Дело № 2-595/2024

УИД 75RS0001-02-2023-009076-08

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<

адрес> 20 июня 2024 года 

Центральный районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Гусмановой И.С.

при секретаре Воробьевой М.В.,

с участием:

истца ФИО1,

представитель истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения квартиры недействительным, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с указанным исковым заявлением, указав, что ДД.ММ.ГГГГ между ним и ответчиком был заключен договор дарения квартиры по адресу: 

<

адрес>. 

Спорная квартира принадлежала истцу на праве собственности, истец проживает в ней с 1976 г. по настоящее время, несет бремя содержания, оплачивает коммунальные услуги. 

ДД.ММ.ГГГГ умер младший сын истца ФИО1. На похороны из 

<

адрес> приехал старший сын истца ФИО3. Смерть сына для истца была большим потрясением, стрессом, шоком, сын был опорой истца, помогал по дому, покупал продукты, лекарства, делал ремонт, возил на дачу, звонил и навещал почти каждый день. После смерти сына истец не понимал, что его нет, не верил, что сын умер раньше него. Этим моментом воспользовался старший сын истца, который без объяснений повел истца в МФЦ, чтобы подписать какие-то бумаги, что именно истец подписывал, даже не помнит. ФИО1 считает, что в момент совершения договора дарения не был способен понимать значение своих действий, так как имеет заболевания: 

<

данные изъяты>, данное заболевание прогрессировало в течении нескольких предшествующих лет и, соответственно, подписанный договор дарения является недействительным. Истец считает, что ответчик воспользовался его болезненным состоянием и состоянием стресса в связи со смертью сына. Квартира представляет для истца большую ценность, является единственным жильем, передача квартиры по договору дарения привела к безвозмездной её утрате. Просил признать договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применить последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, восстановить право собственности ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме. Истец дополнительно суду пояснил, что сразу после похорон младшего сына был поднят вопрос о заключении договора дарения квартиры. Он был категорически против этого, только прошли похороны, и начинается какая-то дележка. Однако ему возразили, пояснив, что сейчас такая обстановка, много мошенников. Супруга ответчика сказала, что пока они не уехали, нужно оформить договор дарения. Копии оспариваемого договор дарения у него не оказалось. От предложенной ответчиком оплаты коммунальных услуг за квартиру отказался, так как считал себя собственником. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела был извещен, ходатайствовал о рассмотрения дела в его отсутствие. В письменном отзыве исковые требования не признал, указав, что решение о дарении спорной квартиры принималось на семейном совете в присутствии других родственников. Он опасался, что мошенники могут воспользоваться доверчивостью его престарелого отца и отобрать квартиру. В МФЦ при оформлении сделки у отца спрашивали, понимает ли он значение сделки, на что тот ответил утвердительно. Он предлагал отцу оплачивать коммунальные платежи за квартиру, но тот отказался. Так как они с отцом проживают в разных городах, этим обстоятельством воспользовался внук ФИО1 ФИО4, который оказывает давление на деда, уговорил его подать данное исковое заявление, чтобы в конечном итоге переоформить квартиру на себя. Доводы истца о наличии психического расстройства и неосознанного поведения при совершении сделки полагал необоснованными, сформированными под влиянием внука. Заключение судебно-психиатрической экспертизы полагал сомнительным по содержанию и недопустимым доказательством. Кроме того, ссылался на пропуск истцом срока исковой давности по оспариванию договора дарения и отсутствии оснований для восстановления срока. Просил в удовлетворении исковых требований отказать.

В соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд рассмотрел дело в отсутствие ответчика, извещенного о месте и времени судебного заседания. 

Выслушав истца и его представителя, изучив доводы ответчика и письменные материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст. 153 ГК РФ).

В п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что по смыслу статьи 153 Гражданского кодекса при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

В силу требований п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон при двухсторонней сделке.

В свете приведенных норм и разъяснений по их применению необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку, его действительной воле.

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п. 1 ст. 420 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя, ничтожен (п. 3 ст. 572 ГК РФ).

Таким образом, условием действительности договора дарения является соответствие воли собственника действиям по отчуждению имущества при жизни.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (часть 1). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (часть 3).

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (пункт 1).

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки недействительной возложено на истца.

Как следует из материалов дела, истцу ФИО1 на праве собственности принадлежала трехкомнатная 

<

адрес> в 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ на основании договора на передачу квартир в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, выданного нотариусом ФИО

ДД.ММ.ГГГГ по договору дарения квартиры, заключенному между ФИО1 и ФИО3 вышеуказанная квартира перешла в собственность ответчика, переход права собственности зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждено выпиской из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ. 

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец ссылался на то обстоятельство, что в период заключения сделки в связи со смертью младшего сына находился в таком состоянии, когда не мог понимать значение своих действий и руководить ими. 

Согласно ответу ГКУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница им. 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на судебный запрос, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., под диспансерным наблюдением не состоит, за консультативно-лечебной помощью не обращался (л.д.______). 

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., установлена вторая группа инвалидности (общее заболевание) бессрочно, что подтверждено справкой сер. № № (л.д._____). 

Допрошенные судом в качестве свидетелей супруга ответчика ФИО., невестка истца ФИО показали, что после похорон в кругу семьи обсуждался вопрос о том, чтобы оформить договор дарения квартиры ФИО1 старшему сыну ФИО3 с целью ограждения от возможных мошеннических действий. ФИО1 против этого не возражал, понимал, о чем идет речь, находился в адекватном состоянии, в отличном состоянии, никакого давления на него не оказывалось. 

Свидетель ФИО показал, что приходиться внуком ФИО1 О заключении договора дарения квартиры ФИО1 ему не рассказывал, об этом он узнал случайно, когда помогал деду перебирать документы. Он полагал, что дедушка с бабушкой завещали квартиру ему, стал расспрашивать дедушку. На эмоциях написал ругательские сообщения своему дяде ФИО3, посчитав, что он обманул деда. У него сложилось впечатление, что ФИО3 приезжал на похороны брата с намерением отнять квартиру. Дедушка после похорон был разбитым, замкнутым. Почему ФИО3 решил оформить квартиру на себя, ему не известно, равно как о каких-либо мошеннических действиях в отношении ФИО1 

Свидетель ФИО пояснила суду, что ранее работала с ФИО1, как врач терапевт знает о состоянии его здоровья. ФИО1 страдает паркинсонизмом, атеросклерозом и другими заболеваниями, которыми болеют пожилые люди. За ФИО1 ухаживает его внук со своей супругой. Старший сын ФИО1 претендует на квартиру отца, хотя живет в другом городе. Полагает, что ФИО1 подписал договор дарения, находясь в состоянии стресса, не подумав. 

Свидетель ФИО показала, что много лет работала вместе с ФИО1, давно его знает, периодически помогает. ФИО1 рассказывал ей, что у него есть два сына и каждому должна перейти доля наследства, но поскольку младший сын умер, то доля должна перейти к его детям. В её присутствии он звонил старшему сыну и просил вернуть квартиру внуку, хотя бы половину, на что получил отказ. 

Для определения состояния истца, в котором он находился при заключении оспариваемого договора дарения, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена комплексная амбулаторная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, на разрешение которой поставлены следующие вопросы: 1) Имелись ли у ФИО1 на момент заключения договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ или на момент, предшествовавший его заключению, в юридически значимый период времени эмоционально-волевые нарушения, какие-либо психические расстройства, изменения критичности мышления, которые могли бы оказать существенное влияние на его способность учитывать весь объем информации и осознавать последствия договора дарения? 2) Как могли повлиять индивидуальные и возрастные особенности психологического состояния (стресс, растерянность, пассивность, нарушение регуляции своего поведения и т.д.), а также проведение медикаментозного лечения на волеизъявление ФИО1 в момент подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ? 3) Мог ли ФИО1 понимать значение своих действий и руководить ими в период подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ? 

Проведение экспертизы было поручено ГКУЗ «Краевая клиническая психиатрическая больница имени В.Х. Кандинского», расположенному по адресу: 

<

адрес>

В соответствии с заключением комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № у ФИО1 выявлены признаки 

<

данные изъяты> о чем свидетельствуютанамнестические и медицинские сведения, 

<

данные изъяты>, чтона момент совершения договора дарения квартиры (ДД.ММ.ГГГГ)(адрес - 

<

адрес>), между подэкспертным и ответчиком лишили его способности понимать значение своих действий и руководить ими. 

Психологический анализ личности ФИО1 и материалов гражданского дела указывает на такие индивидуально-психологические качества как - 

<

данные изъяты>. Анализ ситуации подписания договора дарения показал следующее. Смерть младшего сына, близкого для ФИО1 человека, оказалась внезапной, и оказало сильное стрессогенное воздействие, выход из которого труден и длителен, требует значительного ресурса совладания, а нередко медицинского и психотерапевтического воздействия. На тот момент у подэкспертного отмечалось снижение социальной активности с напряжением, плохим сном, беспомощности. Отсутствовала решительность и инициативность. Ресурс совладания обусловлен соматическими, психофизиологическими и личностными особенностями. Учитывая преклонный возраст ФИО1, малый промежуток времени (после смерти сына и подписания договора дарения прошло несколько дней) этот ресурс был ограничен. Данную ситуацию следует расценивать как психотравмирующую для подэкспертного. Таким образом, принятие решения о подписании договора дарения не было самостоятельным и свободным от влияния извне, поскольку было обусловлено особенностями его соматического состояния, возрастом старения со снижением динамики протекания психических процессов с когнитивными нарушениями, заострением индивидуально-психологических особенностей в виде инертности, доверчивости, зависимости от близкого окружения на фоне психотравмирующей ситуации. В период подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО не мог понимать значение своих действий и руководить ими. 

Оценивая приведенное выше экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ №, вопреки доводам ответчика, суд признает его достоверным и допустимым доказательством, поскольку оно отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ и положениям Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации и формы статистического учета и отчетности, используемых при проведении судебно-психиатрической экспертизы, порядков ведения форм медицинской документации, порядка и сроков представления форм статистической отчетности», Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации «Об утверждении Порядка проведения судебно-психиатрической экспертизы» Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов основаны на материалах дела и медицинских документах подэкспертного. Экспертиза проводилась экспертами, имеющими специальное образование, значительный стаж работы. Заинтересованность экспертов в исходе дела не установлена. В заключении эксперта подробно и последовательно изложены ход экспертного исследования; примененные методы исследования; анализ представленных материалов и медицинских документов, даны ответы на поставленные судом вопросы. 

Оснований не доверять выводам заключения судебно-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № у суда не имеется. 

Ответчиком бесспорных доказательств, свидетельствующих, о том, что при заключении оспариваемого договора дарения собственник жилого помещения ФИО1 понимал значение своих действий и мог руководить ими, представлено не было. 

Оценив заключение экспертов в совокупности с представленными по делу доказательствами по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что на момент заключения оспариваемого договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ истец не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

При установленных обстоятельствах, руководствуясь приведенными выше нормами права, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о признании договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ФИО3, недействительным по ст. 177 ГК РФ.

В силу ч. 3 ст. 177 ГК РФ, если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абз. 2 и 3 п. 1 ст. 171 настоящего Кодекса.

Данные правила закрепляют обязанность каждой из сторон такой сделки возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Таким образом, при удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом. 

При таких обстоятельствах, подлежит прекращению право собственности ответчика ФИО3 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, а решение является основанием для внесения сведений в Единый государственный реестр недвижимости о восстановлении записи о регистрации права собственности на квартиру за истцом ФИО1

Ответчиком было заявлено о применении к данному спору последствий пропуска истцом срока исковой давности. 

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как разъяснено в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», при обращении в суд граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом, начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Оценивая заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд учитывает заключение экспертов, и приходит к выводу, что пропуск срока исковой давности был вызван обстоятельствами, связанными с личностью истца, которые позволяют признать их уважительными, а именно в связи с его органическим расстройством личности и поведения в связи с сосудистым заболеванием, поскольку они препятствовали ФИО1 обращению за защитой своих прав в течение всего срока, установленного для этого законом. Осознав существо совершенной сделки, истец обратился к ответчику с письменным требованием о расторжении договора квартиры, направив данное требование ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается квитанцией об отправлении ФИО3 письма с описью вложения. ДД.ММ.ГГГГ истец направил исковое заявление в Центральный районный суд 

<

адрес>, что подтверждается почтовым штемпелем на конверте. 

С учетом изложенного, суд отклоняет доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, как самостоятельном основание для отказа в удовлетворении исковых требований. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой при подаче иска истец был освобожден. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения квартиры, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки, привести стороны в первоначальное положение.

Прекратить право собственности ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., (паспорт серии № №) на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. 

Решение суда является основанием для внесения записи в Единый государственный реестр недвижимости о праве собственности ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (паспорт серии №) на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. 

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., (паспорт серии № №) госпошлину в доход бюджета городского округа «

<

адрес>» в размере 300 руб. 

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд 

<

адрес>.

Судья И.С. Гусманова

Решение суда принято в окончательной форме 19.07.2024.