дело 

22RS0 -43

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 сентября 2020 г. ...

Рубцовский городской суд ... в составе: 

председательствующего судьи Хоченовой Е.В.,

при секретаре ФИО2,

с участием прокурора ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к акционерному обществу «Алтайвагон» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО6 обратился в суд с настоящим исковым заявлением к ответчику АО «Алтайвагон», в котором просил взыскать с него в свою пользу 700 000 руб. в счет компенсации морально вреда, причиненного профессиональным заболеванием на производстве.

В обоснование заявленных требований указал, что с *** по

состоял с ответчиком в трудовых отношениях. В результате работы у истца установлен диагноз: вибрационная болезнь I ст. (один) от воздействия локальной вибрации, полинейропатия верхних конечностей с сенсорными вегетативными нарушениями. Согласно акту о случае профессионального заболевания от ***, утвержденному Главным государственным санитарным врачом по ..., профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях не совершенства технологического процесса и производственного оборудования, при отсутствии вины работника. Степень утраты профессиональной трудоспособности истца составляет 30%, что подтверждается справкой МСЭ-2006 . *** истец был уволен в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в отсутствие у работодателя соответствующей работы. Ссылаясь на положения ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации, полагал, что ответчик должен компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим кодексом, другими федеральными законами и иными нормативно-правовыми актами Российской Федерации. Ссылаясь на ст. 3 Федерального закона от *** №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболевании», п. п. 30 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от *** , указал, что акт о

случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном предприятии

Также, ссылаясь на Постановление Пленума Верховного суда РФ от *** «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», п. 3 ст. 8 Федерального закона от *** №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 151, п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, положения Постановления Пленума Верховного суда РФ от *** «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», просил удовлетворить требования о взыскании компенсации морального вреда, который оценивает в 700 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО6 отсутствовал, о дне и времени рассмотрения извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО4, действующий на основании нотариальной доверенности, доводы искового заявления и требования поддержал в полном объеме. Также указал, что диагноз, поставленный истцу, приносит ему беспокойство, он постоянно испытывает ноющие, ломящие, выкручивающие боли в суставах верхних конечностей (особенно в лучезапястных суставах и мелких суставах кистей), болезненность в них при движении, снижение мышечной силы в кистях, повышенная зябкость кистей при охлаждении, ноющие боли в поясничном отделе позвоночника, усиливающиеся при длительных статических и динамических нагрузках, а также установлено снижение слуха и разборчивости разговорной речи. При указанном заболевании он испытывает постоянную боль, что причиняет ему физические страдания. Моральные и нравственные страдания обосновывает тем, что в связи с приобретением указанного заболевания потерял работу и теперь устроиться на работу сложно из-за наличия указанного заболевания. Истец может выполнять только неквалифицированный физический труд, который является крайне низкооплачиваемым. В связи с увольнением с АО «Алтайвагон» не может найти работу. Кроме того, на иждивении истца имеется двое малолетних детей, имеются непогашенные кредитные обязательства, сравнительно небольшой доход супруги. В период работы на АО «Алтайвагон» истец понимал, что работает в тяжелых и вредных условиях труда. В период работы на предприятии ему предоставлялись дополнительные дни отпуска, выдавалось молоко за вредность, повышался разряд специализации. Заявленную сумму компенсации морального вреда обосновал приобретенным на предприятии заболеванием и его последствиями, которые причиняют истцу в быту дискомфорт, болевые ощущения и моральные страдания, а также увольнением в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы. В настоящее время не трудоустроен, состоит на учете в службе занятости, однако вакансии

2

отсутствуют. Истец испытывает сильнейшие нравственные страдания (стресс), вызванные неопределенностью в вопросе о необходимости содержать свою семью.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала, полагая заявленные требования о возмещении морального вреда явно завышенными. Также указала, что ФИО6 осознавал, что его деятельность связана с работой в тяжелых и вредных условиях туда, и, следовательно, его трудовая функция сопряжена с вредом для здоровья, но осознанно, по своему личному и добровольному волеизъявлению продолжал работать, не воспользовавшись правом на перевод или прекращение трудовых отношений, осознавал риск получения профзаболевания и осознанно продолжал работать. Истец инвалидом не признан, что свидетельствует о незначительности нарушений функций его организма и отсутствии ограничений основных категорий жизнедеятельности, согласно медицинским рекомендациям не лишен возможности трудиться.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, заслушав заключение прокурора ..., полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 2 ст. 7 Конституции РФ в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации.

Согласно ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности либо имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Из положений статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от *** - ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного

3

Постановлением Правительства Российской Федерации от *** , под острым профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся, как правило, результатом однократного (в течение не более одного рабочего дня, одной рабочей смены) воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Под хроническим профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как установлено судом, ФИО6 в период с *** по

состоял в трудовых отношениях с АО «Алтайвагон», что также подтверждается сведениями из представленной трудовой книжки и копиями приказа к от *** о приеме не работу и приказа к от

о прекращении трудового оговора с работником (увольнении).

Сведениями из представленной трудовой книжки ФИО6 подтверждается, что *** ФИО6 принят в АО «Алтайвагон» в литейный цех обрубщиком 1 разряда, *** переведен в литейном цехе обрубщиком 3 разряда; *** переведен в литейном цехе на участке термической обработки литья и обрубки обрубщиком 4 разряда;

трудовой договор прекращен в связи с отсутствием у работодателя необходимой работы в соответствии с медицинским заключением по основанию п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 26.11. 2019 в отношении ФИО6 проведено расследование случая профессионального заболевания: вибрационная болезнь I ст. (один) от воздействия локальной вибрации. Полинейропатия верхних конечностей с сенсорными и вегетативными нарушениями.

Медицинским заключением от *** установлено профессиональное заболевание: вибрационная болезнь I ст. (один) от

4

воздействия локальной вибрации. Полинейропатия верхних конечностей с сенсорными и вегетативными нарушениями.

Из акта о случае профессионального заболевания следует, что настоящее заболевание (отравление) является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологического процесса и производственного оборудования. Непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов, а именно: работа в контакте с локальной вибрацией выше ПДУ.

Виновных должностных лиц не установлено. Допущены нарушения СП 2.***-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов производственному оборудования и рабочему инструменту»; СанПиН 2.***-16 «Санитарно-эпидемиологические требования к физическим факторам на рабочих местах».

Также указанным актом о случае профессионального заболевания рекомендовано разработать план мероприятий по снижению уровня локальной вибрации на производственных участках и обеспечить работников средствами индивидуальной защиты.

Справкой Бюро медико-социальной экспертизы МСЭ-2006 ФИО6 в связи с установленным профессиональным заболеванием Т75.2 от *** в соответствии с актом о случае профессионального заболевания от *** с *** до *** установлена степень утраты профессиональной трудоспособности на 30%.

ФКУ «ГБ МСЭ по ...» Минтруда России разработана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания в отношении ФИО6, которой рекомендовано лечение лекарственными препаратами, рекомендовано санаторно-курортное лечение с профилем заболеваний после травм, отравлений и некоторых других последствий воздействия внешних причин при отсутствии противопоказаний 1 раз в год, противопоказан контакт с вибрацией, может выполнять неквалифицированный физический труд со снижением разряда работ на одну категорию тяжести.

Как видно из актов о случае профессионального заболевания, случай заболевания является профессиональным и возник в результате производственных факторов - работа в контакте с локальной вибрацией выше ПДУ.

Каких-либо доказательств отсутствия в этом вины работодателя, а также принятия ответчиком мер для обеспечения работнику безопасных условий труда, ответчиком представлено не было (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Исходя из перечисленного, судом установлено, что указанное заболевание приобретено истцом в результате несовершенства технологического процесса и производственного оборудования на производственной территории ответчика. Непосредственной причиной заболевания послужила работа в контакте с локальной вибрацией выше ПДУ. Виновных должностных лиц не установлено. Допущены нарушения СП 2.***-03 «Гигиенические требования к организации технологических

5

процессов производственному оборудования и рабочему инструменту»; СанПиН 2.***-16 «Санитарно-эпидемиологические требования к физическим факторам на рабочих местах», что привело к возникновению указанного заболевания на фоне длительной работы в условиях локальной вибрации

Исходя из смысла ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, он считается виновным в получении работником профессионального заболевания в процессе трудовой деятельности, если не докажет иное.

Неправомерность действий или бездействия работодателя при нарушении права работника на безопасные условия труда работнику доказывать не требуется.

Работодатель может быть освобожден от компенсации работнику морального вреда при представлении доказательств, что физические и (или) нравственные страдания были причинены работнику вследствие действия непреодолимой силы либо умысла самого работника.

Как видно из акта о случае профессионального заболевания, случай заболевания является профессиональным и возник в результате производственных факторов - работы в контакте с локальной вибрацией выше ПДУ.

Каких-либо доказательств отсутствия в этом вины работодателя, а также принятия ответчиком мер для обеспечения работнику безопасных условий труда, ответчиком представлено не было (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

При этом, принятие работодателем мер по охране труда работников, не исключает вины работодателя в профессиональном заболевании истца, ввиду сохранения неблагоприятных факторов (повышенная запыленность).

Факт получения работником предусмотренных законом компенсаций, гарантий и льгот в связи с работой во вредных условиях труда не освобождает работодателя от обязанности по возмещению морального вреда.

Тот факт, что истец осознавал, что условия труда являются вредными, также не свидетельствует об отсутствии вины работодателя и не опровергает факта получения профзаболевания в связи с работой у ответчика.

Наличие установленного профессионального заболевания подтверждается представленными материалами дела, а именно: выпиской из истории болезни от ***; актом о случае профессионального заболевания от ***, которым установлено несоблюдение требований СП 2.***-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов производственному оборудования и рабочему инструменту»; СанПиН 2.***-16 «Санитарно- эпидемиологические требования к физическим факторам на рабочих местах»; медицинским заключением о наличии или об отсутствии профессионального заболевания от ***, справкой МСЭ, которая является надлежащим подтверждением данного обстоятельства, конкретный диагноз следует из сопутствующих медицинских документов; программой

6

реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания.

Кроме того, увольнение истца по основаниям п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации в виду отсутствия у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, находится в причинно-следственной связи с выполнением им работы и условиями труда в АО «Алтайвагон» (работа в контакте с локальной вибрацией выше ПДУ.). Ввиду того, что работодателем не были обеспечены безопасные условия труда, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на работодателя обязанности по компенсации работнику морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Как следует из п. 5, п. 6.3 Устава АО «Алтайвагон» общество несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом. АО «Алтайвагон» является надлежащим ответчиком по делу.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размер его возмещения определяются судом.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от *** «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех

7

случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В этой связи, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного в результате получения указанного профессионального заболевания: вибрационная болезнь I ст. (один) от воздействия локальной вибрации. Полинейропатия верхних конечностей с сенсорными и вегетативными нарушениями.

Определяя компенсацию морального вреда необходимо учитывать, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

При разрешении исковых требований истца о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания, суд оценивает характер физических и нравственных страданий истца с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальные особенности истца.

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от *** истец подвергался воздействию вредных факторов не только в Рубцовском филиале АО «Алтайвагон», но и в период работы в АО «Автотракторное электрооборудование» и ЗАО «Автотракторное электрооборудование» по шуму, пыли, вибрации.

Так, суд учитывает, что истец ФИО6 работал во вредных и опасных для здоровья условиях труда, был принят на работу в литейный цех в должности обрубщика, проработал в АО «Алтайвагон» 12 лет 9 месяцев, общий стаж в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 13 лет 10 месяцев.

В 2019 году проведено расследование случая профессионального заболевания: вибрационная болезнь I ст. (один) от воздействия локальной вибрации. Полинейропатия верхних конечностей с сенсорными и вегетативными нарушениями. Однако истец продолжил работу во вредных и опасных для здоровья условиях труда и после установления ему указанных заболеваний, что находится в причинно-следственной связи с выполнением им работы и условиями труда в АО «Алтайвагон». Уволен в виду отсутствия у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением.

Суд принимает во внимание, что истец продолжает испытывать нравственные страдания и переживания, поскольку наличие вибрационного заболевания послужило причиной увольнения истца из АО «Алтайвагон» при условии желания истца продолжить работу на предприятии, а также наличие

8

указанного заболевания и приобретенных последствий, которые не позволяют истцу вернуться к прежнему образу жизни, вернуть себе прежнее состояние здоровья.

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает также нахождение на иждивении истца двоих малолетних детей, наличие непогашенных кредитных обязательств, сравнительно небольшой доход супруги истца.

Учитывая все изложенные обстоятельства, суд находит размер компенсации морального вреда, указанный истцом в сумме 700 000 руб., чрезмерно завышенным и считает возможным определить к взысканию в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 120 000 руб.

При этом, суд учитывает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, индивидуальные особенности потерпевшего, критерии разумности и справедливости.

Истец освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, следовательно, подлежащая уплате государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в сумме 300 рублей в доход муниципального образования ....

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Алтайвагон» в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 120 000 рублей.

В остальной части требования ФИО6 оставить без удовлетворения.

Взыскать с АО «Алтайвагон» в доход муниципального образования ... государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме в ...вой суд через Рубцовский городской суд ... путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий

Е.В.Хоченова

Мотивированный текст решения изготовлен ***.

9