом, в суд работник обратился 11 апреля 2018 года, срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, связанного с невыплатой сумм заработной платы за совмещение должностей за период с 28 июля 2016 года по апрель 2017 года истцом пропущен. Доказательств уважительности пропуска указанного срока суду не представлено.

Руководствуясь приведенными нормами права, учитывая отсутствие согласованного сторонами условия о доплате, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что у ответчика не возникло в силу ст. 151 ТК РФ обязанности по выплате доплаты в связи, с чем в удовлетворении требования о взыскании заработной платы за совмещение должностей следует отказать.

Требование о взыскании денежной компенсации является производным и также не подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что факты нарушения ответчиком прав истца, а также причинения ей действиями ответчика физических или нравственных страданий, в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в части взыскания компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к Государственному казенному учреждению социального обслуживания Владимирской области «Юрьев-Польский социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних» о взыскании заработной платы за совмещение должностей, денежной компенсации и компенсации морального вреда - отказать. 

Решение может быть обжаловано во Владимирский областной суд через Юрьев-Польский районный суд Владимирской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 09 июня 2018 года.

Судья подпись Михеев А.А.