Гражданское дело № 2-79/2018

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 25 июня 2018 года

РЕШЕНИЕ 

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

20 июня 2018 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре Турсуновой Н.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности от 01 сентября 2017 года № 8/2017,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-79/2018 по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Кировградская центральная городская больница» о признании результатов специальной оценки условий труда незаконными, возложении обязанности восстановить нарушенные компенсации и гарантии, 

установил:

ФИО1 обратилась с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Кировградская центральная городская больница» (далее по тексту – ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ») о признании результатов специальной оценки условий труда, проведенной 30 ноября 2015 года на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» незаконными, возложении обязанности восстановить нарушенные компенсации и гарантии в виде дополнительного отпуска, продолжительностью 14 календарных дней.

В обоснование исковых требований указано, что с 10 ноября 2010 года истец работает в ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» в должности врача-оториноларинголога взрослой поликлиники. В 2015 году в ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» была проведена специальная оценка условий труда, по результатам которой истцу отменены гарантии и компенсации, предусмотренные ранее: дополнительный отпуск продолжительностью 14 календарных дней, тогда как условия труда остались неизменными. Ссылаясь на то, что специальная оценка условий труда в ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» проведена с многочисленными нарушениями, в результате чего ее трудовые права были нарушены, истец обратилась в суд с настоящим иском.

В судебном заседании истец исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении поддержала; просила исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчика ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» ФИО2, действующей на основании доверенности от 01 сентября 2017 года № 8/2017, в судебном заседании исковые требования не признала, просила в удовлетворении исковых отказать в полном объеме, поддержала доводы, изложенные в ранее представленном в материалы дела отзыве на исковое заявление, настаивая на том, что результаты специальной оценки условий труда, проведенной 30 ноября 2015 года на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» соответствуют требованиям Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», Методике проведения специальной оценки условий труда, утвержденной приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 24 января 2014 года № 33н «Об утверждении методики проведения специальной оценки условий труда, классификатора вредных и (или) опасных производственных факторов, формы отчета о проведении специальной оценки условий труда и по ее заполнению». 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ООО «Центр экспертиз безопасности и охраны труда», в судебное заседание не явилось, о времени и месте рассмотрения дела извещалось надлежащим образом, о причинах неявки суд не известило, своих возражений на иск не представило, о рассмотрении дела в свое отсутствие не просило.

Суд с учетом мнения лиц, участвующих в деле, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определил о рассмотрении дела при данной явке в отсутствие третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ООО «Центр экспертиз безопасности и охраны труда, учитывая, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, определил рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав истца, представителя ответчика, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В статье 37 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда.

01 января 2014 года вступили в силу Федеральные законы от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» и от 28 декабря 2013 года № 421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О специальной оценке условий труда», которыми установлены правовые и организационные основы и порядок проведения специальной оценки условий труда, определены правовое положение, права, обязанности и ответственность участников специальной оценки условий труда, а также внесены изменения в Трудовой кодекс Российской Федерации, определяющие размеры, порядок и условия предоставления гарантий и компенсаций работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Согласно части 1 статьи 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» специальная оценка условий труда является единым комплексом последовательно осуществляемых мероприятий по идентификации вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса и оценке уровня их воздействия на работника с учетом отклонения их фактических значений от установленных уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти нормативов (гигиенических нормативов) условий труда и применения средств индивидуальной и коллективной защиты работников.

Перечень факторов производственной среды и трудового процесса, подлежащих измерениям на рабочих местах, определяется экспертом организации, проводящей СОУТ, и формируется комиссией работодателя, исходя из государственных нормативных требований охраны труда, характеристик технологического процесса и производственного оборудования, применяемых материалов и сырья, результатов ранее проводившихся исследований (испытаний) и измерений вредных и (или) опасных производственных факторов, а также исходя из предложений работников (часть 7 статья 10 и часть 2 статьи 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда»), что свидетельствует о том, что не все вредные и (или) опасные производственные факторы, указанные в статье 13 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», подлежат исследованиям (испытаниям) и измерениям, а лишь те, которые фактически имеются на рабочем месте.

Специальная оценка условий труда проводится в соответствии с методикой ее проведения, утверждаемой федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть 3 статьи 8 данного Закона).

В соответствии с частью 3 статьи 8, частью 1 статьи 10, частью 3 статьи 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 24 января 2014 года № 33н утверждены Методика проведения специальной оценки условий труда, Классификатор вредных и (или) опасных производственных факторов, форма отчета о проведении специальной оценки условий труда и инструкция по ее заполнению. 

Пунктом 1 Методики проведения специальной оценки условий труда установлены обязательные требования к последовательно реализуемым в рамках проведения специальной оценки условий труда процедурам: идентификации потенциально вредных и (или) опасных производственных факторов; исследованиям (испытаниям) и измерениям вредных и (или) опасных производственных факторов; отнесению условий труда на рабочем месте по степени вредности и (или) опасности к классу (подклассу) условий труда по результатам проведения исследований (испытаний) и измерений вредных и (или) опасных производственных факторов; оформлению результатов проведения специальной оценки условий труда.

В силу части 2 статьи 26 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» работник вправе обжаловать результаты проведения специальной оценки условий труда в судебном порядке.

Согласно положениям статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что на основании трудового договора от 12 октября 2010 года № 139 в редакции дополнительных соглашений от 10 декабря 2013 года № 339/ДС и от 25 ноября 2015 года № 90/ТД ФИО1 работает в ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» в должности врача-оториноларинголога взрослой поликлиники.

24 сентября 2015 года между ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» (ответчиком) и ООО «Центр экспертиз безопасности и охраны труда» (третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора) заключен договор подряда № 85/109-2015 на оказание услуг по проведению специальной оценки условий труда; данные услуги оказаны, ООО «Центр экспертиз безопасности и охраны труда» ответчику представлены отчет о проведении специальной оценки условий труда в ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» от 08 декабря 2015 года и заключение эксперта № 134/15/СОУТ/2-ЗЭ от 30 ноября 2015 года по результатам специальной оценки условий труда.

Правомочность указанной организации на проведение подобного рода деятельности истцом не оспаривалась, подтверждается данными, указанными в отчете о проведении специальной оценки условий труда в ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» от 08 декабря 2015 года.

В соответствии с картой специальной оценки условий труда № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» по условиям труда (карта № 105 от 30 ноября 2015 года) был установлен класс (подкласс) вредности условий труда 2 (допустимый); при этом оценивались такие факторы производственной среды и трудового процесса – химический, шум, параметры световой среды, напряженность трудового процесса; факторы производственной среды и трудового процесса - тяжесть трудового процесса, воздействие аэрозолей преимущественно фиброгенного действия (далее АПФД), микроклимат и биологический фактор не оценивались. Кроме того, по результатам проведенной специальной оценки условий труда гарантии и компенсации, предоставляемые работникам, занятым на данном рабочем месте, в том числе в виде ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска отсутствуют.

Поскольку основанием для обращения истца в суд явился тот факт, что ранее ей предоставлялись гарантии и компенсации в виде ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска продолжительностью 14 календарных дней за особый характер работы, однако после проведения специальной оценки условий труда истцу отменили ранее предоставляемые гарантии и компенсации, определением Кировградского городского суда Свердловской области от 02 февраля 2018 года по делу назначена государственная экспертиза качества проведения специальной оценки условий труда рабочего места № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» ФИО1, производство которой поручено экспертам Департамента по труду и занятости населения Свердловской области. 

Согласно выводам заключения эксперта Департамента по труду и занятости населения Свердловской области – ведущего специалиста отдела охраны труда и социального партнерства Департамента по труду и занятости населения Свердловской области ФИО3 (заключение № 18/18, утверждено начальником отдела охраны труда и социального партнерства Департамента по труду и занятости населения Свердловской области ФИО4 20 марта 2018 года) при проведении государственной экспертизы условий труда на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» установлено следующее: в нарушение подпункта 7 пункта 3 Инструкции по заполнению формы отчета о проведении специальной оценки условий труда, утвержденной приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 24 января 2014 года № 33н, при проведении специальной оценки условий труда на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» участвовала эксперт ФИО5 (протокол измерений параметров световой среды от 22 октября 2015 года № 134/15/СОУТ/105-О, протокол измерений шума от 22 октября 2015 года № 134/15/СОУТ/105-Ш, протокол испытаний и оценки напряженности трудового процесса от 22 октября 2015 года № 134/15/СОУТ/105-Н, протокол исследования воздуха рабочей зоны от 22 октября 2015 года № 134/15/ЧСОУТ/105-ВРЗ, протокол измерения ультрафиолетового излучения от 22 октября 2015 года № 134/15/1СОУТ/105-УФИ), сведения о которой не указаны в разделе I отчета от 08 декабря 2015 года. 

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе заключение эксперта № 18/18 с учетом ответов на судебные запросы (направленных в целях устранения недостатков в оформлении заключения эксперта) от 07 июня 2018 года № 21-01-82/3024 и от 14 июня 2018 года № 21-01-82/3123, по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, учитывая вышеприведенные нормы права, исходя из отсутствия объективных данных и доказательств нарушений ответчиком требований законодательства при проведении специальной оценки условий труда, влияющих на достоверность данных этой оценки, поскольку нарушений требований Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», Методики проведения специальной оценки условий труда, утвержденной приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 24 января 2014 года № 33н «Об утверждении методики проведения специальной оценки условий труда, классификатора вредных и (или) опасных производственных факторов, формы отчета о проведении специальной оценки условий труда и по ее заполнению», относящихся к предмету качества проведения специальной оценки условий труда, не выявлено, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания результатов специальной оценки условий труда, проведенной 30 ноября 2015 года на рабочем месте на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» незаконными.

При этом, оценивая заключение эксперта № 18/18 с учетом ответов на судебные запросы от 07 июня 2018 года № 21-01-82/3024 и от 14 июня 2018 года № 21-01-82/3123, в соответствии с положениями статей 56, 67, 68, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что оснований не доверять заключению эксперта не имеется, экспертиза проведена на основании представленных ответчиком документов, выводы эксперта подробно мотивированы, в связи с чем данное заключение может быть положено в основу решения суда и подлежит оценке с учетом иных собранных по делу доказательств, поскольку заключение составлено в соответствии с требованиями Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», в рамках полномочий, предоставленных органу исполнительной власти статьей 216.1. Трудового кодекса Российской Федерации и в соответствии с Приказом Минтруда России от 12 августа 2014 года № 549н «Об утверждении Порядка проведения государственной экспертизы условий труда».

Между тем, то обстоятельство, что при проведении государственной экспертизы условий труда экспертом выявлены нарушения подпункта 7 пункта 3 Инструкции по заполнению формы отчета о проведении специальной оценки условий труда, утвержденной приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 24 января 2014 года № 33н в части не указания при проведении специальной оценки условий труда на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» на участие эксперта ФИО5 (протокол измерений параметров световой среды от 22 октября 2015 года № 134/15/СОУТ/105-О, протокол измерений шума от 22 октября 2015 года № 134/15/СОУТ/105-Ш, протокол испытаний и оценки напряженности трудового процесса от 22 октября 2015 года № 134/15/СОУТ/105-Н, протокол исследования воздуха рабочей зоны от 22 октября 2015 года № 134/15/ЧСОУТ/105-ВРЗ, протокол измерения ультрафиолетового излучения от 22 октября 2015 года № 134/15/1СОУТ/105-УФИ), сведения о которой не указаны в разделе I отчета от 08 декабря 2015 года, не может повлечь признание результатов специальной оценки условий труда незаконными, поскольку данные нарушения не относятся к предмету качества проведения специальной оценки условий труда, данные нарушения относятся к нарушению порядка оформления документов специальной оценки условий труда, учитывая, что доказательств реального влияния указанных обстоятельств на качество специальной оценки условий труда, итоговый класс условий труда, в материалах дела не имеется.

Более того, как следует из отчета от 08 декабря 2015 года, заключения эксперта № 134/15/СОУТ/2-ЗЭ от 30 ноября 2015 года по результатам специальной оценки условий труда, заключения эксперта от 16 октября 2015 года № 134/15/СОУТ/1-ЗЭ, протокола измерений параметров световой среды от 22 октября 2015 года № 134/15/СОУТ/105-О, протокола измерений шума от 22 октября 2015 года № 134/15/СОУТ/105-Ш, протокола испытаний и оценки напряженности трудового процесса от 22 октября 2015 года № 134/15/СОУТ/105-Н, протокола исследования воздуха рабочей зоны от 22 октября 2015 года № 134/15/СОУТ/105-ВРЗ, протокола измерения ультрафиолетового излучения от 22 октября 2015 года № 134/15/1СОУТ/105-УФИ, при проведении специальной оценки условий труда на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» измерения и оценку при проведении специальной оценки условий труда на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» производил эксперт ФИО6 на основании пункта 3 статьи 27 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», а ФИО5, являющаяся директором ООО «Центр экспертиз безопасности и охраны труда», подписала вышеуказанные протоколы измерений и испытаний лишь как ответственное лицо организации, проводившей специальную оценку условий труда.

Отклоняя доводы истца относительно полномочий эксперта ФИО6, суд отмечает, что на основании пункта 3 статьи 27 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» обязанности экспертов организаций, указанных в частях 1 и 2 названной статьи, вправе выполнять лица, работающие в этих организациях по трудовому договору и допущенные в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, к работе в испытательных лабораториях (центрах), по состоянию на день вступления в силу названного Федерального закона, но не позднее сроков, установленных частями 1 и 2 указанной статьи, то есть, до 31 декабря 2018 года. 

Принимая во внимание, что каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что эксперт ФИО6 на момент проведения работ по специальной оценки условий труда не состоял в трудовых или гражданско-правовых отношениях с организацией, проводившей специальную оценку условий труда по договору с ответчиком (у третьего лица), в материалы дела не представлено, соответственно оснований полгать, что данный эксперт не мог выполнять обязанности эксперта по проведению специальной оценки условий труда на основании переходных положений Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» до 31 декабря 2018 года, не имеется.

Утверждения истца, к которым фактически сводятся доводы, изложенные в обоснование заявленных исковых требований относительного того, что при проведении специальной оценки условий труда не был учтен биологический фактор, основаны на ошибочном толковании норм действующего законодательства, подлежащих применению при разрешении настоящего спора, в связи с чем, подлежат отклонению как несостоятельные.

Так, в соответствии с пунктом 29 Методики проведения специальной оценки условий труда, утвержденной приказом Минтруда России от 24 января 2014 года № 33н (далее - Методика), отнесение условий труда к классу (подклассу) условий труда при воздействии биологического фактора (работы с патогенными микроорганизмами) осуществляется в соответствии с приложением № 9 к Методике независимо от концентрации патогенных микроорганизмов и без проведения исследований (испытаний) и измерений, в том числе в отношении рабочих мест медицинских и иных работников, непосредственно осуществляющих медицинскую деятельность. 

Согласно статье 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинский работник - физическое лицо, которое имеет медицинское или иное образование, работает в медицинской организации и в трудовые (должностные) обязанности которого входит осуществление медицинской деятельности, либо физическое лицо, которое является индивидуальным предпринимателем, непосредственно осуществляющим медицинскую деятельность; медицинская деятельность - профессиональная деятельность по оказанию медицинской помощи, проведению медицинских экспертиз, медицинских осмотров и медицинских освидетельствований, санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и профессиональная деятельность, связанная с трансплантацией (пересадкой) органов и (или) тканей, обращением донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях; медицинская организация - юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы, осуществляющее в качестве основного (уставного) вида деятельности медицинскую деятельность на основании лицензии, выданной в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о лицензировании отдельных видов деятельности.

Таким образом, указанные положения пункта 29 Методики распространяются на всех без исключения медицинских работников, осуществляющих медицинскую деятельность в медицинской организации, осуществляющей свою деятельность в соответствии с требованиями Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно пункту 4 раздела II Методики выявление на рабочем месте факторов производственной среды и трудового процесса, источников вредных и (или) опасных факторов осуществляется путем изучения представляемых работодателем: технической (эксплуатационной) документации на производственное оборудование (машины, механизмы, инструменты и приспособления), используемое работником на рабочем месте; технологической документации, характеристик технологического процесса; должностной инструкции и иных документов, регламентирующих обязанности работника; проектов строительства и (или) реконструкции производственных объектов (зданий, сооружений, производственных помещений); характеристик применяемых в производстве материалов и сырья (в том числе установленных по результатам токсикологической, санитарно-гигиенической и медико-биологической оценок); деклараций о соответствии и (или) сертификатов соответствия производственного оборудования, машин, механизмов, инструментов и приспособлений, технологических процессов, веществ, материалов, сырья установленным требованиям; результатов ранее проводившихся на данном рабочем месте исследований (испытаний) и измерений вредных и (или) опасных факторов; предложений работников по осуществлению на их рабочих местах идентификации потенциально вредных и (или) опасных производственных факторов (при наличии таких предложений) (абзац введен Приказом Минтруда России от 14 ноября 2016 года № 642н, то есть после проведения оспариваемой специальной оценки условий труда).

Указанные в названном пункте документация и материалы предоставляются работодателем при их наличии. Выявление на рабочем месте факторов производственной среды и трудового процесса, источников вредных и (или) опасных факторов может также проводиться путем обследования рабочего места путем осмотра и ознакомления с работами, фактически выполняемыми работником в режиме штатной работы, а также путем опроса работника и (или) его непосредственных руководителей.

Группа патогенности микроорганизмов определяется в соответствии с Классификацией биологических агентов, вызывающих болезни человека, по группам патогенности, утвержденной постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 ноября 2013 года № 64 «Об утверждении Санитарно-эпидемиологических правил СП 1.3.3118-13 «Безопасность работы с микроорганизмами I - II групп патогенности (опасности)» (далее – Классификация СП 1.3.3118-13 «Безопасность работы с микроорганизмами I - II групп патогенности (опасности)»). 

Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 18 мая 2010 года № 58 «Об утверждении СанПиН 2.1.3.2630-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность» определены требования к лабораторным подразделениям, осуществляющим клинико-диагностические, микробиологические, другие диагностические исследования и работы с микроорганизмами III - IV групп патогенности (опасности) и возбудителями паразитарных болезней (пункт 10.17). 

Согласно данным положениям, в отношении рабочих мест медицинских и иных работников, непосредственно осуществляющих медицинскую деятельность, отнесение условий труда к классу (подклассу) условий труда при воздействии биологического фактора (работы с патогенными организмами) осуществляется независимо от концентрации патогенных микроорганизмов и без проведения исследований (испытаний) и измерений.

При этом, указанное не свидетельствует о безусловном присутствии на рабочих местах данной категории работников биологического фактора, абзац 2 пункта 29 Методики свидетельствует лишь о том, что при установлении на рабочих местах указанных категорий работников работ с патогенными микроорганизмами, их концентрация в воздухе рабочей зоны значения не имеет и, соответственно, не требует измерений, в связи с чем нельзя признать состоятельными доводы истца при рассмотрении оценки условий труда на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» о необходимости исследования и измерения при проведении специальной оценки условий труда в ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» биологического фактора.

Выявление наличия на конкретных рабочих местах указанной категории работников работ с патогенными микроорганизмами (в том числе возможного контакта с их носителями) различных групп патогенности зависит от вида осуществляемой ими профессиональной деятельности, документального подтверждения выполнения данных работ, учета характера выполняемой работы при оказании медицинской помощи по профилю медицинского учреждения.

Между тем, доказательств, подтверждающих осуществление истом трудовых функций, связанных с выполнением работ с патогенными микроорганизмами (наличие биологического фактора), не представлено. Ссылка истца на то, что при исполнении трудовых обязанностей по должности врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» выявляются пациенты, имеющие заболевания, относящиеся к той или иной группе патогенности, данный факт также не подтверждает, поскольку как было указано выше, выявление наличия на конкретных рабочих местах медицинских работников работ с патогенными микроорганизмами различных групп патогенности зависит от вида осуществляемой ими профессиональной деятельности, в связи с чем, чтобы отнести условия труда к вредному классу (подклассу) условий труда биологического фактора (работы с патогенными микроорганизмами) необходимо предоставить документы, подтверждающие фактически выполняемые виды работ, связанные с должностными обязанностями работника в соответствии с вышеприведенными санитарно-эпидемиологическими правилами и требованиями.

При этом, то обстоятельство, что при проведении специальной оценки условий труда не был учтен биологический фактор, не свидетельствуют о том, что экспертным учреждением, проводившим специальную оценку условий труда не рассматривался вопрос о биологическом факторе, учитывая, что оценка биологического фактора производится в том случае, если имеются сведения о фактически выполняемых видах работ, связанных с должностными обязанностями работника в соответствии с вышеприведенными санитарно-эпидемиологическими правилами и требованиями. Между тем, таких оснований в отношении рабочего места № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» не имеется.

В тоже время, государственным экспертом в результате изучения материалов дела, а также дополнительно представленных документов, подтверждающих воздействие биологического фактора, анализа на предмет качества результатов специальной оценки условий труда, сделан вывод о том, что на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» работодателем не подтверждено воздействие биологического фактора, наличие работ с патогенными микроорганизмами. Оснований не доверять выводам заключения государственной экспертизы в указанной части у суда не имеется.

Подлежит и отклонению довод истца относительно того, что при проведении специальной оценки условий труда не были учтены факторы по тяжести трудового процесса, воздействия АПФД, микроклимата, поскольку, как указано в письме начальника отдела охраны труда и социального партнерства Департамента по труду и занятости населения Свердловской области, руководителя государственной экспертизы условий труда ФИО4 от 20 марта 2018 года № 21-01-82/1412 к заключению эксперта № 18/18, в силу положений части 2 статьи 10, частей 1 и 2 статьи 9 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», эксперт при проведении государственной экспертизы условий труда действующим законодательством не наделен полномочиями по идентификации вредных и (или) опасных производственных факторов. Между тем, согласно пункту 47 Методики отнесение условий труда к классу (подклассу) условий труда при воздействии параметров микроклимата осуществляется с учетом используемого на рабочем месте технологического оборудования, являющегося искусственным источником тепла и (или) холода, и на основе измерений температуры воздуха, влажности воздуха, скорости движения воздуха и (или) теплового излучения в производственных помещениях на всех местах пребывания работника в течение рабочего дня (смены) с учетом характеристики микроклимата (нагревающий, охлаждающий) путем сопоставления фактических значений параметров микроклимата со значениями параметров микроклимата, предусмотренных приложениями № 12 - 14 к названной Методике, тогда как в представленной на государственную экспертизу документации о применяемом на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» оборудовании, отсутствует информация, свидетельствующая о наличии на указанном рабочем месте оборудования, являющегося искусственным источником тепла и (или) холода. Кроме того, в представленной на государственную экспертизу характеристике работ врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» отсутствуют сведения, свидетельствующие о наличии на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» такого вредного производственного фактора как тяжесть трудового процесса, по причине отсутствия сведений, указывающих на значительное перемещение в пространстве (по горизонтали и (или) по вертикали) в процессе трудовой деятельности. Также в представленной характеристике работ врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» отсутствуют сведения, подтверждающие наличие на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» такого вредного производственного фактора, как тяжесть трудового процесса по причине отсутствия сведений, указывающих на значительное перемещение в пространстве (по горизонтали и (или) вертикали) в процессе трудовой деятельности работника. Помимо это, в представленной ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» справке об использовании врачом-оториноларингологом взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» сырья и материалов отсутствуют сведения о наличии на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» такого вредного фактора как АПДФ.

Вопреки ошибочным доводам истца, при проведении государственной экспертизы условий труда в целях оценки качества проведения специальной оценки условий труда государственный эксперт (экспертная комиссия) анализирует отчет, последовательно проверяя на соответствие требованиям Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» на обстоятельства, причисленные в пункте 23 Раздела V Порядка проведения государственной экспертизы условий труда, утвержденного Приказом Минтруда России от 12 августа 2014 года № 549н.

При этом, в силу пункта 26 Раздела V Порядка проведения государственной экспертизы условий труда, утвержденного Приказом Минтруда России от 12 августа 2014 года № 549н государственный эксперт (экспертная комиссия) вправе по договоренности с работодателем посетить исследуемое рабочее место (рабочие места) для получения необходимой информации в целях проводимой государственной экспертизы условий труда. В данном случае, государственный эксперт таких оснований для посещения исследуемого рабочего места для получения необходимой информации в целях проводимой государственной экспертизы условий труда, не усмотрел.

То обстоятельство, что в ходе проведения государственной экспертизы не были проведены замеры вредных и опасных факторов, не опровергает выводов государственной экспертизы, поскольку определением Кировградского городского суда Свердловской области от 02 февраля 2018 года по делу назначена государственная экспертиза качества проведения специальной оценки условий труда рабочего места № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» ФИО1, без указания на проведение исследования (испытания) и измерения вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса на рабочем месте.

Дополнительные документы для проведения государственной экспертизы качества проведения специальной оценки условий труда рабочего места № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» ФИО1, были запрошены судом у ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» на основании запроса начальника отдела охраны труда и социального партнерства Департамента по труду и занятости населения Свердловской области ФИО4 от 01 марта 2018 года № 21-01-82/1055, что прямо предусмотрено частью 3 статьи 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем доводы истца в указанной части также подлежат отклонению как несостоятельные.

При этом суд отмечает, что согласно заключению 18/18 по результатам проведения государственной экспертизы условий труда, измеренные (испытанные) величины вредных факторов, идентифицированные на рабочем месте № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ», соответствуют вредным факторам производственной среды и трудового процесса, указанным в разделах II отчета; методы исследований и измерений соответствуют идентифицированным на указанном рабочем месте вредным факторам производственной среды и трудового процесса.

Кроме того, материалы дела содержат протоколы измерений (оценки) факторов, при этом каких-либо объективных доказательств не осуществления фактических замеров на рабочих местах параметров вредных или опасных факторов либо их проведения не в полном объеме истцом суду не представлено. 

Иные доводы истца о несоответствии заключения эксперта требованиям законодательства суд отклоняет, поскольку они основаны на ошибочном толковании положений вышеприведенного порядка проведения государственной экспертизы условий труда, осуществляемой Федеральной службой по труду и занятости и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области охраны труда, утвержденного Приказом Минтруда России от 12 августа 2014 года № 549н.

В целом доводы истца относительно несогласия с результатами специальной оценки условий труда и государственной экспертизы сводятся к оспариванию выводов экспертов по доводам, основанным на субъективной оценке стороной истца фактических обстоятельств дела, на указании недочетов в оформлении специальной оценки условий труда. 

Вместе с тем, каких-либо надлежащих доказательств действительного неправильного измерения и проверки вредных и опасных производственных факторов в ходе проведения специальной оценки условий труда либо объективных доказательств, свидетельствующих о наличии оснований сомневаться в выводах экспертизы, в том числе ввиду неполного исследования всех вредных факторов по различным показателям, истцом суду не представлено (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 

Одновременно суд отмечает, что истец не лишена была права самостоятельного обращения в Департамент по труду и занятости населения Свердловской области для проведения государственной экспертизы в целях оценки фактических условий труда работников.

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 7 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» результаты проведения специальной оценки условий труда могут применяться для установления работникам предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации гарантий и компенсаций. При этом в силу системного толкования положений Трудового кодекса Российской Федерации установление работникам конкретных гарантий и компенсаций в связи с работой во вредных или опасных условиях труда обусловлено именно результатами специальной оценки условий труда. 

Как следует из материалов дела, по условиям трудового договора от 12 октября 2010 года № 139 в редакции дополнительного соглашения от 10 декабря 2013 года № 339/ДС ФИО1 был установлен дополнительный допуск в количестве 14 календарных дней за особый характер работы.

Согласно статье 350 Трудового кодекса Российской Федерации для медицинских работников устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени не более 39 часов в неделю. В зависимости от должности и (или) специальности продолжительность рабочего времени медицинских работников определяется Правительством Российской Федерации. Отдельным категориям медицинских работников может быть предоставлен ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск. Продолжительность дополнительного отпуска устанавливается Правительством Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 116 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных названным Кодексом и иными федеральными законами.

Статья 117 Трудового кодекса Российской Федерации в первоначальной редакции, гарантировавшая право работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, предусматривала, что перечни производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, а также минимальная продолжительность этого отпуска и условия его предоставления утверждаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Поскольку Правительством Российской Федерации соответствующее правовое регулирование установлено не было, в силу части 2 статьи 423 Трудового кодекса Российской Федерации продолжало применяться постановление Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день» (далее - Список), в соответствии с которым по некоторым профессиям медицинских работников учреждений здравоохранения (врач участковый-терапевт; врач-педиатр; врач учреждения здравоохранения, средний и младший медицинский персонал детских стационаров (отделений, палат) учреждений здравоохранения; младший и средний медицинский персонал учреждений здравоохранения) предусматривалось предоставление дополнительного оплачиваемого отпуска в количестве 12 рабочих дней.

При этом основанием предоставления работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска являлось выполнение ими работы по профессии или должности, которая предусмотрена в соответствующих разделах Списка, относящихся к определенным производствам и цехам.

Федеральным законом от 30 июня 2006 года № 90-ФЗ «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации, признании не действующими на территории Российской Федерации некоторых нормативных правовых актов СССР и утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» статья 117 Трудового кодекса Российской Федерации была изложена в новой редакции, которая отражала изменение законодательного подхода к регулированию порядка предоставления работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, - отказ от централизованного утверждения перечней производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск в связи с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 117 Трудового кодекса Российской Федерации в этой редакции, действовавшей до 01 января 2014 года, предусматривала, что ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда: на подземных горных работах и открытых горных работах в разрезах и карьерах, в зонах радиоактивного заражения, на других работах, связанных с неблагоприятным воздействием на здоровье человека вредных физических, химических, биологических и иных факторов. Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, и условия его предоставления устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Данная норма подлежала применению во взаимосвязи с принятым в ее развитие постановлением Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2008 года № 870 «Об установлении сокращенной продолжительности рабочего времени, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, повышенной оплаты труда работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда» (далее - постановление Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2008 года № 870), действовавшим с 06 декабря 2008 года до 11 августа 2014 года, пункт 1 которого определял в качестве компенсаций, предоставляемых работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, по результатам аттестации рабочих мест сокращенную продолжительность рабочего времени - не более 36 часов в неделю в соответствии со статьей 92 Трудового кодекса Российской Федерации, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск - не менее 7 календарных дней и повышение оплаты труда - не менее 4 процентов тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.

По смыслу приведенной редакции статьи 117 Трудового кодекса Российской Федерации, равно как действующей в настоящее время редакции указанной нормы трудового права, основанием для предоставления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска и, соответственно, компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, признаются конкретные условия труда, определяемые по результатам аттестации рабочих мест (специальной оценки условий труда), а не включение профессии, должности в какой-либо список или перечень производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на соответствующие компенсации.

Такое правовое регулирование, предполагающее предоставление ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска на основании оценки объективно существующих условий труда на каждом рабочем месте, а не в зависимости от сугубо формального критерия - включения или невключения наименования соответствующей работы, профессии или должности в перечень производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск в связи с вредными и (или) опасными условиями труда, - также выступает гарантией обеспечения конституционных прав работников на безопасные условия труда, отдых и охрану здоровья и согласуется с целями трудового законодательства (статья 1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Кроме того, ка указано в пункте 3 статьи 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О специальной оценке условий труда» при реализации в соответствии с положениями Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции названного Федерального закона) в отношении работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда), порядок и условия осуществления таких мер не могут быть ухудшены, а размеры снижены по сравнению с порядком, условиями и размерами фактически реализуемых в отношении указанных работников компенсационных мер по состоянию на день вступления в силу названного Федерального закона при условии сохранения соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Для реализации в отношении конкретного работника положений указанной нормы (запрет на ухудшение порядка и условий осуществления компенсационных мер, запрет на снижение размеров компенсационных мер) необходимо наличие совокупности следующих юридически значимых обстоятельств: 1) занятость работника на работах с вредными и (или) опасными условиями труда; 2) фактическая реализация работодателем в отношении работника по состоянию на день вступления в силу названного Федерального закона (01 января 2014 года) компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда); 3) сохранение соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Как следует из объяснений представителей ответчика, данных в период рассмотрения дела, право истца на дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 14 дней было закреплено Коллективным договором МУЗ «Центральная городская больница» Кировградского городского округа (в настоящее время - ГБУЗ СО «Кировградская центральная городская больница»), заключенного на 2010-2013 годы в соответствии с Постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 25 января 1974 года № 298/П-22, соответственно, принимая на работу истца, ответчик позиционировал выполняемую истцом работу как работу с вредными условиями труда и предоставлялся за такие условия труда дополнительный отпуск.

При этом, доказательства, свидетельствующие о том, что в отношении рабочего места истца ранее проводилась аттестация в материалы дела не представлены, аттестации рабочего места истца, действующая на дату ее трудоустройства отсутствует (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Более того, Коллективный трудовой договор МУЗ «Центральная городская больница» Кировградского городского округа на 2010-2013 годы также определяет такие компенсации как дополнительный отпуск в качестве мер возмещения за вредные условия труда, то есть ответчик предоставлял истцу те гарантии и компенсации, которые предусмотрены за работу во вредных условиях труда, и соответственно, признавал за собой такую обязанность (при том, что в силу статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель может предоставлять гарантии и компенсации именно за работы с вредными и (или) опасными условиями труда).

В соответствии с требованиями Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О специальной оценке условий труда» пересмотр предоставляемых компенсаций работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, возможен лишь по результатам специальной оценки условий труда в случае улучшения этих условий.

Предусмотренный частью 1 статьи 117 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, относится к числу компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса, которые на основе результатов специальной оценки условий труда устанавливаются для лиц, осуществляющих трудовую деятельность во вредных и (или) опасных условиях, в качестве дополнительных гарантий.

В соответствии с картой специальной оценки условий труда № 105 врача-оториноларинголога взрослой поликлиники ГБУЗ СО «Кировградская ЦГБ» по условиям труда был установлен класс (подкласс) вредности условий труда 2 (допустимый); при этом по результатам проведенной специальной оценки условий труда мероприятия по улучшению условий труда на данном рабочем месте не предусмотрены, гарантии и компенсации, предоставляемые работникам, занятым на данном рабочем месте, в том числе в виде ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска также отсутствуют, что согласно статье 14 Федеральные законы от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» является допустимыми условиями труда, при которых уровни воздействия производственных факторов не превышают установленные нормативами (гигиеническими нормативами) пределы.

В соответствии с частью 4 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации в случае обеспечения на рабочих местах безопасных условий труда, подтвержденных результатами аттестации рабочих мест по условиям труда или заключением государственной экспертизы условий труда, компенсации работникам не устанавливаются.

Учитывая приведенные выше нормы права, результаты специальной оценки условий труда занимаемой истцом должности, подтвержденные данными оценки качества специальной оценки условий труда и не опровергнутые в ходе рассмотрения дела, суд приходит к выводу о том, что за истцом не может быть сохранено право на дополнительный оплачиваемый отпуск в заявленном размере.

Довод истца о том, что условия труда остались прежними, однако ее лишили дополнительного отпуска, судом признается несостоятельным, так как ранее работодатель не проводил специальную оценку условий труда на рабочем месте истца, тогда как с принятием Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» такая обязанность была установлена, что и было выполнено работодателем своевременно.

Вступивший с 01 января 2014 года Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О специальной оценке условий труда» изменил подход к предоставлению гарантий и компенсаций работникам. 

Перечень гарантий и компенсаций стал зависеть от итогового класса (подкласса) условий труда на рабочем месте, а определение конкретного вида гарантии и компенсации отнесено к компетенции сторон трудового договора. Ранее до 01 января 2014 года всем работникам, занятым на работах с вредными и опасными условиями труда, полагалось одновременно три вида гарантий: сокращенная продолжительность рабочего времени; ежегодный оплачиваемый отпуск; повышение оплаты труда.

В отношении истца сохранилась гарантия, установленная статьей 350 Трудового кодекса Российской Федерации в виде сокращенной продолжительности рабочего времени.

Как было указано выше, в соответствии с частью 3 статьи 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О специальной оценке условий труда» к моменту вступления в силу данного Федерального закона виды и достигнутые размеры предоставляемых гарантий (компенсаций) работникам, на рабочих местах которых по результатам проведенной до 01 января 2014 года аттестации рабочих мест по условиям труда установлены вредные (опасные) условия труда, должны сохраняться до улучшения условий труда на данных рабочих местах, подтвержденного результатами проведения специальной оценки условий труда.

Указанное означает, что в отношении работника, условия труда которого признаны вредными (опасными) по результатам проведенной до 01 января 2014 года аттестации рабочих мест по условиям труда, сохраняется порядок предоставления и достигнутые по состоянию на 31 декабря 2013 года размеры гарантий (компенсаций) за работу во вредных (опасных) условиях труда.

Данная норма действует до улучшения условий труда на рабочем месте, подтвержденного результатами проведения специальной оценки условий труда, и не распространяется на гарантии (компенсации), предоставляемые работнику по иным, не предусмотренным статьями 92, 117, 147 и 219 Трудового кодекса Российской Федерации основаниям. 

При этом в случае установления по результатам проведения специальной оценки условий труда на рабочем месте факта улучшения условий труда, характеризуемого снижением итогового класса (подкласса) условий труда, дальнейшее предоставление занятому на данном рабочем месте работнику гарантий (компенсаций) за работу во вредных (опасных) условиях труда осуществляется в порядке, установленном статьями 92, 117, 147 и 219 Трудового кодекса Российской Федерации. В случае обеспечения на рабочих местах безопасных условий труда, подтвержденных результатами специальной оценки условий труда или заключением государственной экспертизы условий труда, соответствующие гарантии и компенсации работникам не устанавливаются (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суд приходит к выводу, что работодателем не было допущено нарушений прав истца, у которого в связи с изменениями условий труда произошли изменения условий трудового договора и, как следствие, гарантий и компенсаций за работу во вредных и (или) опасных условиях труда, в том числе в виде в виде дополнительного отпуска, которые, исходя из установленных по делу обстоятельств, не могут быть сохранены.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Кировградская центральная городская больница» о признании результатов специальной оценки условий труда незаконными, возложении обязанности восстановить нарушенные компенсации и гарантии оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья 

И.Б. Доева