Судья Фомина А.В. № 33-1175/2026 № 2-4913/2025 22RS0065-01-2025-005642-80

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 февраля 2026 года город Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе

председательствующего Попова С.В.,

судей Цибиной Т.О., Черемисиной О.С.,

при секретаре Чепрасове А.О.,

с участием прокурора Сахновой О.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчика ФИО1 на решение Индустриального районного суда города Барнаула от 13 ноября 2025 года по делу по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Цибиной Т.О., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

06 марта 2023 года в ночное время ФИО1 находился в баре «Бочонок-22», расположенном в 

<

...>, где умышленно нанес рукой один удар в область 

<

данные изъяты> ФИО2, один удар ногой 

<

данные изъяты>, от чего ФИО2 испытал сильную физическую боль. После ФИО1 умышленно нанес рукой не менее двух ударов коленом и не менее одного удара в область 

<

данные изъяты>.

Перечисленными действиями ФИО1 причинил ФИО2 физическую боль и телесные повреждения, а именно 

<

данные изъяты>. В связи с травмой 12 марта 2023 года ФИО2 проведена операция по удалению 

<

данные изъяты>

Приговором Индустриального районного суда города Барнаула от 26 марта 2025 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы. Наказание в виде 2 лет лишения свободы принято считать условным с испытательным сроком 2 года.

В связи с тем, что потерпевший не мог полноценно трудиться на том рабочем месте и с тем доходом, где трудился ранее, испытывал чувства подавленности и унижения, страха за свое существование, не мог передвигаться, испытывал головные боли, нарушение ритма сна, раздражительность и вспыльчивость, ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании 1 000 000 руб. в качестве компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Решением Индустриального районного суда города Барнаула от 13 ноября 2025 года иск ФИО2 удовлетворен частично. С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в сумме 350 000 руб. В остальной части иска отказано. С ФИО1 в доход муниципального образования городской округ город Барнаул взыскана государственная пошлина в размере 3000 руб.

С таким решением не согласился ответчик ФИО1, в апелляционной жалобе ставя вопрос об отмене состоявшегося судебного акта с принятием нового решения об отказе истцу в иске, который, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, спровоцировал конфликт собственными провокационными действиями, оскорбив подателя жалобы и его мать грубой нецензурной бранью, а затем отказавшись от добровольной денежной компенсации. Судом не учтена личность причинителя вреда, страдающего заболеванием крови, который в момент причинения вреда был трезв и находился в кругу друзей, положительно характеризуется по месту жительства и учебы. Ответчик критикует решение суда, поскольку в нем отсутствуют сведения, связанные с лечением и восстановлением здоровья потерпевшего, какие-либо иные доказательства причиненных нравственных страданий.

В письменных возражениях прокурор просил решение суда поддержать.

Проверив законность оспариваемого судебного акта в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе причинителя вреда, выслушав ответчика ФИО3 и его представителя, жалобу поддержавших, заключение прокурора, судебная коллегия не находит оснований для его отмены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, вступившим в законную силу приговором Индустриального районного суда города Барнаула Алтайского края от 26 марта 2025 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью. Приговором суда установлено, что 06 марта 2023 года в ночное время ФИО1 находился в баре «Бочонок-22», где умышленно нанес рукой один удар в область 

<

данные изъяты> ФИО2, один удар ногой в 

<

данные изъяты>. После ФИО1 умышленно нанес рукой не менее двух ударов коленом и не менее одного удара 

<

данные изъяты>.

Перечисленными действиями ФИО1 причинил ФИО2 закрытую тупую травму 

<

данные изъяты> В связи с травмой 12 марта 2023 года ФИО2 проведена операция по удалению 

<

данные изъяты>

Разрешая исковые требования ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции, пришел к выводу о доказанности наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями ответчика и причиненными истцу физическими и нравственными страданиями.

При определении размера компенсации морального вреда в размере 350 000 руб. суд первой инстанции учел обстоятельства совершения ответчиком преступления, тяжесть причиненного ФИО2 вреда, характер и степень физических и нравственных страданий, поведение причинителя вреда, не проявившего намерений загладить причиненный вреда, а также умышленный характер действий осужденного ответчика, что препятствует применению ч.3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции о частичном удовлетворении исковых требований соглашается, не усматривая предусмотренных законом оснований для уменьшения размера взысканной судом компенсации морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, личная неприкосновенность относятся к нематериальным благам.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

В п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В п. 28 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Размер денежной компенсации морального вреда, взысканной в пользу ФИО2, определен судом с учетом требований статей 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, по результатам исследования представленных доказательств, получивших надлежащую правовую оценку применительно к статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем доводы жалобы о завышенном размере компенсации судебная коллегия считает несостоятельными, направленными на иную оценку доказательств, для чего процессуальные предпосылки отсутствуют.

Вопреки доводам жалобы, размер денежной компенсации морального вреда в размере 350 000 руб. определен с учетом получения потерпевшим в результате умышленных действий причинителя вреда травмы, повлекшей потерю (удаление) органа.

Доводы о противоправном и провокационном поведении потерпевшего, находящегося в состоянии алкогольного опьянения и оскорблявшего нецензурной бранью ФИО1, его мать и друзей, что действительно подтверждено вступившим в законную силу приговором суда, высказавшего позицию о том, что именно такое поведение ФИО2 явилось поводом для совершения преступления (л.д. 6 об.), названы ответчиком при разрешении иска потерпевшего и учтены судом, значительно снизившим требования ФИО2

Кроме того, коллегия полагает, что стороны находились в баре, где потребление посетителями спиртным напитков предполагается, тогда как реакция трезвого ответчика на действия истца, находящегося в состоянии сильного алкогольного опьянения, была явно несоизмерима с теми последствиями, которые наступили у ФИО2

По причине умышленного характера действий причинителя вреда не имеют значения положительные характеристики, возраст и состояние здоровья ФИО1, семейное положение, уровень доходов и род деятельности осужденного лица.

Что касается уклонения суда первой инстанции от установления и оценки таких значимых для дела обстоятельств как длительность лечения, последствия травмы, наличие амбулаторного лечения, то коллегия восполнят этот пробел исследованием содержания судебной медицинской экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, откуда следует, что спустя 6 дней после полученной травмы ФИО2 в условиях стационара проведено удаление селезенки, при этом имел место выход значительного количества крови в брюшную полость.

В стационаре ФИО2 провел 10 календарных дней, где он был подвергнут различного рода исследованиям, а также операционному вмешательству по удалению селезенки. После проведения операции врачами отмечено тяжелое состояние больного.

При подаче жалобы ответчиком не учтено, что причиненный тяжкий вред здоровью повлек за собой лечение, операцию, посттравматические симптомы, что подтверждено проведенным ФИО2 ультразвуковым исследованием брюшной полости (л.д. 8).

Следует признать бездоказательными доводы жалобы о стремлении причинителя вреда загладить вред, как неподтвержденные объективными средствами доказывания.

В то же время материалами дела подтверждается, что в результате преступления истец получил телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, что само по себе свидетельствует о несении ФИО2 физических и нравственных страданий, наличие которых носит очевидный характер.

Зрелый возраст ФИО2 податель жалобы ошибочно рассматривает в качестве обстоятельства, подтверждающего незначительность причиненного вреда.

Напротив, это обстоятельство в виде возраста и состояния здоровья потерпевшего в сравнении с молодым возрастом причинителя вреда лишь усугубляют гражданско-правовую ответственность ФИО1, рожденного в 2003 году, который, нанося внезапные удары, не мог не осознавать значительную разницу в возрасте с потерпевшим.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Индустриального районного суда города Барнаула от 13 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение составлено 20 февраля 2026 года.