Дело № 12-20/2024 (№ 12-532/2023)

УИД № 62RS0004-01-2023-003982-83

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении 

г. Рязань 6 февраля 2024 года

Судья Советского районного суда г. Рязани Прошкина Г.А., при секретаре судебного заседания Щеголихиной И.Ю.,

с участием лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, ФИО1 и ее защитника – адвоката Макаровой Л.А., действующей на основании ордера и удостоверения,

представителя потерпевшего ФИО4 – адвоката ФИО6, действующей на основании доверенности и удостоверения, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда жалобу ФИО1 на постановление начальника отделения – старшего судебного пристава ОСП по г. Рязани и 

<

адрес> УФССП России по Рязанской области №-ИП от дд.мм.гггг. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением начальника отделения – старшего судебного пристава ОСП по г. Рязани и 

<

адрес> УФССП России по Рязанской области №-ИП от дд.мм.гггг. ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере 1 000 руб.

В поступившей в Советский районный суд г. Рязани жалобе лицо, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, в лице своего защитника просила постановление отменить, а производство по делу прекратить ввиду отсутствия в состава административного правонарушения.

В судебном заседании ФИО1 и ее защитник ФИО5 жалобу поддержали по изложенным в ней основаниям и просили ее удовлетворить. Дополнительно, указали на то, что судебный пристав-исполнитель причины неисполнения требований исполнительного документа не выясняла, попыток выяснить мнение (намерения, желания) ребенка не предпринимала, а, ограничившись наличием в деле письма ранее привлекавшегося к исполнительным действиям специалиста-психолога, впоследствии в отношении него удовлетворила ходатайство должника.

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве потерпевшего ФИО4 – ФИО6 против удовлетворения жалобы возражала, просила постановление оставить без изменения, а жалобу без удовлетворения, изложив свою подробную правовую позицию в приобщенных к материалам дела письменных возражениях и устных объяснениях.

Суд, выслушав объяснения, посчитав возможным рассмотреть дело в отсутствии потерпевшего, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства и об его отложении не просившего, доказательств уважительности причин своей неявки не представлявшего, изучив доводы жалобы и исследовав материалы дела в полном объеме, приходит к следующему.

По общему правилу вступившие в законную силу судебные акты, являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Принудительное исполнение судебных актов осуществляется службой судебных приставов в рамках исполнительного производства в соответствии с нормами Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее по тексту – Закон об исполнительном производстве).

В порядке реализации указанных полномочий судебному приставу-исполнителю предоставлено право предъявлять к лицам, участвующем в исполнительном производстве, отдельные законные требования, которые также являются обязательными для всех государственных органов, органов местного самоуправления, граждан и организаций и подлежат неукоснительному выполнению на всей территории Российской Федерации (ст. 6 Закона об исполнительном производстве). 

Невыполнение законных требований судебного пристава-исполнителя, а также воспрепятствование осуществлению судебным приставом-исполнителем функций по исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц влечет ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации.

Так, ч. 1 ст. 105 Закона об исполнительном производстве гласит, что в случаях неисполнения должником требований, содержащихся в исполнительном документе, в срок, установленный для добровольного исполнения, судебным приставом-исполнителем выносится постановление о взыскании исполнительского сбора в порядке ст. 112 Закона, а должнику устанавливается новый срок для исполнения требований исполнительного документа.

Согласно ч. 2 ст. 105 Закона об исполнительном производства, неисполнение должником требований, содержащихся в исполнительном документе, без уважительных причин во вновь установленный срок, является основанием для составления судебным приставом-исполнителем в отношении должника протокола об административном правонарушении в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях и установления нового срока для исполнения требований исполнительного документа.

Таким образом, за неисполнение должником требований, содержащихся в исполнительном документе, в первоначально установленный срок для добровольного исполнения, с должника взыскивается исполнительский сбор.

В свою очередь, неисполнение должником содержащихся в исполнительном документе требований неимущественного характера в срок, установленный судебным приставом-исполнителем после вынесения постановления о взыскании исполнительского сбора, влечет административную ответственность по ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ.

Вместе с тем, оценка наличия в действиях (бездействии) должника состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ, в обязательном порядке предполагает выяснение в полном соответствии со ст. ст. 24.1, 26.1, 26.2, 26.11 Кодекса всех обстоятельств, в том числе касающихся наличия (отсутствия) вины должника в неисполнении требований исполнительного документа (совершения (не совершения) должником всех необходимых мер, направленных на своевременное исполнение требований исполнительного документа, а также наличия (отсутствия) объективных препятствий в его неисполнении). 

Как следствие, привлечение лица к административной ответственности по ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ с нарушением установленных требований, не может быть признано законным и обоснованным, а потому подлежит отмене. 

При этом, в случае установления обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии в действиях лица вины в неисполнении требований исполнительного документа, то есть одного из обязательных элементов состава административного правонарушения или при недоказанности соответствующих обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление, производство по делу подлежит прекращению (п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ).

В рассматриваемом случае, основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ, на что указано в постановлении №-ИП от дд.мм.гггг., послужил тот факт, что дд.мм.гггг. по адресу: 

<

адрес> она не исполнила требования судебного пристава-исполнителя, не предоставив возможность ФИО4 встречи и общения с ребенком, в порядке установленным Железнодорожным районным судом г. Рязани по делу № от дд.мм.гггг..

Из материалов дела усматривается:

Вступившим в законную силу определением Железнодорожного районного суда г. Рязани по гражданскому делу № был установлен временный, до вступления в законную силу решения суда по иску ФИО4к ФИО1 о передаче ребенка на воспитание отцу, порядок осуществления родительских прав ФИО7 в отношении сына ФИО8, дд.мм.гггг. года рождения, в соответствии с которым каждое воскресенье месяца с 11 до 13 час. истец имеет право встречаться и общаться с сыном в присутствии опекуна для проведения совместного выходного дня на территории города Рязани с правом совместных прогулок, посещения детских игровых площадок и культурно-развлекательных мероприятий в соответствии с возрастом ребенка.

дд.мм.гггг. в ОСП по г. Рязани и 

<

адрес> на основании исполнительного листа ФС № от дд.мм.гггг., выданного Железнодорожным районным судом г. Рязани, было возбуждено исполнительное производство №-ИП в пользу взыскателя ФИО4 в отношении должника ФИО1 с предметом исполнения «определение порядка общения с несовершеннолетним ребенком».

дд.мм.гггг. ФИО1 вручено требование об исполнении исполнительного документа.

В мае 2022 года судебным приставом-исполнителем осуществлялись исполнительные действия, направленные на исполнение судебного акта, которые результата не дали, поскольку ребенок отказывался от контактов с взыскателем, о чем были составлены акты от 1 мая 2022 года, 15 мая 2022 года.

22 мая 2022 года в рамках исполнительного производства была произведена очередная попытка совершения исполнительных действий, осуществленная с привлечением специалистов-психологов, по результатам которой судебным приставом-исполнителем принято решение от 06 июня 2022 года п. 1 ч. 1 ст. 47 Закон об исполнительном производстве, то есть в связи с фактическим исполнением.

Впоследствии, по заявлению взыскателя постановление об окончании исполнительного производства было отменено, а исполнительное производство № 85240/22/62034-ИП возобновлено, о чем вынесено постановление от 11 ноября 2022 года. 

Впоследствии судебный пристав-исполнитель неоднократно предпринимал попытки исполнить требования исполнительного документа, но, по сути, с тем результатом, что ребенок от контактов с взыскателем отказывался, о чем были составлены акты от 13 ноября 2022 года, 4 декабря 2022 года, 18 декабря 2022 года, 25 декабря 2022 года. 

15 января 2023 года судебным приставом-исполнителем в присутствии взыскателя ФИО4 был составлен очередной акт о совершении исполнительных действий, согласно которому в ходе осуществления исполнительных действий по адресу: 

<

адрес> (во дворе дома) должником ФИО1 не представлен ребенок для общения со взыскателем. Решение суда не исполнено. 

06 февраля 2023 года судебным приставом-исполнителем в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ. 

17 февраля 2023 года врио начальника отделения – старшего судебного пристава ОСП по г. Рязани и 

<

адрес> ФИО9 в отношении ФИО1 принято постановление №-ИП по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ. 

Однако, решением Советского районного суда г. Рязани от дд.мм.гггг. указанное постановление №-ИП было отменено, а производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ, в отношении ФИО1 прекращено по п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава административного правонарушения.

Отменяя постановление должностного лица и прекращая производство по делу, судья приняла во внимание отсутствие обязательного условия для привлечения должника к административной ответственности по ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ в виде предшествующего взыскания исполнительского сбора.

Одновременно, районный суд пришел к выводам, а Рязанский областной суд в апелляционном решении от 9 августа 2023 года, согласился с таким выводами о том, что судебный пристав-исполнитель не проверил причины неисполнения должником исполнительного документа, не установил обстоятельств, свидетельствующих о вине должника, то есть фактически положил в основу постановления презумпцию ее вины, что является формальным и заведомо недопустимым подходом, в то время как отсутствие общения отца с ребенком без выяснения причин этого обстоятельства, не является и не может являться самостоятельным и достаточным основанием для привлечения должника к административной ответственности.

8 августа 2023 года судебным приставом-исполнителем в отношении должника ФИО1 вынесено постановление о взыскании исполнительского сбора с установлением нового срока исполнения.

3 сентября 2023 года судебным приставом-исполнителем в присутствии взыскателя ФИО4 составлен акт о совершении исполнительных действий, согласно которому в ходе осуществления исполнительных действий по адресу: 

<

адрес> (во дворе дома) должником ФИО1 ребенок для общения не предоставлен. Решение суда не исполнено. 

06 октября 2023 года судебным приставом-исполнителем в отношении ФИО1 вновь составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ. 

Как следствие, 23 октября 2023 года начальником отделения – старшим судебным приставом ОСП по г. Рязани и 

<

адрес> ФИО10 в отношении ФИО1 вновь принято постановление №-ИП по ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ. 

Между тем, ФИО1 в ходе исполнительного производства последовательно указывала и указывает на отсутствие ее вины в не исполнении требования судебного пристава-исполнителя в связи с тем, что ребенок самостоятельно отказывается от встреч с отцом ФИО4

Обоснованность соответствующих утверждений стороны должника подтверждается выводами суда в решении от 4 июля 2023 года, отдельными актами о совершении исполнительных действия (в том числе от 12 февраля 2023 года, 12 марта 2023 года, 2 апреля 2023 года, 21 мая 2023 года. 23 июля 2023 года и др.), постановлением о привлечении специалиста от 19 мая 2023 года, постановлениями об отложении исполнительских действий от 8 июня 2023 года и от 23 июня 2023 года, актом от 22 октября 2023 года, постановлением о привлечении специалиста от 16 августа 2023 года, отзывом-характеристикой педагога-психолога о психологическом состоянии ребенка, заключением психолога по результатам психологической диагностики несовершеннолетнего, постановлением судебного пристава об удовлетворении ходатайства должника об отводе специалиста, письмом в ГБУ РО «Областная клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Баженова» о возможности привлечения психолога и др.

Во всяком случае, оспариваемое постановление анализ данных доказательств не содержит, и доказательств обратного в материалах исполнительного производства не содержится.

Таким образом, судебный пристав-исполнитель, ограничившись составлением акта от дд.мм.гггг. о неисполнении требований исполнительного документа, вновь не осуществил обязательной в таком случае проверки причины его неисполнения, не установил обстоятельства, свидетельствующие о вине должника, по прежнему исходя из презумпции вины должника, то есть применил недопустимый формальный подход к рассмотрению дела.

В то время, как ч. 4 ст. 109.3 Закона об исполнительном производстве, непосредственно регулирующей исполнение требований исполнительного документа о порядке общения с ребенком, именно на судебного пристава-исполнителя возлагает обязанность установить, наличие (отсутствие) в действиях (бездействии) должника препятствий общению с ребенком. 

Тем более, что само по себе отсутствие общения отца с ребенком, без выяснения причин этого обстоятельства, не является самостоятельным и достаточным основанием для применения к опекуну ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ. 

Напротив, на основании совокупности установленных обстоятельств настоящего дела, суд приходит к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ.

Вопреки утверждению потерпевшей стороны, нежелание ребенка общаться с отцом могло быть вызвано негативным опытом взаимодействия с ним до момента перехода ребенка под опеку, а непосредственно в рассматриваемом случае, когда ребенок в сознательном возрасте не знал родителя и не имел контактов с ним. 

Для подтверждения (опровержения) же наличия со стороны должника (опекуна) психологического индуцирования в отношении ребенка (активного настраивания ребенка против родителя) с целью формирования его негативного образа, и, как следствие, для безусловного признания наличия со стороны должника препятствий к исполнению вынесенного судебного акта, необходимо, как минимум, получение соответствующего заключения специалиста-психолога, отвечающего требованиям законодательства.

В материалах исполнительного производства имелись предоставленные должником отзыв-характеристика педагога-психолога и заключение психолога по результатам психологической диагностики несовершеннолетнего, в выводах которого содержатся данные о наличии у ребенка признаков отрицания биологического отца и страха потерять семью, а у специалиста опасений относительно возможности давления на ребенка в целях навязывания общения с отцом, а потому о необходимости пересмотра формата встреч между ними.

Судебным приставом исполнителем было инициирована работа с ребенком педагога-психолога из ОГБУ ДО «Центр семьи и детства», результатом которого явилась встреча с ребенком еще дд.мм.гггг. и направление мнения по вопросам психологического состояния ребенка, а также истинных причин отношения ребенка к опекуну и отцу.

Действительно, специалист указал на то, что возрастные особенности ребенка, а также декларируемые им вслух высказывания о нежелании встречаться и видеть отца, не могут быть достаточными для определения истинного отношения ребенка и причин такого отношения.

Вместе с тем, специалист прямо указал, что выяснение таких причин возможно только после проведения психологической диагностической работы с участием опекуна и кровного отца и последующего проведения судебной психологической экспертизы.

Кроме того, впоследствии судебный пристав удовлетворил ходатайство должника и признал обоснованным отвод специалиста ОГБУ ДО «Центр семьи и детства».

Причем, как на момент принятия оспариваемого постановления, так и до настоящего времени экспертиза не проведена и заключения специалиста по всем указанным вопросам, устраняющая противоречия между утверждениями сторон спора и мнениями различных специалистов, так и не проведена.

Необходимо также учитывать, что Методические рекомендации по порядку исполнения исполнительных документов, связанных с порядком общения с ребенком, на которые ссылается потерпевшая сторона, как на нормативный акт, содержащий перечень условий для признания должника препятствующим исполнению требований соответствующего исполнительного документа, в установленном законом порядке Минюстом не утверждались и ФССП России к применении не рекомендовались.

При этом, якобы наличие в решении суда по другому инициированному должником административному спору с судебными приставами по вопросу оспаривания постановления о временном ограничении на выезд должника из Российской Федерации, при тех же доказательствах и фактических обстоятельств, выводов о том, что должник мер к исполнению требований исполнительного документа не предпринимает и негативно влияет на настроение ребенка с целью воспрепятствования его общению с биологическим отцом, юридического значения для рассматриваемого дела не имеет, так как данное решение суда (по утверждению сторон) находится на стадии апелляционного рассмотрения, то есть в законную силу не вступило.

Более того, до настоящего времени гражданское дело по спору между о порядке общения с ребенком (обеспечительная мера по которому исполняется в рамках исполнительного производства) также не рассмотрено, и по информации лиц, участвующих в деле, подтвержденной общедоступной информацией, содержащейся на сайте суда, приостановлено именно для проведения судебной психологической экспертизы. 

При таких обстоятельствах обжалуемое постановление подлежит отмене, а производство по делу прекращению по п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, а именно в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 24.5, 30.7 КоАП РФ, судья 

РЕШИЛ:

Жалобу ФИО1 – удовлетворить частично.

Постановление начальника отделения – старшего судебного пристава ОСП по г. Рязани и 

<

адрес> УФССП России по Рязанской области №-ИП от дд.мм.гггг. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ – отменить; а производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 17.15 КоАП РФ, в отношении ФИО1 – прекратить по п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление.

Решение может быть обжаловано и (или) опротестовано в Рязанский областной суд в течение 10 суток с момента вручения или получения копии решения.

Судья /подпись/