Дело № 1-48/2019

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

21 августа 2019 года г. Элиста

Элистинский городской суд Республики Калмыкия в составе:

председательствующего судьи Иванова О.Н., 

при секретарях судебного заседания: Аюшевой Н.У., Карсаеве М.А., 

с участием: 

государственных обвинителей Аверьянова А.А., Семенова А.О., Наминова У.В. 

подсудимого ФИО21, 

защитника в лице адвоката Дорджиева С.Ш., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО21, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженца 

<

данные изъяты>, гражданина РФ, проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимого, женатого, не имеющего иждивенцев, работающего адвокатом «Калмыцкая республиканская коллегия адвокатов»,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 303 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО21, являясь адвокатом некоммерческого партнерства «Калмыцкая республиканская коллегия адвокатов», совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в особо крупном размере и фальсификацию доказательств по уголовному делу о тяжком преступлении, при следующих обстоятельствах. 

В период с 29.05.2013 по 08.09.2014 в производстве следственной части Следственного управления МВД по Республике Калмыкия находилось уголовное дело № 301016, возбужденное 29.05.2013 по признакам преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 и ч. 3 ст. 159 УК РФ, по факту хищения бюджетных средств, выделенных из федерального бюджета бюджету Республики Калмыкия в виде субсидий на модернизацию региональной системы образования, и по факту хищения денежных средств ФБГОУ ВПО «Калмыцкий государственный университет». 

В рамках расследования данного уголовного дела в качестве обвиняемого в совершении вышеуказанных преступлений был привлечен житель Тюменской области ФИО1, в отношении которого 13.09.2013 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая в последующем 23.05.2014 изменена на домашний арест. 

С 20.09.2013 года защиту ФИО1 по соглашению осуществлял адвокат ФИО21

С момента вступления в уголовное дело в качестве защитника адвокат ФИО21, находясь на территории г. Элиста Республики Калмыкия, заведомо зная о хорошем финансовом положении своего подзащитного ФИО1 и его бывшей супруги ФИО2, движимый корыстными мотивами, преследуя цель незаконного обогащения за счет чужого имущества, войдя с ними в доверительные отношения, решил обманным путем завладеть денежными средствами последних в особо крупном размере. 

В период с 20.09.2013 до 29.05.2014 адвокат ФИО21, находясь на территории г. Элиста Республики Калмыкия, в целях хищения путем обмана денежных средств своего подзащитного ФИО1 и его бывшей супруги ФИО2, движимый корыстными мотивами, в ходе встреч и телефонных переговоров с ними регулярно пояснял последним, что за денежное вознаграждение в сумме не менее 1 300 000 рублей, с его слов предназначенные для передачи им в качестве взяток ряду должностных лиц компетентных органов, с которыми у него якобы уже имеются определенные договоренности, он решит вопрос об освобождении ФИО1 из-под стражи, о переквалификации совершенных ФИО1 преступлений на менее тяжкие преступления, о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, а также о передаче данного уголовного дела по подследственности в правоохранительные органы Тюменской области, однако реальной возможности исполнить свои обещания не имел ввиду отсутствия законных оснований для этого, тем самым создал у ФИО1 и ФИО2 ложное представление о возможности избежать ФИО1 уголовной ответственности и получить последнему послаблений в режиме исполнения меры пресечения путем подкупа должностных лиц правоохранительной и правоприменительной систем. 

В этой связи ФИО1 и ФИО2, реально оценивая предложения адвоката ФИО21 и воспринимая его как лицо, обладающее в силу профессиональной деятельности и авторитета широкими связями в правоохранительных и судебных органах Республики Калмыкия, полностью полагаясь на него, а также будучи введенными в заблуждение относительно его преступных намерений и реальных возможностей, согласились передать ему запрашиваемые денежные средства.

Так, в период времени с января по апрель 2014 года ФИО2, находясь на территории Тюменской области, будучи введенной в заблуждение адвокатом ФИО21 о наличии у последнего возможности за денежное вознаграждение поспособствовать незаконными способами освобождению ее бывшего супруга ФИО1 от уголовной ответственности, посредством платежной системы мгновенных денежных переводов «Колибри» ОАО «Сбербанк России» перечислила на имя адвоката ФИО21 денежные средства в запрашиваемых адвокатом суммах. 

В свою очередь ФИО21 в период времени с января по апрель 2014 года, находясь в г. Элиста Республики Калмыкия, создав условия, необходимые для совершения преступления, будучи надлежащим образом осведомленным о намерениях ФИО2 провести на его имя денежные переводы, в целях незаконного обогащения за счет чужого имущества, реализуя свой преступный умысел на обманное завладение денежными средствами ФИО2, умышленно, то есть осознавая общественно опасный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба ФИО2 и желая их наступления, в дополнительном офисе Калмыцкого отделения ОАО «Сбербанк России» № 8579/019, расположенном по адресу: 

<

...>, получил от ФИО2 адресованные на его имя денежные переводы «Колибри», перечисленные в дробных суммах в размере 200 000 руб. от 24.01.2014 и 100 000 руб. от 09.04.2014, всего на сумму 300 000 руб., предназначенные согласно достигнутой договоренности между ФИО1 и ФИО2 с адвокатом ФИО21 для решения им незаконными способами, заключающимися в передаче последним взяток в виде денег ряду должностных лиц компетентных органов, в том числе первому заместителю прокурора г.Элиста Республики Калмыкия, вопросов в интересах своего подзащитного ФИО1, связанных с освобождением того из-под меры пресечения, связанной с изоляцией от общества, о переквалификации совершенных ФИО1 преступлений на менее тяжкие преступления, о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, а также о передаче данного уголовного дела по подследственности в правоохранительные органы Тюменской области. 

Далее в период с 29.05.2014 по 30.05.2014 ФИО2, находясь на территории г. Элиста Республики Калмыкия, будучи введенной в заблуждение адвокатом ФИО21 о наличии у последнего возможности за денежное вознаграждение ряду должностных лиц компетентных органов, в том числе первому заместителю прокурора г. Элиста Республики Калмыкия, поспособствовать освобождению ее бывшего супруга ФИО1 от уголовной ответственности, находясь в отделениях ОАО «Сбербанк России», произвела снятие с личного счета № 

<

данные изъяты>, открытого 04.09.2013 на её имя, денежных средств в общей сумме 1 000 000 руб., вырученных от продажи автомобиля 

<

данные изъяты>, принадлежащего фактически ФИО1, и предназначенных для передачи адвокату ФИО21, после чего ФИО2 прибыла в домовладение адвоката ФИО21, расположенное по адресу: 

<

адрес>, где 30.05.2014 передала данные денежные средства в сумме 1 000 000 руб. ФИО1, которому постановлением Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 23.05.2014 местом исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста определено указанное домовладение. 

В свою очередь адвокат ФИО21 30.05.2014, продолжая свои преступные действия, находясь в своем жилище, расположенном по адресу: 

<

адрес>, лично получил затем от ФИО1 оставшуюся сумму денежных средств в размере 1 000 000 руб., предназначенных, с его слов, для передачи в качестве взятки первому заместителю прокурора г.Элиста Республики Калмыкия за положительное решение вопросов об освобождении ФИО1 из-под меры пресечения, связанной с изоляцией от общества, о переквалификации совершенных ФИО1 преступлений на менее тяжкие преступления, о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, а также о передаче данного уголовного дела по подследственности в правоохранительные органы Тюменской области.

В действительности адвокат ФИО21 денежные средства кому-либо из указанных должностных лиц не передавал и передавать не собирался, а полученные от ФИО2 и ФИО1 деньги в размере 1 300 000 руб. (300 000 + 1 000 000) похитил и распорядился ими по своему усмотрению. При этом в целях сокрытия следов преступления и создания видимости оплаты за его адвокатские услуги ФИО21 в интересах ФИО1, лично внес 17.11.2014 и 18.02.2015 в кассу своего адвокатского образования денежные средства общей сумме 10 000 рублей. 

В результате преступных действий адвоката ФИО21 его подзащитному ФИО1, а также бывшей супруге последнего ФИО2 был причинен общий материальный ущерб в размере 1 300 000 рублей, что в соответствии с п. 4 примечания к ст. 158 УК РФ относится к особо крупному размеру.

Он же, ФИО21 в период с 10.09.2014 по 20.03.2015 представлял в Элистинском городском суде Республики Калмыкия интересы подсудимого ФИО1, обвиняемого в совершении двух тяжких преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 и ч. 3 ст. 159 УК РФ, по уголовному делу № 301016 (судебный № 1-7/2015), а также являвшегося фактическим руководителем ООО «РосФинанс», но официально какого-либо юридического отношения к данному обществу не имевшего.

Осенью 2014 года в процессе рассмотрения судом указанного уголовного дела адвокат ФИО21, находясь в г. Элиста Республики Калмыкия, являясь участником уголовного процесса, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий по фальсификации доказательств по уголовному делу, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде вынесения судом неправосудного приговора, ущемляющего права и законные интересы граждан и юридических лиц на доступ к правосудию, предусмотренные ч. 2 ст. 50 и ст. 52 Конституции РФ, а также желая их наступления, с целью оправдания ФИО1 либо в противном случае переквалификации его тяжких преступных деяний на преступления средней тяжести, предусмотренные ч. 3 ст. 159.4 УК РФ, санкция за совершение которых предусматривает менее строгое наказание, умышленно изготовил проект приказа генерального директора ООО «РосФинанс» ФИО3 от 29.08.2011 № 3 с внесением в него заведомо ложных сведений о том, что его подзащитный ФИО1 якобы с 29.08.2011 назначен коммерческим директором ООО «РосФинанс» и тем самым не является его фактическим руководителем, однако имеет юридическое отношение к данному обществу. 

В целях придания легальности изготовленному приказу 13.01.2015, в период с 09 часов 00 минут до 14 часов 00 минут, адвокат ФИО21, находясь в помещении Элистинского городского суда Республики Калмыкия по адресу: 

<

...> «а», обратился к ФИО3, являвшемуся в 2011 году генеральным директором ООО «РосФинанс», с просьбой за денежное вознаграждение подписать изготовленный им проект приказа № 3 от 29.08.2011, содержащий заведомо ложные сведения о назначении ФИО1 коммерческим директором ООО «РосФинанс» с 29.08.2011, что ФИО3 сделать отказался. 

10.02.2015, в период времени с 12 часов 55 минут до 13 часов 09 минут, адвокат ФИО21, находясь на автомобильной парковке перед зданием гостиницы «25 час» по адресу: 

<

...>, продолжая свои умышленные и противоправные действия, вновь обратился к ФИО3 с просьбой за денежное вознаграждение подписать вышеуказанный сфальсифицированный им приказ № 3 от 29.08.2011, что ФИО3 вновь сделать отказался.

В период с 10.02.2015 по 13.03.2015 адвокат ФИО21, находясь в г. Элиста Республики Калмыкия, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий по фальсификации доказательств по уголовному делу, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде вынесения судом неправосудного приговора, ущемляющего права и законные интересы граждан и юридических лиц на доступ к правосудию, предусмотренные ч. 2 ст. 50 и ст. 52 Конституции РФ, а также желая их наступления, дважды получив отказ ФИО3 подписать вышеуказанный проект приказа, содержащий заведомо ложные сведения, с целью реализации задуманного осуществил подделку подписи последнего в приказе № 3 от 29.08.2011 о назначении ФИО1 коммерческим директором ООО «РосФинанс», а также проставление поддельного оттиска печати указанного общества в данном документе, после чего передал его своему подзащитному ФИО1, сказав тому представить данный поддельный приказ суду по его указанию в ходе судебного процесса. 

13.03.2015, в период с 16 часов 00 минут до 17 часов 20 минут, адвокат ФИО21, являясь участником уголовного процесса, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий по фальсификации доказательств по уголовному делу о тяжком преступлении, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде вынесения судом неправосудного приговора, ущемляющего права и законные интересы граждан и юридических лиц на доступ к правосудию, предусмотренные ч. 2 ст. 50 и ст. 52 Конституции РФ, а также желая их наступления, находясь в зале судебного заседания Элистинского городского суда Республики Калмыкия по адресу: 

<

...> «а», в ходе очередного судебного заседания по уголовному делу в отношении ФИО1, заведомо зная о том, что генеральный директор ООО «РосФинанс» ФИО3 не подписывал приказ от 29.08.2011 № 3 о назначении его подзащитного коммерческим директором ООО «РосФинанс», дал устное указание своему подзащитному ФИО1 представить суду в качестве письменного доказательства стороны защиты вышеуказанный поддельный приказ и дать суду заведомо ложные показания о замещении им должности коммерческого директора ООО «РосФинанс», что последний тогда же и сделал.

После этого адвокат ФИО21, в указанные выше время и месте реализуя свой преступный умысел на фальсификацию доказательств по уголовному делу о тяжком преступлении, умышленно поддержал заявленное ФИО1 ходатайство, при этом, дал пояснения суду о том, что приказ ООО «РосФинанс» от 29.08.2011 № 3 подтверждает, что с 29.08.2011 ФИО1 стал иметь юридическое отношение к ООО «РосФинанс», поскольку был назначен коммерческим директором данного общества. 

Не прекращая своих преступных действий, 16.03.2015, в период с 10 часов 00 минут до 12 часов 14 минут, адвокат ФИО21, заведомо зная о поддельности приказа ООО «РосФинанс» от 29.08.2011 № 3 о назначении его подзащитного ФИО1 коммерческим директором ООО «РосФинанс», желая довести свой преступный умысел, направленный на вынесение судом неправосудного приговора, ущемляющего права и законные интересы граждан, юридических лиц на доступ к правосудию, предусмотренные ч. 2 ст. 50 и ст. 52 Конституции РФ, заявил суду о необходимости оправдать ФИО1, одновременно рассчитывая в случае признания ФИО1 виновным в совершении преступлений на переквалификацию судом тяжких преступных деяний последнего на преступные деяния средней тяжести, предусмотренные ч. 3 ст. 159.4 УК РФ, ссылаясь при этом на вышеуказанный поддельный приказ и мотивируя это тем, что ФИО1 был лишь коммерческим директором ООО «РосФинанс», при этом не являлся фактическим руководителем данного общества. 

На основании указанного ходатайства подсудимого ФИО1, заявленного им по указанию его защитника ФИО21, умышленно поддержавшего данное ходатайство, сфальсифицированный приказ генерального директора ООО «РосФинанс» ФИО3 от 29.08.2011 № 3, содержащий заведомо ложные сведения о назначении ФИО1 коммерческим директором ООО «РосФинанс», был в соответствии с ч. 1, 2 ст. 74 и ч. 1 ст. 84 УПК РФ приобщен судом, введенным в заблуждение адвокатом ФИО21, к материалам уголовного дела в качестве письменного доказательства стороны защиты, исследован в ходе судебного заседания и получил в приговоре Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 20.03.2015 надлежащую оценку, выраженную в признании судом доводов ФИО1 и его защитника ФИО21 о том, что ФИО1 являлся лишь коммерческим директором ООО «РосФинанс», а не фактическим руководителем данного общества, необоснованными. 

Кроме того, указанные умышленные преступные действия адвоката ФИО21, связанные с оказанием психологического давления на ФИО3 в виде настойчивых уговоров и попыток подкупа, а также с подделкой подписи последнего подорвали репутацию последнего и дискредитировали его перед другими участниками судебного процесса, тем самым причинили последнему моральный вред. 

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО21 в предъявленном ему обвинении вину не признал и показал следующее. 

С 2013 по 2015 года он осуществлял защиту ФИО1, который обвинялся по факту мошенничества и находился под стражей. За оказания услуг ему заплатили 100000 рублей, более никаких денег он не требовал и не получал. Решения вопроса об освобождении ФИО1 из-под стражи, передачи уголовного дела по подследственности в г. Тюмень, переквалификация преступлений, в которых обвинялся ФИО1, либо прекращение дела, в его компетенцию не входит. В ходе рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО1 в Элистинском городском суде он действительно встречался с ФИО3, однако вопрос о подписании приказа о назначении ФИО1 коммерческим директором ООО «РосФинанс» был инициирован лично ФИО1. Он, как защитник ФИО1, обязан был поддерживать позицию своего подзащитного. При этом, до заявления ходатайства ФИО1 о приобщении к материалам уголовного дела приказа о его назначении на должность коммерческим директором ООО «росФинанс», сам документ он не видел и ФИО1 не передавал. В судебном заседании доказательств причастности его к подделке данного документа и фальсификации доказательств по уголовному делу, не имеется. Обвинение также не представило доказательств его вины по совершению мошенничества, так как никаких сведений о ведении переговоров о получении денег и самого факта получения от ФИО1 денег, нет. При этом до настоящего времени не установлено, кому принадлежали указанные денежные средства. Кроме этого, в ходе предварительного следствия было нарушены требования закона о сборе доказательств в отношении него, так как он имеет статус адвоката и уголовно-процессуальным законом прямо регулируется проведения определенных следственных действий в отношении адвоката, которые были нарушены. 

Исследовав материалы дела, оценив все собранные по делу доказательства в совокупности, суд считает, что вина подсудимого ФИО21 в совершении инкриминируемых ему преступлений, полностью установлена и нашла свое подтверждение.

Вина ФИО21 в мошенничестве в особо крупном размере подтверждается следующими доказательствами

Заявлениями ФИО1 от 06.04.2017, 14.04.2017 и 18.12.2017, согласно которым адвокат ФИО21 совершил в отношении него мошеннические действия (т. 2 л.д. 185,188, т. 5 л.д. 7).

Показаниями потерпевшего ФИО1 согласно которым примерно в сентябре 2013 года его задержали сотрудники МВД по Республике Калмыкия на территории г. Тюмень Тюменской области по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 и ч. 3 ст. 159 УК РФ, после чего доставили в г. Элиста Республики Калмыкия, где ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Когда он находился под стражей в следственном изоляторе в сентябре 2013 года, к нему прибыл адвокат ФИО21, который сказал, что по просьбе его родственников будет представлять его интересы по уголовному делу. 

Он лично с ФИО21 каких-либо письменных соглашений не заключал. Насколько он знает, было устное соглашение, которое было заключено между родственниками ФИО2, его матерью с одной стороны и адвокатом ФИО21 с другой стороны. На какую сумму было заключено соглашение, ему неизвестно. ФИО21, регулярно навещая его в следственном изоляторе в период с 2013 по 2014 года, сообщал, что договорился с ФИО2 о том, что та перечислит ему деньги в сумме 300 000 рублей и эти деньги нужны тому для решения вопросов о его освобождении из-под стражи, переквалификации преступлений, в которых он обвинялся, на менее тяжкие, чтобы в случае, если его осудят, то он получит мягкое наказание, а в лучшем случае для решения вопроса о прекращении уголовного дела. При этом говорил, что на сей счет у того имеются с кем-то договоренности, с кем именно, не говорил, каким образом хотел решить данные вопросы ФИО21, ему не говорил.

Далее весной 2014 года он, находясь в следственном изоляторе г. Элиста, узнал от ФИО21, что ФИО2 по системе банковских переводов Сбербанка России «Колибри» двумя переводами перечислила 300 000 рублей, для решения вопросов. 

Далее весной 2014 года к нему в следственный изолятор прибыл ФИО21 и сообщил, что для решения вопроса о его освобождении из-под меры пресечения, переквалификации преступлений, в которых он обвинялся, на менее тяжкие, чтобы в случае, если его осудят, то он получит мягкое наказание, а в лучшем случае для решения вопроса о прекращении уголовного дела либо передачи уголовного дела в отношении него в Тюменскую область, тому нужны еще деньги в сумме 1 000 000 рублей. ФИО21 созвонился с ФИО2 и та дала согласие привезти эту сумму денег. Он, всецело доверяя адвокату ФИО21 как местному жителю, думая, что тот обладает определенным авторитетом в государственных органах и имеет там связи, согласился с ним. 

23.05.2014 судом в отношении него была изменена мера пресечения с заключения под стражу на домашний арест и по договоренности с адвокатом ФИО21 он проживал у последнего по адресу: 

<

адрес>. 

В конце мая 2014 года из г. Тюмень к нему приехала ФИО2 и сообщила, что продала по цене более 1 млн. рублей автомобиль 

<

данные изъяты>, который был записан на её сестру ФИО5, но фактически принадлежал ему и данные деньги находятся у нее на счету в банке. Далее ФИО2 в течение двух дней сняла частями в банкоматах и отделениях Сбербанка России г. Элисты Республики Калмыкия вышеуказанные денежные средства в сумме 1 000 000 рублей. Данные денежные средства ФИО2 передала ему, а он передал их ФИО21 в его домовладении по адресу: 

<

адрес>. Каких-либо расписок о получении денежных средств ФИО21 не составлялось, поскольку он и ФИО2 полностью доверяли этому адвокату. 

В итоге ФИО21 не выполнил свои обещания, и уголовное дело в отношении него было направлено в Элистинский городской суд Республики Калмыкия, где он был осужден к реальному длительному сроку лишения свободы. 

Протоколом очной ставки между обвиняемым ФИО21 и потерпевшим ФИО1 от 08.05.2018 г., согласно которому последний подтвердил ранее данные им показания (т. 8 л.д. 202-208). 

Оглашенными показаниям потерпевшей ФИО2 от 08.05.2018 г. и 24.10.2018 г., согласно которым, примерно в сентябре 2013 года сотрудники МВД по Республике Калмыкия задержали ее бывшего супруга ФИО1 по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 и ч. 3 ст. 159 УК РФ, на территории г. Тюмень, после чего доставили в г. Элиста Республики Калмыкия, где ему судом была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. В сентябре 2013 года она и ее отец ФИО4 через своих знакомых нашли адвоката ФИО21, созванивались с ним по абонентскому номеру 

<

данные изъяты>, в результате чего тот принял на себя поручение защищать интересы ФИО1 Лично с ФИО21 каких-либо письменных соглашений она не заключала. На какую сумму было заключено соглашение, ей неизвестно.

ФИО21 практически сразу как вступил в дело, в телефонном режиме, а также посредством звонков в интернет программе «Скайп» просил перечислить ему деньги в сумме 300 000 рублей для решения вопросов об освобождении ФИО1 из-под стражи, переквалификации преступлений, в которых тот обвинялся, на менее тяжкие, чтобы в случае, если его осудят, то он получит мягкое наказание, а в лучшем случае для решения вопроса о прекращении уголовного дела. При этом ФИО21 говорил, что у него имеются с кем-то договоренности, при этом, с кем именно не говорил, каким образом он хотел решить данные вопросы, он ей также не говорил. Она, всецело доверяя адвокату ФИО21 думая, что он обладает определенным авторитетом в государственных органах и имеет там связи, согласилась с ним, после чего перечислила ему денежные средства в сумме 320 000 рублей, по системе банковских переводов Сбербанка России «Колибри», 20 000 рублей из которых предназначались для содержания ФИО1 в следственном изоляторе г. Элисты. В дальнейшем, ФИО21 в телефонном режиме стал говорить ей, что для решения указанных вопросов, а также для передачи уголовного дела в отношении ФИО1 в Тюменскую область, нужны еще деньги в сумме 1 000 000 рублей. Доверяя адвокату ФИО21, она дала согласие привезти эту сумму денежных средств. 23.05.2014 судом в отношении ФИО1 была изменена мера пресечения с заключения под стражу на домашний арест и по договоренности с адвокатом ФИО21 он проживал у последнего по адресу: 

<

адрес>. В целях сбора необходимой суммы в размере 1 000 000 рублей она продала по цене более 1 млн. рублей автомобиль 

<

данные изъяты>, который формально был записан на ее сестру ФИО5, но фактически принадлежал ФИО1. В сведениях ГИБДД указана стоимость данного автомобиля в размере 700 000 рублей, однако фактически автомобиль был продан по цене более 1 000 000 рублей. Вырученные от продажи автомобиля денежные средства она поместила к себе на банковский счет. В конце мая 2014 года она из г. Тюмень прибыла в г. Элиста Республики Калмыкия, где стала проживать в домовладении ФИО21 по адресу: 

<

адрес>. Она сразу же сообщила ФИО1 о том, что продала по цене более 1 млн. рублей автомобиль 

<

данные изъяты> и данные деньги находятся у нее на счету в банке. Далее она в течение двух дней сняла частями в банкоматах и отделениях Сбербанка России г. Элисты Республики Калмыкия вышеуказанные денежные средства в сумме 1 000 000 рублей. Данные денежные средства она передала лично ФИО1. Со слов ФИО1 она знает, что тот передал денежные средства в сумме 1 000 000 рублей лично ФИО21 в его домовладении по адресу: 

<

адрес>. ФИО21 говорил, что эти деньги нужны ему для решения вышеуказанных вопросов, а не для его гонорара (вознаграждения). Указанная сумма 1 000 000 рублей принадлежала ФИО1, поскольку реализованный автомобиль 

<

данные изъяты> принадлежал фактически ему. Каких-либо расписок о получении денежных средств ФИО21 не составлялось, поскольку она и ФИО1 полностью доверяли этому адвокату(т.8 л.д. 189-192; т. 12 л.д. 129-134).

Протоколами очных ставок между обвиняемым ФИО21 и потерпевшей ФИО2, в ходе которых последняя подтвердила ранее данные ею показания (т. 8 л.д. 209-213, 218-221).

Показаниями свидетеля ФИО4, из которых следует, что он проживает в г. Тюмень и является отцом ФИО2. Интересы бывшего супруга ФИО2 - ФИО1 по уголовному делу, представлял адвокат ФИО21 которого он нашел через своих знакомых. Соглашение с адвокатом ФИО21 об оказании юридической помощи ФИО1, он не заключал. За оказание услуг ФИО21 были переведены 300 000 рублей. Затем ФИО21 запросил еще 1000 000 рублей, для решения вопросов об освобождении ФИО1 из-под стражи, передачи уголовного дела по подсудности в г. Тюмени, а затем за прекращение уголовного дела. При этом ФИО21 заверял, что может решить вопрос о прекращении уголовного преследования ФИО1. Со слов ФИО2 ему известно, что 1000000 рублей, она передала ФИО21 

Оглашенными показаниями свидетеля ФИО5 от 02.07.2018 г., согласно которым она является родной сестрой ФИО2. ФИО21, представляющего интересы ФИО1, она видела дважды, когда тот разговаривал с ФИО2 посредством использования сети «Скайп». Автомобиль 

<

данные изъяты> был оформлен на неё формально. Автомобилем распоряжалась ФИО2 Вырученные от продажи автомобиля денежные средства забрала ФИО2 и уехала в г. Элисту для встречи с ФИО21 Также ей известно, что ФИО2 производила переводы денежных средств ФИО21 (т. 9 л.д. 202-205).

Показаниями свидетеля ФИО6, из которых следует, что с апреля 2014 по ноябрь 2015 года он работал первым заместителем прокурора г. Элисты и он осуществлял процессуальный контроль за деятельностью следователем УМВД по г. Элисте. В производстве следователей находилось уголовной дело по обвинению ФИО1 по факту мошеннических действий. Защиту ФИО1 осуществлял адвокат ФИО25, который к нему с просьбами в отношении ФИО1 никогда не обращался. 

Показаниями свидетеля ФИО7, согласно которым с 2013 года он работает в должности главного бухгалтера Калмыцкой республиканской коллегии адвокатов. Адвокат ФИО21 оказывал юридическую помощь ФИО1 в связи с чем, в кассу коллегии адвокатов были приняты денежные средства в общей сумме 10000 рублей, о чем были составлены соответствующие документы. 

Показаниями свидетелей ФИО8 и ФИО9 в 2013 году они работали в ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Калмыкия и осуществляли контроль за лицами, в отношении которых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. ФИО1 содержался в доме ФИО25 по адресу: 

<

адрес>. 

Показаниями свидетеля ФИО10, из которых следует, что ранее она состояла в должности следователя СЧ СУ МВД по Республике Калмыкия. В 2014 году в её производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО1 и других лиц по факту хищения государственных средств. В отношении ФИО1, судом была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая в последующем изменена на домашний арест. В рамках расследования уголовного дела от стороны защиты неоднократно поступали письменные ходатайства о переквалификации действий ФИО1 со ст. 159 на ст. 159.4 УК РФ, о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1, о направлении уголовного дела для дальнейшего расследования в Тюменскую область. Данные ходатайства в ходе следствия были рассмотрены, и в их удовлетворении было отказано. В ходе расследовании дела сведений о том, что ФИО1 является коммерческим директором фирмы, не имелось, стороной защиты также никаких документов не приобщалось. 

Протоколом выемки от 23.12.2017 г., согласно которому в помещении УФСБ России по Тюменской области изъяты заявления в Тюменское отделение № 29 дополнительного офиса № 29/0056 Западно-Сибирского банка ПАО «Сбербанк России» о денежном переводе по системе платежей «Колибри» от 24.01.2014; кассовый чек от 24.01.2014 на сумму 201 000 рублей; заявление о денежном переводе по системе платежей «Колибри» от 09.04.2014; кассовый чек от 09.04.2014 на сумму 101 000 рублей; кассовый чек от 13.01.2014 на сумму 20 990 рублей (т. 4 л.д. 173-179). 

Протоколом осмотра предметов и документов от 10.01.2018 г., согласно которому произведен осмотр документов изъятых у ФИО2, которые в последствие признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств: 

- кассового чека на сумму 20 990 рублей от 13.01.2014 г. от ФИО2 по денежному переводу «Колибри» на имя ФИО21

- заявления ФИО2 в Тюменское отделение № 29 допофиса № 29/0056 Западно-Сибирского банка «Сбербанк России» о денежном переводе по системе платежей «Колибри» от 24.01.2014, в сумме 200000 рублей ФИО21 

- кассового чека на сумму 201 000 рублей от 24.01.2014 от ФИО2 по денежному переводу «Колибри» ФИО21 

- заявления ФИО2 о денежном переводе по системе платежей «Колибри» от 09.04.2014, о денежном переводе 100 000 рублей ФИО21 

- кассового чека на сумму 101 000 рублей, согласно которому 09.04.2014 от ФИО2 по денежному переводу «Сбербанк «Колибри» ФИО21 (т. 5, л.д. 111-141).

Информацией ПАО «Сбербанк России» от 27.04.2017, согласно которой ФИО21 получил в отделениях ПАО «Сбербанк» на территории г. Элиста от ФИО2 денежные средства посредством использования системы переводов «Колибри» в следующих суммах: 13.01.2014 в сумме 20 680 рублей; 24.01.2014 в сумме 200 000 рублей; 09.04.2014 в сумме 100 000 рублей (т. 7 л.д. 228-231)

Протоколом выемки от 14.06.2018 г., согласно которому в помещении Калмыцкого отделения № 8579 ПАО «Сбербанк России» по адресу: 

<

...>, произведена выемка документов: заявление о выплате денежного перевода «Колибри» от 13.01.2014 от имени обвиняемого ФИО21; расходный кассовый ордер № 271 от 13.01.2014, согласно которому обвиняемый ФИО21 получил 20 680 рублей; заявление о выплате денежного перевода «Колибри» от 09.04.2014 от имени обвиняемого ФИО21; расходный кассовый ордер № 243 от 09.04.2014, согласно которому обвиняемый ФИО21 получил 100 000 рублей (т. 9 л.д. 56-66). 

Протоколом осмотра документов от 27.10.2018 г., согласно которому произведен осмотр документов, изъятых 14.06.2018 в ходе выемки в Калмыцком отделении ПАО № 8579 «Сбербанк России», которые в последующем признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств: 

-заявление о выплате денежного перевода «Колибри» от 13.01.2014 от имени ФИО21 В заявлении ФИО21 просит выплатить ему денежный перевод, поступивший на его имя, и сообщает контрольный номер перевода: 127618054. 

- расходный кассовый ордер № 271 от 13.01.2014, согласно которому обвиняемый ФИО21 получил 20 680 рублей. В графе: «Указанную в ордере сумму получил» имеется рукописная подпись, выполненная от имени ФИО21; 

- заявление о выплате денежного перевода «Колибри» от 09.04.2014 от имени обвиняемого ФИО21 В заявлении ФИО21 просит выплатить ему денежный перевод, поступивший на его имя, и сообщает контрольный номер перевода: 129136353. В заявлении имеется рукописная подпись, выполненная от имени ФИО21; 

- расходный кассовый ордер № 243 от 09.04.2014, согласно которому обвиняемый ФИО21 получил 100 000 рублей. В графе: «Указанную в ордере сумму получил» имеется рукописная подпись, выполненная от имени ФИО21 (т. 9 л.д. 122-133).

Заключением эксперта от 23.07.2018 г. № 32/52-34, согласно которому рукописные записи и подписи от имени ФИО21 в расходном кассовом ордере № 271 от 13.01.2014г. на сумму 20 680 рублей, в заявлении о выплате денежного перевода «Колибри» от 13.01.2014г.; в расходном кассовом ордере № 243 от 09.04.2014г. на сумму 100 000 рублей, в заявлении о выплате денежного перевода «Колибри» от 09.04.2014г., выполнены ФИО21 (т. 9 л.д. 98-111).

Показаниями специалиста ФИО11 от 16.10.2018, согласно которым она является заместителем руководителя дополнительного офиса № 8579/0019 Калмыцкого отделения ПАО «Сбербанк России» № 8579. При обращении в отделение ПАО «Сбербанк России» получатель перевода «Колибри» должен предъявить контрольный номер перевода, а также предъявить документ, удостоверяющий личность. Иное лицо не может получить денежный перевод. 

Выпиской по банковскому счету № 

<

данные изъяты>, открытому 04.09.2013г. на имя потерпевшей ФИО2, согласно которой 26.05.2014г. произведено поступление на карту в сумме 1 080 000 руб. в отделении ПАО «Сбербанк России» на территории г. Тюмень Тюменской области. В период с 29.05.2014 по 30.05.2014 с данного счета в банкоматах и отделениях ПАО «Сбербанк России» на территории г. Элисты Республики Калмыкия произведено обналичивание средств в общей сумме 1 020 000 руб. (150 000, 150 000, 150 000, 150 000, 150 000, 235 000 и 35 000) с указанием наименования устройств самообслуживания: АТМ 601601, АТМ 601603, АТМ 374604, АТМ 374605 (т.7 л.д. 224-225)

Письмами Калмыцкого отделения ПАО «Сбербанк России» № 8579 от 16.10.2018 г. и от 25.10.2018 г., согласно которым по состоянию на 2014 год устройства самообслуживания были зарегистрированы в следующих дополнительных офисах Калмыцкого отделения ПАО «Сбербанк России» №8579: АТМ 601601, АТМ 601603 – 

<

...>, дополнительный офис № 8579/024, АТМ 374604, АТМ 374605 – 

<

...> «а» дополнительный офис № 8579/019 (т.12 л.д. 78, 79).

Письмом Калмыцкой республиканской коллегии адвокатов от 21.11.2017г., согласно которому в связи с оказанием юридической помощи ФИО1, адвокатом ФИО21 были внесены в кассу данного адвокатского образования деньги в сумме 5 000 рублей (приходно-кассовый ордер № 875 от 17.11.2014) и 5 000 рублей (приходно-кассовый ордер № 86 от 18.02.2015). (т. 4 л.д. 63).

Протоколом обыска от 21.11.2017г., согласно которому в здании Калмыцкой республиканской коллегии адвокатов, расположенном по адресу: 

<

...>, изъяты: регистрационная карточка № 11 от 17.11.2014г. соглашения № 9 от 17.11.2014г. с доверителем ФИО1 и адвокатом ФИО21, приходный кассовый ордер № 875 от 17.11.2014г. на имя ФИО1, регистрационная карточка № 4 от 18.02.2018г. соглашения № 01 от 13.01.2015г. с доверителем ФИО1 и адвокатом ФИО21, приходный кассовый ордер № 86 от 18.02.2015г. на имя ФИО1 (т. 3 л.д. 224-229).

Протоколом осмотра предметов и документов от 10.01.2018г., согласно которому осмотрены документы, изъятые в ходе обыска 21.11.2017 г., в Калмыцкой республиканской коллегии адвокатов (т. 5 л.д. 111-141).

Заключением эксперта № 32/52-33 от 17.07.2018г., согласно которому рукописные записи и подписи от имени ФИО21, в регистрационной карточки № 11 от 17.11.2014 соглашения № 9 от 17.11.2014, в регистрационной карточки № 4 от 18.02.2015 соглашения № 1 от 13.01.2015, выполнены ФИО21 (т.5 л.д. 162-176)

Протоколом обыска от 21.11.2017 г., согласно которому в жилище ФИО21 изъят мобильный телефон марки «Samsung» модели «GT-S3600» (т. 4 л.д. 8-14).

Протоколом осмотра предметов и документов от 10.01.2018 г., согласно которому произведен осмотр мобильного телефона марки «Samsung» модели: «GT-S3600 i», который признан и приобщен в качестве вещественного доказательства по делу, в котором имеются следующие записи: «ФИО13» с номером «

<

данные изъяты>», «ФИО14» с номером «+

<

данные изъяты>», «ФИО2» с номером «+7 

<

данные изъяты>» (т. 5 л.д. 111-113, 140-141). 

Протоколом осмотра документов от 04.10.2018г., согласно которому произведен осмотр личного дела № 7/14, заведенного ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Калмыкия на имя ФИО1, в отношении которого постановлением Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 23.05.2014 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста и с указанием мест исполнения меры пресечения: 

<

адрес> (ФИО25); 

<

адрес>, на адрес: 

<

адрес>; 

<

адрес>; 

<

адрес>. (т. 7 л.д. 1-121).

Показаниями свидетеля ФИО12, согласно которым он в период с мая 2013 года по март 2014 года содержался под стражей в СИЗО № 1 УФСИН России по Республике Калмыкия в одной камере с ФИО1 интересы которого защищал адвокат ФИО21 Со слов ФИО1 ему известно, что ФИО21 обещал, что тот скоро выйдет из СИЗО № 1 на свободу и дело передадут в Тюмень. Через некоторое время ФИО1 говорил, что ФИО21 обманывал его в плане денежных отношений. 

Письмом ФКУ «СИЗО № 1 УФСИН России по Республике Калмыкия от 23.10.2018г., согласно которому на лицевой счет ФИО1 для приобретения товаров в магазине учреждения 16.01.2014г. поступили 15000 рулей от ФИО21(т. 12 л.д. 160-162). 

Письмом ОГИБДД МВД по Республике Калмыкия от 18.05.2018г., согласно которому на имя ФИО5 в период с 29.10.2013 по 21.02.2014 был зарегистрирован автомобиль 

<

данные изъяты> (т. 9 л.д. 20-31). 

Протоколом осмотра документов от 02.10.2018г., согласно которому в помещении Элистинского городского суда Республики Калмыкия произведен осмотр материалов уголовного дела № 301016 (номер, присвоенный в суде: 1-7/2015), возбужденного 29.05.2013 в отношении ФИО1 по ч. 4 ст. 159 и ч. 3 ст. 159 УК РФ, и в отношении ФИО15 по ч. 4 ст. 159 УК РФ. Интересы ФИО1 с 20.09.2013 защищал адвокат ФИО21 (т. 10 л.д. 86-252, т. 11 л.д. 1-80).

Письмом Адвокатской палаты Республики Калмыкия от 22.09.2017г., согласно которому адвокат ФИО21 состоит в реестре Адвокатской палаты Республики Калмыкия (реестровый № 08/271) с 17.09.2004 и осуществляет свою деятельность в адвокатском образовании – Калмыцкая республиканская коллегия адвокатов (т. 3 л.д. 63).

Письмом Калмыцкой республиканской коллегии адвокатов от 21.11.2017г., согласно которому соглашение между адвокатом ФИО21 и ФИО1 в данное адвокатское образование не предоставлялось (т. 3 л.д. 230).

Протоколом судебного заседания по делу № 1-258/2014 от 24.09.2014г., согласно которому адвокат ФИО21 заявил ходатайство об изменении территориальной подсудности уголовного дела в отношении ФИО1 (стр. 9) (т. 1 л.д. 57-63).

Протоколом судебного заседания по делу № 1-258/2014 от 11.11.2014, согласно которому адвокат ФИО21 заявил ходатайство о переквалификации совершенных ФИО1 преступлений с ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ на ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (стр.9) (т.1 л.д. 76-81).

Письмом Управления Министерства юстиции РФ по Республике Калмыкия от 02.10.2018, согласно которому, распоряжением управления от 27.09.2004 № 221 в реестр адвокатов Республики Калмыкия внесены сведения об адвокате Бургустинове С.Э., присвоен регистрационный № 08/271 ) (т. 11 л.д. 82).

Письмом Калмыцкой республиканской коллегии адвокатов от 07.05.2018, согласно которому соглашения между адвокатом ФИО21 и ФИО1, ФИО13, ФИО14, ФИО2, ФИО4 в Калмыцкую республиканскую коллегию адвокатов не предоставлялись (т. 8. л.д. 180).

Письмо УМВД России по г. Элисте от 24.10.2018, согласно в 2014 году ФИО1 имел 4 свидания с адвокатом ФИО21, свиданий с родственниками и иными близкими лицами не имел (т. 12 л.д. 154-155).

Письмо ФКУ «СИЗО № 1 УФСИН России по Республике Калмыкия от 22.10.2018, согласно которому ФИО1 в период нахождения под стражей в период с 2013 по 2014 годы имел 11 свиданий с адвокатом ФИО21, свиданий с родственниками и иными близкими лицами не имел (т. 12 л.д. 157-158).

Вина ФИО21 в фальсификации доказательств по уголовному делу подтверждается следующими доказательствами:

Заявлением ФИО3 от 29.11.2017 года, о преступных действиях ФИО21 (т. 4 л.д. 190).

Показаниями потерпевшего ФИО3, согласно которым, в начале 2015 года он прибыл в Элистинский городской суд Республики Калмыкия в качестве свидетеля по уголовному делу в отношении ФИО1 и ФИО15, по факту мошенничества. Перед началом судебного заседания к нему подошел мужчина, который представился адвокатом ФИО21, осуществляющим защиту ФИО1 и стал просить его подписать задним числом приказ о назначении ФИО1 на должность коммерческого директора ООО «РосФинанс». За его помощь ФИО21 предложил покрыть все расходы. Также, ФИО21 пояснил, что данный приказ необходим для суда с целью переквалификации на более мягкую статью и назначения более мягкого наказания ФИО1. Он ответил отказом. Весь разговор он записывал на телефон. После судебного заседания он обратился к сотрудникам УФСБ России по Республике Калмыкия с заявлением по данному факту, и они предложили ему поучаствовать в оперативно-розыскных мероприятиях. В феврале 2015 года он встретился с адвокатом ФИО21, который вновь попросил его подписать поддельный приказ, за что ФИО21 предлагал компенсировать все его затраты и расходы. На данное предложение он также ответил отказом. Приказ, который ФИО21 предлагал подписать, он видел, печати и подписи на нем не было. Никакого приказа о назначении ФИО1 он никогда не подписывал и не изготавливал. 

Протокол очной ставки между потерпевшим ФИО3 и обвиняемым ФИО21 от 20.12.2017 года, согласно которому ФИО3 подтвердил данные им показания (т. 5 л.д. 44-48). 

Заявлениями ФИО1 от 06.04.2017 г., 14.04.2017 г. и 18.12.2017 г., согласно которым ходатайство о приобщении к материалам уголовного дела поддельного приказа ООО «РосФинанс» № 3 от 29.08.2011, он заявил по указанию адвоката ФИО21 (т. 2 л.д. 185,188, т. 5 л.д. 7) 

Показания свидетеля ФИО1, согласно которым ООО «РосФинанс» было зарегистрировано на ФИО3. Он к деятельности ООО «РосФинанс» имел непосредственное отношение, осуществлял от его имени финансово-хозяйственную деятельность. ФИО3 был номинальным директором данного общества. Находясь в суде, перед допросом ФИО3, ФИО21 попросил того подписать приказ о назначении его в ООО «РосФинанс» на должность коммерческого директора. Данный приказ давал возможность переквалифицировать преступления в котором он обвинялся. ФИО3 отказался подписывать приказ. В дальнейшем, подложный приказ им был представлен в судебное заседание по указанию ФИО21 Сам приказ ему передал ФИО25 до начала судебного заседания. 

Протоколом очной ставки между ФИО1 и ФИО21 от 20.12.2017 г., согласно которому ФИО1 подтвердил данные им показания (т. 5 л.д. 35-42). 

Показаниями свидетеля ФИО16, из которых следует, что в марте 2015 года она принимала участие в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО15 в качестве секретаря судебного заседания. 13.03.2015 года в судебном заседании подсудимым ФИО1 было заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела приказа ООО «Росфинанс» о назначении его на должность коммерческого директора. Ходатайство было вынесено на обсуждение сторон, адвокат ФИО21 поддержал ходатайство и пояснил, что данный приказ подтверждает юридическое отношение ФИО1 к ООО «Росфинанс». Суд ходатайство удовлетворил, приобщил приказ к материалам дела. 

Показаниями свидетеля ФИО17, согласно которым в период с 2014 по 2015 годы он поддерживал государственной обвинение в Элистинском городском суде по уголовному делу по обвинению ФИО1, защиту которого осуществлял адвокат ФИО25. 13.03.2015 года, в ходе судебного заседания подсудимым ФИО1 было заявлено ходатайство о приобщении к материалам уголовного дела приказа ООО «РосФинанс» № 3 от 29.08.2011 о назначении его на должность коммерческого директора данного общества. ФИО21 поддержал заявленное ФИО1 ходатайство. Данный приказ был приобщен к материалам дела. 

Показаниями свидетеля ФИО18, из которых следует, что она сдавала в аренду квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, ФИО1, При ней, компьютерной техники, оргтехники и доступа в сеть Интернет в квартире не было. 

Показаниями свидетелей ФИО8 и ФИО9 в 2013 году они работали в ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Калмыкия и осуществляли контроль за лицами, в отношении которых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. ФИО1 содержался в доме ФИО25 по адресу: 

<

адрес>. В последующем на основании решения Элистинского городского суда место исполнения меры пресечения в виде домашнего неоднократно менялось. Какой-либо техники у ФИО1 они не видели. Принтеров, копировальных устройств и других похожих устройств, а также выхода в сеть Интернет у ФИО1 не имелось. 

Показаниями свидетеля ФИО19 который сообщил, что в его производстве находилось уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3, ч.4 ст. 159 УК РФ. В сентябре 2013 года ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ФИО1 в ООО «РосФинанс» официально никем не являлся, но фактически руководил им. ФИО3 являлся номинальным учредителем и генеральным директором ООО «Росфинанс», деятельность не осуществлял. В ходе следствия изымались документы ООО «Росфинанс». Приказов о внутренних перемещениях, назначениях обвиняемого ФИО1 на различные должности ООО «Росфинанс» не имелось.

Показания свидетеля ФИО20, согласно которым он с 2013 года состоит в должности оперуполномоченного УФСБ России по Республике Калмыкия. 05.03.2015 им по результатам проведения оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» в отношении адвоката ФИО21 составлена справка-меморандум и видеофайл «10.02.2015» записан на компакт-диск формата «DVD-R», рег. № 140/2324 от 05.03.2015. 

Актом оперативно – розыскного мероприятия «исследование предметов и документов» от 09.02.2015г., согласно которому был исследован принадлежащий ФИО3 мобильный телефон «iPhone 4S», в памяти которого обнаружены аудиофайлы: «Новая запись.m4a» и «Новая запись 2.m4a», которые скопированы на флеш-карту (т.1 л.д. 22-23). 

Актом оперативно-розыскного мероприятия «исследование предметов и документов» от 12.02.2015 г., согласно которому произведено исследование и осмотр флеш-карты с аудиофайлами: «Новая запись.m4a» и «Новая запись 2.m4a» (т. 1 л.д. 29-42).

Протоколами осмотра и прослушивания фонограммы от 28.07.2015 г. и 21.11.2018 г., согласно которым произведен осмотр аудиофайлов: «Новая запись.m4a», «Новая запись 2.m4a», содержащихся на флеш-карте., которая признана и приобщена в качестве вещественного доказательства, из которых следует, что ФИО25 уговаривает ФИО3 за вознаграждение подписать приказ о назначении ФИО1 коммерческим директором (т. 2 л.д. 38-48, 55-56, т. 13 л.д. 65-76) 

Заключением эксперта от 25.11.2016 № 255/16, согласно которому в высказываниях ФИО21, содержащихся в файле «Новая запись 2» на представленном на исследовании USB флеш-накопителе, содержатся признаки побуждения ФИО3 помочь ФИО1, подписать документ о назначении ФИО1 коммерческим директором, задним числом и уехать после заседания суда. В разговоре, зафиксированном в файле «Новая запись 2» в представленном на исследование USB флеш-накопителе, установлено следующее положение дел: ФИО3 является свидетелем, который давал определенные показания, и его «вызвали» для того, чтобы снова дать показания в суде. ФИО21 являющийся адвокатом ФИО1, просит ФИО3 помочь ФИО1, подписав документ, датированный прошедшим числом, о назначении ФИО1 коммерческим директором. ФИО3 отвечает отказом. Дело, по которому ведется судебное разбирательство, имеет отношение к некой «фирме», к которой причастны ФИО1 и другие лица. От показаний и действий ФИО3 зависит мера наказания для ФИО1. Отношения между ФИО3 и ФИО21 иерархические. ФИО21 реализует направляющую роль в коммуникативной ситуации и роль ретранслятора, ФИО3 – роль исполнителя и выражает отказ выполнить указание и просьбу ФИО1 (т. 2 л.д. 124-134). 

Заключение эксперта № 32/77-37 от 14.08.2018 г., согласно которому на фонограммах представленных аудиозаписей, содержащихся на флеш-карте, полученной у ФИО3 09.02.2015 г. имеется устная речь, принадлежащая ФИО21, признаков монтажа или иных изменений, внесенных в процессе записи и позднее, не имеется (т. 6 л.д. 189-238).

Актом выдачи технических средств от 10.02.2015 г., согласно которому сотрудником УФСБ России по Республике Калмыкия выдано ФИО3 специальное техническое средство для скрытой аудио- и видеозаписи (т. 1 л.д. 27). 

Актом изъятия технических средств от 10.02.2015 г., согласно которому сотрудником УФСБ России по Республике Калмыкия изъято у ФИО3 ранее выданное специальное техническое средство (т. 1 л.д. 28).

Справкой-меморандумом по результатам оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» от 05.03.2015, согласно которой в отношении в отношении адвоката ФИО21 проведено оперативно-розыскное мероприятие «Наблюдение», по результатам которого получена видеозапись его встречи с ФИО3, состоявшейся 10.02.2015 в период времени с 12 час. 55 мин. по 13 час. 09 мин. на автомобильной парковке перед зданием гостиницы – кафе «25 час», расположенной по адресу: 

<

...> (т. 1 л.д. 43-48). 

Справкой-меморандумом по результатам оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» с использованием технических средств от 07.05.2018, согласно которой в ходе ОРМ получены видеозаписи встречи ФИО3 с ФИО21, на автомобильной парковке перед зданием гостиницы кафе «25 час», расположенной по адресу: 

<

...>, 10.02.2015 в период времени примерно с 12 час. 55 мин. по 13 час. 09 мин (т. 8 л.д. 24-29). 

Протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от 28.10.2018 г., согласно которому произведен осмотр компакт–диска с регистрационным № 140/2322 от 05.03.2015, компакт – диска с регистрационным № 140/2324 от 05.03.2015. которые признаны и приобщены в качестве вещественного доказательства, из которых следует, что ФИО25 уговаривает ФИО3 подписать приказ о назначении ФИО1 коммерческим директором (т. 8 л.д. 163-176, 177-178, т. 2 л.д. 55-56)

Заключением эксперта № 32/77-37 от 14.08.2018г., согласно которому на фонограмме представленной видеозаписи, содержащейся на компакт-диске № 140/2324 формата DVD-R, полученной в ходе ОРМ «Наблюдение», проведенного 10.02.2015 сотрудниками УФСБ России по Республике Калмыкия, имеется устная речь, принадлежащая ФИО21 (т. 6 л.д. 189-238) 

Заключением эксперта от 30.11.2016 г. № 255/17, согласно которому в высказываниях ФИО21, содержащихся в разговоре, зафиксированном на предоставленном компакт-диске формата «DVD-R» c регистрационным № 140/2324 от 05.03.2015, в видеофайле «10.02.2015», содержатся признаки побуждения ФИО3 ответить на вопрос, заданный ранее, о своем согласии помочь неким лицам, обозначенным в разговоре как «они», «ФИО15», «ФИО1», совершив такие действия, как подписать определенный документ и сказать в суде о том, что он забыл о том, подписывал ли он данный документ, а также отключить телефон и не приезжать на суд. Отношения между ФИО3 и ФИО21 – иерархические (т. 2 л.д. 109-118) 

Заключением эксперта № 32/81-3 от 03.06.2018 г., согласно которому представленные на исследование видеозаписи под названиями «RECO0008.MOV» и «RECO0009.MOV», полученные в ходе ОРМ «Наблюдение» 10.02.2015 г., признаков монтажа не имеют (т. 8 л.д. 56-63).

Заключением эксперта № 32/77-38 от 16.08.2018, согласно которому на фонограмме разговора, зафиксированной в видеофайлах «RECO0008», «RECO0009», содержащихся на компакт-диске с регистрационным № 140/2322, имеется устная речь обвиняемого ФИО21 (т. 8 л.д. 74-119). 

Справкой-меморандумом по результатам ОРМ «Наблюдение» с использованием технических средств от 07.05.2018 г., согласно которой в ходе ОРМ получена фонограмма разговора ФИО3 с ФИО21, состоявшегося на автомобильной парковке перед зданием гостиницы кафе «25 час», расположенной по адресу: 

<

...>, 10.02.2015 в период времени примерно с 12 час. 55 мин. по 13 час. 09 мин. (т. 8 л.д. 17-23). 

Протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от 28.10.2018 г., согласно которому произведен осмотр компакт-диска формата «CD-RW» с регистрационным № 140/2323 от 05.03.2015 с файлом «WS_30008» с разговором ФИО21 и ФИО3, который признан и приобщен в качестве вещественного доказательства, в котором ФИО25 уговаривает ФИО3 подписать прошедшим чеслом приказ о назначении ФИО1 коммерческим директором фирмы (т. 8 л.д. 153-160).

Заключением эксперта № 32/77-38 от 16.08.2018г., согласно которому на фонограмме разговора, зафиксированной в аудиофайле «WS_30008», содержащейся на компакт-диске с регистрационным № 140/2323, имеется устная речь ФИО21, признаков монтажа или иных изменений, внесенных в процессе записи или позднее, не имеется (т. 8. л.д. 74-119).

Справкой-меморандумом по результатам ОРМ «Наблюдение» от 07.05.2018г., согласно которой в ходе ОРМ получены фотофайлы встречи ФИО3 с ФИО21, состоявшейся на автомобильной парковке перед зданием гостиницы кафе «25 час», расположенной по адресу: 

<

...>, 10.02.2015 в период времени примерно с 12 час. 55 мин. по 13 час. 09 мин. (т. 8 л.д. 30-35). 

Протоколом осмотра предметов от 21.11.2018г., согласно которому произведен осмотр компакт-диска формата «CD-R» рег. № 140/2328 от 10.03.2015 с 8 фотофайлами, на которых изображена встреча между потерпевшим ФИО3 и обвиняемым ФИО21, состоявшейся на автомобильной парковке перед зданием гостиницы – кафе «25 час», расположенной по адресу: 

<

...> и зданием кафе «7 я», расположенном по адресу: 

<

...>. Осмотром также установлено, что возле обвиняемого ФИО21 находится автомобиль 

<

данные изъяты> (т. 8. л.д. 36-49)

Письмом ОГИБДД МВД по Республике Калмыкия от 21.06.2018г., согласно которому собственником автомобиля 

<

данные изъяты> в период с 24.03.2012 по 10.06.2016 являлся ФИО21 (т. 9 л.д. 207-208).

Протоколом выемки от 31.01.2018 г., согласно которому в здании Элистинского городского суда Республики Калмыкия произведена выемка приказа ООО «РосФинанс» № 3 от 29.08.2011г., копии протокола судебного заседания по делу № 1-7/2015 (1-258/2014) от 13.03.2015 г. (т. 6 л.д. 28-33) 

Протоколом осмотра документов от 28.10.2018 г., согласно которому произведен осмотр приказа ООО «РосФинанс» № 3 от 29.08.2011 г., копии протокола судебного заседания по делу № 1-7/2015 (1-258/2014) от 13.03.2015 г., которые были признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств (т. 6 л.д. 90-113).

Протоколом судебного заседания по делу № 1-258/2014 от 11.11.2014 г., согласно которому адвокат ФИО21 заявил ходатайство о переквалификации совершенных ФИО1 преступлений с ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ на ч. 3 ст. 159.4 УК РФ (стр.9) (т. 1 л.д. 76-81).

Протоколом судебного заседания по делу № 1-7/2015 (1-258/2014) от 13.03.2015 г., согласно которому 13.03.2015 г., в период с 16 часов 00 минут до 17 часов 20 минут, ФИО1 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела и исследовании приказа ООО «РосФинанс» № 3 от 29.08.2011 г. о назначении его на должность коммерческого директора ООО «РосФинанс». ФИО21 поддержал заявленное ходатайство, заявив, что данный приказ подтверждает, что с 29.08.2011 г. ФИО1 стал иметь юридическое отношение к ООО «РосФинанс», став его коммерческим директором (стр. 23) (т. 1 л.д. 178-190).

Протоколом судебного заседания по делу № 1-7/2015 (1-258/2014) от 16, 20 марта 2015 года, согласно которому 16.03.2015 г., в период с 10 часов 00 минут до 12 часов 14 минут, адвокат ФИО21, заявил суду о необходимости оправдать ФИО1, ссылаясь при этом на приказ ООО «РосФинанс» № 3 от 29.08.2011 г. о назначении последнего на должность коммерческого директора данного общества и мотивируя это тем, что ФИО1 был лишь коммерческим директором ООО «РосФинанс», при этом не являлся фактическим руководителем данного общества (стр. 11) (т. 1 л.д. 191-197).

Приговором Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 20.03.2015 по делу № 1-7/2015, в отношении ФИО1 в котором, приказ ООО «РосФинанс» № 3 от 29.08.2011 о назначении ФИО1 на должность коммерческого директора данного общества получил надлежащую оценку (т. 1 л.д. 198-226). 

Справкой об исследовании от 26.10.2017 г. № 152, согласно которой оттиск печати от имени ООО «РосФинанс» на приказе ООО «РосФинанс» от 29.08.2011 № 3 нанесен не печатью ООО «РосФинанс», а иной печатью (т. 3 л.д. 78). 

Заключением эксперта от 13.04.2018 г. № 529, согласно которому оттиск печати от имени ООО «РосФинанс», выполненный красящим веществом синего цвета на приказе ООО «РосФинанс» № 3 от 29.08.2011 о назначении на должность ФИО1, предположительно нанесен с помощью формы высокой печати, изготовленной по традиционной фабричной технологии фотохимическим способом, не печатью ООО «РосФинанс», а иной печатью (т. 6 л.д. 39-42). 

Заключением специалиста № 32/52-5 от 22.07.2015 г., согласно которому подпись в графе «Генеральный директор ООО «РосФинанс» - подпись- ФИО3» приказа № 3 от 29.08.2011 выполнена не ФИО3, а иным лицом. Подпись в графе «С приказом ознакомлен: - подпись-ФИО1» приказа № 3 от 29.08.2011 выполнена ФИО1 (т 2 л.д. 29-36)

Заключением эксперта от 10.09.2018 г. № 32/52-38, согласно которому подпись от имени ФИО3, а именно в графе «Генеральный директор ООО «РосФинанс» ФИО3» приказа ООО «РосФинанс» № 3 от 29.08.2011, выполнена не ФИО3, а иным лицом. Подпись от имени ФИО1 в графе «С приказом ознакомлен: ФИО1» приказа ООО «РосФинанс» № 3 от 29.08.2011 выполнена ФИО1 (т. 6 л.д. 64-68).

Протокол осмотра документов, содержащих информацию о соединениях между абонентами от 28.10.2018 г., согласно которому произведен осмотр компакт-диска, который признан и приобщен в качестве вещественного доказательства, содержащего информацию о соединениях между абонентами с абонентского номера 

<

данные изъяты> (находился в пользовании ФИО21) за период с 01.02.2015 по 17.11.2017. При просмотре установлено, что 10.02.2015 г., в период времени с 12 часов 55 минут до 13 часов 09 минут, обвиняемый ФИО21 находился возле здания гостиницы «25 час» по адресу: 

<

...> (т. 5 л.д. 223-229). 

Протоколом осмотра документов от 02.10.2018 г., согласно произведен осмотр материалов уголовного дела № 301016 (номер, присвоенный в суде: 1-7/2015), в отношении ФИО1 по ч. 4 ст. 159 и ч. 3 ст. 159 УК РФ, и в отношении ФИО15 по ч. 4 ст. 159 УК РФ. Интересы ФИО1 с 20.09.2013 защищал адвокат ФИО21 (т. 10 л.д. 86-252, т. 11 л.д. 1-80). 

Письмом УФНС России по Тюменской области от 30.10.2018 г., согласно которому данные об участии ФИО1 в деятельности ООО «РосФинанс», отсутствуют (т. 12 л.д. 78,79).

Письмом УФНС России по Республики Калмыкия от 18.10.2018 г., согласно которому данных об участии ФИО1 в деятельности ООО «РосФинанс», не имеется (т. 12 л.д. 93-94).

Письмами УФПС Республики Калмыкия – филиала ФГУП «Почта России» от 18.10.2018 г., АО «ДХЛ Интернэшнл» по России от 18.10.2018 г., ООО «ЕМС Гарантпост» от 23.10.2018 г., АО «ДПД РУС» от 18.10.2018 г., ООО «Форвард» от 26.10.2018 г., ООО «Даймэкс» от 24.10.2018 г., согласно которым услуги доставки корреспонденции за период с 23.05.2014 по 13.03.2015 по следующим адресам (места исполнений меры пресечения в виде домашнего ареста, избранной в отношении ФИО1): 

<

адрес>; 

<

адрес>; 

<

адрес>; 

<

адрес>, не осуществлялись (т. 12 л.д. 108, 110, 112, 114, 116).

Письмом Адвокатской палаты Республики Калмыкия от 22.09.2017 г., согласно которому адвокат ФИО21 состоит в реестре Адвокатской палаты Республики Калмыкия (реестровый № 08/271) с 17.09.2004 и осуществляет свою деятельность в адвокатском образовании – Калмыцкая республиканская коллегия адвокатов (т. 3 л.д. 63).

Письмом Управления Министерства юстиции РФ по Республике Калмыкия от 02.10.2018, из которого следует, что распоряжением управления от 27.09.2004 г. № 221 в реестр адвокатов Республики Калмыкия внесены сведения об адвокате Бургустинове С.Э., присвоен регистрационный № 08/271 (т. 11 л.д. 82). 

Собранные в ходе предварительного следствия доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, каких-либо нарушений процессуальных прав и законных интересов участников процесса, в том числе и подсудимого, органами предварительного следствия не допущено и судом не установлено. Они относятся к предмету доказывания, собраны в соответствии с законом, нашли свое объективное подтверждение в судебном заседании, а поэтому признаются судом относимыми, допустимыми, достоверными, а в своей совокупности - достаточными для разрешения данного уголовного дела.

Особенности производства по уголовному делу в отношении адвоката ФИО21, установленные главой 52 УПК РФ, были полностью соблюдены, нарушений при производстве в отношении него следственных действий не допущено.

Вместе с тем, согласно ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В качестве доказательств допускаются: показания подозреваемого, обвиняемого, показания потерпевшего, свидетеля, заключение и показания эксперта, заключение и показания специалиста, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы.

Данный перечень доказательств является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Представленные стороной обвинения в качестве доказательств рапорты об обнаружении признаков преступления старшего следователя отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Республике Калмыкия ФИО24 от 23 июня 2015 года, об обнаружении признаков преступления от 24 июля 2015 года оперуполномоченного УФСБ России по Республике Калмыкия (т.1 л.д.10-12) и о результатах оперативно-розыскных мероприятия «Наведение справок» от 30 мая 2018 года (т.2 л.д.200-201, т.9 л.д.136-137) имеют сугубо процессуальное значение, в связи с чем не могут быть признаны доказательствами, и, следовательно, подлежат исключению из списка доказательств обвинения.

Исключение названных документов из системы доказательств обвинения носит технический характер и, по мнению суда, не влияет на объем доказательств в сторону их уменьшения. 

Анализ других исследованных в судебном заседании доказательств, как считает суд, свидетельствует, что они последовательны и взаимосвязаны, дополняют друг друга и соотносятся между собой по времени, месту, способу совершенных преступлений, объективно соответствуют установленным обстоятельствам преступных деяний, совершенных подсудимым. Заключения экспертиз, как следует из их описательной части, сделаны на основе детального и объективного исследования представленных материалов, достаточно аргументированы и обоснованны, составлены с соблюдением требований ст.204 УПК РФ, а потому, их выводы оцениваются судом как достоверные. Не имеется оснований подвергать сомнению достоверность и допустимость иных письменных доказательств, представленных стороной обвинения по делу.

Основные обстоятельства дела органами предварительного расследования исследованы всесторонне, полно и объективно. 

Суд находит совокупность приведенных доказательств относимой, достоверной и допустимой для признания подсудимого виновным в совершении инкриминируемых ему преступных деяний.

При правовой оценке действий подсудимого суд исходит из объема предъявленного органами предварительного следствия и поддержанного в судебном заседании обвинения.

В судебном заседании ФИО21, не признав вину в мошенничестве, показал, что денежные средства в размере 1 300 000 рублей от ФИО1и ФИО2 он не получал, доказательств этого в материалах дела не имеется. По эпизоду фальсификации доказательств подсудимый также не признал вину и показал, что поддельный приказ №3 от 29 августа 2011 года передал суду ФИО1, сам ФИО21 данный документ не подделывал, у него не было оттиска печати ООО «РосФинанс».

Таким образом, позиция подсудимого ФИО21 сводится к отрицанию событий вменяемых ему преступлений, к которой, в свою очередь, суд относится критически по следующим основаниям.

Так, из материалов уголовного дела следует и сторонами не оспаривается, что в период с 29 мая 2013 года по 8 сентября 2014 года в производстве следственной части Следственного управления МВД по Республике Калмыкия находилось уголовное дело № 301016, возбужденное по признакам преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 и ч.3 ст.159 УК РФ, по фактам хищения бюджетных средств. 

В рамках расследования уголовного дела в качестве обвиняемого в совершении указанных преступлений привлечен ФИО1, в отношении которого 13 сентября 2013 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая в последующем, 23 мая 2014 года, изменена на домашний арест. 

В сентябре 2013 года между ФИО1 и адвокатом ФИО21 заключено соглашение, согласно которому последний за денежное вознаграждение стал представлять его интересы по уголовному делу №301016.

В этой связи 20 сентября 2013 года адвокат ФИО21 допущен в качестве защитника ФИО1.

Относительно дальнейшей передачи денежных средств в размере 1 300 000 рублей ФИО21, то показания данных участников уголовного судопроизводства диаметрально противоречат друг другу.

Так, подсудимый ФИО21, не признавая вину в совершенном преступлении, показал, что денежные средства от ФИО1 он не получал, ФИО2 до встречи в г.Элисте не знал и по телефону с ней до этого не общался.

В то же время ФИО1 в судебном заседании и в ходе следствия по делу давал последовательные показания, согласно которым соглашение с адвокатом ФИО21 было заключено родственниками его супруги ФИО2 Всего ФИО21 были переведены денежные средства в размере 1 320 000 рублей, из которых 20 000 рублей предназначались для содержания ФИО1 в следственном изоляторе, 300 000 рублей – для решения вопроса об освобождении его из-под стражи и прекращении уголовного дела, 1 000 000 рублей – для назначения мягкого наказания, прекращения уголовного дела либо его передачи по подследственности в Тюменскую область через сотрудников прокуратуры г.Элисты. При этом на имя ФИО21 по системе банковских переводов Сбербанка России «Колибри» двумя переводами перечислено 100 000 и 200 000 рублей. Сумма в 1 000 000 рублей была получена за продажу принадлежавшего ФИО1 автомобиля и передана ему ФИО2, после чего получена ФИО21 по месту применения меры пресечения в виде домашнего ареста. 

Суд, оценив исследованные в судебном заседании доказательства, приходит к выводу о надуманном характере показаний ФИО21, поскольку показания свидетеля ФИО1 фактически подтверждены свидетелями ФИО2, ФИО4, ФИО5, а также иными, в том числе письменными, материалами.

Показания ФИО1 по убеждению суда являются последовательными, поскольку о систематически передаваемых своему адвокату ФИО21 денежных средствах, их размерах и целях он указывал в течение длительного времени, в том числе предшествовавшего этим фактам. 

В частности, из показаний свидетеля ФИО12 следует, что во время нахождения ФИО1 в следственном изоляторе он рассказывал им об обещаниях его адвоката ФИО21 изменить меру пресечения на домашний арест либо передать дело в Тюменскую область, а дальнейшем говорил, что ФИО25 его обманывает относительно денег. 

Приведенные выше доказательства опровергают довод защиты о том, что ФИО21 в ходе встреч со своим подзащитным в следственном изоляторе не обсуждал с ним вопросы передачи денежных средств.

Впоследствии ФИО1 не отказался от своих показаний и не менял их существенным образом, при этом его показания подтверждены и другими доказательствами.

Так, согласно информации ПАО «Сбербанк России» от 27 апреля 2017 года, ФИО21 получены в отделениях данного банка от ФИО2 денежные средства посредством использования системы переводов «Колибри»: 13 января 2014 года в сумме 20 680 рублей, реквизиты перевода: 127618054; 24 января 2014 года в сумме 200 000 рублей, реквизиты перевода: 127808885; 9 апреля 2014 года в сумме 100 000 рублей, реквизиты перевода: 129136353 (т.7 л.д.228-231).

Данная информация согласуется с кассовыми чеками, обоюдными заявлениями ФИО2 и ФИО21, содержащими сведения о сообщенных последним контрольных номерах переводов, принадлежность подписей в которых подтверждена экспертным путем. 

Вопреки доводам защиты судебного решения на изъятие данных финансовых документов не требовалось, поскольку изымались они у ФИО2. 

Также, согласно ч.1 ст.450 УПК РФ, после возбуждения уголовного дела либо привлечения лица в качестве обвиняемого в порядке, установленном статьей 448 УПК РФ, следственные и иные процессуальные действия в отношении такого лица производятся в общем порядке с изъятиями, установленными статьей 449 УПК РФ и настоящей статьей.

В силу ч.5 ст.450 УПК РФ, следственные и иные процессуальные действия, осуществляемые в соответствии с УПК РФ не иначе как на основании судебного решения, в отношении лица, указанного в ч.1 ст. 447 УПК РФ, если уголовное дело в отношении его не было возбуждено или такое лицо не было привлечено в качестве обвиняемого, производятся с согласия суда.

Как установлено судом, в соответствии с п.10 ч.1 ст.448 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении адвоката ФИО21 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.303 УК РФ, принято 16 ноября 2017 года руководителем СУ СК РФ по РК.

Учитывая, что уголовное дело было возбуждено в отношении ФИО21, то, вопреки доводам стороны защиты, судебного решения для проведения любого следственного действия в отношении него не требовалось.

Ссылки защиты на судебную практику не могут быть приняты во внимание, поскольку судебные акты приняты с учетом иных фактических обстоятельств и не являются источником права.

Из материалов уголовного дела следует, что в дальнейшем, ходе расследования данного уголовного дела, появились основания для изменения предъявленного обвинения, в связи с чем в соответствии со ст.171 УПК РФ вынесено новое постановление о привлечении ФИО21 в качестве обвиняемого и ему предъявлено соответствующее обвинение в порядке, установленном ст.172 УПК РФ.

Вопреки утверждению защиты, следственные действия производились следователем в рамках возбужденного по ч.3 ст.303 УК РФ уголовного дела, а не в ходе доследственной проверки по ч.4 ст.159 УК РФ.

Кроме этого, законодательное требование о проведении следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) на основании судебного решения, направлено на обеспечение реализации конституционного права граждан на получение квалифицированной юридической помощи, предполагающей по своей природе доверительность в отношениях между адвокатом и клиентом, сохранение конфиденциальности информации, с получением и использованием которой сопряжено ее оказание чему, в частности, служит институт адвокатской тайны. Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, данный институт призван защищать информацию, полученную адвокатом относительно клиента или других лиц в связи с предоставлением юридических услуг (Определение от 8 ноября 2005 года N 439-О).

При этом, поскольку к адвокатской тайне относятся сведения, связанные лишь с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю, об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием, о которых адвокат не может быть допрошен в качестве свидетеля (пункты 1 и 2 статьи 8 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации"), сведения о преступном деянии самого адвоката не составляют адвокатской тайны, если они не стали предметом оказания юридической помощи ему самому в связи с совершенным им преступлением.

Соответственно, поскольку норма пункта 3 статьи 8 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" не устанавливает неприкосновенность адвоката, не определяет ни его личную привилегию как гражданина, ни привилегию, связанную с его профессиональным статусом, постольку она предполагает получение судебного решения при проведении в отношении адвоката лишь тех следственных действий, которые вторгаются в сферу осуществления им собственно адвокатской деятельности - к каковой в любом случае не может быть отнесено совершение адвокатом преступного деяния, как несовместимого со статусом адвоката (статья 2, подпункт 2 пункта 2 статьи 9 и подпункт 4 пункта 1 статьи 17 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации"), - и (или) могут затрагивать адвокатскую тайну.

Иное, расширительное понимание искажало бы содержание, предназначение и публично-правовой характер оказания собственно квалифицированной юридической помощи, приводило бы не к защите конфиденциальности информации, с получением и использованием которой сопряжено оказание адвокатом юридической помощи своему доверителю, об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием, а к необоснованному предоставлению адвокату личной привилегии в случае совершения им противоправных действий, к неправомерному изъятию из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом.

Таким образом, органом расследования соблюден порядок производства отдельных следственных действий, поэтому оснований для признания недопустимыми доказательств вины ФИО21 в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, не имеется.

Преступными действиями ФИО21 потерпевшим ФИО1 и ФИО2 был причинен общий материальный ущерб в размере 1 300 000 рублей.

Согласно ч.1 ст.17 УК РФ, совокупностью преступлений признается совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями или частями статьи УК РФ, ни за одно из которых лицо не было осуждено.

По смыслу закона от совокупности преступлений следует отличать продолжаемое хищение, состоящее из ряда тождественных преступных действий, совершаемых путем изъятия чужого имущества из одного и того же источника, объединенных единым умыслом и составляющих в своей совокупности единое преступление.

Как установлено судом, хищения денежных средств совершались ФИО21 в ходе осуществления защиты ФИО1 в рамках уголовного дела под различными не соответствующими действительности предлогами, суть которых сводилась к благоприятному исходу для последнего.

Следовательно, ФИО21 совершал неоднократное незаконное безвозмездное изъятие имущества, складывающееся из ряда тождественных преступных действий, при этом указанные действия совершены при обстоятельствах, свидетельствующих о наличии у лица общей цели и единого корыстного умысла, направленного на незаконное обогащение.

Таким образом, преступные действия ФИО21 по хищению мошенническим путем денежных средств в рамках предъявленного подсудимому обвинения являются продолжаемыми и не образуют совокупности преступлений. 

Учитывая, что хищение меньшей части денежных средств из общей суммы причиненного ущерба с использованием системы безналичных денежных переводов являлось этапом в совершении преступления, то ссылка защиты на необходимость применения в данном случае положений п.5 Постановления Пленума ВС РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», признается судом ошибочной.

При этом установление семейного положения ФИО1 и ФИО2 никоим образом не влияет на существо обвинения. 

Осведомленность ФИО21 о контрольных номерах переводов, также вопреки утверждениям защиты, безусловно свидетельствует о наличии контактов между ним и ФИО2.

В этой связи не имеют какого-либо значения и не принимаются судом во внимание доводы стороны защиты о необходимости установления принадлежности определенных абонентских номеров ФИО2 и ФИО21, фактов их соединений, а также недоказанности получения ФИО21 денежных средств от ФИО2.

Кроме того, по показаниям ФИО1, ФИО4, ФИО5 и ФИО2, последней в мае 2014 года продан автомобиль 

<

данные изъяты>, зарегистрированный за ФИО5, полученные денежные средства отвезены ФИО2 в г.Элисту.

Как следует из выписки по банковскому счету №

<

данные изъяты>, открытому на имя ФИО2, на него 26 мая 2014 года произведено зачисление в размере 1 080 000 рублей, после чего в период с 29 мая 2014 года по 30 мая 2014 года на территории г.Элисты произведено обналичивание 1 020 000 рублей на устройствах самообслуживания: АТМ 601601, АТМ 601603, АТМ 374604, АТМ 374605, расположенных в г.Элисте (т.7 л.д.224-225, т.12 л.д.78-79).

ФИО1 и ФИО2 показали, что передача 1 000 000 рублей ФИО21 состоялась в домовладении по адресу: 

<

адрес>, не следующий после их обналичивания день.

Учитывая, что преступление совершено в условиях неочевидности и конспирации со стороны ФИО21, то суд, устанавливая фактические обстоятельства получения им денежных средств от ФИО1, исходит из совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, которые подтверждают показания последнего и указывают на факт передачи денежных средств при описываемых им обстоятельствах.

Из личного дела №7/14 на ФИО1, заведенного ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Калмыкия, видно, что имевшиеся неоднократные нарушения им запрета суда в виде выходов за пределы жилого помещения не были связаны с выездом в другие субъекты России. В связи с чем, предположение защиты о трате полученных ФИО1 от ФИО2 денежных средств на азартные игры в Ростовской области, признаются судом не имеющими веского подтверждения. 

Анализ исследованных судом материалов уголовного дела №1-7/2015 (1-258/2014) в отношении ФИО15 и ФИО1 свидетельствует, что утверждения ФИО1, касающиеся целей передачи им денежных средств ФИО21, согласуются с заявленными последним процессуальными ходатайствами и позицией в ходе расследования и рассмотрения данного уголовного дела. 

В частности, в ходе разбирательства по делу в отношении ФИО15 и ФИО1 стороной защиты заявлены ряд ходатайств, в том числе об изменении меры пресечения, передаче уголовного дела по подследственности в Тюменскую область.

Имеющиеся расхождения в указаниях ФИО1 сумм, всего переданных ФИО21 не свидетельствует о его непоследовательности, поскольку объясняются длительным временем, прошедшим со времени совершения преступления, числом переведенных и переданных ФИО21 денежных средств.

При этом заместитель прокурора г.Элисты ФИО6 в своих показаниях отрицал факт получения им денежных средств от ФИО21 в интересах ФИО1. Более того, ФИО1, по убеждению суда, не мог знать о надзирающем за делом прокуроре, иначе как от защитника.

Таким образом, суд приходит к выводу, что показания ФИО1 и ФИО2, данные ими в ходе предварительного расследования и оглашенные в судебном заседании, а также свидетелей обвинения об основных обстоятельствах дела, как отмечалось ранее, последовательны, не имеют существенных противоречий и не вызывают сомнений в своей достоверности, в том, что ФИО21, являясь защитником ФИО1 и обманывая его, получал денежные средства. Оснований полагать, что ФИО1 и свидетели обвинения оговорили подсудимого, или при этом присутствовала какая-либо личная заинтересованность, не имеется. 

Фактические обстоятельства по делу, установленные судом, указывают на стремление подсудимого к достижению преступного результата в виде незаконного обогащения за счет других лиц для удовлетворения своих потребностей, что свидетельствует о корыстном мотиве. На наличие корыстного мотива и прямого умысла у подсудимого указывают в совокупности длительное время, в течение которого он обманывал потерпевшего, а также цели для получения денег, обоснованные несуществующими возможностями для улучшения положения ФИО1 в рамках его процессуального статуса и благоприятного исхода разрешения уголовного дела.

Умышленное введение в заблуждение потерпевших подсудимым ФИО21 относительно целей, для которых ему якобы требовались денежные средства, свидетельствует о совершении мошенничества путем обмана. 

Учитывая, что ФИО21 получил денежные средства в полном объеме и имел реальную возможность пользоваться или распорядиться похищенными денежными средствами по своему усмотрению, содеянное следует квалифицировать как оконченное преступление. В связи с этим не обнаружение полученных им денежных средств в ходе расследования уголовного дела не свидетельствует об отсутствии в его действиях признаков преступления.

Вместе с тем, в своих показаниях подсудимый ФИО21 утверждал, что получил за оказание юридической помощи ФИО1 денежные средства в сумме 120 000 рублей, в том числе для передачи ФИО1 продуктов питания, одежды, письменных принадлежностей.

К данному утверждению суд относится критически, поскольку из показаний свидетеля ФИО7, письма Калмыцкой республиканской коллегии адвокатов от 21 ноября 2017 года, приходных кассовых ордеров и регистрационных карточек следует, что в кассу данного адвокатского образования адвокатом ФИО21 были внесены 10 000 рублей. 

Таким образом, действия подсудимого ФИО21 содержат состав преступления и подлежат квалификации по ч.4 ст.159 УК РФ - как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в особо крупном размере.

О преступном характере намерений ФИО21 в отношении ФИО1 свидетельствует и установленный судом факт фальсификации им как защитником доказательств по уголовному делу о тяжком преступлении.

Как установлено судом, 10 сентября 2014 года в производство Элистинского городского суда Республики Калмыкия поступило уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159, ч.3 ст.159 УК РФ, и ФИО15 по ч.4 ст.159 УК РФ, ему присвоены номера №1-7/2015 (1-258/2014).

В качестве защитника подсудимого ФИО1 был допущен адвокат ФИО21, который осуществлял его защиту в период с 10 сентября 2014 года по 20 марта 2015 года.

Из протокола судебного заседания от 13 марта 2015 года следует, что на основании заявленного подсудимым ФИО1 ходатайства судом в качестве письменного доказательства к материалам указанного уголовного дела приобщен приказ №3 от 29 августа 2011 года о назначении ФИО1 коммерческим директором ООО «РосФинанс», подписанный от имени ФИО3.

Допрошенный судом потерпевший ФИО3 показал, что на его имя было оформлено ООО «РосФинанс», однако указанный приказ о назначении ФИО1 им не подписывался. В ходе рассмотрения Элистинским городским судом уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО15 к нему неоднократно обращался адвокат ФИО21 с просьбой подписать проект данного приказа с целью помочь подсудимым переквалификации их действий. 

Показания потерпевшего ФИО3 относительно природы возникновения проекта приказа №3 от 29 августа 2011 года, а также роли в этом ФИО21 подтверждаются показаниями свидетеля ФИО1, который подтвердил, что изготовленный приказ ему передал ФИО21 Само ходатайство о приобщении приказа в качестве письменного доказательства было заявлено ФИО1 по указанию ФИО21

При этом в ходе расследования уголовного дела проверялась возможность изготовления данного указанного приказа ФИО1, однако она не нашла своего подтверждения, поскольку в период применения в отношении него мер пресечения он не имел доступ к компьютерной технике, ему запрещено было пользоваться сетью «Интернет», какая-либо почтовая корреспонденция ему не доставлялась.

Суд находит приведенные показания потерпевшего и свидетеля ФИО1 согласующимися и с другими доказательствами, исследованными судом, из которых следует, что действия ФИО21 были направлены сначала на попытки воздействия на ФИО3 с целью подписания им приказа, а после отказа – его фальсификацию непосредственно ФИО21, вопреки доводам последнего.

Данный вывод суда основан, в том числе на материалах оперативно-розыскной деятельности, исследованных в судебном заседании.

В соответствии со ст. 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» основаниями для проведения оперативно-розыскных мероприятий являются ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения, в частности, о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, что, соответственно, означает проверку обоснованности либо необоснованности данных сведений, которая и должна выявить это.

Из уголовного дела следует, что ФИО3 до обращения в правоохранительные органы на мобильный телефон был записан разговор с ФИО21, состоявшийся в помещении Элистинского городского суда Республики Калмыкия. 

Данные аудиозаписи в файлах под названиями «Новая запись.m4a» и «Новая запись 2.m4a» были исследованы и скопированы на флеш-карту сотрудниками УФСБ по РК в ходе проведения ОРМ «Исследование предметов и документов» с согласия ФИО3.

Органом предварительного расследования данные записи были осмотрены, о чем составлен соответствующий процессуальный протокол от 28 июля 2015 года.

В соответствии с положениями ст. ст. 74, 84, 86 УПК РФ, в качестве доказательств по уголовному делу допускаются, в том числе сведения, зафиксированные посредством аудиозаписи, которые могут быть представлены в дело.

В данном случае ФИО3, производя самостоятельно аудиозапись разговора с ФИО21 действовал в рамках закона, поскольку сам являлся участником данного разговора и имел право на его запись, в связи с чем, аудиозаписи, акты ОРМ «Исследование предметов и документов», протоколы их осмотра и прослушивания являются допустимыми доказательствами и могут быть положены судом в основу приговора.

Анализ представленных ФИО3 самостоятельно записанных разговоров с ФИО21 позволяет сделать вывод, что последний в присутствии ФИО1 прямо предлагает и уговаривает его подписать «задним числом» приказ о назначении ФИО1 коммерческим директором. 

Согласно выводам заключения комиссии экспертов (комплексной психолого-лингвистической экспертизы) №255/16 от 25 ноября 2016 года в высказываниях ФИО21, содержащихся в файле «Новая запись 2», содержатся признаки побуждения ФИО3 к таким действиям, как помочь неким лица, обозначенным в разговоре как «ребята», в том числе ФИО1, совершив такие действия, как подписать документ о назначении ФИО1 коммерческим директором, задним числом и уехать после заседания суда. 

В разговоре, зафиксированном в файле «Новая запись 2» установлено, что ФИО21 являющийся адвокатом ФИО1, просит ФИО3 помочь ФИО1, подписав документ, датированный прошедшим числом, о назначении его коммерческим директором. ФИО3 отвечает отказом. Дело, по которому ведется судебное разбирательство, имеет отношение к некой «фирме», к которой причастны лицо ФИО3, ФИО1 и другие лица. От показаний и действий ФИО3 зависит мера наказания для ФИО1 и меняются обстоятельства дела.

Оснований ставить под сомнение выводы данной экспертизы у суда не имеется.

Принадлежность голоса ФИО21 на аудиозаписи на флеш-карте, полученной у ФИО3 сотрудниками УФСБ по РК, установлена заключением эксперта № 32/77-37 от 14 августа 2018 года. 

При таких обстоятельствах, каких-либо оснований утверждать, что потерпевший ФИО3 провоцировал ФИО21, не имеется. 

Помимо этого из материалов уголовного дела следует, что в отношении подсудимого ФИО21 проведено ОРМ «Наблюдение», предусмотренное ст.6 Федерального закона от 12 августа 1995 года №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», санкционированное судебным решением от 9 февраля 2015 года, сроком на 90 суток. 

Согласно ч.3 ст.8 Федерального закона от 31 мая 2002 года №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускается на основании судебного решения.

При проведении данного ОРМ были полностью соблюдены требования ст.8 указанного Закона, поэтому соответствующие материалы полностью соответствуют требованиям, предъявляемым УПК РФ к доказательствам, следовательно, в соответствии со ст.89 УПК РФ могут быть использованы в процессе доказывания.

Полученные в ходе проведенных оперативно-розыскных мероприятий результаты были получены на основании судебного решения, документированы, рассекречены и переданы в орган, уполномоченный осуществлять предварительное расследование, в полном соответствии с требованиями ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и Инструкции «О порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд».

Материалы оперативно-розыскной деятельности по изобличению ФИО21 исследованы путем производства предусмотренных УПК РФ следственных и судебных действий и приобщения их к материалам дела. Каких либо нарушений, при производстве следственных и судебных действий, судом не установлено, вследствие чего данные материалы являются допустимыми доказательствами.

Факт нахождения ФИО21 10 февраля 2015 года в период с 12 часов 55 минут до 13 часов 09 минут на автомобильной парковке перед зданием гостиницы кафе «25 час», расположенной по адресу: 

<

...>, подтверждается информацией о соединениях абонентского номера 

<

данные изъяты>, находившегося в его пользовании, содержания сведения о соединениях в пределах базовой станции по адресу: 

<

...>.

Результаты данного оперативно-розыскного мероприятия полностью соответствуют и аудиозаписи этого же оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», проведенного в отношении ФИО21, на котором также зафиксирована встреча.

Принадлежность голосов подсудимому ФИО21 помимо показаний ФИО3 подтверждается и судебными заключениями экспертиз №32/77-37 от 14 августа 2018 года, №32/77-38 от 16 августа 2018 года и не вызывает у суда сомнений, она подтверждена экспертным путем, голос подсудимого узнаваем, известны обстоятельства и участники разговора.

При этом в соответствии с заключением эксперта от 30 ноября 2016 года №255/17, в высказываниях ФИО21, содержащихся в разговоре, зафиксированном на предоставленном компакт-диске формата «DVD-R» c регистрационным № 140/2324 от 05.03.2015, в видеофайле «10.02.2015», содержатся признаки побуждения ФИО3 к таким действиям, как ответить на вопрос, заданный ранее, отрицательно или утвердительно, то есть сообщить о своем согласии помочь ФИО1», подписать определенный документ и сказать в суде о том, что он забыл о том, подписывал ли он данный документ, а также отключить телефон и не приезжать на суд, затем дать ответ на вышеупомянутый вопрос как можно быстрее. 

Все заключения экспертов произведены компетентными в своей области специалистами, обладающими необходимыми познаниями и квалификацией. Их выводы соответствующим образом мотивированы, аргументированы, основаны на достоверных материалах дела, полученных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Заключения экспертов согласуются с другими доказательствами и подтверждаются ими.

Суд, сопоставив выводы вышеуказанных заключений экспертов с совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, приходит к однозначному выводу, что они безусловно указывают на правдивость показаний ФИО3 и ФИО1, относительно фальсификации доказательства именно ФИО21

В этой связи суд находит, что ходатайство о приобщении сфальсифицированного приказа заявлено ФИО1 по указанию ФИО21, как попытка последнего избежать уголовную ответственность.

Согласно п. 6 ч. 2 и ч.1 ст. 74 УПК РФ на основании иных документов суд в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, они выступают доказательствами по уголовному делу, следовательно, их фальсификация является уголовно наказуемым деянием, предусмотренным ст. 303 УК РФ.

По смыслу закона, под фальсификацией доказательств, следует понимать внесение любых изменений в сами источники доказательств, и не имеет правового значения характер ложных сведений.

Все доказательства в своей совокупности подтверждают наличие у ФИО21 наличие умысла на фальсификацию доказательства, на это указывает и характер его действий, в частности, изготовление им текста приказа, исполнение подписи от имени ФИО3, заявление через ФИО1 ходатайства о приобщении к материалам уголовного дела поддельного документа, что привело к фальсификации доказательств по уголовному делу.

На этом основании суд приходит к выводу, что адвокат ФИО21 действовал с прямым умыслом на фальсификацию доказательств по уголовному делу, поскольку он осознавала, что фальсифицирует доказательства по уголовному делу и желал этого. Данные обстоятельства установлены совокупностью исследованных доказательств.

Учитывая, что приказ о назначении ФИО1 был сфальсифицирован с целью переквалификации действий ФИО1, что следует из содержания записей разговоров с ФИО3, то данное обстоятельство признается судом мотивом и целью противоправных действий ФИО21

Поскольку состав инкриминированного ФИО21 преступления является формальным, оно окончено с момента приобщения к делу фальсифицированного доказательства в порядке, предусмотренном УПК РФ, наступление каких-либо юридически значимых последствий для данного преступного деяния не требуется. По указанной причине не имеет значение даваемая в приговоре оценка этому доказательству.

В данном деле фальсификация доказательства была связана с изготовлением приказа, который не издавался, и подделкой подписи участника судопроизводства – свидетеля ФИО3, права которого в связи с этим совершенным преступлением нарушены.

Факт фальсификации подтвержден и заключениями экспертов №529 от 13 апреля 2018 года и №32/52-38 от 10 сентября 2018 года, которыми установлено, что подпись от имени ФИО26 изготовлена не им и не ФИО1, оттиск печати ООО «РосФинанс» нанесен не печатью данного общества. При установленных судом фактических обстоятельствах совершенного преступления, не обнаружение поддельной печати ООО «РосФинанс» не свидетельствует о невиновности ФИО21

Согласно вступившему в законную силу приговору Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 20 марта 2015 года, ФИО1 осужден, в том числе по ч.4 ст.159 УК РФ, которое в соответствии со ст.15 УК РФ является тяжким преступлением.

Особенности производства по уголовному делу в отношении адвоката ФИО21, установленные главой 52 УПК РФ, были полностью соблюдены, нарушений при производстве в отношении него следственных действий не допущено.

Разрешая вопрос о виде и мере наказания подсудимому, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, личность виновного, состояние его здоровья, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

В соответствии со статьей 15 УК РФ преступления, совершенные ФИО21, относятся к категории тяжких и направлены против собственности и правосудия.

Изучением личности ФИО21 установлено, что он достиг пожилого возраста, ранее не судим, женат, иждивенцев не имеет, имеет высшее образование, постоянные места жительства, регистрации и работы, откуда характеризуется с положительной стороны, на учетах у врачей психиатра и нарколога не состоит, имеет ряд заболеваний.

К обстоятельствам, смягчающим подсудимому ФИО21 наказание, суд на основании ст.61 УК РФ относит его возраст, отсутствие судимости, положительные характеристики, состояние здоровья.

Вместе с тем, признавая вышеуказанные обстоятельства в качестве смягчающих наказание подсудимому, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для применения положений ст.64 УК РФ и назначении ему более мягкого наказания, чем предусмотрено уголовным законом за совершенные им преступления, а также для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому ФИО21, предусмотренных статьей 63 УК РФ, не имеется.

По смыслу ст.ст.2, 6, 7, 60 УК РФ суд, применяя меры уголовного наказания к лицам, виновным в совершении преступлений, должен исходить из того, что наказание является не только карой за совершенное преступление, но и имеет целью перевоспитание осужденного. 

В соответствии со ст.43 УК РФ наказание, как мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда, применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Принимая во внимание характеризующие данные личности ФИО21, его возраст, состояние здоровья, совокупность смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих, оценивая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, установленную с учетом конкретных обстоятельств содеянного, выраженных в характере и размере наступивших последствий, способе совершения преступлений, суд считает, что подсудимый ФИО21 представляет опасность для общества, в связи с чем приходит к выводу о необходимости назначения ему наказания по каждому эпизоду в виде лишения свободы с применением к нему условного осуждения в соответствии со ст.73 УК РФ с испытательным сроком, что будет способствовать достижению целей назначения наказания, предусмотренных ч.2 ст.43 УК РФ, и восстановлению социальной справедливости. 

По этим же основаниям суд считает, что назначение ФИО21 по ч. 4 ст.159 УК РФ в качестве дополнительного вида наказания штрафа и ограничения свободы является нецелесообразным. При этом назначение дополнительного наказания по ч. 3 ст.303 УК РФ в отсутствие оснований для назначения наказания с учетом положений ст.64 УК РФ является обязательным.

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ суд, назначая подсудимому ФИО21 условное осуждение, в целях действенного влияния назначенного наказания на его исправление считает необходимым возложить на ФИО21 обязанность в течение трех суток со дня вступления приговора в законную силу встать на учет в ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Калмыкия, в период испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного органа, являться для регистрации в инспекцию один раз в месяц.

Контроль за поведением осужденного ФИО21 возложить на специализированный государственный орган – ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Калмыкия. 

В соответствии со ст. 17 УК РФ совершение подсудимым двух противоправных уголовно-наказуемых деяний образует совокупность преступлений, поэтому при назначении окончательного наказания по совокупности преступлений ФИО21 суд руководствуется ч. 3 и 4 ст. 69 УК РФ, назначив наказание путем частичного сложения основных видов наказания, с полным присоединением дополнительного вида наказания.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания или освобождения подсудимых от наказания не имеется, при этом в соответствии ч.7 ст.53.1 УК РФ замена лишения свободы принудительными работами ФИО21 невозможна в связи с достижением им шестидесятилетнего возраста.

До вступления приговора в законную силу избранная ФИО21 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит оставлению без изменения.

Потерпевшим ФИО1 подан гражданский иск о взыскании с подсудимого ФИО21 компенсации причиненного преступлением материального ущерба в размере 1 000 000 рублей, а также морального вреда в размере 500 000 рублей.

Потерпевшей ФИО2 подан гражданский иск о взыскании с подсудимого ФИО21 компенсации причиненного преступлением материального ущерба в размере 300 000 рублей.

Подсудимый ФИО21 иски не признал. 

Разрешая гражданские иски о взыскании причиненного материального ущерба, суд считает их подлежащими удовлетворению, ввиду следующего. 

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Как видно из материалов дела, в результате преступных действий подсудимым ФИО21 по факту мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана в размере 1 300 000 рублей, потерпевшим ФИО1 и ФИО2 причинен общий материальный ущерб на указанную сумму. Материальный ущерб подсудимым ФИО21 потерпевшим ФИО1 и ФИО2 в размере 1 300 000 рублей не возмещен.

В связи с чем, исковые требования ФИО2 о взыскании с ФИО21 300 000 рублей и исковые требования ФИО1 о взыскании с бургустинова С.Э. 1000000 рублей, подлежат удовлетворении. 

Что касается заявленных требований потерпевшего ФИО1 о компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, то суд приходит к выводу, что они удовлетворению не подлежат по следующим основаниям. 

В соответствии с ч.4 ст.42 УПК РФ по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Из содержания ст.151 ГК РФ следует, что суд может возложить ответственность по компенсации морального вреда только в том случае, если он причинён действиями, нарушающими личные неимущественные права человека, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Поскольку в результате совершения преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, нарушены имущественные права потерпевшего ФИО1, то его требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, так как действующим законодательством не предусмотрена возможность компенсации морального вреда за нарушение имущественных прав.

Арест на имущество ФИО21: автомобиль 

<

данные изъяты> - сохранить для обеспечения возмещения потерпевшим ФИО1 и ФИО2 причиненного материального ущерба.

В соответствии со статьей 81 УПК РФ по вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: компакт - диск формата «DVD-R» с регистрационным № 140/2324,; флэш-карта, содержащая аудиофайлы: «Новая запись.m4а» и «Новая запись 2.m4а»; регистрационная карточка № 11 от 17.11.2014 соглашения № 9 от 17.11.2014 г. с ФИО1 и адвокатом ФИО21, приходный кассовый ордер № 875 от 17.11.2014 на имя ФИО1, регистрационная карточка № 4 от 18.02.2018 соглашения № 01 от 13.01.2015 с ФИО1 с адвокатом ФИО21, приходный кассовый ордер № 86 от 18.02.2015 на имя ФИО1; заявление в Тюменское отделение № 29 дополнительного офиса № 29/0056 Западно-сибирского банка ПАО «Сбербанк России» о денежном переводе по системе платежей «Колибри» от 24.01.2014, кассовый чек от 24.01.2014 г. на сумму 201 000 рублей, заявление о денежном переводе по системе платежей «Колибри» от 09.04.2014; кассовый чек от 09.04.2014 на сумму 101 000 рублей, кассовый чек от 13.01.2014 на сумму 20 990 рублей; компакт-диск, содержащий информацию о соединениях между абонентами с абонентского номера 

<

данные изъяты> за период с 01.02.2015 по 17.11.2017; приказ ООО «РосФинанс»№ 3 от 29.08.2011; копия протокола судебного заседания по делу № 1-7/2015 (1-258/2014) от 13.03.2015 от 13.03.2015; компакт-диск формата «CD-R» с регистрационным № 140/2328 от 10.03.2015 г.; компакт-диск формата «CD-RW» с регистрационным № 140/2323 от 05.03.2015 г.,; компакт-диск формата «CD-R» с регистрационным № 140/2322 от 05.03.2015 г.,; компакт-диск с выписками по банковским счетам свидетелей ФИО22 и ФИО23; заявление о выплате денежного перевода «Колибри» от 13.01.2014 от имени обвиняемого ФИО21, расходный кассовый ордер № 271 от 13.01.2014 г. на сумму 20 680 рублей, заявление о выплате денежного перевода «Колибри» от 09.04.2014 от имени обвиняемого ФИО21 и расходный кассовый ордер № 243 от 09.04.2014 на сумму 100 000 рублей, хранящиеся при материалах уголовного дела – подлежат хранению при материалах уголовного дела;

мобильный телефон марки «Samsung» модели «GT-S3600 i» - подлежит возвращению по принадлежности ФИО21; личное дело № 7/14 на ФИО1 в трех томах, полученное в ФКУ У ИИ УФСИН России по Республике Калмыкия – подлежит возвращению по принадлежности.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 296-297, 303-304, 307-308 и 309 УПК РФ, суд 

п р и г о в о р и л:

Признать ФИО21 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 и ч.3 ст.303 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч.4 ст.159 УК РФ в виде лишения свободы на срок 3 (три) года;

- по ч.3 ст.303 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 (два) года с лишением права заниматься адвокатской деятельностью на срок 3 (три) года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить ФИО21 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года, с лишением права заниматься адвокатской деятельностью на срок 3 (три) года.

В соответствии со ст.73 УК РФ назначенное ФИО21 наказание в виде лишения свободы считать условным, с испытательным сроком 3 (три) года.

Возложить на осужденного ФИО21 обязанность в течение трех суток со дня вступления приговора в законную силу встать на учет в ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Калмыкия, в период испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного органа, являться для регистрации в инспекцию один раз в месяц.

Контроль за поведением осужденного ФИО21 возложить на специализированный государственный орган – ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Калмыкия. 

В силу ч. 2 ст. 71 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью исполнять самостоятельно.

Меру пресечения ФИО21 до вступления приговора в законную силу в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения. 

Гражданский иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с осужденного ФИО21 в пользу ФИО1 в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба сумму в размере 1 000 000 (один миллион) рублей, в остальной части исковых требований – отказать.

Гражданский иск ФИО2 удовлетворить.

Взыскать с осужденного ФИО21 в пользу ФИО2 в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба сумму в размере 300 000 (триста тысяч) рублей

Арест на имущество ФИО21: автомобиль 

<

данные изъяты> - сохранить для обеспечения возмещения потерпевшим ФИО1 и ФИО2 причиненного материального ущерба.

В соответствии со статьей 81 УПК РФ по вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: компакт - диск формата «DVD-R» с регистрационным № 140/2324,; флэш-карта, содержащая аудиофайлы: «Новая запись.m4а» и «Новая запись 2.m4а»; регистрационная карточка № 11 от 17.11.2014 соглашения № 9 от 17.11.2014 г. с ФИО1 и адвокатом ФИО21, приходный кассовый ордер № 875 от 17.11.2014 на имя ФИО1, регистрационная карточка № 4 от 18.02.2018 соглашения № 01 от 13.01.2015 с ФИО1 с адвокатом ФИО21, приходный кассовый ордер № 86 от 18.02.2015 на имя ФИО1; заявление в Тюменское отделение № 29 дополнительного офиса № 29/0056 Западно-сибирского банка ПАО «Сбербанк России» о денежном переводе по системе платежей «Колибри» от 24.01.2014, кассовый чек от 24.01.2014 г. на сумму 201 000 рублей, заявление о денежном переводе по системе платежей «Колибри» от 09.04.2014; кассовый чек от 09.04.2014 на сумму 101 000 рублей, кассовый чек от 13.01.2014 на сумму 20 990 рублей; компакт-диск, содержащий информацию о соединениях между абонентами с абонентского номера 

<

данные изъяты> за период с 01.02.2015 по 17.11.2017; приказ ООО «РосФинанс»№ 3 от 29.08.2011; копия протокола судебного заседания по делу № 1-7/2015 (1-258/2014) от 13.03.2015 от 13.03.2015; компакт-диск формата «CD-R» с регистрационным № 140/2328 от 10.03.2015 г.; компакт-диск формата «CD-RW» с регистрационным № 140/2323 от 05.03.2015 г.,; компакт-диск формата «CD-R» с регистрационным № 140/2322 от 05.03.2015 г.,; компакт-диск с выписками по банковским счетам свидетелей ФИО22 и ФИО23; заявление о выплате денежного перевода «Колибри» от 13.01.2014 от имени обвиняемого ФИО21, расходный кассовый ордер № 271 от 13.01.2014 г. на сумму 20 680 рублей, заявление о выплате денежного перевода «Колибри» от 09.04.2014 от имени обвиняемого ФИО21 и расходный кассовый ордер № 243 от 09.04.2014 на сумму 100 000 рублей, хранящиеся при материалах уголовного дела – подлежат хранению при материалах уголовного дела; мобильный телефон марки «Samsung» модели «GT-S3600 i» - подлежит возвращению по принадлежности ФИО21; личное дело № 7/14 на ФИО1 в трех томах, полученное в ФКУ У ИИ УФСИН России по Республике Калмыкия – подлежит возвращению по принадлежности.

В случае отмены условного осуждения, время содержания ФИО27 под стражей с 17.11.2017 года по 06.12.2017 года включительно, и время содержания под домашним арестом с 07.12.2017 года по 23.07.2018 года включительно, подлежит зачету в срок отбытия наказания в соответствии со ст. 72 УК РФ.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия в течение 10 суток со дня его провозглашения. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий О.Н. Иванов