Судья Воронин Е.Ю. № 22-860/2021 КОПИЯ 

КУРСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Курск 19 июля 2021 года

Курский областной суд в составе председательствующего судьи Медвецкого А.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Касьяновой В.И.,

с участием:

представителя потерпевшего ФИО13,

прокурора Темираева К.О.,

осуждённого ФИО1,

защитника Захарова А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело, поступившее по апелляционной жалобе защитника Захарова А.А. с дополнительными доводами на приговор Железногорского городского суда Курской области от 29 апреля 2021 года в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимого, 

осуждённого по ч.2 ст.258 УК РФ к штрафу в размере 550000 (пятьсот пятьдесят тысяч) рублей, на основании ч.3 ст.47 УК РФ, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с добычей охотничьих ресурсов на 2 года.

Удовлетворен гражданский иск Железногорского межрайонного прокурора в интересах Российской Федерации в лице 

<

данные изъяты>, с ФИО1 взыскан ущерб, причиненный преступлением, в размере 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) рублей.

На основании п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфисковано вещественное доказательство - охотничье самозарядное гладкоствольное ружьё 12-го калибра модели 

<

данные изъяты>, принадлежащие ФИО1

Мера пресечения в отношении ФИО1, до вступления приговора в законную силу, оставлена подписка о невыезде и надлежащем поведении.

Разрешен вопрос по вещественным доказательствам,

установил:

ФИО1 совершил незаконную охоту, с причинением крупного ущерба, группой лиц по предварительному сговору при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

5 декабря 2018 года, ФИО1, имея при себе действующие охотничий билет и разрешение на хранение и ношение охотничьего пневматического, огнестрельного оружия либо оружия ограниченного поражения и патронов к нему, с охотничьим ружьем 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> и патронами к нему, совместно со своими знакомыми Свидетель №4 и Свидетель №5, который имел с собой собаку, а также неустановленным в ходе предварительного следствия лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, с целью осуществления любительской охоты приехали на автомобиле Свидетель №5 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> на территорию охотничьего угодья 

<

данные изъяты> в районе 

<

данные изъяты>. Находясь там, ФИО1 совместно с неустановленным лицом, с 11 до 12 часов, не имея разрешения на добычу копытного животного лося, договорились осуществить незаконную охоту, т.е. добычу охотничьих ресурсов – дикого копытного животного лося, с причинением крупного ущерба.

С этой целью, в нарушение требований Федеральных законов «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов» (ч.3 ст.14, ч.2 ст.29, ст.33) и «О животном мире», в нарушение п/п.«г» п.3.2 «Правил охоты» и постановления Губернатора Курской области от 16.10.2015 №482-пг «Об утверждении видов разрешенной охоты и параметров осуществления охоты в охотничьих угодьях на территории Курской области», умышленно произведя не менее одного выстрела каждый: ФИО1 - из охотничьего оружия 

<

данные изъяты>, а неустановленное в ходе предварительного следствия лицо - из неустановленного оружия, от полученных ран наступила смерть животного.

В результате незаконных умышленных действий ФИО1 и неустановленное следствием лицо причинили крупный ущерб на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

В судебном заседании суда первой инстанции осуждённый, не оспаривая свое пребывание с указанным ружьем на охоте в определенное судом время и месте, с установленными лицами, вину в совершении преступления не признал, пояснив, что лося не видел, стрелял в лисицу.

В апелляционной жалобе с дополнениями защитник:

- указывает на незаконность возбуждения уголовного дела в отношении ФИО1, т.к. рапорт об обнаружении признаков состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.258 УК РФ, содержит указание на неустановленное лицо. Полагает незаконным выделение уголовного дела в отношении неустановленного лица, которое возбуждено в отношении этого лица не было. В нарушение норм УПК РФ, проверку сообщения о преступлении проводили различные сотрудники полиции и следователи, которым проверка поручена не была, по делу проведены следственные действия (осмотр места происшествия у Свидетель №4 и в станции по борьбе с болезнями животных), где были изъяты вещественные доказательства, разными следователями и до возбуждения уголовного дела назначена баллистическая экспертиза, также до возбуждения уголовного дела начальником органа дознания назначена биологическая экспертиза. Считает, что протоколы указанных следственных действий и результаты таких экспертиз являются недопустимыми доказательствами. Полагает незаконным проведение осмотра места происшествия, которое являлось обыском в жилище Свидетель №4, по своему фактическому положению - подозреваемого, которому соответствующие права разъяснены не были и судебное решение об этом не выносилось;

- обращает внимание, что постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого и обвинительное заключение не отвечают положениям ст.ст.171, 220 УПК РФ, в которых конкретно не указаны существо обвинения, место, время, способ и другие обстоятельства, имеющие значение для дела, при отсутствии доказательств об этом, и при наличии доказательств защиты (заключение баллистической экспертизы о невозможности определения из какого оружия выстреляны три металлических фрагмента) в обвинительном заключении указано на их отсутствие, также у обвиняемого не выяснялось, наличие ходатайств и какие свидетели или эксперты подлежат вызову;

- излагает версии, (было больше человек, чем обнаружено следов, лось получил часть ранений в другом месте, не установлено, что от выстрела осуждённого наступила смерть лося, ФИО1 умышленно в лося выстрел не производил, т.к. стрелял в лису, гильзы №№2 и 3 произведены не из оружия осуждённого и свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №5, среди обнаруженных следов обуви не обнаружены следы обуви Свидетель №4 и Свидетель №5), считая осуждённого невиновным, оспаривает законность и обоснованность приговора, указывает, что судом неверно установлены обстоятельства преступления и дана ошибочная оценка доказательствам. По мнению защитника, нарушены нормы уголовно-процессуального закона, т.к. суд не установил место и время предварительного сговора с неустановленным лицом на незаконную охоту, не установлено время, когда были оставлены следы обуви, и проявил обвинительный уклон, т.к. все сомнения в виновности трактовались не в пользу ФИО1;

- утверждает, что судом не приняты во внимание показания осуждённого и свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №5, что на охоте они были втроем. Только наличие на туше лося еще двух ранений, кроме причинённого выстрелом осуждённого, не подтверждает факт предварительного сговора осуждённого с неустановленным лицом. 

- считает противоречивыми показания представителя потерпевшего и свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2 и Свидетель №3, которые являются заинтересованными лицами в связи с занимаемыми должностями, и которые противоречат протоколу осмотра места происшествия, где отмечено наличие следов обуви одного человека в 25 метрах от туши лося и отсутствуют данные о дорожке из следов обуви, о чем поясняли указанные лица; 

- подвергает сомнению выводы суда, основанные на результатах баллистической экспертизы, т.к. исследовались 3 металлических фрагмента, при том, что вскрытие туши производилось дважды, и каждый раз обнаруживалось три металлических фрагмента. Не устранены противоречия в выводах баллистических экспертиз, в части вопроса о том, выстрелян ли металлический фрагмент из ружья, принадлежащего осуждённому. Указывая на сомнительность заключения баллистической экспертизы, являющейся недопустимым доказательством, результаты которой проверить невозможно, считает незаконным отказ стороне защиты в ходе предварительного расследования в проведении повторной баллистической экспертизы; 

- полагает, что не дана оценка показаниям осуждённого о его выстреле по лисе и случайном попадании в лося, что подтверждается его поведением, т.к. он не сообщил свидетелям, что стрелял в лося и не предпринимал попыток спрятать улики. Не проверена версия о незаконной охоте и выстрелами в лося другими лицами и с применением собаки другой породы, а при наличии следов четырех лиц установлен сговор только с одним лицом, не из числа установленных лиц, которые к ответственности не привлекаются. Не учтено, что капли бурого цвета на снегу обнаружены на значительном расстоянии от лося и в районе этих капель следы обуви осуждённого и свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №5 не обнаружены. При осмотре места происшествия, где обнаружены следы обуви осужденного, не обнаружены следы обуви свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №5 и стреляные гильзы из их оружия; 

- утверждает, что между действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде причинения крупного ущерба, причинно-следственной связи не установлено, учитывая, что нет данных о наступлении смерти животного именно от выстрела осуждённого. Просит приговор отменить, дело возвратить прокурору для устранения препятствий рассмотрения дела судом или осужденного оправдать. 

В возражениях государственного обвинителя помощника Железногорского межрайонного прокурора Карпова А.С. указано на несогласие с доводами апелляционной жалобы защитника и на законность, обоснованность и справедливость приговора.

В судебном заседании апелляционной инстанции:

- защитник и осуждённый доводы апелляционной жалобы с дополнениями поддержали в полном объёме;

- прокурор и представитель потерпевшего просили в удовлетворении жалобы отказать, а приговор оставить без изменения.

Заслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы с дополнениями и возражения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для отмены приговора.

Согласно положений ст.389.15 УПК РФ, основаниями изменения или отмены приговора в апелляционном порядке, являются, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора; выявление обстоятельств для возвращения дела прокурору. 

Приговор, согласно ст.389.16 УПК РФ, признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если: выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда;в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

Указанных нарушений при постановлении приговора судом апелляционной инстанции не установлено. 

Фактические обстоятельства совершения осуждённым преступления, с чем необоснованно не согласен защитник, судом первой инстанции установлены правильно.

В приговоре правильно, согласно положениям ст.74 УПК РФ, что оспаривается защитником, суд сослался как на доказательства, на показания представителя потерпевшего, свидетелей, на протоколы следственных действий, на заключения экспертиз и на другие письменные доказательства. 

Так, в подтверждение виновности ФИО1 в приговоре правильно приведены показания:

- представителя потерпевшего ФИО13 (охотоведа), что отстрел лося в 2018 году на территории 

<

данные изъяты> была запрещена, лицензия на отстрел лося не выдавалась. После звонка Свидетель №1, проехав некоторое расстояние, в районе 

<

данные изъяты> увидел на снегу капли крови, следы лося, следы собаки, а также, возле следов протекторов шин автомобиля следы обуви двух человек и дорожку следов обуви еще двух, которые по размеру и рисунку протектора отличались между собой. Пройдя по указанным следам некоторое расстояние, он обнаружил на земле лося (самку) с повреждениями с одной стороны в районе челюсти, лопатки, ноги, а на расстоянии около 40 метров, обнаружил стрелянные гильзы двенадцатого калибра от охотничьего ружья. Также неподалеку от места обнаружения лося видел, двух рыбаков на льду реки 

<

данные изъяты>;

- свидетелей Свидетель №1 (начальник 

<

данные изъяты>), Свидетель №2 (председатель 

<

данные изъяты>), Свидетель №3 (охотинспектор 

<

данные изъяты>), что по прибытию в район 

<

данные изъяты> они обнаружили недалеко от реки 

<

данные изъяты> лося (самку), у которой имелись с одной стороны огнестрельные ранения шеи, гортани и задней части, недалеко на снегу увидели три стрелянные гильзы от охотничьих патронов двенадцатого калибра, следы обуви двух человек, а у следов протекторов колес автомобиля другие следы еще двух человек. ФИО8, по пути следования, видел в районе 

<

данные изъяты>, двигавшийся навстречу автомобиль с госномером 

<

данные изъяты> под управлением Свидетель №5;

- свидетелей Свидетель №6 и Т.М., что, находясь на рыбалке, увидели на расстоянии 60 – 100 метров, что реку перебегала самка лося, за ней собаку и слышали более одного выстрела;

- свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №5, что с осуждённым на автомобиле 

<

данные изъяты>, госномер 

<

данные изъяты>, под управлением Свидетель №5, с его собакой, имея охотничьи ружья, прибыли охотиться на лисицу и зайца в 

<

данные изъяты> со стороны 

<

данные изъяты>. По прибытии на место разошлись, когда вернулись к автомобилю, ФИО1 сообщил, что стрелял два раза;

- экспертов, ФИО10, ФИО9, пояснивших обстоятельства проведения, соответствующих экспертиз. 

Вывод суда первой инстанции, что именно осуждённый совершил незаконную охоту, с причинением крупного ущерба, группой лиц по предварительному сговору, основан также на письменных доказательствах, полно и тщательно исследованных судом первой инстанции в судебном заседании и, приведённых в приговоре, в т.ч на содержании:

- сообщения 

<

данные изъяты>, что квота и разрешения на добычу лося на территории охотничьих угодий 

<

адрес> в сезон 2018 года не выделялись;

- протокола осмотра места происшествия, что у окраины 

<

данные изъяты> вблизи 

<

адрес> обнаружена самка лося и изъяты стреляные гильзы зеленого цвета (одна) прозрачного цвета (две), следы протектора транспортного средства и обуви;

- протоколов изъятия и осмотра протекторов колес автомобиля 

<

данные изъяты> – государственный регистрационный номер 

<

данные изъяты>, самозарядного гладкоствольного ружья 12-го калибра модели 

<

данные изъяты>, принадлежащего осуждённому, а также трёх гильз (обнаружены на месте происшествия) и трёх металлических фрагментов серого цвета, обнаруженных и извлеченных при анатомическом исследовании туши лося;

В обоснование виновности осуждённого, суд правильно сослался на заключения экспертиз, что: 

- ружьё №, принадлежащее ФИО1, является охотничьим самозарядным гладкоствольным ружьём 12-го калибра модели 

<

данные изъяты>, исправно и пригодно для стрельбы; 

- гильза № 1 в корпусе зеленого цвета, изъятая на окраине урочища 

<

данные изъяты>, стреляна из ружья 

<

данные изъяты>, принадлежащего ФИО1; 

-металлический фрагмент №1, изъятый из трупа лося, выстрелян из ружья 

<

данные изъяты>, принадлежащего осуждённому; 

- на трупе лося (самка, 2 года), обнаружены ранения правой стороны в области скуловой кости, нижнечелюстной кости, лопатки, бедренной части задней конечности. Смерть животного наступила вследствие острой кровопотери от механического воздействия. Причиной смерти явились два повреждения в области лопатки и бедра, которые могли образоваться от выстрела из огнестрельного оружия;

- не исключено, что след протектора шины транспортного средства, оставлен шиной колеса автомобиля госномер 

<

данные изъяты>, ровно как и любой другой шиной с аналогичными конструктивными и размерными характеристиками протектора; 

- две гильзы № 2 и № 3 в корпусе белого цвета из ружей 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> стреляны не были. 

Согласно расчету вреда, причиненного охотничьим ресурсам, судом верно установлен его размер, причиненный уничтожением лося (самка), который составляет 

<

данные изъяты> рублей и является крупным. 

Уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции в соответствии со ст.252 УПК РФ, т.е. в пределах обвинения, предъявленного только осуждённому, поэтому ссылка защитника на нарушение прав свидетеля Свидетель №4, защищать интересы которого адвокат Захаров А.А. полномочий не имеет, при проведении осмотра места происшествия, основательной не является. 

Согласно ст.73, п.1 ст.307 УПК РФ, вопреки утверждениям защитника, в описательно-мотивировочной части приговора указаны время, место, мотив, способ и обстоятельства совершения конкретных преступных действий ФИО1, осуществившего незаконную охоту, с причинением крупного ущерба, группой лиц по предварительному сговору, т.е. правильно отражены все значимые обстоятельства преступления, признанные судом доказанными, основанными на достоверных доказательствах в их совокупности, что позволило суду прийти к выводам о совершении им преступления. 

Устанавливая фактические обстоятельства совершения ФИО1 преступления, и указывая на его виновность, судом обоснованно приведена совокупность доказательств, проверенных в судебном заседании в порядке ст.240 УПК РФ, которым дана надлежащая оценка, с учётом требований ст.ст.17,88 УПК РФ и, которые судом, вопреки утверждениям защитника, признаны достаточными для постановления обвинительного приговора.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, анализ которых в их совокупности полно и правильно изложен в описательно-мотивировочной части приговора.

Все доказательства, положенные в основу приговора, обоснованно признаны судом относимыми, достоверными и допустимыми, полученными в соответствии с требованиями норм уголовно-процессуального закона и соблюдением процессуальных прав осуждённого. 

В приговоре приведены мотивы, по которым суд принял доказательства стороны обвинения и отверг версии защиты, дал им надлежащую оценку, которую суд апелляционной инстанции считает правильной.

Не устранённых существенных противоречий в доказательствах, влекущих отмену приговора, и сомнений в виновности осуждённого, требующих их истолкования в пользу последнего, судом апелляционной инстанции не выявлено. Каких-либо предположительных суждений судом не допущено.

Так, показания представителя потерпевшего, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2 и Свидетель №3 объективно подтверждаются фактическими данными, содержащимися в исследованных в судебном заседании доказательствах, как и показания осуждённого, свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №5, в той части, где они сопоставимы с другими доказательствами обвинения. 

Представитель потерпевшего и свидетели Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 хотя и не являлись очевидцами преступления, но пояснили об обстоятельствах, наступивших после совершения преступления, которые они обнаружили и существенных противоречий об одних и тех же событиях не содержат. У них не имелось оснований для оговора осуждённого, учитывая, что их показания на всем протяжении предварительного следствия и в судебном разбирательстве подробны и последовательны. Нет в деле и не представлено суду сведений, что представитель потерпевшего и свидетели Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 являются заинтересованными в исходе дела и давали ложные показания, при том, что данных, опровергающих их показания в деле нет. Они давали показания после предупреждения об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, которые сопоставимы между собой, объективно подтверждены содержанием протоколов следственных действий, заключением экспертиз.

Вопреки доводам жалобы, содержание заключений экспертиз, указанных в приговоре в качестве доказательств по делу, приведены в достаточном для постановления приговора объеме и являются допустимыми доказательствами.

Суд, как видно из текста приговора, правильно исходил из того, что заключения экспертов не имеют заранее установленной силы, не обладают преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства были оценены по общим правилам, путем их сопоставления и в совокупности с другими доказательствами по делу, подтверждающими или опровергающими проверяемое доказательство.

Проведенные по делу экспертизы назначены и осуществлены уполномоченными лицами в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и Федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" №73-ФЗ. Экспертам были разъяснены положения ст.57 УПК РФ и они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. При этом защитнику и ФИО1 в установленном законом порядке разъяснялись права, перечисленные в ст.ст.198, 206 УПК РФ и они ознакомлены с постановлениями о назначении экспертиз по делу и их результатами. 

На баллистические экспертизы представлены предметы, в т.ч. металлические фрагменты, изъятые из трупа лося, и оружие, после проведения полученные в соответствии с требованиями норм УПК. 

Металлические фрагменты представлены эксперту именно те, что были изъяты из трупа лося при его вскрытии 5 декабря 2018 года (т.1 л.д.46-47). То, что дополнительное вскрытие трупа того же животного проведено 12 декабря 2018 года, т.к. первоначально вскрытие осуществлялось в ночное время (т.1 л.д.105-107), не является основанием для сомнения в подлинности изъятых из трупа лося металлических фрагментов, учитывая, что других предметов и из других частей того же трупа лося, при дополнительном вскрытии, изъято не было, что видно из содержания актов, исследованных судом первой инстанции. 

Заключения экспертов, с чем по надуманным основаниям не согласен защитник, соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ. Они содержат результаты исследования, с указанием методик и использованных материалов, выполнены лицами, имеющими квалификацию и опыт, которые сомнений правильно у суда первой инстанции не вызвали. 

Экспертные исследования проведены в пределах только тех вопросов, которые были поставлены в постановлении о назначении экспертиз и, которые входят в компетенцию экспертов. 

Вывод дополнительной баллистической экспертизы (т.2 л.д.208), что не представляется возможным ответить на вопрос (№10) о том, не выстреляны ли три металлических фрагмента, изъятые из туши лося, из представленных на экспертизу ружей, в т.ч. ружья 

<

данные изъяты>, которое принадлежит осуждённому, не свидетельствует о его невиновности, на что ошибочно указывает защитник. 

Делая такой вывод, эксперт сослался на исследовательскую часть экспертизы, из содержания которой следует, что не представляется возможным ответить на указанный вопрос по причине отсутствия необходимого оборудования, различных компонентов снаряжения патронов к гладкоствольным ружьям (т.2 л.д.206).

Данное заключение в этой части не опровергает выводы первоначальной экспертизы, проведенной 11 декабря 2018 года 

<

данные изъяты>, и им не противоречит (т.2 л.д.179). Также заключение не содержит противоречий по другим вопросам о марках оружий и о гильзах.

Выводы экспертов по проведенным экспертизам понятны, непротиворечивы, компетентны, научно обоснованы, сопоставимы с исследованными в судебном заседании доказательствами стороны обвинения, в т.ч. с содержанием протоколов осмотра мест происшествий, показаниями представителя потерпевшего, свидетелей стороны обвинения, с другими письменными доказательствами, а потому суд правильно признал заключения экспертов достоверными доказательствами. Для разъяснения заключения баллистической экспертизы судом первой инстанции был допрошен эксперт ФИО10 

Доводы защитника о сомнительности доказательств, полученных до возбуждения уголовного дела, о нарушении закона в связи с отказом стороне защиты в проведении повторной баллистической экспертизы, о предъявлении обвинения и составлении обвинительного заключения с нарушением уголовно-процессуального закона, о невиновности осуждённого, об отсутствии у него умысла на выстрел в лося, об отсутствии доказательств предварительного сговора на совершение преступления, которые содержатся и в апелляционной жалобе с дополнительными доводами, уже были предметом оценки судом первой инстанции (т.5 л.д.215-224), с выводами которого соглашается суд апелляционной инстанции.

Все доводы и суждения защиты в интересах ФИО1 всесторонне проверены, проанализированы и надлежаще оценены судом, по результатам проверки обоснованно признаны несостоятельными, т.к. не нашли своего подтверждения, выводы суда в приговоре мотивированы и сомневаться в их правильности оснований нет.

Утверждение защитника о нарушении порядка проверки сообщений о преступлении на законе не основано. Проверка сообщений о преступлении (рапорты, заявления (т.1 л.д.5-8), зарегистрированных 5 декабря 2018 года в 

<

данные изъяты> в установленном порядке, проведена сотрудниками только этого отдела, являющегося органом дознания, по правилам, предусмотренным ст.144 УПК РФ.

При проведении неотложных и следственных действий нарушений уголовно-процессуального закона не допущено и протоколы об этом не содержат как существенных недостатков, указывающих на их незаконность, так и замечаний от участников этих действий. 

Также с соблюдением требований ст.144 УПК РФ и в рамках предоставленных органу дознания полномочий, до возбуждения уголовного дела, проведены осмотры мест происшествий, изъятие образцов, предметов и назначены экспертизы, на, что подробно указано в приговоре суда. Результаты проверки, полученные в соответствии с нормами УПК РФ правильно судом отнесены к допустимым доказательствам, подтверждающим виновность осуждённого, и приведены в приговоре. 

Не имеется оснований согласиться и с доводами защитника в части нарушения норм, предусмотренных ч.1.2 ст.144 УПК РФ, в связи с отказом в проведении повторной баллистической экспертизы. 

Ходатайство защитника (т.2 л.д.45-46) в части вопросов баллистической экспертизы удовлетворено (т.2 л.д.47-49) и 17 июля 20219 года следователем вынесено постановление о проведении дополнительной экспертизы, с которым, а также с заключением дополнительной экспертизы, ФИО1 и защитник были ознакомлены и каких-либо ходатайств и замечаний не заявили (т.2 л.д.186, 210).

Уголовное дело, согласно ст.146 УПК РФ, возбуждено в отношении ФИО1 15 декабря 2018 года уполномоченным лицом при наличии повода и оснований для этого (ст.140 УПК РФ).

Поводом явились сообщения о преступлении (т.1 л.д.5-8), а основанием - материалы проверки, содержащие данные (осуществление ФИО1 охоты на лося без специального разрешения, принадлежность ему ружья, из которого был произведен выстрел гильзой зеленого цвета, обнаруженной на месте преступления, наличием в трупе лося металлического фрагмента, выстрелянного из его ружья и др.) о наличии в действиях ФИО1 признаков состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.258 УК РФ, что по надуманным основаниям оспаривает защитник (т.1 л.д.1).

Вопреки апелляционной жалобе, нарушений порядка изъятия и предоставления предметов на экспертные исследования, изъятых в ходе проверки сообщения о преступлении и в ходе следственных действий, не допущено. Суд не находит оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколы осмотров мест происшествия, изъятых по делу вещественных доказательств, заключений экспертов, в т.ч. по тем доводам, которые приведены в жалобе стороны защиты.

ФИО1 предъявлено обвинение и составлено обвинительное заключение в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона с соблюдением его права на защиту, с чем необоснованно не согласен защитник. Постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого в полном объеме содержит данные, указанные в ч.2 ст.172, а обвинительное заключение содержит конкретные сведения, предусмотренные ч.1 ст.220 УПК РФ и ссылки на тома и листы уголовного дела, при этом обвиняемому и его защитнику при ознакомлении с материалами уголовного дела разъяснялось право заявлять ходатайства, в т.ч. о вызове свидетелей защиты (т.3 л.д.233-236). 

Совокупность доказательств стороны обвинения подтверждают правильность вывода суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, описанного в приговоре, при том, что доказательств, опровергающих выводы суда в деле нет и стороной защиты они не представлены ни в суд первой, ни второй инстанции. 

Так, данных, что осуждённый имел разрешение на отстрел лося, что не был с неустановленным лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, недалеко от места обнаружения лося с огнестрельными ранениями с одной стороны туши, что не совершал в него выстрел из своего ружья, что металлический предмет, изъятый из трупа лося, не выстрелян из ружья, принадлежащего осуждённому и, что смерть лося наступила от огнестрельных ран, в деле нет. 

Следовательно, утверждения апелляционной жалобы о невиновности осуждённого ничем не подтверждены и являются голословными. 

Действий осуждённого правильно квалифицированы по ч.2 ст.258 УК РФ, что подробно мотивировано в приговоре, с чем согласен суд апелляционной инстанции.

Указывая на предварительный сговор для совершения преступления, суд верно сослался на положения ч.2 ст.35 УК РФ и свой вывод мотивировал (т.5 л.д.222-223). 

О предварительном сговоре ФИО1 и неустановленного лица совершить незаконную охоту с причинением крупного ущерба, свидетельствуют их целенаправленное одновременное нахождение на месте преступления, согласованные продолжительные действия, направленные на незаконный отстрел, т.е. без наличия специального разрешения, лося. Совместное нахождение в урочище с подготовленным для выстрелов в крупного зверя огнестрельным оружием, с патронами снаряженными картечью, совершение ими прицельных выстрелов на высоте нахождения жизненно важных частей тела животного, отстрел которого разрешен не был. Использование ими снарядов для поражения крупного зверя, производство выстрелов в короткое время без продолжительных пауз в один объект охоты – лося, расположение ФИО1 и неустановленного лица с одной стороны по отношению к животному на незначительном расстоянии друг от друга, что подтверждается обнаружением трёх гильз, одна из которых (зеленого цвета) выстреляна из ружья осуждённого.

Изложенное свидетельствует, что действия осуждённого были осознанными и умышленными, т.к. являясь зарегистрированным охотником, зная Правила охоты, он достоверно знал об отсутствии у него разрешения на отстрел лося. 

Указывая на причинно-следственную связь между действиями осуждённого и неустановленного следствие лица и причинением крупного ущерба, суд верно пришел к выводу, с учётом имеющихся по делу доказательств, что причиной смерти лося явились два ранения от выстрела из огнестрельного оружия, в т.ч. принадлежащего осуждённому, в область лопатки и область бедра и, что с имеющимися указанными повреждениями в область бедра и лопатки, животное могло прожить не более двух - трех часов. 

Оснований для иной оценки приведенных в приговоре суда доказательств, о чем по существу ставится вопрос в жалобе с дополнениями, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

То, что осужденный и его защитник иначе и в свою пользу оценивают обстоятельства, при которых совершено преступление, не является основанием к удовлетворению апелляционной жалобы, возвращению дела прокурору или оправданию ФИО1, поскольку суд привел доказательства на основании которых пришел к выводу о виновности в совершении инкриминируемого ему преступления.

Судебное разбирательство, вопреки утверждению защитника об обвинительном уклоне при рассмотрении дела по существу, судом первой инстанции проведено с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст.15, и судом были созданы необходимые условия, согласно ст.11 УПК РФ, для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Необоснованных отказов в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для исхода дела, не допущено. Все ходатайства заявленные сторонами, разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и по ним приняты обоснованные и мотивированные решения, правильность которых сомнений не вызывает.

Назначение ФИО1 наказания в виде штрафа, с применением в соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься охотой, судом мотивировано и является справедливым. 

Наказание назначено в соответствии с положениями ст.6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера, степени общественной опасности и конкретных обстоятельств содеянного, данных о личности ФИО1, обстоятельств смягчающих наказание. 

Суд, назначая наказание в виде штрафа, учел имущественное положение виновного и его семьи. Каких-либо новых обстоятельств, влияющих на вид и размер назначенного, как основного, так и дополнительного наказания, суд апелляционной инстанции не установил. 

На основании п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ правильно конфисковано вещественное доказательство - охотничье принадлежащие ФИО1

Невозможность изменения категории преступления на более мягкую, суд мотивировал.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом при рассмотрении дела не допущено.

При указанных обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы с дополнительными доводами защитника нет.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13,389.20,389.28,389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Железногорского городского суда Курской области от 29 апреля 2021 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу с дополнительными доводами, без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев.

Осуждённый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья: