РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 сентября 2025 года рп. Магистральный 

Казачинско-Ленский районный суд Иркутской области в составе: 

председательствующего Смирнова С.П.,

при секретаре Стригун С.Е.,

с участием прокурора Хамаганова А.И.,

представителя ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-284/2025 по исковому заявлению прокурора Казачинско-Ленского района Иркутской области в защиту интересов ФИО2 к Акционерному обществу «Ямалтрансстрой» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

в обоснование иска указано, что ФИО2 принят на работу в АО «Ямалтрансстрой» по срочному трудовому договору на должность изолировщика на термоизоляции 4 разряда. Местом постоянной работы являлось обособленное подразделение АО «Ямалтрансстрой», находящееся по адресу: 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве на 13-й позиции Этапа 8.2 строительства ОП Окунайский, выразившийся в попадании инородного тела в нижнюю часть левого глаза. У ФИО2 обнаружены повреждения в виде помутнения роговицы левого глаза в центральной части, кератит посттравматический, неполная осложненная катаракта; травма относится к категории тяжелых. Указанный несчастный случай на производстве причинен источником повышенной опасности. В связи с чем просит взыскать с АО «Ямалтрансстрой» компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. 

Определением судьи от 17.07.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечена Государственная инспекция труда в Иркутской области.

В судебном заседании прокурор Хамаганов А.И. требование о компенсации морального вреда поддержал по указанным в иске основаниям, просил иск удовлетворить в полном объеме. 

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. 

Представитель ответчика АО «Ямалтрансстрой» ФИО1 в судебном заседании с заявленным требованием не согласна в части. Истец сам нарушил нормы труда, поэтому заявленная ко взысканию сумма чрезмерная и необоснованная, просит снизить размер компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца - Государственной инспекции труда в Иркутской области в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, заключение прокурора, суд находит требование подлежащим удовлетворению в части по следующим основаниям.

Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзацы 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Указанным правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 210 ТК РФ обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Частью 1 статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. 

Согласно статье 216 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац 2 пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. 

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством. 

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. 

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из содержания пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в абзацах 2 и 4 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Судом установлено и следует из материалов дела, что на основании срочного трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и приказа № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 принят на работу в должности изолировщика на термоизоляции 4 разряда в структурном подразделении АО «Ямалтрансстрой» на участке № Строительно-монтажного поезда ОП 

<

адрес> (вахтовый метод работы). 

Согласно п. 5.1.6. срочного трудового договора, работник принял на себя обязательства соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда. 

При трудоустройстве ФИО2 ознакомлен с Положением об охране труда АО «Ямалтрансстрой», правилами внутреннего трудового распорядка, должностной инструкцией, положением об оплате труда, ему проведены вводный инструктаж, инструктаж на рабочем месте (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), прошел аттестацию (ДД.ММ.ГГГГ), медицинское обследование, получил средства индивидуальной защиты. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 ознакомлен с картой профессионального риска №, картой № специальной оценки условий труда, с инструкцией ИОТВ – 56-22 по охране труда при передвижении работников по территории и производственным помещениям; ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 ознакомлен с инструкцией ИОТВ – 20-22 по охране труда по применению и использованию СИЗ, инструкцией ИОТВ – 18-22 по охране труда при работе с угловой шлифовальной машиной. 

Из представленного суду акта о несчастном случае № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ изолировщик по термоизоляции ФИО2 в составе рабочей группы из двух сотрудников получил указание выполнить работы по термоизоляции трубопровода на 13-й позиции Этапа 8.2 строительства ОП Окунайский. Работы организованы посменным режимом работников. Примерно в 11-00 час. изолировщик по термоизоляции К.И. принял у напарника электроинструмент УШМ (угловая шлиф.машина) с установленным на нее проволочным зачистным диском. После осмотра инструмента К.И. приступил к работе по механической зачистке металлической трубы для дальнейшей покраски. В это же время ФИО2 отошел от рабочей позиции на 3-4 метра и снял с лица защитные очки закрытого типа. При отсутствии средства защиты почувствовал удар в нижнюю часть левого глаза и острую боль. Как выяснилось позднее, от зачистного диска оторвался проволочный элемент щетки и ударил ФИО2 в глаз. ФИО3 находился на позиции недалеко от рабочей группы ФИО2 и тот самостоятельно обратился к нему с травмой. Л.Е. был немедленно организован служебный транспорт для отправки пострадавшего в мед.пункт рабочего городка. После осмотра и оказания первой помощи был направлен в Частное учреждение здравоохранения «Клиническая больница «РЖД-Медицина» 

<

адрес> СП Северобайкальск. Вид происшествия – попадание инородного тела.

Согласно заключению Частного учреждения здравоохранения «Клиническая больница «РЖД-Медицина» № от ДД.ММ.ГГГГ, помутнение роговицы левого глаза в центральной части, кератит посттравматический; неполная осложненная катаракта; травма относится к категории тяжких. 

Кроме того, данным актом установлены причины несчастного случая: 

10.1 ФИО2 не применил средства индивидуальной защиты, а именно, находился без защитных очков на строительной площадке, чем нарушил ИОТВ 20-22 п. 1.7 – Работник обязан правильно применять выданные ему СИЗ; ИОТВ 56-22 п. 3.1.4. При передвижении в районах зон повышенной опасности необходимо выдерживать безопасные расстояния до источника возможной опасности;

10.2 необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, чем нарушен п. 2.6. Должностной инструкции производителя работ (прораб) (в строительстве): осуществлять контроль за соблюдением проектной, технологической дисциплины, правил и норм по охране труда, техники безопасности, производственной санитарии и пожарной безопасности, требований природоохранных, санитарных органов, а также органов, осуществляющих технический надзор. 

ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ проведено оперативное лечение (факоэмульсификация катаракты с имплантацией интраокулярной линзы, витрэктомия), находился на листке нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - проходил лечение у врача-офтальмолога. 

Согласно справке ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» Минтруда России (Бюро №) серия МСЭ-2022 № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 20% сроком на 1 год по ДД.ММ.ГГГГ, дата очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке руководителя Бюро № ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» Минтруда России ФИО4 о результатах медико-социальной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 инвалидность не установлена. 

ФИО2 в связи с лечением последствий несчастного случая на производстве выплачена материальная помощь в размере 20000 руб., что подтверждается копией приказа № от ДД.ММ.ГГГГ «Об оказании материальной помощи».

Из заявления ФИО2, направленного в адрес прокуратуры Казачинско-Ленского района Иркутской области, следует, что от полученной травмы он испытал сильную боль, а также у него развилась катаракта и помутнение роговицы, ДД.ММ.ГГГГ его самостоятельно отправили по месту жительства, в течение четырех дней в пути он испытывал сильную головную, глазную боль, дискомфорт, отек глаза; тошнота, рвота, повышение температуры, помутнение в глазах. За эти дни состояние ухудшилось. В настоящее время он продолжает испытывать дискомфорт от полученной травмы, появилась светобоязнь. Назначена повторная операция. В результате происшествия он испытывал сильные нравственные страдания. 

Принимая во внимание изложенное, с учетом того, что судом установлен факт нахождения ФИО2 на момент несчастного случая на рабочем месте, а также с учетом того, что не был обеспечен контроль со стороны специалиста подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, суд приходит к выводу, что с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда в пользу истца. 

Кроме того, в силу п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

Исходя из обстоятельств причинения вреда, суд приходит к выводу о том, что травму глаза ФИО2 получил в результате нахождения в опасной близости от работающего шлифовальным электроинструментом работника, о чем указано в акте о несчастном случае на производстве и не оспаривалось сторонами, который в свою очередь относится к источнику повышенной опасности, в связи с чем владелец источника повышенной опасности должен возместить вред потерпевшему вне зависимости от наличия в его действиях вины. 

Таким образом, АО «Ямалтрансстрой» как владелец источника повышенной опасности обязано возместить компенсацию морального вреда пострадавшему. 

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Определение конкретного размера денежной компенсации морального вреда является правом суда. Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. 

При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются характер причиненных здоровью истца повреждений - нарушение зрительных функций, их тяжесть, длительность наличия таких повреждений - нахождение на лечении у врача-офтальмолога с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, прохождение дальнейшего лечения, установление ФИО2 степени утраты профессиональной трудоспособности в размере 20% сроком на 1 год по ДД.ММ.ГГГГ (дата очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ).

С учетом указанного, суд, принимая во внимание установленные в ходе рассмотрения дела обстоятельства причинения вреда здоровью ФИО2, характер таких повреждений, их тяжесть, длительность восстановительного периода, с учетом требований разумности и справедливости, полагает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с работодателя в пользу ФИО2 в сумме 170 000 руб.

В силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований в бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Следовательно, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 20 000 руб. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

исковые требования прокурора Казачинско-Ленского района Иркутской области в защиту интересов ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Ямалтрансстрой» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО2 (

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 170 000 рублей. 

Исковые требования прокурора Казачинско-Ленского района Иркутской области в защиту интересов ФИО2 к АО «Ямалтрансстрой» о взыскании компенсации морального вреда в размере 830 000 рублей оставить без удовлетворения. 

Взыскать с Акционерного общества «Ямалтрансстрой» (ИНН 

<

***>) в бюджет муниципального образования Казачинско-Ленский район государственную пошлину в размере 20 000 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в Иркутский областной суд через Казачинско-Ленский районный суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий 

.