№ 44-г-123/2019

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Ростовского областного суда

г. Ростов-на-Дону «17» октября 2019 года

Президиум Ростовского областного суда в составе:

председательствующего Золотаревой Е.А.,

членов президиума Зинкиной И.В., Носова В.И., Проданова Г.А., Чеботаревой М.В., Юровой Т.В.,

рассмотрев гражданское дело по иску ФИО1 к НКО «Гарантийный фонд Ростовской области», третье лицо ООО «Прометей» о применении последствий ничтожной сделки, признании недействительным договора займа, взыскании задолженности, переданное в суд кассационной инстанции на основании определения судьи Ростовского областного суда Ломидзе О.Г. от 02 октября 2019 года, вынесенного по кассационной жалобе ФИО1 на решение Кировского районного суда города Ростова-на-Дону от 29 января 2019 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 10 апреля 2019 года,

по докладу судьи Ростовского областного суда Ломидзе О.Г.,

установил:

ФИО1 (далее – истец, заявитель) обратился в суд к НКО «Гарантийный фонд Ростовской области» (далее – ответчик, фонд) с иском, в котором просил применить последствия недействительности ничтожной сделки и признать недействительными договоры процентного займа № 3 и №4 от 24 апреля 2014 года, взыскать с фонда в пользу истца 2 187 455,71 руб., проценты за неправомерное удержание денежных средств 545 996, 37 руб., расходы по оплате государственной пошлины.

Решением Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 29 января 2019 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 10 апреля 2019 года, в удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационной жалобе заявитель просит отменить решение суда первой инстанции и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда, исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Заявитель жалобы не согласен с выводом судов относительно пропуска истцом срока исковой давности.

Заявитель жалобы указывает на то, что договоры займа между фондом и ООО «Прометей» (правопредшественником истца) не состоялись, поскольку заем фондом ООО «Прометей» предоставлен не был. Банковские операции по передаче фондом займов в рамках договоров процентного займа №3 и №4 от 24 апреля 2014 года признаны фиктивными (мнимыми) определением Арбитражного суда города Москвы от 06 октября 2015 года, вступившим в законную силу.

Денежные средства, полученные фондом от ООО «Прометей» как от должника по договорам займа, согласно позиции заявителя являются неосновательным обогащением фонда. Неосновательное обогащение подлежит возврату истцу (правопреемнику уплатившего их фонду лица) в соответствии с положениями статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Заявитель полагает неверным вывод суда об отсутствии оснований для взыскания процентов за пользование денежными средствами. Указывает на то, что фонд обязан был вернуть денежные средства после 03 декабря 2015 года (после вступления в законную силу определения Арбитражного суда города Москвы от 06 октября 2015 года).

Определением судьи Ростовского областного суда от 12 сентября 2019 года гражданское дело истребовано из Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону. Дело поступило в Ростовский областной суд 23 сентября 2019 года.

Определением судьи Ростовского областного суда от 02 октября 2019 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Ростовского областного суда.

От фонда поступили возражения на кассационную жалобу, в которых фонд просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать. Фонд полагает, что требование о взыскании неосновательного обогащения истцом не заявлялось. Указывает на осведомленность общества при заключении сделки о наличии у банка признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, а также о безденежности займов и отсутствии договорного основания для уплаты процентов за пользование заемными средствами. Фонд ссылается на положения статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации. Фонд полагает, что срок исковой давности пропущен истцом вне зависимости от способа зашиты нарушенного права, поэтому применен судом верно.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель истца по доверенности от 28 декабря 2018 года ФИО2 доводы жалобы поддержала. Представители ответчика по доверенности от 24 сентября 2019 года ФИО3 и по доверенности от 18 июля 2019 года ФИО4 доводам кассационной жалобы возражали. Истец и третье лицо в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы с делом на 17 октября 2019 года извещены надлежащим образом. В соответствии с положениями части 2 статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации президиум считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум Ростовского областного суда приходит к следующему.

При рассмотрении дела в кассационном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судами, рассматривавшими дело, в пределах доводов кассационных жалобы, представления (часть 2 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 

В силу статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

По настоящему делу такие нарушения допущены судами при применении норм материального и процессуального права.

Судами установлены следующие обстоятельства. 

24 апреля 2014 года между фондом и ООО «Прометей» (далее – общество) подписаны договоры процентного займа №3 и №4. В соответствии с условиями подписанных договоров фонд предоставляет обществу займы в размере 15 652 359,59 руб. и 8 438 562,34 руб. путем перечисления денежных средств на счет общества в ОАО «Первый Республиканский Банк» в целях погашения задолженности общества перед указанным банком.

Фонд намеревался предоставить обществу заем посредством списания денежных средств со счета фонда, открытого в ОАО «Первый Республиканский Банк», в счет погашения задолженности общества перед этим банком. 

Соответствующие банковские операции были произведены 25 апреля 2014 года.

Эти банковские операции (по списанию средств со счета фонда, открытого в ОАО «Первый Республиканский Банк», в счет погашения задолженности общества перед банком) признаны недействительными определением Арбитражного суда г. Москвы от 06 октября 2015 года по делу №А40-71548/14 (в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) банка). Арбитражным судом применены последствия их недействительности в виде восстановления задолженности банка перед фондом, восстановления задолженности общества перед банком. Арбитражный суд исходил из того, что совершенные 25 апреля 2014 года спорные сделки в виде списания денежных средств с расчетного счета фонда в счет досрочного исполнения обязательств в том числе общества перед банком являются фиктивными (мнимыми) банковскими проводками, поскольку не отражают действительного списания денежных средств со счета фонда в пользу банка. Определение арбитражного суда вступило в законную силу 03 декабря 2015 года.

Между тем общество приступило к выполнению принятого на себя обязательства заемщика по возврату соответствующих сумм займа на расчетный счет фонда в ОАО КБ «Центр-Инвест» и выплате заимодавцу процентов в размере 9,08% годовых. Всего обществом в связи с договорами займа выплачена фонду сумма в размере 2 187 455,71 руб., последнее перечисление совершено 27 апреля 2015 года.

12 января 2016 года общество направило фонду требование о возврате уплаченной суммы.

17 февраля 2016 года между обществом (цедентом) и истцом (цессионарием) заключено соглашение об уступке права требования к фонду. Фонду вручено уведомление об уступке.

В суде первой инстанции ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока исковой давности.

Ответчик, заявляя о применении срока исковой давности, ссылался на положения статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие специальную норму о начале течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной.

Суд первой инстанции указал на истечение срока исковой давности. 

Судом применены положения главы 12 Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности и специальные положения статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации об исчислении срока исковой давности по недействительным (ничтожным) сделкам, согласно которым течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Срок исковой давности исчислен судом с учетом того, что последнее перечисление спорных денежных средств фонду осуществлено обществом 27 апреля 2015 года, истец обратился в суд 30 ноября 2018 года.

С выводами суда первой инстанции согласился суд апелляционной инстанции.

Выводы судов сделаны без учета следующего.

Требования истца не сводятся к применению последствий недействительности ничтожных сделок – договоров займа № 3 и №4 от 24 апреля 2014 года.

Обосновывая заявленные требования, истец ссылался в том числе на положения статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывал на то, что поскольку суммы займа переданы обществу не были, поступившие от общества фонду платежи являются неосновательным обогащением фонда.

Довод фонда, согласно которому требование о взыскании неосновательного обогащения истцом не заявлялось, не соответствует содержанию искового заявления.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент заключения фондом и обществом договоров займа, договор займа является реальной сделкой. Для заключения договора займа требовалась передача имущества (денежных средств либо родовых вещей).

Из реального характера договоров займа исходили и подписавшие договоры стороны: согласно положениям пункта 1.3 договоров моментом возникновения обязательств по договору является момент поступления (зачисления) денежных средств на счет заемщика в банке.

Согласно пункту 2 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества.

Абзац 2 пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 26 июля 2017 года №212-ФЗ (до 1 июня 2018 года), содержал положение, согласно которому договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации в подлежащей применению к отношениям сторон редакции договоры процентного займа №3 и №4 от 24 апреля 2014 года могут считаться заключенными только при условии действительной передачи займов фондом обществу.

Между тем судами установлено, что определением Арбитражного суда города Москвы от 06 октября 2015 года по делу № А40-71548/2014, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03 декабря 2015 года, банковские операции признаны недействительными и применены последствия недействительности, в том числе в виде восстановления задолженности общества как заемщика перед банком по соглашению в размере 15 652 359,59 руб. и по кредитному договору в размере 8 438 562,34 руб.

Таким образом, судами не установлено, ответчиком не обосновано заключение между фондом как займодавцем и обществом как заемщиком договоров займа, поскольку не установлено, что обществом получено от фонда какое-то предоставление в качестве займа. 

Из положений пункта 2 статьи 1, статьи 168, статьи 421, статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации в их системном толковании следует, что незаключенность договора свидетельствует об отсутствии между сторонами какой-либо сделки.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации – пункт 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По общему правилу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Пункт 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет особенности начала течения срока исковой давности по обязательствам с определенным сроком исполнения, по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования.

Течение исковой давности по требованию о возврате переданного по незаключенному договору начинается не ранее момента, когда истец узнал или, действуя разумно и с учетом складывающихся отношений сторон, должен был узнать о нарушении своего права ответчиком.

Доводы фонда об осведомленности общества при заключении сделки о наличии у банка признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, о безденежности займов, ссылка фонда на положения статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут быть приняты для отклонения кассационной жалобы.

Судами не установлены обстоятельства, при которых спорная сумма не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения, в том числе в соответствии с положениями статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Судам следовало установить следующие обстоятельства:

- были ли заключены договоры займа №3 и №4 от 24 апреля 2014 года, предоставлены ли фондом обществу займы, могут ли внутрибанковские проводки при фактической недостаточности у банка средств на корреспондентских счетах и последующем отзыве у банка лицензии на осуществление банковских операций рассматривается в качестве предоставления займов фондом обществу;

- какую именно сделку исполняло общество, производя фонду платежи в период с 20 октября 2014 года по 27 апреля 2015 года, могут ли данные платежи рассматриваться как исполнение обязанности заемщика по договорам займа.

С учетом выводов по данным вопросам оценить довод истца, приведенный в иске и в апелляционной жалобе, согласно которому заем фондом обществу предоставлен не был, совершенные обществом платежи являются для фонда неосновательным обогащением, подлежащим взысканию по правилам статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также установить момент, с которого надлежало исчислить в рассматриваемом случае срок исковой давности.

Однако обстоятельства заключения договоров займа и возможности исполнения обществом как правопредшественником истца каких-либо обязательств из этих договоров перед фондом суды в нарушение части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не определили в качестве юридически значимых для правильного разрешения спора, они не вошли в предмет доказывания по делу и не получили правовой оценки судов.

Допущенные судами обеих инстанций нарушения норм материального права являются существенными, они повлияли на исход дела, и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя.

Поскольку суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по проверке фактических обстоятельств дела, судебные постановления подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение.

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, подлежат установлению судом первой инстанции, поэтому дело должно быть направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в ходе которого стороны, реализуя свои процессуальные права, вправе поддерживать свою позицию, в том числе и по вопросу доказанности фактических обстоятельств, имеющих значение для дела.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, разрешить дело в соответствии с требованиями закона.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

постановил:

решение Кировского районного суда города Ростова-на-Дону от 29 января 2019 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 10 апреля 2019 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к НКО «Гарантийный фонд Ростовской области», третье лицо ООО «Прометей» о применении последствий ничтожной сделки, признании недействительным договора займа, взыскании задолженности отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Кировский районный суд города Ростова-на-Дону в ином составе суда.

Председательствующий