Дело № 2- 1257/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 мая 2018 года Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего Баженовой Т.В.

при секретаре Масловой К.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс» к ФИО1, ФИО2 о признании договора уступки прав цессии недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс» обратилось в суд с иском к ФИО1, ФИО2 о признании договора уступки прав цессии недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование требований указано, что 

<

дата обезличена> между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор уступки прав (цессии), в рамках которого к ФИО2 перешли права требования задолженности ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс» в размере 153 826,00 рублей. Указанная задолженность подтверждена Решением Арбитражного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> по делу № А76-11130/2016. На момент заключения указанной сделки ФИО1 не были исполнены следующие судебные акты: Решение Арбитражного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> по делу № 

<

номер обезличен> (взыскано с ИП ФИО1 в пользу ООО «Магнитогорский птицеводческий комплекс» убытки в размере 249 143 руб. 40 коп. расходы по уплате государственной пошлины в размере 7 863 руб. 00 коп.), Решение Арбитражного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> по делу № 

<

номер обезличен> (взыскано с ИП ФИО1 в пользу ООО «НПК» убытки в размере 862 461 руб. 09 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 20 249 руб. 00 коп.). Полагает, что ФИО1 и ФИО2, заведомо зная о необходимости исполнения ФИО1 указанных судебных актов, осознавая возможность обращения на имеющуюся у него дебиторскую задолженность, заключили 

<

дата обезличена> договор уступки прав (цессии) с целью уклонения от исполнения решений судов о взыскании денежных средств в значительном размере, с целью сокрытия ФИО1 своих имущественных прав, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ответчиков. Просит признать договор уступки прав (цессии), заключенный 

<

дата обезличена> между ФИО1 и ФИО2, недействительной сделкой. Применить последствия недействительности сделки (л.д. 3-4).

Представитель истца – ФИО3, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности от 07 июня 2017 года (л.д. 67) в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме. 

Ответчики ФИО1, ФИО2 о дне слушания дела извещены, в судебное заседание не явились, просили дело рассмотрено в их отсутствие. Ранее ФИО2 в судебном заседании пояснила, что исковые требования не признает, данная сделка не является мнимой, также не будет и злоупотребления правом.

Суд, заслушав представителя истца, исследовав материалы дела в судебном заседании, находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч.3 ст.17 Конституции РФ, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

На основании п.3 ст.1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п.4 ст.1 Гражданского кодекса РФ).

В силу абз.1 п.1 ст.10 Гражданского кодекса РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п.2 ст.10 Гражданского кодекса РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно ст.432 Гражданского кодекса РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. 

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (п.3 ст.166 Гражданского кодекса РФ).

На основании ст.167 Гражданского кодекса РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п.1 ст.170 Гражданского кодекса РФ).

В силу ст. 168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В судебном заседании установлено, что решением Арбитражного суда Челябинской области по делу № 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> с ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 взысканы задолженность в размере 142 000 рублей, неустойка в размере 11 826 рублей, всего 153 826 рублей (л.д. 22-35).

Из материалов дела следует, что 

<

дата обезличена> между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор уступки прав (цессии), в рамках которого к ФИО2 перешли права требования задолженности ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс» в размере 153 826,00 рублей (л.д. 87-88). Согласно акта приема – передач от 

<

дата обезличена> ФИО1 передает ФИО2 право требования в размере 153 826 рублей в отношении ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс» на основании решения Арбитражного суда Челябинской области по делу № 

<

номер обезличен> (л.д. 89).

В обоснование требований о ничтожности заключенного спорного договора уступки прав (цессии), истец ссылается на ст.170 Гражданского кодекса РФ.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. 

Наличие воли хотя бы одной из сторон на достижение правового результата, соответствующего совершенной сделке, исключает возможность признания ее недействительной. 

Оспаривая договор уступки прав (цессии) от 

<

дата обезличена>, представитель истца ссылается на то, что указанная сделка является мнимой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Полагает, что ФИО1 и ФИО2, заведомо зная о необходимости исполнения ФИО1 вышеуказанных судебных актов, осознавая возможность обращения на имеющуюся у него дебиторскую задолженность, заключили 

<

дата обезличена> договор уступки прав (цессии) с целью уклонения от исполнения решений судов о взыскании денежных средств в значительном размере в пользу истца, с целью сокрытия ФИО1 своих имущественных прав, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ответчиков. Представитель истца указал, что уступка прав требования совершена при отсутствии намерения у ФИО1 возместить причиненные убытки ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс».

В соответствии с требованиями ч.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В данном случае, вопреки положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцом не представлено доказательств совершения обеими сторонами сделок по уступке требования с намерением, направленным на достижение иных последствий, то есть связанных не с приобретением ФИО2 права требования к должнику в обязательстве, а с переводом взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 с целью сокрытия ФИО1 своих имущественных прав, поскольку в отношении ФИО1 возбуждено исполнительное производство в пользу ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс» на основании решений Арбитражного суда Челябинской области от 

<

дата обезличена> по делу № 

<

номер обезличен> (л.д. 92, 93). Сумма взыскания составляет 882 710,09 рублей.

Таким образом, суд приходит к выводу, что материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих, что оспариваемая сделка носила мнимый характер.

Согласно ч.1 ст.57 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Стороной истца доказательств, подтверждающих мнимость оспариваемой сделки, в судебное заседание не представлено.

Суд полагает, что доводы представителя истца о злоупотреблении ответчиками своими правами, при явном отсутствии намерения у ФИО1 возместить причиненные убытки ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс», не нашли свое подтверждение в представленных им доказательствах. Доводы представителя истца, что ФИО1 писал заявление в Банке о переводе денежных средств ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс», а затем забрал его, не могут быть расценены как злоупотребление правом, так как исполнительное производство в отношении ФИО1 возбуждено и находится на исполнении (л.д. 90-93). Доводы представителя истца о примении ст. 168 Гражданского кодекса РФ с отсылкой на ст. 10 Гражданского кодекса РФ не могут быть приняты судом во внимание, поскольку представителем истца не доказано злоупотребление правом при заключении договора цессии между ФИО1 и ФИО2

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства по правилам ч.3 ст.67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд полагает правильным отказать ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс» в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В иске ООО «Нагайбакский птицеводческий комплекс» к ФИО1, ФИО2 о признании договора уступки прав (цессии) от 30 ноября 2017 года недействительным, применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска.

Председательствующий: