Дело № 2-139/2025 26 марта 2025 года 

78RS0017-01-2024-004603-57

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Петроградский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Пешниной Ю.В.,

при секретаре Миромановой Ю.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску 

<

ФИО>2 к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городской клинический онкологический диспансер» о взыскании заработной платы за сверхурочную работу, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

<

ФИО>2 обратилась в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городской клинический онкологический диспансер» (далее по тексту – СПб ГБУЗ «Городской клинический онкологический диспансер»), уточнив требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просила взыскать с ответчика заработную плату за сверхурочное отработанное время за период с 4 марта 2024 года по 18 апреля 2024 года в размере 54 954,07 руб., компенсацию морального вреда в размере 700 000 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 100 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 4 марта 2024 года была принята на работу к ответчику на должность санитарки в операционный блок № 2 по основному исполнению, с графиком работы 5 дней в неделю с 08 час. 00 мин. до 16 час. 40 мин, и заработной платой в размере 22 000 руб. в месяц. С 1 апреля 2024 года истец принята на должность операционной медсестры операционного блока №2, с графиком работы 5 дней в неделю с 08 час. 00 мин. до 16 час. 40 мин., и заработной платой 44 000 руб. Работа истцу нравилась, коллектив дружный и слаженный. Истец всегда старалась добросовестно и аккуратно выполнять возложенные на нее обязанности. Вместе с тем, в период трудовой деятельности в должности санитарки и операционной медсестры операционного блока № 2 с 4 марта 2024 года по 8 мая 2024 года истцу не была выплачена заработная плата за переработку, вместе 36-часовой недели, истец работала по 39 часов, всего было отработано сверхнормы 60 час. 20 мин. Неправомерными действиями работодателя истцу причине моральный вред который она оценивает в 700 000 руб. 

В судебное заседание истец не явилась, направила в суд своего представителя – адвоката 

<

ФИО>6, который доводы изложенные в иске и дополнительных пояснениях поддержал, просил заявленные требования удовлетворить. 

В судебное заседание явился представитель ответчика – 

<

ФИО>7, просил отказать в удовлетворении требований по доводам, изложенным в письменных возражениях. 

Изучив материалы дела, выслушав явившихся участников процесса, оценив представленные в дело доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, истец на основании трудового договора от 4 марта 2024 года, приказа от 4 марта 2024 года была принята на работу на должность санитарки в операционный блок №2, с должностным окладом 24 176,88 руб., и установленной продолжительностью рабочего времени в неделю 39 часов. 

На основании соглашения от 1 апреля 2024 года, приказа от 1 апреля 2024 года истец переведена на должность операционной медицинской сестры в операционный блок № 2, с должностным окладом 36 468,76 руб., и установленной продолжительностью рабочего времени в неделю 39 часов. 

Приказом от 9 июля 2024 года трудовой договор прекращен, истец уволена с работы на основании п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Истец ссылается на то, что в период с период с 4 марта 2024 года по 18 апреля 2024 года работодатель привлекал ее к выполнению сверхурочной работы, однако заработную плату за сверхотработанное время не выплатил. 

В соответствии с ч. 1 ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Из положений ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что система оплаты труда у работодателя устанавливается условиями трудового договора, также коллективными договорами, соглашениями.

В силу ст. 97 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право в порядке, установленном настоящим Кодексом, привлекать работника к работе за пределами продолжительности рабочего времени, установленной для данного работника в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (далее - установленная для работника продолжительность рабочего времени): для сверхурочной работы (статья 99 настоящего Кодекса).

Согласно ч. 1 ст. 99 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочной является работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Привлечение работодателем работника к сверхурочной работе допускается с его письменного согласия, в частности при необходимости выполнить (закончить) начатую работу, которая вследствие непредвиденной задержки по техническим условиям производства не могла быть выполнена (закончена) в течение установленной для работника продолжительности рабочего времени, если невыполнение (незавершение) этой работы может повлечь за собой порчу или гибель имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), государственного или муниципального имущества либо создать угрозу жизни и здоровью людей (п. 1 ч. 2 ст. 99 Трудового кодекса Российской Федерации).

Привлечение работодателем работника к сверхурочной работе без его согласия допускается в следующих случаях: 1) при производстве работ, необходимых для предотвращения катастрофы, производственной аварии либо устранения последствий катастрофы, производственной аварии или стихийного бедствия; 2) при производстве общественно необходимых работ по устранению непредвиденных обстоятельств, нарушающих нормальное функционирование централизованных систем горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, систем газоснабжения, теплоснабжения, освещения, транспорта, связи; 3) при производстве работ, необходимость которых обусловлена введением чрезвычайного или военного положения, а также неотложных работ в условиях чрезвычайных обстоятельств, то есть в случае бедствия или угрозы бедствия (пожары, наводнения, голод, землетрясения, эпидемии или эпизоотии) и в иных случаях, ставящих под угрозу жизнь или нормальные жизненные условия всего населения или его части.

Продолжительность сверхурочной работы не должна превышать для каждого работника 4 часов в течение двух дней подряд и 120 часов в год (часть 6 статьи 99 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, в спорный период истцу был установлен график работы с 08 час. 00 мин. до 15 час. 48 мин.

Из представленных ответчиком табелей учета рабочего времени, графиков работы, следует, что истцом отработано в марте 2024 года – 147,2 часа, в апреле 2024 года – 93,6 часа, в мае 2024 год – 38 часов.

Из расчетных листков следует, что за март 2024 года истцу была начислена заработная плата в размере 39 984,93 руб., в апреле 2024 года – в размере 49 875,25 руб., в мае 2024 года – 47 234,07 руб., в соответствии с произведенным работодателем учетом рабочего времени. Заработная плата в указанном размере выплачена истцу, что последней в ходе судебного разбирательства не оспаривалось. 

Приказы или распоряжения работодателя о привлечении истца с ее письменного согласия к сверхурочным работам в спорный период не издавались. Обстоятельств для привлечения работодателем истца к сверхурочной работе без его согласия материалы дела не содержат.

Так, согласно приложению №1б к Правилам внутреннего трудового распорядка, в операционном блоке № 2 по должности санитарка установлен следующий график работы с 08 час. 00 мин. до 15 час. 48 мин., с 15 час. 48 мин. до 17 час. 48 мин., с 09 час. 00 мин. до 09 час. 00 мин., по должности операционная медицинская сестра установлен следующий график работы с 7 час. 30 мин. до 15 час. 30 мин., с 08 час. 00 мин. до 15 час. 48 мин., с 15 час. 48 мин. до 17 час. 54 мин., с 09 час. 00 мин. до 09 час. 00 мин.

Истец за время работы в должности операционной сестры истец присутствовала на операции 16 апреля 2024 года время начала 09 час. 30 мин., время окончания 11 час. 00 мин., 16 апреля 2024 года время начала 11 час. 40 мин., время окончания 12 час. 45 мин., 16 апреля 2024 года время начала 14 час. 00 мин., время окончания 14 час. 30 мин., 15 апреля 2024 года время начала 13 час. 45 мин., время окончания 14 час. 00 мин., 15 апреля 2024 года время начала 09 час. 40 мин., время окончания 11 час. 30 мин.

Из представленный ответчиком по запросу истца листов учета расходного материала следует, что 4 марта 2024 года были проведены операции время окончания которых составило 11 час. 40 мин., 13 час. 20 мин., 15 час. 30 мин.; 7 марта 2024 года время окончания которых 12 час. 22 мин., 13 час. 55 мин., и одна операция время начала 14 час. 00 мин., время окончания в листе указано; операции проводимые 14 марта 2024 года закончились в 12 час. 17 мин., 15 час. 40 мин., 20 марта 2024 года в 11 час. 10 мин.. 15 час. 40 мин., 2 марта 2024 года в 11 час. 50 мин., 15 час. 20 мин., 25 марта 2024 года в 11 час. 30 мин., в 13 час. 30 мин., 26 марта 2024 года в 10 час. 30 мин., в 13 час. 00 мин., в 15 час. 30 мин., 27 марта 2024 года в 10 час. 50 мин., в 13 час. 49 мин., 1 апреля 2024 года в 09 час. 40 мин., в 11 час. 05 мин., в 12 час. 20 мин., в 13 час. 50 мин., в 15 час 40 мин., 2 апреля 2024 года в 10 час. 40 мин., в 12 час. 00 мин., в 13 час. 10 мин., в 14 час. 25 мин., 9 апреля 2024 года в 11 час. 55 мин., в 13 час. 00 мин., в 13 час. 40 мин., в 14 час. 50 мин., 10 апреля 2024 года в 10 час. 45 мин., в 12 час. 20 мин., в 14 час. 00 мин., в 15 час. 20 мин., 11 апреля 2024 года в 12 час. 50 мин., в 14 час. 50 мин., 15 апреля 2024 года в 11 час. 40 мин., в 12 час. 30 мин., в 14 час. 00 мин., 16 апреля 2024 года в 11 час. 00 мин., в 13 час. 00 мин., в 14 час. 20 мин., в10 час. 15 мин., 8 мая 2024 года в 10 час. 45 мин., в 14 час.55 мин.

Допрошенная судом в качестве свидетеля 

<

ФИО>8 пояснила, что работает в должности старшей операционный медицинской сестры в операционном блоке №2, истец работа с 1 апреля 2024 года в должности операционной медицинской сестры находилась в подчинении у свидетеля. У истца был установлен рабочий график с 08 час. 00 мин. до 15 час. 48 мин., истец была молодым сотрудником, и первое время ее закрепляли за опытными сотрудниками, которые уже длительное время работали, на операцию истцу одну не ставили, поскольку у нее нет опыта, всегда был опытный сотрудник, в связи с чем истец по окончании своего рабочего времени в 15 час. 48 мин. могла уйти с работы. Также в больнице имеется дежурная служба, они работают с 09 час. 00 мин. до 09 час. 00 мин. Истец была заинтересована в работе операционной сестры, и с целью получения опыта истец задерживалась на работе, оставалась истец добровольно, свидетель устных и письменных распоряжений о необходимости истцу остаться на рабочем месте и выполнять работу после окончания ее рабочего времени не давала. При этом свидетель неоднократно делала замечания истцу по поводу ее нахождения в операционном блоке после окончания рабочего времени. Электронные ключи у сотрудников имеются, они необходимы для входа на работу через служебный вход, и входа в основной операционный блок, для входа в операционный зал ключ не требуется. 

Оснований не доверять пояснениям указанного свидетеля у суда не имеется, поскольку свидетель была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, показания свидетеля последовательны и не противоречат собранным по делу доказательствам.

Представленные истцом скриншоты переписки из рабочего чата Оперблок, в который поступили сообщения о времени окончания работы залов, не подтверждают доводы истца о том, что работодатель привлекал ее к сверхурочной работе.

Скриншот переписки с санитаркой дежурной службы 

<

ФИО>10 от 3 мая 2024 года, где истцу сообщено, что ее рабочий день заканчивается когда все убрано, все на места и операции закончились, не подтверждает факт привлечения истца к сверхурочной работе по инициативе работодателя, поскольку истец в подчинении санитарки дежурной службы не находилась, согласно п. 1.4 должностной инструкции операционная медицинская сестра непосредственно подчиняется старшей операционной медицинской сестре операционного блока № 2, должность которой в период работы истца занимала свидетель 

<

ФИО>8

Представленные истцом скриншоты переписки с заведующей операционного блока № 2 

<

ФИО>9 также не подтверждают доводы истца о том, что работодатель привлекал ее к выполнению сверхурочной работы, поскольку спорным является период с 4 марта 2024 года по 18 апреля 2024 года, истцом представлена переписка от 8 мая 2024 года, при этом в этой переписке первой сообщение исходит от истца, на что дается ответ о том, что истца не просили оценивать работу персонала операционной, что рабочий день закончился, с просьбой не беспокоить, несмотря на это истец продолжает писать сообщения, на что получает ответ, что она может идти домой и общаться с истцом будут в понедельник. В данной переписке не содержится сообщений о том, что истцу необходимо остаться на рабочем месте после окончания ее рабочего времени для выполнения работы в спорный период с 4 марта 2024 года по 18 апреля 2024 года.

Доводы истца о том, что доказательством выполнения ею сверхурочной работы являются сведения пропускной системы о позднем выходе с работы, суд отклоняет, поскольку указанное обстоятельство в силу приведенных выше норм трудового законодательства не является основанием для возложения на работодателя обязанности дополнительной оплаты времени пребывания сотрудника на рабочем месте.

При таких обстоятельствах, суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленных требований истцом требований, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что в спорный период истец выполняла сверхурочную работу по распоряжению работодателя.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, приведенным 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Поскольку нарушение трудовых прав истца со стороны работодателя не допущено, производные требования о взыскании компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов также удовлетворению не подлежат. При этом, суд принимает во внимание, что истец уволена с занимаемой должности по собственному деланию, законность увольнение предметом рассмотрения настоящего спора не является. 

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований 

<

ФИО>2, паспорт серии 

<

данные изъяты> к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городской клинический онкологический диспансер», ИНН 

<

***> о взыскании заработной платы за сверхурочную работу, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме посредством подачи апелляционной жалобы через Петроградский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья:

Мотивированное решение суда составлено 9 апреля 2025 года.