Дело № 2 - 1201/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 июля 2017 года Борский городской суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Солодовниковой О.В., при секретаре Захаровой Е.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, Администрации городского округа 

<

адрес> о признании недействительным согласия на приватизацию, признании недействительным договора на передачу жилого помещения в собственность, признании недействительными государственной регистрации права собственности и свидетельства о государственной регистрации права, взыскании компенсации морального вреда,

Установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, Администрации городского округа 

<

адрес> о признании недействительным согласия на приватизацию квартиры по адресу: 

<

адрес>, и признании недействительным отказа ФИО1 от права на приватизацию квартиры по адресу: 

<

адрес>, о признании недействительным договора от ДД.ММ.ГГГГ о безвозмездной передаче в собственность ФИО2 квартиры по адресу: 

<

адрес>, о признании недействительной государственной регистрации права собственности и свидетельства № о государственной регистрации права на имя ФИО2, о взыскании компенсации морального вреда в сумме 100 000 рублей.

В обоснование иска указано, что истец ФИО1 проживает и зарегистрирована в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>. В указанной квартире также зарегистрирован её сын - ответчик ФИО2

В 2015 году в квартиру стали приходить чужие люди, риэлторы, от которых она узнала, что квартира продается и что ФИО2 является собственником спорной квартиры.

Из разговора с ответчиком истец узнала о том, что ФИО2 является собственником спорной квартиры на основании договора о приватизации жилья и что она, кроме того, отказалась от приватизации квартиры.

Однако, от приватизации на спорную квартиру она не отказывалась и, видимо, ответчик ввел её в заблуждение или попросту обманул.

Ответчик сообщил ей о том, что необходимо поехать в офис и переделать договор найма жилого помещения на него, чтобы за квартиру платил он. Вместе с ответчиком она ездила в офис, где, не читая документы и надеясь на своего сына и полностью ему доверяя, подписала все документы, на которые он сам лично указывал. В силу преклонного возраста, правовой неграмотности, наличия заболеваний и физических недостатков (плохо слышит и видит), она полностью доверяла сыну и, не читая документов, подписала их.

Подписав все документы на сына, имея намерение подписать переоформление договора найма жилого помещения и полагая, что сын будет нанимателем квартиры, продолжала считать себя и сына пользователями квартиры.

Однако в 2015 году она узнала, что ее квартира продается, однако она никаких объявлений о продаже не давала и не желала продавать квартиру, поскольку другого жилья она не имеет.

Позднее она узнала, что оказывается от собственности на квартиру она отказалась в пользу ФИО2, однако она никогда не намеревалась отказываться от собственности на квартиру, так как жить ей больше негде.

В судебном заседании представитель истицы адвокат ФИО4 заявленные исковые требования поддержал в полном объеме.

Истица ФИО1 в судебное заседание не явилась, воспользовавшись правом иметь представителя, о слушании дела была извещена надлежащим образом, в связи с чем суд находит возможным рассмотреть дело в её отсутствие. В предыдущем судебном заседании поясняла, что после смерти мужа она одна платила за квартиру (и за себя, и за сына). Сын отказывался платить. Потом сын предложил перевести квартиру, то есть договор социального найма, на него, так же, как она перевела её на себя после смерти мужа. В этом случае он обещал полностью оплачивать за квартиру, и она согласилась. Сын возил её куда-то в 

<

адрес> (1 раз), там ей вынесли бумаги и она, не читая, поскольку плохо видела, их подписала. Её ни о чем не спрашивали, бумаги ей не зачитывали. О том, что сын собственник квартиры, она поняла, когда к ней стали приходить покупатели. Также пояснила, что за квартиру сын так и не стал платить. В 2014 года за квартплату стали копиться долги.

Представитель ответчика адвокат ФИО5 с иском не согласна. При этом пояснила, что ДД.ММ.ГГГГг. между 

<

адрес> от имени 

<

адрес> в лице ФИО6, с одной стороны, и ФИО2, с другой стороны, был заключен договор о безвозмездной передаче жилья в собственность, согласно которому ответчику передана безвозмездно в собственность квартира, находящиеся по адресу: 

<

адрес>. При этом мать ответчика - ФИО1 - дала на это согласие, от приватизации квартиры отказалась. 

Утверждала, что свое согласие на приватизацию квартиры ФИО2 его мать, ФИО1, дала добровольно, подписала отказ от приватизации квартиры, в заблуждение ее никто не вводил, никакого давления на нее не оказывалось ни со стороны ответчика, ни со стороны работников Администрации 

<

адрес>, которые подробно разъясняли ФИО1 последствия отказа от приватизации жилья, ей все было понятно. Также пояснила, что инициатива приватизировать квартиру только на ФИО2 исходила от самой истицы. Другому своему сыну она уже оставила квартиру.

Также пояснила, что до последнего времени между истицей и ответчиком были хорошие отношения, он периодически приходил к матери, оказывал ей необходимую помощь и поддержку, помогал по хозяйству, нес бремя содержания квартиры, приобретал мебель и технику в квартиру для матери.

Утверждения истицы о приходе покупателей считает вымыслом, так как продавать квартиру ответчик не собирался и не собирается, поскольку другого жилья в собственности не имеет.

Считает, что права истца никаким образом не нарушены, исковые требования ФИО1 незаконны и необоснованны.

Кроме того, заявила о применении срока давности по заявленным исковым требованиям.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, воспользовавшись правом иметь представителя.

Представитель ответчика Администрации городского округа 

<

адрес> – ФИО7 - с иском не согласна. При этом пояснила, что сотрудник отдела приватизации при администрации г.о.

<

адрес> разъясняла ФИО1 последствия отказа от участия в приватизации. Кроме того, доказательств плохого слуха и зрения истицы на дату заключения договора в судебном заседании представлено не было.

Заслушав стороны, свидетелей исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 настоящего Кодекса.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГг. между 

<

адрес>, действующей от имени 

<

адрес>, в лице ФИО6, с одной стороны, и ФИО2, с другой стороны, был заключен договор о безвозмездной передаче жилья в собственность, согласно которому ФИО2 была передана безвозмездно в собственность квартира, находящаяся по адресу: 

<

адрес>.

В указанной квартире, кроме ФИО2, была и в настоящее время зарегистрирована его мать ФИО1, которая, согласно заявлению от ДД.ММ.ГГГГ согласилась на приватизацию указанной квартиры и отказалась от участия в данной приватизации.

Вышеуказанное заявление было собственноручно подписано ФИО1 в присутствии главного специалиста отдела приватизации ФИО8

Воля истца была определенно выражена в данном заявлении и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут заключением оспариваемого договора.

Правовую природу договора приватизации (безвозмездное приобретение жилья в собственность) истица понимает. В судебном заседании пояснила, что если бы стали приватизировать квартиру, то не только на сына, но и на неё саму, и на внука. 

Заявляя о недействительности вышеуказанного заявления от ДД.ММ.ГГГГ и самого договора приватизации, истица утверждала, что намеревалась переоформить на сына договор социального найма (так же, как она сделала это после смерти своего мужа), отказываться от приватизации не собиралась. 

При этом факт своей собственноручной подписи и её расшифровки в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ не оспаривала, поясняя, что документ не читала в связи с плохим зрением. Также плохо слышит. Кроме того, доверяла сыну. 

Однако доказательств, подтверждающих непрочтение и невозможность прочтения ФИО1 заявления в связи с плохим зрением, суду не представлено. Медицинская документация, подтверждающая обращения ФИО1 к офтальмологу, датирована 2014 годом. Также суду не представлено доказательств плохого слуха у ФИО1

При этом допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля главный специалист ДИЗО Администрации городского округа 

<

адрес> (ранее КУМИ 

<

адрес>) ФИО8 пояснила, что именно она на протяжении длительного времени занимается оформлением документов, связанных с приватизацией гражданами жилых помещений. Утверждала, что со всеми приходящими к ней гражданами она общается, объясняет последствия отказа от приватизации, предлагает прочитать заявление, после чего в её присутствии подписать, если нет никаких возражений. Если гражданин ссылается на плохое зрение, она читает ему заявление лично. Исключает возможность того, чтобы кому-то просто без предварительной беседы были предложены на подпись документы. 

Довод истицы о том, что она полагала, что подписывая документы, выражает свое согласите на переоформление на сына договора социального найма, опровергается и тем обстоятельством, что ДД.ММ.ГГГГ (примерно за две недели до подписания заявления в Администрации городского округа 

<

адрес> о согласии на приватизацию и отказе от участия в ней) истицей был подписан в ООО «ОЖКХ» договор найма жилого помещения (переоформлен после смерти мужа). 

Таким образом, истица должна была понимать, что ДД.ММ.ГГГГ она пришла в другую организацию.

Показания свидетелей со стороны истца и ответчика по поводу намерений ФИО1 противоречивы и не могут служить объективным доказательством по делу. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что истицей не представлено достаточных и объективных доказательств в подтверждение того, что, подписывая заявление от ДД.ММ.ГГГГ о согласии на приватизацию квартиры и отказе от участия в ней, истица действовала под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение.

В соответствии с п.2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из материалов дела следует, что оспариваемое заявление было подписано истицей ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, по утверждению самой истицы и её представителя, в 2015 году истица узнала о том, что квартира находится в собственности её сына. С рассматриваемым иском истица обратилась в суд лишь ДД.ММ.ГГГГ, т.е. с пропуском установленного законом срока исковой давности.

Ходатайства о восстановлении пропущенного срока исковой давности истицей и её представителем не заявлялось. 

Поскольку ответчиком было заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности, это является самостоятельным основанием для отказа в иске.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что заявленные ФИО1 исковые требования о признании недействительным выраженного в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ её согласия на приватизацию и отказа от участия в приватизации, о признании недействительным договора на передачу жилого помещения в собственность от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворению не подлежат за необоснованностью и в связи с пропуском срока исковой давности.

Также не подлежат удовлетворению производные от вышеуказанных требований требования о признании недействительными государственной регистрации права собственности на имя ФИО2 на квартиру, свидетельства о государственной регистрации права на имя ФИО2, о взыскании компенсации морального вреда. Кроме того, компенсация морального вреда, вытекающего из нарушения имущественных прав, в данном случае законом не предусмотрена. 

В судебном заседании представителем ответчика ФИО2 было подано заявление о взыскании с истицы в его пользу расходов на представителя в сумме 15 000 рублей. Данные расходы подтверждаются приобщенной к материалам дела квитанцией.

Согласно ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Рассматривая заявление ФИО2 о взыскании расходов на представителя, суд принимает во внимание степень сложности дела, продолжительность, количество судебных заседаний по гражданскому делу, характер и объем оказанных представителем юридических услуг. Также судом учитываются принципы разумности и справедливости. 

На основании изложенного, суд считает необходимым взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 в возмещение расходов на представителя 5 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, Администрации городского округа 

<

адрес> о признании недействительным согласия на приватизацию, признании недействительным договора на передачу жилого помещения в собственность, признании недействительными государственной регистрации права собственности и свидетельства о государственной регистрации права, взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 расходы на представителя в размере 5000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд через Борский городской суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме (дата принятия решения в окончательной форме - ДД.ММ.ГГГГ).

Судья О.В. Солодовникова

Решение в законную силу не вступило.