УИД 74RS0032-01-2024-004449-18

Дело № 2 – 115/2025 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 марта 2025 г. г. Миасс Челябинской области 

Миасский городской суд Челябинской области в составе 

председательствующего судьи Захарова А.В.

при секретаре судебного заседания Чемис А.А. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 (ответчик) о взыскании с последнего: в счет возмещения ущерба от ДТП 361 251, 51 рубля; расходов по оплате государственной пошлины в сумме 6 813 рублей, почтовых расходов в размере 238 рублей; процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на взысканные судом суммы, начиная с момента вступления решения суда в законную силу и по день их фактической уплаты, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в 13-10 час. ДАТА у д. НОМЕР АДРЕС произошло ДТП (столкновение двух автомобилей), в результате которого был повреждён автомобиль истца «...», государственный регистрационный знак НОМЕР регион, принадлежащий истцу и под управлением последнего. Виновным в ДТП является ответчик ФИО2, управлявший автомобилем «...», государственный регистрационный знак НОМЕР регион, нарушивший п. п. 1,5, 8.1, 11.3 ПДД РФ (ответчик подал сигнал световым указателем о повороте направо, однако повернул налево, и совершил столкновение с автомобилем истца, который заканчивал маневр обгона автомобиля ФИО2).Страховая компания выплатила истцу страховое возмещение в размере 44 550 рублей, которого не достаточно для полного возмещения ущерба, поскольку стоимость восстановительного ремонта ТС истца составляет большую сумму. Разница между рыночной стоимостью восстановительного ремонта автомобиля истца и выплаченного страхового возмещения, составляет взыскиваемую сумму. В связи с необходимостью восстановления своего нарушенного права истец так же понёс судебные расходы (л.д. 4 – 8).

В судебном заседании представитель истца ФИО3 поддержала исковые требования по указанным выше основаниям, пояснив, что страховая компания не меняла в одностороннем порядке форму возмещения убытков, поскольку истцом изначально было заявлено требование о выплате ему денежных средств. Расчет размера произведённой страховой выплаты был осуществлён по Единой методике, в силу чего отсутствовали основания для повторного обращения истца с какими – либо требованиями к страховщику. 

Представитель истца так же отказалась от увеличения размера исковых требований, определённых заключением судебной автотехнической экспертизы.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив, что ФИО2 является не надлежащим ответчиком по делу, поскольку соглашения о страховой выплате между истцом и страховщиком не заключалось, в силу чего истцом не исчерпана возможность дополнительного взыскания недостающей части страхового возмещения, необходимого для полного восстановления автомобиля. В спорном ДТП сторона ответчика полагает наличие вины обоих водителей, при этом вина водителя ФИО1 является гораздо более значительной.

Стороны и представители заинтересованных лиц: СПАО «Ингосстрах», АО ГСК «Югория» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом.

Допрошенный в качестве специалиста ФИО5, ранее проводивший судебную автотехническую экспертизу, показал, что все повреждения автомобиля истца находятся в причинной связи с имевшим место ДТП. В момент столкновения водитель автомобиля «...» (ФИО1) находился на завершающей стадии опережения автомобиля «...» (водитель ФИО2). Путь и время совершения маневра (обгон автомобиля ответчика) водителя автомобиля «...» был более значительным, нежели путь и время совершения маневра водителем автомобиля «...» (поворот налево), что свидетельствует о том, что водитель автомобиля «...» начал свой маневр раньше, чем водитель автомобиля «...», и к моменту ДТП поравнялся с автомобилем «...». В силу п. 8.1 ПДД РФ водитель автомобиля «...» должен был обеспечить контроль за безопасностью своего маневра (поворота налево). Специалист ФИО5 предположил, что водитель автомобиля «...», приступая к маневру поворота налево, не заметил автомобиля «...», который поравнялся с автомобилем «...», и находился в так называемой «мёртвой зоне» (не видимой в зеркала бокового заднего вида) последнего. Технически установить факт включения (не включения) водителем автомобиля «...» сигнала поворота налево по материалам дела не представляется возможным, т.к. видеофиксация события ДТП отсутствует. С технической точки зрения действия водителя автомобиля «...» состоят в причинно-следственной связи с ДТП (в случае отказа водителя ФИО2 от совершения маневра поворота налево, ДТП бы не произошло). 

Заслушав участвующих лиц, специалиста и исследовав все материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу части 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность, причинителем вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). 

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности. 

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ)

Из материалов дела (заключение по определению стоимости восстановительного ремонта автомобиля «...» от ДАТА, фотографии ТС, постановления о прекращении дела об административном правонарушении, материалы по факту ДТП, копии выплатных дел, справка по банковским операциям и пр.), и показаний представителей сторон следует, что в 13-10 час. ДАТА на не регулируемом перекрёстке у д. НОМЕР в АДРЕС произошло ДТП (столкновение автомобилей под управлением сторон), в результате которого был повреждён автомобиль истца «...», государственный регистрационный знак НОМЕР регион, принадлежащий истцу и под управлением последнего. Участником ДТП так же является ответчик ФИО2, управлявший автомобилем «...», государственный регистрационный знак НОМЕР регион. Вступившими в законную силу постановлениями должностных лиц ГАИ и судебными постановлениями, вынесенными в рамках производств по делам об административном правонарушении, виновность сторон в спорном ДТП не была установлена (участники ДТП дали противоречивые показания относительно ДТП, не подтверждённые вещественными доказательствами, в силу чего вина кого – либо из водителей в совершении правонарушения, предусмотренного КоАП РФ, не была установлена). 

Истец ФИО1 обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением об осуществлении ему страховой выплаты, предусмотренного договором обязательного страхования владельца транспортного средства (ОСАГО), с перечислением денег на банковский счет истца. 

Признав событие ДТП страховым случаем, СПАО «Ингосстрах» выплатила истцу страховое возмещение в размере 44 550 рублей (расчет ущерба произведён страховой компанией по Единой методике, с учетом износа запасных частей ТС, при условии обоюдной вины обоих водителей в спорном ДТП, по 50 % вины каждого). 

При этом рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца, произведённая независимым оценщиком, без учета износа запасных частей, составила 405 801, 51 рубля (л.д. 11 – 21, 23 – 39, 64, 75 – 94,)

Страховая компания ответчика ФИО2 так же произвела ответчику выплату страхового возмещения, рассчитанного по Единой методике с учетом износа запасных частей и вины обоих водителей в совершении спорного ДТП по 50 % (л.д. 112 – 119).

Из заключения специалиста НОМЕР от ДАТА следует, что действия водителя автомобиля «...» с технической точки зрения находились в причинно - следственной связи с событием спорного ДТП, так как водитель автомобиля «...» начал свой маневр (с учетом времени, необходимого для перестроения и движения по встречной полосе) значительно ранее, чем водитель автомобиля «...».

Соответственно, водитель автомобиля «...» должен был руководствоваться п. 8.1 ПДД РФ, и при выполнении своего маневра (поворот налево) не должен создавать опасность для движения, а так же помехи другим участникам дорожного движения (л.д. 49 – 63). 

Из письменного объяснения ФИО1, данного им сотруднику ГАИ после ДТП ДАТА следует, что движущийся впереди него в попутном направлении водитель автомобиля «...» включил правый указатель поворота и начал снижать скорость. Так как встречного потока машин не было, водитель автомобиля «...» начал совершать обгон автомобиля «...». При обгоне, уже находясь примерно параллельно друг другу, ФИО1 увидел, что автомобиль «...» начала поворачивать налево, ФИО1 начал уходить от столкновения левее, но в этот момент произошло столкновение.

Из письменного объяснения ФИО2, данного им сотруднику ГАИ после ДТП ДАТА следует, что приближаясь к перекрёстку, он включил правый указатель поворота и начал снижать скорость. Затем на левой стороне дороги ФИО2 увидел человека, которого ехал забирать, переключил с правого на левый указатель поворота, посмотрел в зеркало заднего вида, обратил внимание, что сзади приближается автомобиль «...» и находится примерно в 5 м. от него. ФИО2 подумал, что он начал снижать скорость и так как встречного потока машин не было, начал выполнять маневр поворота налево. В этот момент почувствовал удар.

Соответственно, обе стороны подтвердили факт того, что вначале ответчик ФИО2 включил указатель поворота направо, что могло послужить основанием для истца начать маневр обгона ТС ответчика слева. 

Досудебная претензия истца о возмещении причинённого ущерба оставлена ответчиком ФИО2 без удовлетворения (л.д. 40 – 43).

Определением Миасского городского суда Челябинской области от 11.11.2024 года по делу была назначена комплексная судебная автотехническая экспертиза (л.д. 127 – 128).

Из заключения судебных экспертов НОМЕР от ДАТА следует, что все обнаруженные динамические и статические повреждения автомобиля истца «...» находятся в причино-следственной связи с обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия, произошедшего в 13-10 час. ДАТА у дома НОМЕР в АДРЕС.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «...» после ДТП на дату производства экспертизы составляет 391 500 рублей.

Реконструированный механизм ДТП приведён в соответствующем разделе исследовательской части. Потеря курсовой устойчивости автомобиля «...» и его выезд за пределы дороги (съезд в канаву) на третьей стадии механизма ДТП обусловлен возникшими в процессе столкновения с автомобилем «...» неуравновешенными ударными силами и крутящими моментами (л.д. 136 – 165). 

Из исследовательской части экспертного заключения следует, что в момент ДТП на стадии сближения водитель автомобиля «...» (истец ФИО1) выполнял маневр обгона попутного автомобиля «...», а водитель автомобиля «...» (ответчик ФИО2) выполнял маневр левого поворота (л.д. 140). 

Водитель автомобиля «...», приближаясь к пересечению АДРЕС, снизил скорость движения. Двигавшийся позади в попутном направлении с большей скоростью водитель автомобиля «...» приступил к маневру обгона автомобиля «...», выехал на полосу встречного движения и приближался к автомобилю «...» по полосе встречного движения. Двигавшийся впереди автомобиль «...» приступил к маневру левого поворота. Траектории движения ТС пересеклись на полосе встречного движения (л.д. 148). 

Согласно схематическому изображению основных стадий механизма ДТП, удар произошёл левой боковой передней частью автомобиля «...» в правую переднюю боковую часть автомобиля «...» в районе правого переднего колеса (л.д. 149). 

Соответственно, в момент удара водитель автомобиля «...» находился на заключительной стадии опережения автомобиля «...» (ранее выехал на встречную полосу для совершения маневра, провёл больше времени при выполнении своего маневра, чем водитель автомобиля «...»), тем самым именно водитель автомобиля «...» начал свой маневр ранее, чем водитель автомобиля «...». 

Судебная комплексная автотехническая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, и в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ: экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка лицами, имеющими соответствующую квалификацию, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов и имеющим длительный стаж экспертной работы, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (л.д. 136). 

Экспертное заключение мотивировано, последовательно и логично, содержит подробное описание процесса проведенного исследования, методы, использованные при экспертном исследовании, и сделанные на его основе выводы обоснованы, в заключении указана нормативно-техническая документация, в соответствии с которой проводилась экспертиза, описание исследования. Материалы, иллюстрирующие заключение экспертов, приложены к заключению.

Таким образом, заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, у суда нет сомнений в достоверности выводов данной экспертизы. 

В соответствии со ст. ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательств, опровергающих заключение судебной экспертизы, сторонами в материалы дела не предоставлено.

При указанных обстоятельствах суд полагает необходимым руководствоваться заключением судебных экспертов, принимая во внимание, что выводы судебной экспертизы совпадают с выводами технического специалиста, представленного стороной истца. 

Вместе с тем, в силу требований ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд выносит решение по заявленным истцом требованиям.

Сторона истца в судебном заседании отказалась от своего права на увеличение размера исковых требований, ходатайствовав о взыскании с ответчика размера причинённого ущерба в сумме 361 251, 51 рубля (судебным экспертом стоимость восстановительного ремонта определена выше). 

Принимая во внимание, что размер взыскиваемого истцом ущерба фактически исполнен в пользу ответчика (ниже, чем установлено судебным экспертом), и является доказанным, суд полагает возможным в данном случае взыскать с ответчика в пользу истца истребуемую им сумму 361 251, 51 рубля (405 801, 51 рубля (стоимость восстановительного ремонта ТС истца по представленному ФИО1 заключению специалиста) – 44 550 рублей (выплаченный размер страхового возмещения).

Принимая решение о степени вины участников ДТП, суд исходит из следующего.

Пунктом 1.3 Правил дорожного движения РФ (утв. Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 года № 1090), предусмотрено, что участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Пунктом 8.1 Правил дорожного движения РФ (ПДД РФ) регламентировано, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Пунктом 8.2 ПДД РФ предписано, что подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Пунктом 11.2 ПДД РФ установлен запрет водителю на выполнение обгона в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу.

Соответственно, указанным выше нормативно-правовым актом (ПДД РФ) предусмотрена обязанность участников дорожного движения (в т.ч. водителей) знать и соблюдать Правила дорожного движения РФ, согласно которым водителю запрещается выполнять маневр, если при этом создаётся опасность для движения. При этом подача сигнала поворота не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Из материалов дела (включая заключение эксперта, его пояснений в судебном заседании, заключение специалиста) следует, что истец ФИО1 первым начал маневр обгона, и находился в завершающей стадии опережения ТС ФИО2, тогда как ответчик ФИО2, в нарушение п. 8.1ПДД РФ, не убедившись в безопасности своего маневра, начал приступать к маневру поворота налево, и совершил столкновение с автомобилем ФИО1

Тот факт, что именно ФИО2 позднее приступил к маневру поворота налево, который не должен был совершать (т.к.создавал помеху опережавшему его автомобилю истца), подтверждается как материалами дела, так и механизмом ДТП, согласно которому повреждения у ТС ФИО1 имели место на передней правой боковой части.

В случае, если бы ФИО2 первым начал свой маневр, то повреждения у автомобиля истца были бы иные (оказалась бы повреждённой передняя часть ТС), так как в этом случае автомобиль ФИО1 ударил бы своей передней частью автомобиль ответчика, чего в действительности не имело места. 

С учетом изложенного, суд полагает, что в данном случае именно действия ответчика ФИО2 привели к возникновению ДТП, поскольку если бы ФИО2 не начал свой маневр поворота налево, не убедившись в его безопасности, спорное происшествие не имело бы места. Именно действия ФИО2 состоят в прямой причинно-следственной связи с событием ДТП.

Суд не соглашается с доводом стороны ответчика о том, что в ДТП имеет место обоюдная вина обоих водителей, поскольку именно действия водителя ФИО2 непосредственно привели к столкновению.

В этой связи действия водителя ФИО1 (в т.ч. и в случае нахождения по ходу движения ТС пешеходного перехода; и в случае превышения скорости, как на то указывает сторона ответчика), непосредственно к ДТП не привели (в случае, если бы ФИО2 не начал поворот налево в момент опережения его ТС автомобилем ФИО1, ДТП не произошло, и истец беспрепятственно закончил бы свой маневр обгона.

Довод стороны ответчика о том, что ФИО2 является не надлежащим ответчиком (поскольку надлежащим ответчиком является страховая компания), суд полагает ошибочным.

Страховые компании участников ДТП выплатили им страховые возмещения, рассчитанные по Единой методике, т.е.с учетом износа запасных частей и степени вины каждого участника ДТП по 50 % (так как не было представлено доказательств невиновности водителей в момент подачи заявлений о выплате страхового возмещения), в силу чего оснований для повторного обращения истца к страховой компании не имелось. В этой связи тот факт, что в материалах дела отсутствует соглашение о размере страхового возмещения, подписанного истцом и страховой компанией, на выводы суда не влияет, поскольку истец изначально потребовал выплату именно страхового возмещения в денежной форме, и специально отдельно представил свои реквизиты для оплаты (л.д. 76, 77 оборот), в силу чего у страховой компании отсутствовало как основание для выдачи истцу направления на ремонт, так и для выплаты страхового возмещения в большем размере (т.е. рассчитанного не по Единой методике). Тем самым страховая компания не меняла в одностороннем порядке форму возмещения убытков, которая изначально была выбрана истцом в денежном виде. Сам истец имеет право на полное возмещение причинённого ему ущерба, следствием чему явилась подача иска к ответчику.

Мнение стороны ответчика о том, что водитель ФИО2 пользовался преимущественным правом маневра, поскольку его автомобиль находился впереди, не соответствует действительности в силу следующего.

Из разъяснений, данных в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» следует, что преимущественным признается право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (п. 1.2 ПДД РФ).

Водитель транспортного средства, движущегося в нарушение ПДД РФ по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Соответственно, водитель ФИО2 не имел преимущественного права, поскольку был обязан соблюдать п. 8.1 ПДД ПРФ и не приступать к маневру поворота налево, не убедившись в его безопасности.

С учетом изложенного, с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1 подлежит взысканию причинённый автомобилю ущерб.

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

Анализ названных выше правовых норм позволяет прийти к выводу, что истец имеет право на полное восстановление пострадавшего в результате неправомерных действий ответчика в ДТП автомобиля, без учета износа ТС, включая стоимость новых запасных частей.

Тем самым лицо, имуществу которого противоправными действиями иных лиц был причинён вред, имеет право на полное возмещение вреда, в которое включается и необходимость использования новых запасных частей при восстановительном ремонте пострадавшего в ДТП транспортного средства (т.е. на восстановление автомобиля без учета износа на основании реальной стоимости ремонта, определяемого по рыночным ценам). 

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в т.ч. почтовые расходы, связанные с рассмотрением дела.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Истцом при подаче иска была оплачена государственная пошлина в размере 6 813 рублей (л.д. 3), и понесены расходы в ходе рассмотрения дела по оплате почтовых услуг в сумме 196, 5 рубля, подлежащие взысканию с ответчика, поскольку решение суда состоялось в пользу истца (л.д. 9 – 10, 43). 

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на взысканные суммы, за период после вступления решения суда в законную силу и до момента фактического исполнения обязательств, суд исходит из следующего. 

Частью 1 ст. 395 ГК РФ установлено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Из разъяснений, данных в пунктах 7 и 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. № 7 (в ред. от 07.02.2017 г.) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).

Сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам ст. 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (п. 3 ст. 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Расчет процентов, начисляемых после вынесения решения, осуществляется в процессе его исполнения судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). 

В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ).

Суд так же считает обоснованным в данном случае начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму судебных расходов (в данном случае расходов по уплате государственной пошлины, почтовых услуг), по следующим основаниям.

Государственная пошлина (денежный сбор) по своей правовой природе представляет собой индивидуальный возмездный платеж, уплата которого предполагает совершение в отношении конкретного плательщика определенных юридически значимых действий.

Исходя из положений подп. 1 п. 3 ст. 44 Налогового кодекса Российской Федерации отношения по поводу уплаты государственной пошлины, возникающие между ее плательщиком - лицом, обращающимся в суд, и государством, после ее уплаты прекращаются.

Одновременно государственная пошлина становится понесенными истцом расходами, связанными с рассмотрением дела (по сути убытками), распределение которых производится судом по результатам рассмотрения дела. У должника, с которого по правилам ГПК РФ взысканы судебные расходы, возникает денежное обязательство по уплате взысканной суммы другому лицу (кредитору) независимо от того, в материальных или процессуальных правоотношениях оно возникло.

Если судебный акт о возмещении судебных расходов не исполнен (исполнен несвоевременно), лицо, в пользу которого он вынесен, на основании ст. 395 ГК РФ вправе обратиться с заявлением о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами на присужденную вступившими в законную силу судебными актами сумму судебных расходов.

Законодательством начисление процентов на понесенные стороной судебные расходы не исключено.

С учётом изложенного суд полагает необходимым взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанными с общей суммы взысканных средств 368 261, 01 рубля (361 251, 51 рубля + 6 813 рублей + 196, 5 рубля), за период с момента вступления настоящего решения суда в законную силу до момента фактического исполнения обязательства, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ суд

Р Е Ш ИЛ:

Взыскать с ФИО2 (ИНН НОМЕР) в пользу ФИО1 (паспорт НОМЕР, выдан ДАТА) в счет возмещения ущерба 361 251 рубль 51 копейку, расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 813 рублей 00 копеек и почтовые расходы в размере 196 рублей 50 копеек.

Взыскать с ФИО2 (ИНН НОМЕР) в пользу ФИО1 проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанными с суммы задолженности 368 261 рубль 01 копейка, начиная с момента вступления настоящего решения суда в законную силу до момента фактического исполнения обязательства, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Настоящее решение может быть обжаловано путём подачи апелляционной жалобы в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Миасский городской суд Челябинской области.

Председательствующий:

Мотивированное решение суда составлено 25.03.2025 года.