Судья: Русинова Н.Г. Дело №

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Липецк 9 декабря 2025 года

Суд апелляционной инстанции Липецкого областного суда в составе:

председательствующего судьи Ртищевой Л.В.,

при помощнике судьи Братухиной Е.А.,

с участием прокурора Навражных С.С.,

осужденного ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

данные изъяты>, на постановление Правобережного районного суда города Липецка от 3 сентября 2025 года об отказе в удовлетворении представления заместителя директора ФСИН России ФИО12 и заявления осужденного ФИО1 о передаче осужденного ФИО1 для дальнейшего отбывания наказания в Кыргызскую Республику,

заслушав доклад судьи Ртищевой Л.В. в части содержания постановления, существа апелляционной жалобы, возражений на нее, выслушав мнение осужденного об отмене постановления, прокурора об оставлении постановления без изменений, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 осужден 7 апреля 2021 года приговором Советского районного суда города Липецка по ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (с учетом апелляционного определения Липецкого областного суда от 10 августа 2021 года) к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Осужденный отбывает наказание в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Липецкой области. Начало срока 10 августа 2021 года, конец срока 11 августа 2029 года. Зачтен в срок отбывания наказания период содержания под стражей с 13 августа 2019 года до 10 августа 2021 года из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Федеральная служба исполнения наказаний России обратилась с представлением о передаче осужденного ФИО1 для отбывания наказания в Кыргызскую Республику, указав, что Российская Федерация и Кыргызская Республика являются участниками Конвенции о передаче осужденных к лишению свободы для дальнейшего отбывания наказания от 6 марта 1998 года (далее – Конвенция). Конвенция ратифицирована российской стороной 13 октября 2009 года Федеральным законом №235-ФЗ).

3 сентября 2025 года Правобережным районным судом города Липецка постановлено решение, резолютивная часть которого изложена выше.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит отменить обжалуемое судебное решение ввиду существенных нарушений требований УПК РФ и удовлетворить ходатайство о переводе его для дальнейшего отбывания наказания в Кыргызскую Республику.

В обоснование доводов апелляционный жалобы, ФИО1 указывает, что суд проигнорировал требования п.3 ст. 472 УПК РФ, поскольку не исследовал возможность назначения ему более строгого наказания за совершенное им деяние в Кыргызской Республике, что существенно для правильного разрешения дела. Кроме того суд не учет, что положения Конвенции являются приоритетом перед внутригосударственными законами РФ и если УПК РФ не позволяют суду применить ему экстрадицию, то Конвенция это обязывает сделать суд. Также не учтено, что Генеральная прокуратура Кыргызской Республики гарантирует РФ соблюдение положений Конвенции в части наказания и вправе будет пересмотреть свои решения после его этапирования для соблюдения и выполнения международных договоров.

В своих возражениях ст. помощник Липецкого прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Липецкой области ФИО2 просил обжалуемое постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Проверив представленный материал, доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 469 УПК РФ основанием передачи лица, осужденного судом РФ к лишению свободы, для отбывания наказания в государстве, гражданином которого оно является, служит решение суда по результатам рассмотрения представления федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в области исполнения наказаний, либо обращения осужденного или его представителя, а равно компетентных органов иностранного государства в соответствии с международным договором РФ либо письменным соглашением компетентных органов РФ с компетентными органами иностранного государства на основе принципа взаимности.

Конвенция о передаче осужденных лиц от 21 марта 1983 года предусматривает, что осужденное лицо может быть передано в соответствии с этой Конвенцией только при соблюдении ряда условий, в том числе, если действия или бездействие, в связи с которыми был вынесен приговор, являются уголовным правонарушением в соответствии с законодательством государства исполнения приговора или являлись бы уголовным правонарушением, если бы они имели место на его территории; как государство вынесения приговора, так и государство исполнения приговора дают согласие на такую передачу (подпункты «e», «f» пункта 1 статьи 3).

Ст. 471 УПК РФ устанавливает, что в передаче лица, осужденного судом Российской Федерации к лишению свободы, для отбывания наказания в государстве, гражданином которого это лицо является, может быть отказано, если наказание не может быть исполнено в иностранном государстве, в частности, вследствие несопоставимости с условием и порядком отбывания осужденным наказания, которые определены судом или иным компетентным органом иностранного государства (подпункт «в» пункта 2), а также, если не достигнуто согласие о передаче осужденного на условиях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (пункт 4).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 36 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2012 года N 11 «О практике рассмотрения судами вопросов, связанных с выдачей лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, а также передачей лиц для отбывания наказания», под несопоставимостью условий и порядка отбывания осужденным наказания в виде лишения свободы понимаются такие различия в условиях и порядке отбывания наказания в государстве исполнения приговора и в Российской Федерации, которые не позволяют достигнуть цели наказания - восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения новых преступлений.

Из представленных материалов усматривается, что ФИО1 является гражданином Кыргызской Республики. Постановлением Верховного суда Кыргызской Республики от 25 марта 2025 года следует, что преступление, совершенное ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, также является уголовно-наказуемым деянием в соответствии с законодательством Кыргызской Республики и соответствует ч.1 ст.39, п.1, 2 ч.2 ст.267 УК Кыргызской Республики (в редакции Закона от 2 февраля 2017 года) с применением ч.3 ст.76 этого же Кодекса ФИО1 определено к отбытию наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет 6 месяцев с отбыванием в силу требований ч. 4.1 ст.67 УК Кыргызской Республики в исправительной колонии строгого режима; кроме того, на основании ч.5.1 ст.80 УК Кыргызской Республики, срок предварительного заключения осужденного ФИО1 в период с 13 августа 2019 года до 10 августа 2021 года, постановлено зачесть в срок отбывания назначенного наказания из расчета: один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Вопреки доводу апелляционной жалобы, суд первой инстанции при вынесении решения учел, что Министерством Юстиции РФ с Генеральной прокуратурой Кыргызской республики было достигнуто согласие о передаче осужденного на условиях, предусмотренных Конвенцией о передаче осужденных лиц, отраженное в письме заместителя директора Департамента международного права и сотрудничества ФИО7 от 11 июня 2025 года с учетом заявленной гарантией Генеральной прокуратуры Кыргызской Республики в соответствии со ст. 14 Конвенции исполнения приговора.

Вместе с тем, довод осужденного о приоритете применения Конвенции является необоснованным, поскольку согласно разъяснений Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 14 июня 2012 года N 11 «О практике рассмотрения судами вопросов, связанных с выдачей лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, а также передачей лиц для отбывания наказания», соблюдение условий передачи, определенных в статье 3 названной Конвенции, не исключает возможность отказа в передаче государству - участнику данного международного договора по основаниям, предусмотренным статьей 471 УПК Российской Федерации (пункт 34). Передача осужденных лиц для отбывания наказания в виде лишения свободы в другое государство является правом, а не обязанностью государства вынесения приговора.

По смыслу действующего законодательства под несопоставимостью условий и порядка отбывания осужденным наказания в виде лишения свободы, являющейся, согласно ст. 471 УПК РФ, одним из оснований для отказа в передаче, понимаются такие различия в условиях и порядке отбывания наказания в государстве исполнения приговора и в России, которые не позволяют достигнуть целей наказания – восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений (ст. 43 УК РФ).

В соответствии с принципом справедливости, установленным УК РФ, наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (часть 1 статьи 6 УК РФ).

При таких обстоятельствах, исходя из принципа справедливости, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что исполнение приговора суда Российской Федерации, которым постановлено отбывать наказание ФИО1 в виде 10 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, на территории Кыргызской Республики невозможно, поскольку имеет место несопоставимость назначенного приговором наказания с условиями и порядком отбывания наказания, определенных осужденному судом того государства, гражданином которого он является.

Согласно ст. 10 Конвенции о передаче осужденных лиц от 21 марта 1983 года в случае продолжения отбывания наказания государство исполнения приговора связано правовым характером и сроком наказания, определенным государством вынесения приговора.

Изложенное указывает на то, что фактически не достигнуто согласие между компетентными органами Кыргызской Республики и Российской Федерации о передаче осужденного ФИО1 на условиях, предусмотренных Конвенцией о передаче осужденных лиц от 21 марта 1983 года, а потому основания для удовлетворения представления отсутствуют.

Довод осужденного о том, что суд проигнорировал требования ст. 472 УПК РФ является несостоятельным, так как постановлением Верховного суда Кыргызской Республики ФИО1 определено максимальное наказание по ч.1 ст. 39, п.п. 1,2 ч.2 ст. 267 УК Кыргызской Республики (в редакции закона от 2 февраля 2017 года) с применением ч.3 ст. 76 этого же Кодекса в виде лишения свободы на 7 лет 6 месяцев.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции верно оценил представленные материалы и пришел к обоснованному выводу об отсутствии законных оснований для передачи осужденного ФИО1 для дальнейшего отбывания наказания в государство, гражданином которого он является, - Кыргызскую Республику.

Нарушений норм международного законодательства, Конституции РФ, а также действующего законодательства РФ при рассмотрении представления заместителя начальника ФСИН России и заявления осужденного, а также при вынесении по ним решения не допущено. Оснований для отмены либо изменения решения суда, в том числе, по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Правобережного районного суда города Липецка от 3 сентября 2025 года об отказе в передаче осужденного ФИО1 для отбывания наказания в Кыргызскую Республику оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1- без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ путем подачи кассационной жалобы в Судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Л.В. Ртищева