Дело № 2-4298/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 декабря 2024 года город Севастополь

Ленинский районный суд города Севастополя в составе:

председательствующего – судьи Тесля Ю.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Балакиной К.С., 

с участием истца ФИО5, представителя истца – адвоката Рябушиц Э.И., представителя ответчика – ФИО6, представителя третьего лица – ФИО7, ФИО8, помощника прокурора Ленинского района города Севастополя Самаренкиной В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО4 к Министерству Финансов Российской Федерации, ФИО3 МВД России по городу Севастополю, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – ФИО3 казначейства по 

<

адрес>, следователь СУ УМВД России по городу Севастополю ФИО2, о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО4 обратилась в суд с исковыми требованиями к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, УМВД России по городу Севастополю, просила взыскать с ответчика за счет средств казны Российской Федерации 400000 рублей в счет денежной компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование.

Исковые требования обоснованы тем, что ДД.ММ.ГГГГ в СУ УМВД России по 

<

адрес> возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление о прекращении уголовного дела № и уголовного преследования по уголовному делу № в отношении ФИО4, в части совершения преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ, на основании п.2 ч.1 ст.27 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ. В период уголовного преследования истец испытывала переживания и нравственные страдания. Так, истец была вынуждена принимать участие во многочисленных следственных действиях, испытывала стрессовое состояние, в том числе, из-за отсутствия возможности покинуть 

<

адрес>, поскольку данные действия могли быть расценены следствием как попытка скрыться, ухудшилось состояние ее здоровья, она испытывала стресс, обострилось депрессивное состояние, с которого она не может выйти по настоящее время.

Истец и ее ФИО3 в судебном заседании требования иска поддержали, просили их удовлетворить по обстоятельствам, изложенным в иске.

ФИО3 ФИО10 в судебном заседании иск не признал по основаниям, указанным в письменных возражениях, указав, что вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.173.1 УК РФ, с назначением наказания, в связи с чем, без обжалования данного приговора и признании ее невиновной по указанному составу преступления, оснований для взыскании компенсации морального вреда не имеется, требования искового заявления противоречат позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре законодательства и судебной практики, а взыскание указанной суммы повлечет излишнее обогащение истца.

ФИО3 казначейства по 

<

адрес>, следователь СУ УМВД России по городу Севастополю ФИО2 указали об отсутствии оснований для удовлетворения требований искового заявления, поддержав позицию ФИО3 ответчика. Следователь ФИО2 также указала, что вопросы о выезде истца за пределы 

<

адрес> и назначение проведения следственных действий в каждом случае обсуждалось с учетом необходимости и занятости истца на работе.

Прокурор в судебном заседании указала, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

Суд, заслушав доводы и возражения участников процесса, заключение прокурора, исследовав и оценив представленные письменные доказательства в их совокупности, материалы уголовного дела №, определив, какие обстоятельства, имеющие значение для дела установлены, определив характер правоотношений сторон, какой закон должен быть применен, пришел к следующим выводам. 

В ст. 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее УПК РФ) право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п. п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 данного кодекса.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы.

Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Согласно пункту 37 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (пункт 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Как предусмотрено п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О практике применения судами норм гл. 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Следовательно, если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной.

В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, разрешение такого вопроса не предполагает произвольного усмотрения суда.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных же обстоятельств дела. При определении размера компенсации морального вреда действует принцип свободного усмотрения суда, основанного на индивидуальных обстоятельствах каждого дела и характере спорных правоотношений.

Таким образом, суды освобождают потерпевшего от доказывания наличия морального вреда, обоснования заявленного размера компенсации морального вреда. Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Судом установлено, что в производстве следственной части по расследованию организационной преступной деятельности СУ УМВД России по 

<

адрес> находилось уголовное дело №, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО4 и иного лица, по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.173.1 УК РФ, выраженного в образовании (создании) юридического лица ООО «Кентавр» через подставное лицо, совершенное группой лиц по предварительному сговору. 

В отношении ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ следователем СУ УМВД России по 

<

адрес> возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ.

ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ, в отношении нее ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которые отменены в порядке, предусмотренном ч.1 ст.99 УПК РФ. ДД.ММ.ГГГГ избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ привлечена в качестве обвиняемой по уголовному делу №, предъявлено ей обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ (неправомерный оборот средств платежей, то есть приобретение в целях сбыта, а равно сбыт электронных средств, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств)

ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ допрошена в качестве обвиняемой по предъявленному по ч.1 ст.187 УК РФ обвинению.

Истребованы сведения, характеризующие личность ФИО4

Уголовное дело ДД.ММ.ГГГГ направлено прокурору с обвинительным заключением в порядке ч.6 ст.220 УПК РФ.

Заместителем прокурора 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № возвращено для производства дополнительного следствия.

Следователем СО ОМВД России по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.173.1 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № соединено с уголовным делом №, под общим регистрационным номером №.

Постановлением следователя по особо важным делам отделения по расследованию организационной преступной деятельности в сфере экономики следственной части по расследованию организованной преступной деятельности СУ УМВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное дело № и уголовное преследование по уголовному делу № в отношении ФИО4, в части совершения преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ, по событию которого возбуждено уголовное дело № (соединенное в одном производстве с уголовным делом №) по основаниям, предусмотренным п.1 ч.1 ст.24, п.2 ч.1 ст.27 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ.

Заместителем прокурора 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ утверждено обвинительное заключение в отношении ФИО4 и иного лица по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.173.1 УК РФ.

Приговором Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 и иное лицо признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.173.1 УК РФ, ФИО4 назначено наказание в виде обязательных работ сроком 200 часов.

На основании изложенного суд считает установленными обстоятельства по настоящему делу и находит подтверждёнными доводы истца о проведении в отношении нее незаконного уголовного преследования по ч.1 ст.187 УК РФ.

Доводы ответчика о преждевременности обращения с исковыми требованиями, вступлением в законную силу приговора суда, которым ФИО4 признана виновной в совершении преступления, изучены судом, изучены судом, основаны на неверном толковании требований закона.

В соответствии с разъяснениями, данным в ответе на вопрос N 1 Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за второй квартал 2008 года (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ), переквалификация действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на менее тяжкое обвинение либо исключение из обвинения части эпизодов или квалифицирующих признаков судом, постановившим обвинительный приговор, сами по себе не являются реабилитирующими обстоятельствами. Вопрос о том, являются ли конкретные обстоятельства, связанные с привлечением лица к уголовной ответственности, основанием для удовлетворения исковых требований о денежной компенсации морального вреда или для отказа в их удовлетворении, может быть решен в порядке гражданского судопроизводства в процессе рассмотрения возникшего спора по каждому делу.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 4 постановления N 17 от ДД.ММ.ГГГГ "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснил, что к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со ст. 105 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.

Из материалов уголовного дела № по обвинению ФИО4 и иного лица в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.173.1 УК РФ усматривается, что по уголовному делу прокурором утверждено обвинительное заключение по п. «б» ч.2 ст.173.1 УК РФ, в совершении указанного преступления ФИО4 признана виновной, постановлен обвинительный приговор. При этом вопрос о наличии/отсутствии в действиях ФИО4 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ судом не рассматривался.

При таких обстоятельствах с учетом вышеприведенных правовых норм и разъяснений, принимая также во внимание то, что в отношении ФИО4 уголовное дело и уголовное преследование в части совершения преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ прекращено, признано за ФИО4 право на реабилитацию в связи с прекращением в отношении нее уголовного преследования за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ, что является самостоятельным основанием для компенсации морального вреда, суд приходит к выводу о правомерности требований ФИО4 о взыскании в ее пользу с казны Российской Федерации компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующие обстоятельства.

Судом установлено, что ФИО4 причинены нравственные страдания в связи с ее незаконным привлечением к уголовной ответственности, применением меры пресечения.

На момент возбуждения уголовного ФИО4 судима не была, обвинялась в совершении тяжкого преступления, ДД.ММ.ГГГГ обращалась к врачу психиатру, выставлен диагноз F41.2, в период осуществления производства по уголовному делу наступило ухудшение состояния здоровья истца.

Вместе с тем доказательства, свидетельствующие о приобретении заболеваний в связи с уголовным преследованием, отсутствуют, как и не представлено доказательств, что именно привлечение к уголовной ответственности по ч.1 ст.187 УК РФ, при ведении расследования по эпизоду инкриминируемого деяния по п. «б» ч.2 ст.173.1 УК РФ, причиняли ухудшение состояния здоровья ФИО4

С учетом изложенного, исходя из установленного факта незаконного привлечения истца к уголовной ответственности по ч.1 ст.187 УК РФ, суд приходит к выводу о наличии причинной связи между действиями органов следствия и перенесенными ФИО4 нравственными и физическими страданиями.

При этом при определении размера компенсации морального вреда, судом также принимается во внимание, что в ходе предварительного следствия истец не была отстранена от привычного образа жизни, имела возможность продолжать трудиться, в порядке ст. ст. 91 - 92 УПК РФ не задерживалась, мера пресечения в виде заключения под стражу не избиралась, свобода ее передвижения не ограничивалась.

Руководствуясь вышеприведенным правовым регулированием, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, установив факт незаконного уголовного преследования, длительность (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (возбуждение уголовного дела по ч.1 ст.173.1 УК РФ) и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) и обстоятельства уголовного преследования, принимая во внимание тяжесть инкриминируемого истцу преступления, применение меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, личность истца (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, отсутствие фактов привлечения к уголовной ответственности), степень испытанных нравственных страданий, суд полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда в данном случае в размере 50000 рублей. 

Данный размер компенсации, по мнению суда, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, баланса частных и публичных интересов.

Субъектом, обязанным возместить вред и, соответственно, ответчиком по указанным искам является ФИО1, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Неправильное определение в исковом заявлении государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, оставления без движения. 

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является ФИО1, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность Гражданским кодексом Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ).

Довод ФИО3 ответчика в судебном заседании о недоказанности истцом нравственных страданий, подлежит отклонению, поскольку в рассматриваемом случае имело место незаконное ограничение прав истца, при котором причинение морального вреда презюмируется. Кроме того, исковые требования истца основаны на причинение ей нравственных страданий, под которыми понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (абз. 1 п. 14 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда"). Истец в полной мере изложил пережитые ею нравственные страдания.

Учитывая приведенные разъяснения, установленные по делу обстоятельства, исковые требования подлежат удовлетворению частично.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ИНН № за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО4 (паспорт гражданина РФ серии 0914 №) компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 50000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Севастопольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Севастополя.

Решение суда принято в окончательной форме 15 января 2025 года.

Председательствующий Ю.В. Тесля