Судья Широкова В.И.

дело № 2-1260/2025

УИД 74RS0027-01-2025-001831-05

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

дело № 11-3133/2026

05 марта 2026 года

г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Дюсембаев А.А.,

судей Клыгач И.-Е.В., ФИО1,

при ведении протокола секретарем Мустафиной В.Ю.

с участием прокурора Томчик Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Кыштымского городского суда Челябинской области от 04 декабря 2025 года по исковому заявлению ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «СтилАрмор» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве.

Заслушав доклад судьи Дюсембаева А.А. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, объяснения истца ФИО2, представителя истца - ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «СтилАрмор» (далее - ООО «СтилАрмор») о взыскании компенсации морального вреда в размере 2000000 рублей, расходов на оплату услуг представителя в размере 28000 рублей.

В обоснование иска ФИО2 указал, что с ДД.ММ.ГГГГ года работал 

<

данные изъяты> в ООО «СтилАрмор». 08 марта 2025 года, во время исполнения трудовых обязанностей истец получил производственную травму, поскольку 

<

данные изъяты>. Установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Из акта о несчастном случае установлено, что причинами несчастного случая на производстве явились 

<

данные изъяты> В результате полученных травм истец в период с 

<

данные изъяты>. ФИО2 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности № в связи с несчастным случаем на производстве. Истец испытывает физические и нравственные страдания, связанные 

<

данные изъяты>

Определением Кыштымского городского суда Челябинской области, занесенным в протокол судебного заседания от 13 ноября 2025 года, к участию в деле в качестве третьих ли, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8

Истец ФИО2, представитель истца - ФИО3, в судебном заседании суда первой инстанции поддержали исковые требования.

Представитель ответчика ООО «СтилАрмор» - ФИО9 в судебном заседании суда первой инстанции возражала против удовлетворения исковых требований.

Третьи лица ФИО4, ФИО5, ФИО10, ФИО7, ФИО11 в судебном заседании суда первой инстанции возражали против удовлетворения исковых требований.

Решением Кыштымского городского суда Челябинской области от 04 декабря 2025 года исковые требования ФИО2 удовлетворены частично. С ООО «СтилАрмор» взыскана компенсация морального вреда в размере 350000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 28000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новое решение, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме. Указывает, что перед выполнением работ на производстве никакого обучения он не проходил, экзамены не сдавал, приказа о закреплении истца за ФИО11 не было, в материалы дела не представлено. Считает, что взысканный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда существенно занижен, поскольку судом не в полной мере учтены тяжесть причиненного вреда, физические и нравственнее страдания истца.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.

В судебное заседание апелляционной инстанции представитель ответчика ООО «СтилАрмор», третьи лица ФИО11, ФИО7, ФИО5, ФИО4, ФИО6 при надлежащем извещении не явились, в соответствии со ст. 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным провести судебное заседание в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав стороны, заключение прокурора, судебная коллегия находит решение суда подлежащим изменению в части взыскания компенсации морального вреда, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, 07 марта 2025 года ФИО2 был принят в ООО «Стил Армор» стропальщиком 

<

данные изъяты> (трудовой договор №№ от 07 марта 2025 года) (л.д. 17-18, т.1).

Согласно акту о несчастном случае на производстве №№, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Причинами несчастного случая является 

<

данные изъяты>.

Факт грубой неосторожности со стороны ФИО2 не установлен.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда явились: ФИО4 

<

данные изъяты> ООО «Стил Армор» допустил нарушение 

<

данные изъяты>.

ФИО5 

<

данные изъяты>.

ФИО6 

<

данные изъяты>.

ФИО7 

<

данные изъяты>.

ФИО11 

<

данные изъяты>

Согласно справке №№, выданной 

<

данные изъяты> от 30 июня 2025 года, ФИО2 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - № с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 65, т.1).

В материалах дела имеется выписной эпикриз, в соответствии с которым ФИО2 

<

данные изъяты>

Согласно заключению эксперта №№ от 20 марта 2025 года, на основании данных медицинских документов, с учетом обстоятельств дела, у ФИО2 при обращении за медицинской помощью были диагностированы: 

<

данные изъяты> Эти повреждения могли образоваться от 

<

данные изъяты>, возможно в срок и при обстоятельствах, указанных в описательной части постановления и по признаку длительного расстройства здоровья на срок свыше 3-х недель, квалифицируются как вред здоровью 

<

данные изъяты> (п. № Приложения к приказу МЗиСР РФ №194н от 24 апреля 2008 года: Временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) (далее - длительное расстройство здоровья)) (л.д. 85 (оборот) – 86, т.1).

Платежным поручением №№ от 24 апреля 2025 года ООО «Стил Армор» в адрес ФИО2 переведены денежные средства в размере 117784 рублей в счет материальной помощи (л.д. 94, т.1).

Постановлением 

<

данные изъяты> от 26 марта 2025 года в возбуждении уголовного дела, предусмотренного № Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении неустановленного лица отказано по основаниям № Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 71, 88 (оборот) - 89, т.1).

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание вину ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда, учел фактические обстоятельства несчастного случая, характер страданий истца, выразившихся в 

<

данные изъяты>, отсутствие вины истца в причинении вреда, а также учел требования разумности и справедливости, и определил компенсацию морального вреда, взыскиваемую с работодателя ООО «Стил Армор» в пользу ФИО2 в размере 350000 рублей.

Разрешая требования истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд первой инстанции исходил из положений ст.ст. 98,100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, требований разумности и справедливости, сложности дела, продолжительности его рассмотрения, объема выполненной представителем работы: консультация, подготовка искового заявления, участие в трех судебных заседаниях, принял во внимание отсутствие доказательств чрезмерности заявленной суммы судебных расходов, и определил расходы на оплату услуг представителя, взыскиваемые с ответчика, в размере 28000 рублей.

Соглашаясь с выводами суда о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда с ООО «Стил Армор», судебная коллегия не может согласиться с размером определенной судом суммы компенсации, полагая доводы апелляционной жалобы истца в данной части заслуживающими внимания.

В силу положений абз. четвертого и четырнадцатого ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз. 2 ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, в также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абз. 2, 13 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работников во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные материальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В абз. 2 п.а 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абз. 3 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз. 4 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Потерпевший ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в результате несчастного случая на производстве, утратил трудоспособность в размере №%, получил вред 

<

данные изъяты>. Из объяснений стороны истца следует, что в связи с 

<

данные изъяты>

В решении суда первой инстанции не содержится обоснование вывода о том, почему сниженная более чем в 5 раз, относительно заявленной истцом в иске, сумма является достаточной компенсацией причиненных ФИО2 физических и нравственных страданий в связи с несчастным случаем на производстве, повлекшим причинение вреда 

<

данные изъяты> здоровью истца в результате виновных действий ответчика по необеспечению безопасных условий и охраны труда на рабочем месте.

Таким образом, с учетом того, что несчастный случай с истцом произошел по вине работодателя, не обеспечившего безопасных условий труда, отсутствие должного контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, за соблюдением работниками требований охраны труда, учитывая характер полученной производственной травмы (

<

данные изъяты>), повлекшей сильнейший болевой синдром, что изменило привычный активный образ жизни истца, с учетом молодого возраста истца (на момент несчастного случая истцу было № лет), длительностью лечения (

<

данные изъяты>), действий работодателя по возмещению ущерба пострадавшему (со стороны ООО «Стил Армор» выплачена компенсация в размере 117784 рублей) судебная коллегия полагает обоснованной подлежащую взысканию с ООО «Стил Армор» сумму компенсации морального вреда в размере 600000 рублей, а потому находит решение суда первой инстанции в части размера компенсации морального вреда подлежащим изменению.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Кыштымского городского суда Челябинской области от 04 декабря 2025 года в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Стил Армор» в пользу ФИО2 компенсации морального вреда изменить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стил Армор» (ОГРН № в пользу ФИО2 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 600000 рублей

В остальной части это же решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено 20 марта 2026 года