1 инстанция – Гутов В.Л. 

2 инстанция - докладчик Пазова Н.М. №44Г-48/2017

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Президиума Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики

«14» сентября 2017 года г.Нальчик

Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе:

председательствующего Ташуева М.З., 

членов президиума Бабугоевой Л.М., Маздогова В.Х., Сабанчиевой Х.М., Созаевой С.А., 

при секретаре Туменовой А.А.,

с участием: ФИО1 и его представителя адвоката Земсковой А.И. по ордеру №26 от 14 сентября 2017 года, 

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение Урванского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 03 февраля 2017 года и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 12 апреля 2017 года по гражданскому делу по иску ФИО1 в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО2 к ФИО3, Местной администрации городского поселения Нарткала Урванского муниципального района КБР о признании частично недействительным постановления органа местного самоуправления о передаче квартиры в собственность, об определении долей в праве собственности на квартиру,

Заслушав доклад судьи Верховного суда КБР Ошхунова З.М., Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики

установил:

20 июля 2016 года ФИО1 обратился в Урванский районный суд КБР с исковым заявлением в своих интересах, а также в интересах своего несовершеннолетнего сына ФИО2 к ответчикам ФИО3 и Местной администрации г.п. Нарткала Урванского муниципального района КБР, в котором просил:

- признать частично недействительным постановление главы местной администрации г.п. Нарткала Урванского муниципального района КБР №126 от 27 марта 2015 года, согласно которому квартира №19 дома 

<

адрес> КБР, состоящая из трех жилых комнат общей площадью 50 кв.м., в том числе жилой площадью 38,5 кв.м, была передана в порядке приватизации в личную собственность ФИО3, в части невключения в состав собственников истца ФИО1 и его несовершеннолетнего сына ФИО2,

- определить доли в праве собственности на указанную квартиру за ФИО3, ФИО1 и несовершеннолетним ФИО2 по 1/3 доли каждому.

В обоснование иска указал, что постановлением главы местной администрации г.п. Нарткала №167 от 20.07.2012г. матери истца ФИО3 с семьей из 5 человек, в состав которой входили также истец ФИО1 и его несовершеннолетний сын ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р., на условиях договора социального найма была предоставлена трехкомнатная квартира №19 в доме 

<

адрес> КБР.

27.02.2013г. истец был зарегистрирован по месту жительства в указанной квартире. 

В последующем ему стало известно, что постановлением главы местной администрации г.п. Нарткала №126 от 27 марта 2015 года указанная квартира была приватизирована в единоличную собственность матерью истца ФИО3

Для приватизации квартиры в местную администрацию г.п. Нарткала было представлено заявление от имени истца о том, что он якобы просит выписать себя и своего несовершеннолетнего сына из данной квартиры и оформить ее на мать.

Однако, истец такого заявления не подавал и не подписывал.

Считая, что спорной приватизацией нарушаются его права, а также права его несовершеннолетнего сына, истец просил удовлетворить заявленные исковые требования.

В письменных возражениях ответчица ФИО3 просила в иске отказать, ссылаясь на то, что истец не вселялся и не проживал в спорной квартире, дал нотариально удостоверенное согласие на ее приватизацию, пропустил срок обращения в суд. 

Решением Урванского районного суда КБР от 16 сентября 2016 года (судья ФИО21.) исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Постановлено признать частично недействительным постановление местной администрации г.п. Нарткала Урванского муниципального района КБР №126 от 27 марта 2015 года и определить доли в праве собственности на квартиру №19 дома 

<

адрес> Урванского района КБР за ФИО3 и несовершеннолетним ФИО2.

В остальной части иска ФИО1 отказано.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда КБР от 23 ноября 2016 года, решение Урванского районного суда КБР от 16 сентября 2016 года отменено и дело возвращено в Урванский районный суд КБР на новое рассмотрение.

Возвращая дело на новое рассмотрение, суд апелляционной инстанции руководствовался правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении №10-П от 21 апреля 2010 года, указавшего, что взаимосвязанные положения части 2 статьи 327 и статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающие полномочия суда апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционных жалоб, противоречат Конституции Российской Федерации в той мере, в которой они не позволяют суду апелляционной инстанции при отмене решения по безусловным основаниям (рассмотрение дела в отсутствие лица, участвующего в деле и не извещенного о времени и месте судебного заседания; разрешение судом вопроса о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле) направить дело на новое рассмотрение.

Основанием для возвращения дела на новое рассмотрение судом апелляционной инстанции было указано непривлечение к участию в нем новых собственников спорной квартиры – ФИО4, ФИО5 и ФИО6, вопрос о правах и обязанностях которых разрешен вынесенным решением. 

При новом рассмотрении, определением Урванского районного суда КБР от 11 января 2017 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, были привлечены ФИО23, ФИО24 и ФИО25.

Решением Урванского районного суда КБР от 03 февраля 2017 года (судья ФИО22.), оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда КБР от 12 апреля 2017 года, в удовлетворении исковых требований ФИО1, действующего в своих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего ФИО2, отказано.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводам, с которыми в последующем согласился суд апелляционной инстанции, о том, что ФИО1 и его сын ФИО2 не вселялись в спорную квартиру, тем самым отказавшись от прав и обязанностей по договору социального найма еще при заселении в 2012 году, в связи с чем, на момент вынесения оспариваемого постановления главы местной администрации г.п. Нарткала от 27.03.2015г. №126 и передачи квартиры в собственность ФИО3 они не имели права пользования данной квартирой и не обладали правом на ее приватизацию.

Кроме того, суд указал, что истцом избран ненадлежащий способ защиты, поскольку спорная квартира передана в собственность ФИО3 по договору передачи жилого помещения в собственность от 27 марта 2015 года, который истцом не оспорен, при этом, удовлетворение требования о признании недействительным постановления №126 от 27 марта 2015 года не повлечет восстановление прав истца и его несовершеннолетнего сына. 

Отклоняя исковые требования об определении долей в праве собственности на спорную квартиру за истцом ФИО1, его сыном ФИО2 и ФИО3, суд указал, что истец не оспорил сделку, на основании которой на спорную квартиру приобрели право собственности новые собственники квартиры ФИО26., ФИО27. и ФИО28.

Также указал, что решение вопроса о приватизации носит заявительный порядок, однако, истец с заявлением о приватизации квартиры не обращался.

08 июня 2017 года ФИО1 обратился в Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение Урванского районного суда КБР в части отказа в признании частично недействительным постановления местной администрации г.п. Нарткала Урванского муниципального района КБР №126 от 27 марта 2015 года о передаче в собственность ФИО3 квартиры №19 в доме №

<

адрес> КБР и в части отказа в определении доли несовершеннолетнего ФИО2 в праве собственности на данную квартиру и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в этой части.

В жалобе указывается, что выводы судов о том, что несовершеннолетний сын истца ФИО2 не имел права пользования спорной квартирой, противоречат нормам действующего законодательства. Непроживание в данной квартире носило временный характер, так как, ни истец, ни его сын не приобрели право пользования или право собственности на другую квартиру №31 в этом же доме, в которой они временно проживали. 

Суды не учли, что сын истца ФИО2 в силу своего несовершеннолетия не имел возможности самостоятельно реализовать право пользования спорным жилым помещением, проживая по месту жительства родителей, был лишен возможности пользоваться спорной квартирой, а также участвовать в ее приватизации. 

Автор жалобы указывает, что в силу пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 N 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Ответчица ФИО3 не обращалась с заявлением в суд о признании несовершеннолетнего ФИО2 утратившим право пользования спорной квартирой и соответствующее вступившее в законную силу решение суда отсутствует, в связи с чем, несовершеннолетний ФИО2 не утратил право пользования спорной квартирой и, следовательно, имел право на ее приватизацию.

Также указывается, что при вынесении обжалуемых судебных актов не учтено, что в соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.08.1993 N 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», отказ от участия несовершеннолетних в приватизации может быть осуществлен родителями только при наличии разрешения органов опеки и попечительства, которое в данном случае отсутствовало.

Передача в единоличную собственность ответчице ФИО3 спорной квартиры нарушила жилищные права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего ФИО2

По указанной жалобе письмом судьи Верховного Суда КБР от 13 июня 2017 года гражданское дело было истребовано и поступило в Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики 21 июня 2017 года.

Определением судьи Верховного Суда КБР Ошхунова З.М. от 14 августа 2017 года кассационная жалоба вместе с делом передана на рассмотрение Президиума Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель Земскова А.И. поддержали жалобу по изложенным в ней доводам.

На основании статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено судом кассационной инстанции в отсутствие ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, представителей МКУ «Местная администрации г.п. Нарткала», отдела опеки и попечительства МКУ «Управление образования Администрации Урванского муниципального района КБР». 

МКУ «Местная администрации г.п. Нарткала», отдел опеки и попечительства МКУ «Управление образования Администрации Урванского муниципального района КБР» извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела заказными письмами с уведомлением о вручении, однако, своих представителей в суд не направили.

Судебная корреспонденция, направленная ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, возвратилась с отметками об истечении срока хранения, в связи с чем, в силу статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, считается доставленной адресатам, а указанные лица - извещенными о времени и месте судебного заседания.

Заслушав доклад судьи Ошхунова З.М., выслушав явившихся лиц, изучив материалы гражданского дела, обсудив доводы жалобы, Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и свобод, а также защита охраняемых законом публичных интересов. 

Такие нарушения были допущены судами при рассмотрении настоящего дела.

Как следует из материалов дела и установлено судами, постановлением местной администрации г.п. Нарткала Урванского муниципального района КБР №167 от 20 июля 2012 года, в связи с переселением граждан из признанного непригодным жилого дома 

<

адрес>, ФИО3 с составом семьи 5 (пять) человек, в том числе, ФИО1, несовершеннолетним ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р. была предоставлена на условиях социального найма трехкомнатная квартира №19 в доме 

<

адрес>.

При расселении жильцов из жилого дома №

<

адрес> в жилой дом №

<

адрес>, истец ФИО1, несовершеннолетний ФИО2 и его мать ФИО7 в 2012 году фактически вселились по договоренности в квартиру №31 в доме 

<

адрес>, предоставленную на условиях социального найма сестре истца ФИО4, которая, в свою очередь, вселилась с детьми в спорную квартиру №19 в этом же доме.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводам, с которыми в последующем согласился суд апелляционной инстанции, о том, что несовершеннолетний ФИО2 со своим отцом ФИО1 не вселялись в спорную квартиру, тем самым отказавшись от прав и обязанностей по договору социального найма еще при заселении в 2012 году, в связи с чем, на момент вынесения оспариваемого постановления главы местной администрации г.п. Нарткала от 27.03.2015г. №126 и передачи квартиры в собственность ФИО3 они не имели права пользования данной квартирой и не обладали правом на ее приватизацию.

Вместе с тем, судами не учтено следующее.

Согласно части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма (статья 71 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Указанные положения закона подлежат применению с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», согласно которым, разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, свидетельствующим об одностороннем отказе лица от договора социального найма и его расторжении в отношении себя, является факт добровольного отказа данного лица от пользования предоставленным ему жилым помещением.

Между тем, обстоятельств, указывающих на добровольный отказ несовершеннолетнего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма и расторжении договора в отношении себя, судами по делу установлено не было.

Факт проживания несовершеннолетнего ФИО2 со своими родителями в ином месте не может служить основанием для вывода об утрате данным несовершеннолетним прав и обязанностей по договору социального найма, в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать свое право на вселение и проживание в предоставленном им жилье.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Согласно пункту 1 статьи 21 Гражданского кодекса Российской Федерации способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста.

В силу приведенных норм, непроживание ФИО8 в несовершеннолетнем возрасте в жилом помещении, предоставленном ему по договору социального найма, не является основанием для признания такого лица утратившим право пользования данным жилым помещением.

Данная правовая позиция согласуется с разъяснениями, содержащимися в пункте 14 раздела «Разрешение споров, связанных с жилищными отношениями» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2017), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017 года.

При таких обстоятельствах, вывод судов о том, что несовершеннолетний ФИО2 утратил право пользования спорной квартирой и, соответственно, утратил право на участие в ее приватизации, является неверным, противоречащим приведенным выше нормам материального права.

В соответствии со статьей 2 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.08.1993 N 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», несовершеннолетние лица, проживающие совместно с нанимателем и являющиеся членами его семьи либо бывшими членами семьи, согласно статье 69 Жилищного кодекса Российской Федерации имеют равные права, вытекающие из договора найма, они в случае бесплатной приватизации занимаемого помещения наравне с совершеннолетними пользователями вправе стать участниками общей собственности на это помещение.

Отказ от участия несовершеннолетних в приватизации может быть осуществлен родителями последнего только при наличии разрешения органа опеки и попечительства.

В судебном заседании с участием представителя органа опеки Урванского муниципального района КБР (л.д.57) установлено и сторонами не оспаривалось, что разрешения органа опеки и попечительства на приватизацию спорной квартиры в единоличную собственность ФИО3 получено не было, следовательно, приватизация квартиры ФИО3 без учета прав несовершеннолетнего ФИО2 была произведена в нарушение приведенных положений статьи 2 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» и статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, постановление главы местной администрации г.п. Нарткала Урванского муниципального района КБР №126 от 27 марта 2015 года, согласно которому квартира №19 дома 

<

адрес> КБР была передана в порядке приватизации в личную собственность ФИО3, подлежит признанию недействительным, как не соответствующее закону и нарушающее гражданские права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего ФИО2

Постановление подлежит признанию недействительным полностью, поскольку отсутствие разрешение органа опеки исключало приватизацию всей квартиры целиком.

При этом, являются неверными выводы судов об избрании истцом ненадлежащего способа защиты путем оспаривания данного постановления.

Спорное постановление главы местной администрации г.п. Нарткала Урванского муниципального района КБР №126 от 27 марта 2015 года не соответствует требованиям закона и нарушает права несовершеннолетнего ФИО2, так как, на его основании была осуществлена приватизация спорного жилого помещения.

В соответствии с абзацем 6 статьи 12, статьей 13 Гражданского Кодекса Российской Федерации признание недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления является одним из способов защиты гражданских прав.

Ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

Согласно абзацу второму статьи 13 Гражданского Кодекса Российской Федерации, в случае признания судом акта недействительным нарушенное право подлежит восстановлению либо защите иными способами, предусмотренными статьей 12 настоящего Кодекса.

Таким образом, в случае признания оспариваемого постановления недействительным, нарушенное право несовершеннолетнего может быть в дальнейшем защищено и восстановлено способами, предусмотренными статьей 12 Гражданского Кодекса Российской Федерации, в том числе, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, признания сделки недействительной, либо возмещения убытков, причиненных в результате издания данного ненормативного акта.

Вместе с тем, являются правильными выводы судов о невозможности удовлетворения исковых требований об определении долей в праве собственности на спорную квартиру за истцами и ответчиком по 1/3 доли.

Как установлено судами, данная квартира отчуждена ФИО3 по сделке купли-продажи и в настоящее время зарегистрирована на праве собственности за ФИО5, ФИО6 и ФИО4, которые привлечены к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований. 

Исковые требования об определении долей в праве собственности на спорную квартиру за истцами и ответчиком по существу направлены на оспаривание зарегистрированного права ФИО5, ФИО6 и ФИО4 на спорную квартиру.

Вместе с тем, в силу разъяснений, содержащихся в пунктах 52, 53, совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства. Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения, оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими. Ответчиком по иску, направленному на оспаривание зарегистрированного права или обременения, является лицо, за которым зарегистрировано спорное право или обременение.

Поскольку истец не предъявил к ФИО5, ФИО6 и ФИО4 исковые требования, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП, заявленные им к иным ответчикам требования об определении долей в праве собственности на спорную квартиру, фактически направленные на оспаривание зарегистрированного права указанных лиц не предусмотренным законом способом, удовлетворению не подлежали.

Кроме того, является верным указание судов на то, что приватизация жилья в силу Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» носит заявительный порядок, в связи с чем, отсутствие заявления об участии в приватизации спорной квартиры в интересах несовершеннолетнего ФИО1 не позволяло признать за ним право собственности на долю в указанной квартире.

В связи с тем, что обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, судами первой и апелляционной инстанции установлены верно, но допущены существенные ошибки в применении норм материального права, которые повлекли принятие в части незаконного решения, Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики считает необходимым, руководствуясь частью 2 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в интересах законности, с учетом необходимости защиты нарушенных прав несовершеннолетнего, выйти за пределы доводов жалобы о признании постановления частично недействительным и, не передавая дело на новое рассмотрение, отменить судебные постановления в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1, заявленных в интересах несовершеннолетнего ФИО2, о признании недействительным постановления главы администрации г.п. Нарткала №126 от 27.03.2015г. о передаче в собственность ФИО3 спорной квартиры №19 в доме №

<

адрес> КБР - и вынести в данной части новое решение признав данное постановление недействительным.

В остальной части решение Урванского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 03 февраля 2017 года и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 12 апреля 2017 года надлежит оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики,

постановил:

Решение Урванского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 03 февраля 2017 года и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 12 апреля 2017 года в части отказа в удовлетворении требования ФИО1, заявленного в интересах несовершеннолетнего ФИО2, о признании частично недействительным постановления главы местной администрации г.п. Нарткала Урванского муниципального района КБР №126 от 27 марта 2015 года отменить и вынести в данной части новое решение.

Признать недействительным постановление главы местной администрации г.п. Нарткала Урванского муниципального района КБР №126 от 27 марта 2015 года о передаче в собственность ФИО3 квартиры №19 в доме 

<

адрес> Кабардино-Балкарской Республики. 

В остальной части решение Урванского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 03 февраля 2017 года и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 12 апреля 2017 года оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий М.З. Ташуев