Дело № 2-1525/2017 

Мотивированное 

решение

 изготовлено 22 мая 2017 года

РЕШЕНИЕ 

Именем Российской Федерации

15 мая 2017 года Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Нагибиной И. А., при секретаре Зверевой Т. В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обоснование иска указал, что является собственником квартиры 

<

 № > в доме 

<

 адрес >. На протяжении длительного времени из квартиры 

<

 № > по указанному адресу, расположенной этажом выше, принадлежащей ответчику, происходит затопление квартиры истца, что подтверждается соответствующими актами, составленными управляющей компанией в 2004, 2012, 2013, 2015 годах.

В августе 2014 года семьей истца осуществлен ремонт своей квартиры после затоплений на сумму 

<

 данные изъяты >, однако затопления продолжаются, результаты ремонта практически уничтожены. Сумма ущерба складывается из расходов на работы по ремонту жилого помещения в сумме 

<

 данные изъяты >, расходов на приобретение строительных материалов на сумму 

<

 данные изъяты >.

Претензии истца, предъявляемые ответчику по возмещению ущерба, оставлены без ответа.

Данные действия ответчика причинили истцу моральный вред, который последний оценивает в 

<

 данные изъяты >.

Для обращения в суд истцом понесены расходы на оплату юридических услуг в сумме 

<

 данные изъяты >, что является убытками истца.

Истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу в счет возмещения ущерба 

<

 данные изъяты >, убытки в сумме 

<

 данные изъяты >, компенсацию морального вреда - 

<

 данные изъяты >, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 

<

 данные изъяты >.

В ходе судебного разбирательства стороной истца исковые требования уточнены, сумма материального ущерба, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, снижена до 

<

 данные изъяты >. Заявлено ходатайство о взыскании с ответчика в пользу истца судебных издержек на оплату юридических услуг в общей сумме 

<

 данные изъяты > из которых: 

<

 данные изъяты > - расходы на оплату услуг представителя, 

<

 данные изъяты > - на оказание юридических услуг по составлению документов. В остальной части исковые требования оставлены без изменения.

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании пояснила, что собственниками жилого помещения истца в равных долях - по 1/3 каждый являются она и ФИО4, который с 2010 года с истцом не проживает, содержание спорной квартиры не осуществляет. Полагала, что исковые требования истца полежат удовлетворению в полном объеме, она, как супруга истца, не возражает против взыскания всей суммы ущерба и судебных расходов в пользу истца, который несет бремя содержания имущества и который понес расходы на оказание юридических услуг лично.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен своевременно и надлежащим образом, причина неявки суду не известна.

Ответчик ФИО2 и ее представитель в судебном заседании исковые требования не признали в полном объеме, пояснив, что вины ответчика в затоплении нижестоящей квартиры нет, поскольку затопления, имевшие место в пределах срока исковой давности произошли по вине управляющей компании, которая осуществляла ремонт системы отопления некачественно. К отношениям до 2015 года просили применить срок исковой давности. Суду представлены письменные возражения на исковое заявление, приобщенные к материалам настоящего дела, на доводах которых сторона ответчика в судебном заседании настаивала.

Третьи лица ФИО5, ФИО6 в судебном заседании возражали против удовлетворения иска, пояснив, что в причинении ущерба истцу виновна управляющая компания. Позицию ответчика поддержали, указав, что в части требований истца пропущен срок исковой давности.

Представитель управляющей компании ЗАО «Орджоникидзевская УЖК» в судебном заседании полагала иск обоснованным в части, указав, на отсутствие своей вины в причинении имущественного ущерба истцу и членам его семьи.

Заслушав стороны, третьих лиц, исследовав письменные доказательства и материалы дела, суд приходит к следующему. 

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Причинивший вред освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации бремя содержания принадлежащего на праве собственности имущества несет собственник. 

Пунктом 3 ч. 1 ст. 36 Жилищного кодекса Российской Федерации определен состав общего имущества многоквартирного дома, в который включается, в том числе механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения.

В силу п. 6 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. N 491 в состав общего имущества включается внутридомовая система отопления, состоящая из стояков, обогревающих элементов, регулирующей и запорной арматуры, коллективных (общедомовых) приборов учета тепловой энергии, а также другого оборудования, расположенного на этих сетях..

Судом установлено, что истец ФИО1, совместно с ФИО3, ФИО4 являются равнодолевыми собственниками квартиры 

<

 № > по адресу: 

<

 адрес >. Каждому собственнику принадлежит 1/3 доли в квартире, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права, приобщенными к материалам дела.

Ответчик ФИО2 является единоличным собственником квартиры № 

<

 № > по указанному адресу, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права.

В соответствии с п.п. 1, 3, 4 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом, несет бремя содержания данного помещения, обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Не оспаривается ответчиками, подтверждается актами от 08.10.2004, составленным ЕМУП «Орджоникидзевский РЭМП», от 16.05.2013, от 21.07.2015, от 16.09.2015, составленными ЗАО «Орджоникидзевская УЖК», что затопление квартиры истцов происходило в указанный период по причине течи из соединения радиатора со стояком отопления. Радиаторы в квартире ответчиков установлены подрядчиками, технические условия по предписанию от 21.07.2015 года 

<

 № > не предоставлены.

Из акта от 13.06.2012, составленного управляющей компанией, следует, что в кв. 

<

 № > на лоджии проводились работы по настилу полов, в результате чего при обследовании квартиры истцов обнаружено, что просверлена бетонная плита межбалконного перекрытия в количестве 6 отверстий, имеются трещины.

Ответчиками заявлено о применении к событиям 2004-2013 годов срока исковой давности.

В соответствии с ч. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу ч. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В материалы дела истцом представлены акты от 2004, 2012, 2013 года, которые подтверждают факт причинения материального ущерба действиями ответчика, причинившими ущерб балкону, а также квартире истца, суд приходит к выводу о том, что истцу о данных фактах было известно в указанный период, однако с иском по данным обстоятельствам истец обратился лишь в феврале 2017 года, то есть с пропуском установленного законом срока исковой давности.

Согласно ч. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Поскольку истцом пропущен срок исковой давности по требованиям о взыскании с ответчика имущественного ущерба, причиненного в результате повреждения балкона, а также по основаниям затопления ответчиком квартиры истца, зафиксированным в актах от 08.10.2004 и от 16.05.2013, в удовлетворении данных требований истцу следует отказать. Из размера ущерба, заявленного истцом, подлежит исключению стоимость ремонта балкона, определенная на основании представленных суду чеков на покупку строительных материалов, необходимых для ремонта балкона, а также на основании отчета 

<

 № > от 16.03.2017 года, которым определена стоимость ремонтных работ и материалов на восстановление балкона.

Более того, в качестве доказательств несения расходов на ремонт жилого помещения по затоплениям за период с 2004 по 2013 годы истцом суду представлены кассовые чеки на приобретение строительных материалов в период с 2013 года по 2014 год, а также смета стоимости ремонтных работ (л.д. 15). Данные документы допустимыми доказательствами, достоверно свидетельствующими о том, что материалы использованы для ремонта квартиры истца, и ремонт в квартире имел место в указанный период. Не представляется возможным установить кем составлена смета, поскольку подпись в ней отсутствует, и имеются ли полномочия у лица, составившего смету, на осуществление соответствующего вида деятельности. Стоимость конкретных работ, указанную в смете, проверить невозможно.

Из актов от 21.07.2015, от 16.09.2015, составленных ЗАО «Орджоникидзевская УЖК», следует, что на момент составления акта 21.07.2015 по факту затопления от указанной даты (со слов истца), течи не обнаружено. В комнате площадью 15 кв. м в углу комнаты, смежной с кв. № 

<

 № >, обнаружены влажные обои на площади 2,4х3,8 кв. м. На полу ламинат постелен на подложку из ДВП, со слов собственника вода была на площади 5х2,3 кв. м. Другие помещения в квартире не пострадали. Ремонт произведен в августе 2014 года. По заключению комиссии топила квартира № 

<

 № >. Течь стояка отопления. Заявок от жильцов кв. № 

<

 № > на осмотр и ремонт сантехоборудования в управляющую компанию не поступало. На момент составления акта 17.09.2015 по факту затопления от указанной даты (со слов истца), течи не обнаружено. В кухне площадью 7 кв. м угол стены, выкрашенный воднодисперсионной краской, смежный с комнатой, площадью 14 кв. м, желтые влажные пятна на площади 2,4х0,5 кв. м. На стене влажное пятно на площади 20х30 кв. м, на стене над окном в сопряжении с потолком мокрое пятно на площади 2,5х3 кв. м. Другие помещения в квартире не пострадали. Ремонт осуществлен в августе 2014 года. Причиной затопления послужила течь соединения радиатора со стояком отопления. Радиаторы по квартире установлены подрядчиками, технические условия по предписанию от 21.07.2015 

<

 № > не предоставлены.

Из предписания, вынесенного управляющей компанией 21.07.2015 в адрес ответчика ФИО2, усматривается, что ей предложено для предотвращения аварийной ситуации в срок до 03 августа 2015 года предоставить в ЖЭУ 

<

 № > технические условия на установку радиаторов отопления, так как она заливает квартиру № 

<

 № >. Предписание ответчиком получено в дату вынесения, о чем имеется подпись ответчика.

Поскольку ответчиком и членами ее семьи не представлено доказательств, что радиаторы отопления в квартире ответчика устанавливала управляющая компания, что следует из пояснений стороны ответчика, данных в судебном заседании, а также каких-либо доказательств некачественной установки радиаторов отопления кем-либо иным, а не собственником жилого помещения, с учетом норм закона о возложении бремени содержания имущества на собственника жилого помещения, принимая во внимание, что предписание управляющей компании 

<

 № > от 21.07.2015 года по предоставлению технических условий по установке радиаторов отопления ответчиком не исполнено, суд приходит к выводу о наличии вины ответчика в причинении имущественного ущерба квартире истца и членов его семьи в результате затоплений от 21.07.2015 и 16.09.2015, которая находится в прямой причинно-следственной связи между возникшими у истца убытками и действиями ответчика по ненадлежащему содержанию принадлежащего им имущества. 

Суд также учитывает, что из представленных суду договоров от 24.07.2015 и 17.09.2015, заключенных ответчиком с ЗАО «Орджоникидзевская УЖК», на которые ссылалась сторона ответчика, как на доказательство выполнения работ по установке радиаторов, не следует, что именно управляющая компания осуществляла работы по установке радиаторов в квартире ответчика. Договоры заключены на отключение/подключение систем отопления для проведения работ сторонними организациями и на оказание услуг по установлению причин неисправности санитарно-технического оборудования.

В обоснование размера ущерба, причиненного затоплением квартиры истца, последним представлен отчет 

<

 № > от 16.03.2017, выполненный ИП «ФИО7.», в соответствии с которым рыночная стоимость работ и материалов, необходимых для устранения ущерба, причиненного квартире № 

<

 № > по адресу: 

<

 адрес >, составляет без учета износа 

<

 данные изъяты >, с учетом износа - 

<

 данные изъяты >.

Ответчиком представлен контррасчет ущерба - отчет 

<

 № >/У, выполненный ООО «Региональный центр оценки и экспертизы», в соответствии с которым, рыночная стоимость материалов и работ по устранению ущерба в квартире истца по состоянию на 19 апреля 2017 года составляет 

<

 данные изъяты >. отчет составлен на основании акта установления причин аварии от 16.09.2015.

Оценив представленные суду отчеты, суд принимает в качестве доказательства размера ущерба, причиненного в результате затопления квартиры истца, отчет 

<

 № >/У, выполненный ООО «Региональный центр оценки и экспертизы», поскольку данный отчет наиболее полно отражает объем ущерба, составлен на основании документов управляющей компанией по факту затопления квартиры истца с учетом объема выявленных повреждений. Полномочия эксперта подтверждаются документально и сомнений у суда не вызывают.

Представленный стороной истца отчет 

<

 № > от 16.03.2017 не принимается судом, поскольку стоимость восстановительного ремонта квартиры истца в указанном отчете завышена, в отчет включены повреждения, которых не имелось при рассматриваемых событиях. В частности специалистом произведена оценка восстановления комнаты площадью 14,4 кв. м, коридора, ванной комнаты, лоджии, которые в результате рассматриваемых затоплений повреждены не были. Отчет не содержит методики расчета стоимости работ и материалов, в связи с чем, не представляется возможным вычленить стоимость ремонтных работ и материалов, необходимых для восстановления кухни, поврежденной при затоплении от 16.09.2015. В материалы дела не представлено доказательств повреждения комнаты, площадью 15 кв. м от 21.07.2015, которые требую ремонтного воздействия, поскольку, как обоснованно отмечено стороной ответчика, при осмотре указанной комнаты имелись лишь мокрые пятна на виниловых обоях, после высыхания которых следов промочки не осталось, что подтверждается представленным суду актом от 13 января 2017 года управляющей компании ЗАО «Орджоникидзевская УЖК», в соответствии с которым по состоянию на указанную дату, половое покрытие в квартире истца в виде линолеума на кухне и в коридоре, ламината - в комнатах, находится в удовлетворительном состоянии, деформации не обнаружено. Обои на стенах не повреждены. При таких обстоятельствах, вывод эксперта ИП «ФИО7.» о необходимости восстановительного ремонта комнаты площадью 15 кв. м на дату составления отчета - 16.03.3017 - противоречит фактическим обстоятельствам дела.

При установлении судом факта повреждения кухни истца от затопления, имевшего место 16.09.2015 по вине ответчика, стоимость восстановления которой составляет 

<

 данные изъяты > без учета износа материалов, что согласуется с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 10.03.2017 года № 6-П «По делу о проверке конституционности ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А. С. Аринушенко, ФИО8 и других», указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца в полном объеме. 

Взыскивая всю сумму установленного ущерба в пользу истца ФИО1 в размере 

<

 данные изъяты >, суд исходит из позиции третьего лица ФИО3, которая не возражала против взыскания всей суммы ущерба в пользу ее супруга, самостоятельных требований на предмет спора не заявляет, а также учитывает, что третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, притязаний на сумму 

ущерба пропорционально его доле в праве собственности на квартиру не имеет, возражений об обратном не представил, в квартире не зарегистрирован и не проживает с 2010 года, бремени содержания квартиры не несет.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ обязанность по представлению доказательств, дающих основание для привлечения к ответственности лица, возложена на истца.

Таким образом, истец должен доказать факт причинения ему морального вреда ответчиком, степень претерпеваемых им физических и нравственных страданий и в чем они выражаются, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями ответчика по причинению вреда и наступившими последствиями, то есть наступившими физическими или нравственными страданиями.

Истцом доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО2 своими действиями причинила физические или нравственные страдания истцу ФИО1, представлено суду не было.

Кроме этого, требование истца о компенсации морального вреда вытекает из правоотношений, возникших из причинения ущерба его квартире, то есть, из нарушений имущественных прав.

Пунктом 2 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Поскольку законом не предусмотрено взыскание компенсации морального вреда за вред, причиненный имущественным правам, компенсация морального вреда по тем основаниям, которые заявлены истцом, взысканию с ответчика не подлежит.

Требование истца о взыскании с ответчика убытков в виде расходов на оплату юридических услуг по составлению документов в сумме 

<

 данные изъяты > на основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворению не подлежит, поскольку истцом не доказана вина ответчика в причинении данных убытков, отсутствует причинно-следственная связь между расходами истца на оказание юридических услуг по договору 

<

 № > от 06 января 2017 года и причиненным истцу ущербом в 2015 году. Кроме того, действующее законодательство не предусматривает обязанности истца по досудебному урегулированию рассматриваемого спора, в связи с чем, несение заявленных расходов не может быть признано необходимым, целесообразным и оправданным. Исковое заявление, претензии, имеющиеся в материалах дела, подписаны и поданы в суд истцом, доказательств составления каких-либо проектов судебных и иных документов ООО «Гарант», с которым истец заключил договор, в материалах дела не содержится. Необходимость составления жалоб в правоохранительные и административные органы в порядке досудебного урегулирования спора, истцом не доказана.

При разрешении вопроса о распределении расходов по уплате государственной пошлины, судом принимается во внимание то обстоятельство, что истец является инвалидом второй группы, что подтверждается документально, соответственно он освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче искового заявления на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Уплаченная истцом государственная пошлина по чек-ордеру 

<

 № > от 25 февраля 2017 года на сумму 

<

 данные изъяты >, по чек-ордеру 

<

 № > от 21 марта 2017 года на сумму 

<

 данные изъяты >, подлежит возврату истцу на основании подпункта 1 пункта 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

С ответчика в доход местного бюджета на основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец должен быть освобожден в силу действующего налогового законодательства. Размер государственной пошлины определяется судом пропорционально удовлетворенной части заявленных исковых требований. Истцом после уточнения исковых требований заявлено ко взысканию с ответчика суммы ущерба в размере 

<

 данные изъяты >. Иск подлежит удовлетворению на 11,96%, соответственно размер государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика в доход местного бюджета, составит 

<

 данные изъяты >.

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные истцом, подлежат возмещению за счет средств ответчика в разумных пределах. 

Заявленный истцом размер расходов по оплате услуг представителя в сумме 

<

 данные изъяты >, подтвержденный договором 

<

 № > об оказании юридических услуг, чеками об оплате данных услуг, суд находит несоразмерным объему и качеству выполненной представителем истца работы, отвечающим требованиям разумности. С учетом данного обстоятельства, принимая во внимание, что дело не представляет особой сложности, суд полагает возможным требования истца о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг представителя удовлетворить частично в сумме 

<

 данные изъяты >.

Руководствуясь ст. ст. 12, 56, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 

<

 данные изъяты >, расходы на оплату юридических услуг в сумме 

<

 данные изъяты >. 

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину 

<

 данные изъяты >.

Возвратить ФИО1 государственную пошлину, уплаченную на основании чек-ордера 

<

 № > от 25 февраля 2017 года в сумме 

<

 данные изъяты >, чек-ордера 

<

 № > от 21 марта 2017 года в сумме 

<

 данные изъяты >.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Свердловский областной суд, в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения, с подачей апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья И. А. Нагибина