Дело № 1- 21/18 (уголовное дело № 11702320043160269)

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации.

г. Мыски 29 мая 2018 года

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе :

председательствующего судьи Пахорукова А.Ю.,

с участием государственных обвинителей старшего помощника прокурора г. Мыски Ушковой И.В. и помощника прокурора г. Мыски Володкина Д.С.,

подсудимого ФИО23,

защитника адвоката коллегии адвокатов Новоильинского района города Новокузнецка Кемеровской области № Курского Д.Ю., представившего ордер на участие в деле № от 11.04.2017 года и удостоверение адвоката № от 10.06.2005 года,

потерпевшего Потерпевший №1,

представителей потерпевшего адвоката Наумовой Ю.А., действующей на основании ордера № от 20.04.2017 года и удостоверения адвоката № от 17.10.2011 года, и адвоката Минюкова Д.Н., представившего ордер на участие в деле № от 09.04.2018 года и удостоверение адвоката № от 10.07.2003 года,

при секретаре судебного заседания Борискиной А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении подсудимого :

ФИО23, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>, ранее не судимого, 

по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 ч. 1 и 222 ч. 1 УК РФ, суд

У С Т А Н О В И Л :

Подсудимый ФИО23 совершил причинение смерти по неосторожности, а также совершил незаконное приобретение и хранение огнестрельного оружия, боеприпасов.

Преступления совершены в городе Мыски Кемеровской области при следующих обстоятельствах.

В период с января 2017 года по 09 апреля 2017 года подсудимый ФИО23, не имея соответствующего разрешения на приобретение и хранение огнестрельного оружия и боеприпасов, незаконно приобрел у неустановленного лица обрез гладкоствольного охотничьего ружья модели «ЗКМ» № М 41050 производства Ижевского механического завода, 16-го калибра, 1961 года выпуска, переделанный самодельным способом путём укорачивания ствола, и пистолетный патрон с маркировкой на донце гильзы «539 ППО 90», калибра 9х18 мм отечественного производства, штатный к пистолету ФИО24 (ПМ) и пистолету ФИО25 (АПС), и незаконно хранил указанные обрез и пистолетный патрон в доме по адресу : 

<

адрес>.

10 апреля 2017 года в ходе осмотра места происшествия – дома по 

<

адрес>, в рамках уголовного дела № 11702320043160269 по факту убийства ФИО1, членами оперативно-следственной группы были обнаружены и изъяты обрез ружья модели «ЗКМ» 16 калибра № М 41050 производства Ижевского механического завода 1961 года выпуска, и пистолетный патрон с маркировкой на донце гильзы «539 ППО 90», калибра 9х18 мм отечественного производства.

Согласно заключению эксперта № 1/10-359 от 28.06.2017 года, обрез одноствольного ружья, представленный на экспертизу, является обрезом гладкоствольного охотничьего ружья модели «ЗКМ» № М 41050 производства Ижевского механического завода «16» калибра, 1961 года выпуска, переделанный самодельным способом путём укорачивания ствола. Обрез пригоден для производства выстрелов и относится к среднествольному огнестрельному оружию. Патрон с маркировкой на донце гильзы «539 ППО 90», представленный на экспертизу, является пистолетным патроном калибра 9х18 мм, отечественного производства, штатным к пистолету ФИО24 (ПМ) и пистолету ФИО25 (АПС). Данный патрон относится к боевым припасам.

Действия подсудимого ФИО23 в указанной части органом предварительного следствия квалифицированы по ст. 222 ч. 1 УК РФ, как незаконное приобретение и хранение огнестрельного оружия, боеприпасов.

Кроме того, 09 апреля 2017 года в период с 18.00 до 23.00 часов подсудимый ФИО23, находясь в доме по адресу : 

<

адрес>, будучи в состоянии алкогольного опьянения, взял в своём доме имеющийся у него обрез гладкоствольного охотничьего ружья, который оказался подготовлен к выстрелу и заряжен патроном с пулей, и находясь в положении «стоя» на расстоянии менее трёх метров от потерпевшего ФИО1, направив обрез ружья в правую боковую поверхность туловища ФИО1, по неосторожности нажал на спусковой крючок, тем самым произвел один выстрел в потерпевшего ФИО1, чем причинил последнему следующие телесные повреждения :

- 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>.

Причиненное огнестрельное пулевое проникающее сквозное ранение передней поверхности грудной клетки справа, 

<

данные изъяты> сопровождавшиеся массивной кровопотерей и шоком послужило причиной смерти потерпевшего ФИО1 и по признаку опасного для жизни вреда здоровью квалифицируется как тяжкий вред здоровью. 

В результате действий подсудимого ФИО23 по неосторожности наступила смерть потерпевшего ФИО1 от вышеуказанного огнестрельного пулевого проникающего сквозного ранения. 

В указанной части действия подсудимого ФИО23 органом предварительного следствия квалифицированы по ст. 105 ч. 1 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В судебном заседании подсудимый ФИО23 свою вину по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 105 ч. 1 и 222 ч. 1 УК РФ, первоначально не признал.

Однако в ходе судебного разбирательства частично признал себя виновным в незаконном хранении огнестрельного оружия и пояснил, что с ФИО1 он был знаком с 2015 года, но тесно они стали общаться с лета 2016 года, они стали лучшими друзьями. Они близко общались, у них были совместные бизнес-планы на будущее, между ними никогда не было никаких разногласий, ФИО1 считал его своим старшим братом и всегда следовал его советам. Осенью 2016 года они с ФИО1 приехали на дачу по 

<

адрес>, где он проводил большую часть времени, в руках у ФИО1 был черный пакет. На его вопрос, что в пакете, ФИО1 достал из него ржавое металлическое устройство и потрескавшуюся деревянную ручку, сказав, что эту вещь ему передал должник в счет долга. Он взял этот предмет в руки и сначала подумал, что это какой-то старинный мушкет, но пригляделся и понял, что это обрез одноствольного ружья, который, со слов ФИО1, находился в рабочем состоянии. При этом ФИО1 продемонстрировал ему, как легко и чётко взводится курок и открывается патронник. Он занимался ремонтом автомобилей на СТО своего отца и их последующей продажей. Он обещал ФИО1 отдать автомобиль ВАЗ-2105, но он требовал ремонта, на который были нужны деньги. ФИО1 обещал достать необходимые для ремонта автомобиля деньги и планировал для этого продать полученный им в счет долга обрез ружья, но он ему это запретил. Тогда ФИО1 сказал, что он намерен заложить в ломбард своё золотое кольцо, а он пообещал ФИО1 дать ему деньги для последующего выкупа этого кольца из ломбарда. В феврале 2017 года ФИО1 заложил своё золотое кольцо в ломбард по ул. Пушкина, 3 по его водительскому удостоверению, так как у него при себе не было паспорта.

09 апреля 2017 года он со своим другом ФИО6 договорились на даче по 

<

адрес> пожарить мясо. Он заехал за ФИО17 и его женой, после чего в магазине «Любимый» они закупили продукты и спиртное, он позвонил ФИО1 и ФИО8, которых пригласил на дачу. Также он привёз на дачу ФИО14, чтобы он помогал разжигать костёр. Во время застолья обстановка была дружеская, никто ни с кем не ссорился. Когда у них закончилась водка, то ФИО1 по его просьбе съездил в магазин и привез ещё одну бутылку водки. Они с ФИО1 видели, что их друзья, и в частности ФИО18, брали в руки находящийся в доме обрез, но не придавали этому значения, так как для них этот обрез представлялся каким-то раритетным, бесполезным и безобидным устройством. Когда он подошёл к барной стойке, чтобы нарезать хлеб, то обратил внимание на лежащий на табурете обрез, который был направлен в сторону стола, за которым они сидели. Он решил убрать данный обрез в шкаф и правой рукой поднял его с табурета за ручку. Ручка обреза не была скреплена болтом с основной его частью, он почувствовал, что основная часть обреза со стволом отделилась от ручки и может упасть на пол. Во избежание этого он машинально повернулся вправо, правой рукой он держал ручку обреза, а левой рукой схватил выпадающую основную часть обреза сверху, после чего сомкнул их вместе. При этом указательным или средним пальцем левой руки он случайно задел спусковой крючок обреза, после чего прозвучал хлопок. От произошедшего он находился в шоке, когда он повернулся в сторону стола, то увидел, что сидящий за ним ФИО1 с удивлением смотрел на него, при этом ФИО1 сказал ему: «Братан, ты в меня попал». Он увидел у ФИО1 рану в верхней части груди справа, из которой бежала кровь. От произошедшего он пришел в ужас и бросился к ФИО1 на помощь, правой рукой он зажимал рану и кричал, чтобы вызвали «Скорую помощь». ФИО16 сказала, что вызвала «Скорую помощь», он увидел, что ФИО1 теряет сознание. Он подумал, что быстрее будет доставить раненого ФИО1 в больницу на машине, сказал ФИО17, чтобы они вытаскивали ФИО1, а он подгонит машину. Он завел автомобиль, после чего они занесли ФИО1 на заднее сиденье, при этом он сказал ФИО14, чтобы он прибрал всё в доме. На автомобиле они приехали к входу в приёмное отделение больницы и вынесли из машины ФИО1 Мимо проходили незнакомые молодые люди, которые помогли занести ФИО1 в приемное отделение. Убедившись, что ФИО1 в больнице и от него уже ничего не зависит, он отъехал от больницы, после чего позвонил по телефону ФИО5 и ФИО18, которым сообщил о случившемся. Он был уверен, что именно ФИО18 взвёл курок обреза, когда держал его в руках и пытался его открыть. Затем он на такси заехал к себе домой, где переоделся и сообщил отчиму ФИО11 о случившемся, после чего на такси приехал на встречу с ФИО18, который признался в том, что это он взвёл курок обреза. Затем по телефону ФИО5 сообщил ему, что ФИО1 в больнице умер. На следующий день ему позвонили из отдела полиции г. Мыски, он по телефону кратко рассказал, как всё произошло. Ему сказали приехать в отдел и дать письменные показания, на что он обещал приехать, как только приведет себя в порядок. Один из его друзей сказал, что ему нужен хороший адвокат, и дал номер телефона адвоката. Около 15.00 часов 10 апреля 2017 года он связался с адвокатом, а на следующий день с адвокатом они приехали в следственный комитет. 

Он не признаёт себя виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 222 ч. 1 УК РФ, так как обрез он не приобретал и не хранил, этот обрез на дачу принес ФИО1 и оставил его там на хранение. Дом по 

<

адрес>, где находился обрез, ему не принадлежит, в этот дом в любое время, даже в его отсутствие, могли придти его многочисленные друзья, в том числе и ФИО1, у которых были ключи от дома. Обнаруженный при осмотре дома пистолетный патрон он никогда не видел и в дом его не приносил, откуда он взялся, ему неизвестно, он предполагает, что этот патрон в дом могли подбросить сотрудники полиции.

Умысла на убийство ФИО1 у него не было, также не было никаких причин желать его смерти, поскольку они с ФИО1 были близкими друзьями и никогда не ссорились. В то же время он осознаёт, что огнестрельное ранение, от которого скончался ФИО1, было причинено в результате его неосторожного, легкомысленного отношения к оружию.

По ходатайству подсудимого ФИО23 к материалам уголовного дела приобщены его письменные показания. 

В связи с наличием противоречий в показаниях подсудимого ФИО23, данных им на предварительном следствии и в судебном заседании, судом по ходатайству участвующего в деле прокурора, с согласия остальных участников по делу, был оглашен протокол допроса подозреваемого ФИО23 от 11.04.2017 года (т.д.1, л.д.100-103). 

Из данных указанного протокола допроса следует, что подозреваемый ФИО23 был допрошен с участием защитника, перед началом допроса ему разъяснялись его права, предусмотренные ст. 46 ч. 4 УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ, также ФИО23 был письменно предупрежден о том, что при согласии дать показания его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний.

Подозреваемый ФИО23 в ходе допроса пояснил, что в доме по 

<

адрес> он проживает в течение двух лет. С ФИО1 он был знаком давно, около года они поддерживали дружеские отношения, они вместе ремонтировали автомобили, планировали открыть пихтомойку. Он никогда не ссорился с ФИО1 09 апреля 2017 года по предложению супругов ФИО17 они решили выпить спиртного. В магазине, где они покупали водку, он встретил ФИО1, который подъехал к нему позже. По дороге они забрали ФИО2, который стал разводить костер, а они все зашли в дом и стали готовить закуску. Сначала они распивали водку вчетвером, потом приехали ФИО18, ФИО1 и ФИО8, но ФИО18 потом уехал. Когда у них кончилась водка, ФИО1 привез еще одну бутылку водки. За столом была весёлая обстановка, ссор не было. Обрез одноствольного ружья ИЖ-17 калибра 16 открыто лежал в доме на табурете между кроватью и барной стойкой. Этот обрез в дом по 

<

адрес> около 4-х месяцев назад принес ФИО1, его в руки брали все, в стволе обреза был один патрон. Около 23.00 часов он пошел к барной стойке за хлебом и увидел обрез, который был развернут в сторону стола. Он взял обрез в правую руку и держал его ближе к спусковому механизму, хотел его развернуть и приподнял его примерно на 110 см. Он почувствовал, что обрез может у него выскользнуть из рук и упасть. Чтобы это предотвратить, он схватил обрез двумя руками, при этом ствол обреза был направлен в сторону стола. В этот момент прозвучал выстрел. Всё время, пока обрез хранился в доме по 

<

адрес>, он знал, что курок не взведен и поэтому выстрела произойти не может. После выстрела он был в шоке, увидел, как ФИО14 схватился рукой за ухо, и подумал, что попал в него. Затем он посмотрел на ФИО1, который сказал «Ж., ты в меня попал». Он бросил обрез на табурет, увидел, как у ФИО1 льётся кровь из раны справа на груди, подскочил и зажал рану рукой. Он кричал ФИО1, чтобы тот держался, требовал, чтобы вызвали «Скорую помощь», а затем побежал заводить автомобиль ВАЗ-2105. Супруги ФИО17 и ФИО14 вынесли из дома раненого ФИО1 и положили его на заднее сиденье автомобиля, после чего они быстро поехали в больницу. Возле больницы они встретили незнакомых молодых людей, которые помогли донести раненого ФИО1 до подъёма к больнице. После этого он запаниковал, сказал ФИО6, что уезжает, сел в автомобиль и уехал. Затем ему позвонил знакомый и сообщил, что ФИО1 умер. Ночью при встрече с ним ФИО18 признался, что это он взвел курок обреза. Выстрел из обреза в ФИО1 был не направленным, случайным, так как он не знал и не предполагал, что курок обреза был взведен.

Протокол допроса после прочтения подписан подозреваемым ФИО23 и его защитником без замечаний и дополнений. 

Несмотря на непризнание подсудимым ФИО23 своей вины в совершении преступлений его виновность подтверждается добытыми в судебном заседании доказательствами, а именно – показаниями потерпевшего и свидетелей в суде и на стадии предварительного расследования, а также исследованными в судебном заседании письменными доказательствами.

Потерпевший Потерпевший №1 в судебном заседании пояснил, что ФИО1 был его сыном, он хорошо учился в школе. Во время школьных каникул сын всегда стремился подработать, сбрасывал снег с крыши школы, работал вожатым в детском лагере, выполнял другие работы, у него с 14 лет была трудовая книжка. После окончания школы сын поступил учиться в торгово-экономический техникум, во время учебы в котором также стремился где-то подзаработать. Сын познакомился в подсудимым ФИО26 за полгода до случившегося, друзьями они не были, просто его сын подрабатывал на ремонте автомашин в гараже отца ФИО26. Со Щеголевым его сын познакомился в связи с тем, что участвовал в качестве посредника при продаже автомобиля по просьбе соседа. 08 апреля 2017 года он разговаривал с сыном, тот должен был поехать в г. Новокузнецк за кольцом к своему другу, но не поехал. После смерти сына его друг ФИО9 рассказал ему, что всё случилось из-за кольца и из-за денег, которые его сын пошел к ФИО26 забирать. Был случай, когда сын, будучи дома, разговаривал со ФИО26 по телефону и спрашивал у него : «Ж., ты когда думаешь мне деньги отдавать?». Он спросил у сына, о каких деньгах он говорил, но сын его успокоил, сказав, что он уже взрослый, те деньги, которые он брал из дома на покупку запчастей, вернуться, и что он должен будет отдать ему деньги. Также он слышал разговор сына с ФИО9, которому сын говорил, что он уже понял, кто есть кто, он заберет свое и купит машину. До этого сын прошел медкомиссию, чтобы пойти учиться «на права». Его сын не употреблял наркотики, у него имелась справка от нарколога. Он допускает, что сын, возможно, «баловался» этим, но это было не всерьёз. В их семье всегда были нормальные отношения, никогда никто не ругался, сын увлекался спортом, но после того, как он переболел менингитом, врачи запретили сыну заниматься спортом. Оружием его сын не увлекался. Его сын и ФИО26 сошлись на том, что вместе занимались ремонтом машин, сын хотел заработать деньги. ФИО26 должен был его сыну ФИО1 деньги, на которые сын планировал купить себе машину. В последний раз он видел сына живым 08.04.2017 года. Он сам не был свидетелем конфликтов между его сыном и ФИО26, но однажды подсудимый позвонил по телефону и в грубой форме попросил позвать сына к телефону. На вопрос, что это такое, сын ответил, чтобы они не обращали внимания, он «безбашенный» и больше так разговаривать не будет. Также он слышал, как сын по телефону требовал от подсудимого вернуть деньги. В их дом ФИО26 никогда не приходил. После того, как его сын познакомился с подсудимым, был случай, когда его сын в нетрезвом виде катался по городу на автомашине подсудимого. 

В судебном заседании потерпевший Потерпевший №1 предъявил гражданский иск к подсудимому ФИО23 о взыскании с него расходов на погребение в сумме 106.910 рублей и взыскании компенсации морального вреда в размере 1.000.000 рублей и полностью поддержал свои исковые требования. 

Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что погибший ФИО1 являлся её сыном. Подсудимого она не знает и отношений с ним не поддерживала. Она считает, что преступление было совершено намеренно. С осени сын ей говорил, чтобы она за него не беспокоилась, что всё будет хорошо и всё наладится. Как-то на домашний телефон был звонок, она подняла трубку, кто-то, не поздоровавшись, спросил «ФИО1 дома?» или сказал «Позови ФИО1». Она ответила, что сына нет дома, хотя он был дома. Она спросила у сына, что это был за неприятный голос, кто этот знакомый сына, на что тот ответил, чтобы она не волновалась, назвал его «Ж.» и сказал, что больше он так с ней разговаривать не будет. Также сын произнес фразу : «Мама, если бы ты знала, сколько он мне должен денег». Деньги, которые сын брал из дома, он говорил, что они нужны на запчасти, чтобы ремонтировать машины. У неё с сыном были доверительные отношения, но в последнее время сын ей что-то не договаривал, был какой-то задумчивый. Она пыталась расспросить сына, но он отвечал, чтобы она за него не волновалась. Сын был доверчивым, его легко можно было обмануть. Об обстоятельствах гибели сына ей известно от других людей, которые говорили, что там был конфликт, но подробности ей не рассказывали. В воскресенье, 09 апреля 2017 года, около 02.00 часов ночи приехала опергруппа, её мужа вызвали на улицу, через некоторое время муж зашел домой и сказал, что случилась беда, застрелили сына ФИО1. В больнице она не была, её не пустил муж. Лучший друг её сына ФИО9 сказал, что всё случилось из-за кольца, которое было заложено в ломбарде. От подсудимого к ним никто не приходил, не приносил извинения, не возмещал причиненный моральный вред, не было чувства вины и сострадания. Сын никогда не рассказывал ей о конфликтных отношениях с кем-либо. В день совершения преступления сын писал ей, что находится в Новокузнецке. Она видела, что у сына на пальце нет кольца, но не спрашивала о том, где оно. Когда отец спросил у сына, где кольцо, тот ответил, что оставил его у друга в Новокузнецке, когда мыл руки. Это кольцо они подарили сыну на его 18-летие, его стоимость составляет 26.500 рублей. Её сын был добрым и отзывчивым, помогал им в ведении домашнего хозяйства, никаким оружием её сын не интересовался, он увлекался спортом, занимался боксом и горными лыжами, спортивными бальными танцами, дзюдо. Сын учился на втором курсе в техникуме в г. Новокузнецке, регулярно посещал занятия. Она знала всех друзей сына, но фамилию «ФИО26» от него не слышала. 

Свидетель ФИО19 пояснила в судебном заседании, что подсудимый ФИО23 является её сыном. Потерпевшего ФИО1 она лично не знала, но видела, иногда он заходил к ним домой. По вечерам, когда сын у отца ремонтировал машины, ФИО1 иногда забегал к ним за едой для собаки. На её вопросы «Где Ж.?» он отвечал, что он у отца ремонтирует машины. Когда сын собирался ночевать в доме, где произошло преступление, она собирала им еду. Её сын и ФИО1 находились в приятельских отношениях, конфликтов между ними не было. Кроме потерпевшего, к ним домой заходили и другие ребята. Дом по 

<

адрес> достался её мужу от прежней семьи. Сначала в этом доме проживала её мать, которая перестала в нём проживать и около года этот дом пустовал. Затем её муж отдал этот дом в пользование сыну. Её сын в доме по 

<

адрес>, постоянно не проживал, но периодически там бывал. Иногда она заезжала к сыну, компаний там не видела. Они постоянно давали сыну крупные суммы денег на ремонт автомобилей - по 50, 70, 100 и 200 тысяч рублей, каких-либо материальных претензий к потерпевшему у её сына не должно было быть. Когда она приезжала к сыну, то никогда не видела в доме огнестрельного оружия. Как в доме оказался обрез, ей неизвестно, его могли принести. О совершенном преступлении она узнала 10 апреля 2017 года от мужа, который рассказал, что в доме на 

<

адрес> собралась компания, нечаянно произошел выстрел и потерпевший скончался в больнице. Также муж рассказал ей, что вечером прибежал сын, когда она спала, и сказал, что ранили ФИО1, который находится в реанимации и неизвестно, останется ли он живым. Своего сына ФИО23 она характеризует только с положительной стороны, он всегда хорошо относился к окружающим, не любил, когда дерутся. Она воспитывала сына до 8 лет, потом его забрал к себе отец, но она приходила и проверяла. Алкоголем её сын не злоупотреблял. После случившегося они поехали в дом по 

<

адрес>, чтобы покормить собаку, там находилась опергруппа. Когда они зашли в дом, то увидели стоящий возле кровати у стены табурет, на котором лежал обрез без приклада. Она впервые увидела этот обрез и не знает, как он появился в доме. Следов борьбы в доме не было, она не видела следов крови. В окне стоял тройной стеклопакет, в нем было сквозное пулевое отверстие. Впоследствии к ней приходил адвокат её сына, говорил о необходимости оказания материальной и моральной поддержки семье потерпевшего, а также передал от сына письмо для родителей погибшего, но она его не передала. Он прочитала это письмо, в нем её сын просил прощения у родителей погибшего, писал, что всё произошло случайно и он не хотел его убивать. 

Свидетель ФИО14 в судебном заседании пояснил, что он знаком с подсудимым ФИО26 и был знаком с потерпевшим ФИО1, отношения с каждым из них у него были нормальные. Он не помнит дату, когда они сидели в доме у ФИО26, адреса он не помнит. Они жарили мясо, выпивали. Также в доме находились ФИО15, ФИО17 с супругой, ФИО1 и он. ФИО1 приехал вечером на такси, он был трезв. Ему неизвестно, как давно были знакомы ФИО26 и ФИО1, но они нормально общались. Приехавший ФИО1 сел за стол, выпил две рюмки. Никаких конфликтов за столом ни у кого не было, всё было хорошо. Он также выпивал, но был не пьян, всё происходящее понимал, видел и слышал. В доме ФИО1 сидел возле окна, ФИО26 находился от него на расстоянии через стол. Он видел, как ФИО26 подошел к стулу, который находился между кроватью и барной стойкой, взял обрез и начал «копаться» в нем, после чего произошел выстрел. Ранее он пару раз видел в доме у ФИО26 этот обрез, он был одноствольный, ФИО26 не рассказывал, откуда у него обрез. Когда ФИО26 взял в руки обрез и стал с ним что-то делать, он повернулся лицом к ФИО1. Между тем, как ФИО26 взял в руки обрез, и тем, как произошел выстрел, прошли 1-2 минуты. После выстрела произошел громкий хлопок. После выстрела ФИО26 стал кричать, чтобы вызывали «Скорую помощь» ФИО1, в которого он попал. Сотовой связи не было, поэтому завели машину, положили в неё ФИО1 и ФИО26 отвез его в больницу. После выстрела ФИО1 сказал что-то вроде того : «Братан, что ты делаешь», и потерял сознание, на футболке ФИО1 он увидел кровь. От выстрела его оглушило, затем он везде увидел кровь – на ФИО1, на столе. Когда они несли ФИО1 в машину, он видел на его груди рану, на спине у него он ничего не видел. После выстрела ФИО26 положил обрез на барную стойку. В момент выстрела подсудимый и потерпевший находились друг от друга на небольшом расстоянии. Когда ФИО1 положили в машину, ФИО26 сказал ему убрать кровь на полу в доме, а сам повез ФИО1 в больницу. Потом ФИО26 заходил в дом за телефоном, при этом полотенцем стёр отпечатки пальцев, а потом позвонил и сказал, чтобы они уходили из дома. Он подтирал кровь с пола, зачем, объяснить не может. Он не спрашивал у ФИО26, зачем тот стирает отпечатки пальцев. Со ФИО26 у него были нормальные отношения. Сначала он не видел, что ранение у ФИО1 было сквозное, но потом заметил. Когда он разговаривал со ФИО26 по телефону, тот сначала говорил, что ФИО1 в больнице, а на следующий день сказал, что ФИО1 умер. Когда он в доме увидел обрез, он не спрашивал у ФИО26, заряжен ли он, при нём никто обрез не заряжал. После случившегося он видел на полке над кроватью один патрон. До этого случая он ежедневно встречался с ФИО1 и ФИО26 в гараже, где они занимались ремонтом машин. 

В связи с наличием в показаниях свидетеля ФИО14 существенных противоречий по ходатайству представителя государственного обвинения с согласия остальных участников по делу в судебном заседании были оглашены показания указанного свидетеля, данные им на стадии предварительного следствия.

Из данных протоколов допросов свидетеля ФИО14 от 10.04.2017 года (т.д.1, л.д.57-59) и от 04.07.2017 года (т.д.2, л.д.80-83) следует, что до начала допросов ему были разъяснены права и обязанности свидетеля, предусмотренные ст. 56 ч. 4 УПК РФ, он был письменно предупрежден о том, что при согласии дать показания его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний. Кроме того, свидетель ФИО14 был письменно предупрежден об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ, и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ.

В ходе допроса 10.04.2017 года свидетель ФИО14 пояснил, что он был знаком с ФИО1 давно, последние один-полтора месяца до смерти ФИО1 он встречался с ним ежедневно, когда приезжал к ФИО26, которому он помогал в ремонте машин в гараже его отца. В его присутствии ФИО1 никогда ни с кем не ссорился. Со ФИО26 он знаком около трёх месяцев, он подрабатывал у ФИО26 по ремонту машин. ФИО26 постоянно жил по 

<

адрес>. 09 апреля 2017 года в 19-ом часу после окончания работы ФИО26 предложил ему пожарить мясо, он приехал на участок ФИО26, где разжёг мангал. В доме находились сам ФИО26, его знакомый ФИО17 с женой, они пили водку в его присутствии, он также выпил с ними 2-4 рюмки водки и продолжал жарить шашлык. ФИО1 приехал в дом ФИО26, когда уже стемнело, в его присутствии ФИО1 выпил только одну рюмку водки и сидел за столом, никто ни с кем не ссорился. Он видел, что на табурете между барной стойкой и кроватью лежал одноствольный обрез около 0,5 м длиной с прикладом из дерева и металлическим стволом. У ФИО26 на обрезе сломалась ручка и он начал её прикреплять, при этом он стоял напротив ФИО1 через стол. Вскоре после этого он услышал шлепок, он оглох и не понял, что произошло. Потом он увидел кровь спереди на футболке ФИО1 и услышал, как ФИО26 кричал, чтобы скорее вызывали «Скорую помощь». Он слышал также, как ФИО1, обращаясь к ФИО26, сказал : «Ж., ты гонишь?». После этих слов ФИО1, сидевший на стуле возле окна, потерял сознание. Он видел, как ФИО26 подскочил к ФИО1, просил его не молчать, держал свою руку на ране ФИО1 в области груди справа. ФИО17 потрогал пульс ФИО1 и сказал : «Молодец, держится». ФИО26 решил сам отвезти ФИО1 в больницу. Они с ФИО17 взяли ФИО1 за ноги, а ФИО26 взял ФИО1 за обе руки, тот был уже без сознания. Они положили ФИО1 на пол, так как не могли его удержать. Потом ФИО26 завел автомобиль, как ему кажется, ВАЗ-2107 белого цвета, и подогнал его ближе к дому. Они с ФИО16 взяли ФИО1 за руки, а ФИО26 и ФИО17 взяли его за ноги, и загрузили ФИО1 на заднее сиденье автомобиля. ФИО1 никаких звуков не произносил и был ли он жив, ему неизвестно. Затем он пошел домой, по дороге разговаривал со ФИО26, который сказал ему, что ФИО1 в больнице. На следующий день 10.04.2017 года, он узнал, что ФИО1 умер накануне вечером от огнестрельного ранения.

После окончания допроса свидетель ФИО14 уточнил, что обрез в доме по 

<

адрес>, у ФИО26 он видел со времени знакомства с ним. Вечером 09.04.2017 года никто, кроме ФИО26, обрез в руки не брал. Он не знает, кто и чем заряжал обрез, сам он его ни разу не трогал.

Протокол допроса подписан свидетелем ФИО2 после личного прочтения без замечаний и дополнений. 

При допросе 04.07.2017 года свидетель ФИО14 пояснил, что ему неизвестно, кто принес обрез в дом по 

<

адрес>. За месяц или два до убийства ФИО1 он видел, как ФИО26 положил в автомобиль обрез одноствольного ружья. Он бывал в доме ФИО26 не более шести раз. В марте 2017 года в обеденное время он находился в доме по 

<

адрес>. ФИО26 вынес из дома одноствольный обрез с маленьким прикладом длиной около 50 см и когда он должен был пройти мимо собаки, ФИО26 направил в сторону его ног обрез и сказал, что если он не пройдет мимо собаки, то он в него выстрелит. При этом ФИО26 был трезв и улыбался. Потом ФИО26 сказал, чтобы он не боялся, в обрезе нет патрона, но ему было неприятно, что ФИО26 наставил на него обрез. 09 апреля 2017 года ФИО1 пришел в дом к ФИО26 по 

<

адрес>, когда уже стемнело. Потом в дом приехали двое или трое парней, который пробыли в доме не более 15 минут и затем уехали. До выстрела в ФИО1 обрез не лежал на табурете между кроватью и барной стойкой, он не видел, откуда ФИО26 взял в руки обрез одноствольного ружья, но предполагает, что он вытащил обрез из-под кровати. В момент выстрела из обреза он находился рядом со ФИО26, при этом ФИО26 держал обрез обеими руками поднятым и направленным стволом в сторону ФИО1, который сидел за журнальным столом, при этом ФИО26 совершал с обрезом какие-то действия со стороны рукоятки и курка. ФИО1 и ФИО26 друг с другом не разговаривали, выстрел из обреза произошел неожиданно. Он видел, как ФИО26 поднял обрез ружья на уровень плеча, направив ствол в сторону сидящего спиной к окну ФИО1, при этом ничего ему не говорил. Спустя несколько секунд он услышал грохот и поднял голову, сразу понял, что это был выстрел, от которого у него заложило уши. Обрез из рук ФИО26 вниз не падал. Он повернулся в сторону ФИО1 и увидел кровь на правой стороне его футболки, ФИО1 сказал ФИО26 : «Братан, ты в меня попал». Он не видел, куда ФИО26 после выстрела положил обрез, но позже видел его лежащим на табурете между кроватью и барной стойкой. Потом ФИО26 уже без обреза подбежал к ФИО1, он тоже к нему подскочил. Сначала ФИО26 рукой прикрывал рану на правом плече ФИО1, из которой текла кровь. Потом он, ФИО26 и находившиеся в доме ФИО17 и ФИО16 отнесли ФИО1 к автомобилю ФИО26 и положили ФИО1 на заднее сиденье автомобиля. Потом он по требованию ФИО26 вынести ему из дома телефон зашел в дом, но мобильного телефона не нашел. В дом зашёл ФИО26, взял с барной стойки полотенце и вытер им обрез, стирая на нём отпечатки пальцев. ФИО26 сказал ему, что если будет спрашивать следователь, то он ничего не видел. ФИО26 сказал ему убрать кровь со стола, он половой тряпкой вытер кровь с края стола, стакана и стопки. Он боялся ФИО26, хотя тот ему физической расправой не угрожал. Потом он вытер большую лужу крови ФИО1 на полу возле стола. Он понимал, что кровь и отпечатки пальцев – это следы преступления. Спустя около 10 минут после того, как он вытер кровь в комнате, ФИО26 на автомобиле увёз ФИО1 в больницу. Затем ФИО26 позвонил ему и сказал, чтобы они с ФИО15 захлопнули дверь в дом и уходили оттуда. Утром в телефонном разговоре ФИО26 сказал ему, что ФИО1 мёртвый. ФИО26 звонил ему из изолятора и спрашивал, что он рассказал следователю, он ответил, что рассказал всё, как было. ФИО26 сказал ему, что он будет говорить следователю, что выстрел произошел, когда обрез падал. Он понимает, что ФИО26 направил ствол поднятого к плечу обреза в сторону ФИО1, обрез из рук ФИО26 не падал, он сам нажал на курок. Сам он ни обрез ружья, ни патрон в руки не брал. В его присутствии никто обрез не заряжал.

Протокол допроса свидетеля ФИО2 подписан им самим после личного прочтения без замечаний и дополнений.

После оглашения его показаний, данных на стадии предварительного следствия, свидетель ФИО14 в судебном заседании пояснил, что он не помнит, чтобы давал такие показания следователю. При этом протоколы допросов им были прочитаны и он не знает, почему он их подписал. Также дополнил, что выстрел произошел, когда ружьё находилась в руках у ФИО26, при нем никто другой обрез в руки не брал.

Свидетель ФИО15 в судебном заседании пояснил, что с подсудимым ФИО26 отношения у них дружеские и оснований для его оговора у него нет. Потерпевшего ФИО1 он знал и отношения между ними тоже были дружескими. В тот день он приехал в г. Мыски и в течение дня распивал пиво. Вечером он созвонился со ФИО26 и тот пригласил его приехать к нему в гости. Они поехали к ФИО26 вместе с ФИО3 и ФИО4. Когда они приехали к ФИО26 около семи-восьми часов вечера, в доме, кроме него самого, находились ФИО17, ФИО17 и ФИО14. В доме он выпил и уснул, так как был в пьяном состоянии. Примерно в 01.00-ом часу его разбудил ФИО14 и сказал ему уходить из дома, после чего он пошел домой. Утром к нему приехали сотрудники полиции и увезли в отделение. При допросе он всё рассказал сотрудникам полиции, от которых ему стало известно, что ФИО26 убил ФИО1. Он выстрела не слышал, так как был в пьяном состоянии, но он слышал хлопок, который не был похож на выстрел из ружья. До того, как он уснул, он не видел в доме обрез ружья, он не знал, что у ФИО26 имеется ружьё и никогда его не видел. На допросе в отделении полиции он говорил, что видел в доме ФИО26 ружьё, так как в полицию его вызывали постоянно и он там подолгу находился, его подолгу допрашивали и он уже не смог вытерпеть. Он ошибся в том, что видел ружьё в доме у ФИО26, потому что до этого он жил в Туве, ездил в тайгу и там ему постоянно попадалось на глаза много разного оружия. Когда он находился в доме ФИО26, ни ругани, ни ссор между присутствующими он не заметил, все выпивали и были уже довольно нетрезвыми, общение между ними было дружеское. ФИО26 и ФИО1 до этого он знал около пяти лет, он не помнит, от кого, но ему стало известно о том, что они стали лучшими друзьями, их каждый день видели вместе. 

В связи с наличием в показаниях свидетеля ФИО15 существенных противоречий по ходатайству представителя государственного обвинения с согласия остальных участников по делу в судебном заседании были оглашены показания указанного свидетеля, данные им на стадии предварительного следствия.

Из данных протоколов допросов свидетеля ФИО15 от 10.04.2017 года (т.д.1, л.д.48-50) и от 04.07.2017 года (т.д.2, л.д.87-89) следует, что до начала допросов ему были разъяснены права и обязанности свидетеля, предусмотренные ст. 56 ч. 4 УПК РФ, он был письменно предупрежден о том, что при согласии дать показания его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний. Кроме того, свидетель ФИО15 был письменно предупрежден об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ, и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ.

В ходе допроса 10.04.2017 года свидетель ФИО15 пояснил, что ФИО29 он знает с 2012 года, он проживал в своём доме по 

<

адрес>. 09 апреля 2017 года утром он приехал в г. Мыски из Республики Тыва, около 19.00 часов ему позвонил ФИО26 и пригласил к себе домой, он в это время находился в средней степени опьянения. Вместе с ФИО3 и ФИО4 он на такси приехал к ФИО26. В доме ФИО26, кроме него самого, находились ФИО6, его жена ФИО16 и ФИО1, с которым он был знаком не менее пяти лет. Все присутствующие в доме ФИО26 были в нетрезвом состоянии, на столе стояла начатая бутылка водки. В доме ФИО26 он сел на кровать ближе к торцу стола, ФИО26 сидел в кресле с торца стола, напротив него на стуле сидела жена ФИО6 ФИО16, кто сидел рядом с ней, он не помнит. Приехавшие с ним ребята за стол не садились. Выпив водки, он упал на кровать и уснул. Он просыпался от громкого хлопка, после чего слышал какую-то суету, кто-то ходил и что-то говорил, но он не придал этому особого значения и продолжал спать. Проснулся он от того, что его будил незнакомый ему парень, который сказал ему, что «Ж. сказал уходить из дома, здесь никого нет». Он проснулся и увидел, что остался в доме один, крови он не видел. После этого он пошел домой, утром к нему приехали сотрудники полиции, которые доставили его в ОВД, где стали спрашивать у него, где и с кем он был и что делал. На вопрос, был ли он у ФИО26 в 

<

адрес>, он сначала ответил, что не был. Ему предложили вспомнить, и он рассказал правду. От сотрудников полиции ему стало известно, что ФИО1 убили. До своего отъезда в Республику Тыва в октябре 2016 года он видел в доме у ФИО26 двуствольное охотничье ружьё 12-го или 16-го калибра, ружьё было старое, с горизонтальными стволами, об этом ружье он со ФИО26 не разговаривал. Он думает, что из охотничьего ружья мог выстрелить ФИО26. Пока пили водку в доме ФИО26 вечером 09.04.2017, он ружья не видел. 

Протокол допроса свидетеля ФИО15 подписан им самим после личного прочтения без замечаний и дополнений.

Из данных протокола дополнительного допроса свидетеля ФИО15 от 04.07.2017 года следует, что со ФИО29 он знаком с зимы 2012 года, за это время он приезжал к нему в дом по 

<

адрес> около пяти раз в неделю, неоднократно они употребляли спиртные напитки, в нетрезвом состоянии ФИО26 в основном спокойный. Около двух лет назад ФИО26, держа в правой руке гладкоствольное охотничье ружье, направил его ствол ему в грудь, при этом ФИО26 улыбался и ничего не говорил. Он потребовал от ФИО26 убрать от него ружьё, так как оно может выстрелить, ФИО26 нажал на крючок и произошел щелчок, он понял, что ружьё не заряжено. Он закричал и ушел домой. После этого они со ФИО26 два дня не разговаривали, потом ФИО26 позвонил ему по телефону и извинился, сказав, что это была шутка. До 09 апреля 2017 года он не видел в доме ФИО26 обрез одноствольного охотничьего ружья. В момент выстрела в ФИО1 он спал на кровати, ФИО1 сидел на стуле спиной к окну, а ФИО26 сидев в кресле у стены. Его разбудил молодой парень ФИО14, который сказал, что звонил ФИО26 и сказал, чтобы они уходили. В это время на столе и на полу крови не было. После этого они с ФИО14 ушли из дома. О смерти ФИО1 он узнал от сотрудников полиции. До убийства ФИО1 он спрашивал у знакомых, с кем общается ФИО26, ему сказали, что с ФИО1, который часто к нему приходит и они ежедневно общаются. После того, как его допросили в полиции, он позвонил по телефону ФИО26 и спросил, где он находится и почему не сдался. ФИО26 ответил ему, что ищет деньги на адвоката. Он сказал ФИО26, что тот убил ФИО1 и должен ответить за свой поступок, на что ФИО26 сказал ему, что не хотел убивать ФИО1 и выстрел произошел случайно.

Протокол дополнительного допроса свидетеля ФИО15 подписан после личного прочтения им самим без замечаний и дополнений.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО20 пояснила, что подсудимого ФИО26 она не знает. ФИО1 она знала, они встречались более семи лет. Про кольцо ФИО1 ей известно то, что ФИО1 «отсидел» в ИВС 10 суток за то, что катался на машине в состоянии опьянения. В суд приехал ФИО26 и сказал ФИО1, что нужно заплатить штраф и предложил ФИО1 заложить в ломбарде его кольцо, пообещав, что он сразу отдаст ему деньги и ФИО1 сможет выкупить своё кольцо, ФИО1 на это предложение ФИО26 согласился. По поводу этого кольца ФИО1 очень сильно переживал, постоянно об этом говорил, так как это кольцо ему подарили родители и он им очень дорожил, но ФИО26 деньги ему не отдавал, речь шла о сумме в размере 10.000 рублей. ФИО1 постоянно звонил по этому поводу ФИО26 и ездил к нему, но тот всё врёмя обещал, однако денег так и не отдал. Она предполагает, что из-за этого кольца ФИО1 оказался в доме ФИО26. Часто встречаясь с ФИО1 более семи лет, бывая у него дома, она знала его друзей, ФИО26 в их число не входил. О конфликтных ситуациях между ФИО1 и Щеголевым ей неизвестно. 

Свидетель ФИО12 в судебном заседании пояснила, что она является директором ООО «Ломбард «Алмаз». Подсудимого ФИО26 она не знает. Для залога в ломбарде золотого изделия гражданин должен предъявить паспорт, залогодателю выдаётся залоговый билет. Они оформляют залог под определенный процент в день и на определенный срок. Данные паспорта и данные по залогу вносятся в компьютер и в тетрадь, а именно – дата, фамилия залогодателя, наименование и вес изделия и сумма залога. Выкуп золотого изделия также фиксируется в компьютере и в тетради. Более конкретных сведений по данному дела она сообщить не может в связи с давностью времени.

По ходатайству стороны обвинения с согласия остальных участников по делу в судебном заседании были оглашены показания свидетеля ФИО12 от 10 августа 2017 года (т.д.2, л.д.209-211).

После оглашения протокола её допроса на предварительном следствии свидетель ФИО12 подтвердила его правильность и дополнила, что в протоколе правильно указано, что ФИО26 сдал в залог золотую печатку, оцененную в 9.180 рублей, получив первоначально сумму 5.550 рублей, 07.04.2017 года ФИО26 «добрал» 3.212 рублей и 12.04.2017 года золотая печатка была выкуплена из ломбарда за 9.483 рубля. Процедурой выкупа занималась товаровед ФИО7 Исходя из того, что в тетради имеется запись о том, что именно ФИО23 сдал в залог золотую печатку, то ошибки в этом быть не может, что печатку сдал другой человек, представившийся его именем. Факты, когда в их ломбарде принимают золотые изделия по чужим документам, ей неизвестны.

Свидетель ФИО16 в судебном заседании пояснила, что подсудимого ФИО26 она знала как друга своего мужа, ФИО1 до случившегося она не знала. В тот день они с супругом пришли в гости к ФИО26, там они сидели за столом и выпивали. Обреза или ружья в доме она не видела. Потом пришел ФИО1, никто из присутствующих не ругался и не дрался, все между собой общались, смеялись, обстановка в доме была нормальная. Потом муж позвал её домой, она встала из-за стола, сняла с вешалки свою куртку и стала её надевать, в это время услышала громкий хлопок, от которого у неё заложило уши. Повернувшись, она увидела, что ФИО1 сидел за столом возле окна, рукой он держался за плечо и произнес : «Братан, ты в меня попал», после чего он потерял сознание. Эта фраза была обращена к ФИО26, они с ФИО1 весь вечер обращались друг к другу «братан», из чего она поняла, что между ними были дружеские отношения. ФИО26 в это время «опешивший» стоял в углу за барной стойкой, его рук она не видела. ФИО26 и ФИО1 находились в положении лицом друг к другу на расстоянии около 3-4 метров. Она видела, что у ФИО1 текла кровь, которая пропитала его одежду. Они все вместе подхватили ФИО1, поместили его в машину ФИО26 и повезли в больницу, машиной управлял сам ФИО26. Они ехали очень быстро, между собой не общались, только один раз ФИО26 спросил у её мужа, как пульс у ФИО1, на что её муж ответил, что пульс есть. Когда они подъехали к больнице, она туда забежала и попросила о помощи. Выбежав из больницы, она увидела, что её муж и трое парней несли ФИО1 в больницу, ФИО26 на тот момент уже не было. Они занесли ФИО1 в больницу, положили на кушетку, после чего его увезли врачи. После этого они с мужем ушли домой. Около 24 часов им позвонил ФИО26 и сообщил, что ФИО1 умер. На следующее утро за ними приехали сотрудники полиции. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО10 пояснил, что подсудимого ФИО26 он знает около пяти лет, отношения между ними нормальные и оснований оговаривать ФИО26 у него нет. ФИО26 жил в доме, адреса которого он не знает, он бывал в доме ФИО26. Он видел в доме ФИО26 обрез, но думал, что это муляж, игрушка или прикуриватель в виде обреза.

В связи с наличием в показаниях свидетеля ФИО10 существенных противоречий по ходатайству представителя государственного обвинения с согласия остальных участников по делу в судебном заседании были оглашены показания указанного свидетеля, данные им на стадии предварительного следствия.

Из данных протокола допроса свидетеля ФИО10 от 13.04.2017 года (т.д.2, л.д.4-6) следует, что до начала допроса ему были разъяснены права и обязанности свидетеля, предусмотренные ст. 56 ч. 4 УПК РФ, он был письменно предупрежден о том, что при согласии дать показания его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний. Кроме того, свидетель ФИО10 был письменно предупрежден об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ, и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ.

В ходе допроса свидетель ФИО10 пояснил, что он знаком со ФИО26 около 4 лет, ему известно, что у ФИО26 имеется прозвище «

<

данные изъяты>». Он неоднократно бывал в доме у ФИО26 и видел там обрез старого одноствольного охотничьего ружья, но в руки его не брал. Он никогда не слышал, чтобы кто-нибудь говорил, заряжен обрез или нет. 09 апреля 2017 года около 22.30-22.50 часов он на автомобиле «Тойота Королла» приехал к ФИО26 на 

<

адрес>. Зайдя в дом, он увидел, что ФИО26 стоял возле барной стойки, а ФИО1 сидел на кровати, в доме также находились другие люди. Он пробыл в доме около 10 минут, затем сказал, что ему тут делать нечего, так как все были пьяные, в его присутствии никто обрез в руки не брал, он вообще не видел обреза. Затем он поехал домой, с собой в автомашину взял ФИО18, ФИО4 и ФИО3. Высадив из автомашины ФИО3 и ФИО4, они с ФИО18 поехали к знакомому. Около полуночи ФИО18 позвонил знакомый ФИО5 и попросил встретить его возле магазина «Любимый», сообщив о том, что ФИО1 доставили в больницу с огнестрельным ранением. Ему известно, что ФИО18 позвонил ФИО26 и попросил его сходить в больницу. Около входа они увидели автомобиль дежурной части полиции, они остались в машине, а ФИО5 пошел в приемный покой больницы, откуда возвратился примерно через 15 минут и сказал, что, со слов полицейских, ФИО1 скончался от огнестрельного ранения. Он позвонил ФИО26 и предложил ему встретиться и выяснить, что случилось. Когда они встретились, ФИО26 им сказал, что он взял в руки обрез и хотел его убрать, а обрез выстрелил в ФИО1 и попал в него. ФИО26 был испуган, говорил, что кто-то взвел курок и он не знает, кто это сделал. Ему известно, что между ФИО26 и ФИО1 были нормальные, дружеские отношения.

Протокол допроса подписан свидетелем ФИО10 после личного прочтения без замечаний и дополнений.

После оглашения в судебном заседании его показаний, данных на стадии предварительного следствия, свидетель ФИО10 подтвердил их правильность. 

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснил, что подсудимый ФИО26 является сыном его супруги, отношения между ними нормальные, оснований оговаривать его у него не имеется. Жилой дом по 

<

адрес>, в котором последнее время проживал ФИО26, принадлежит ему, он этим домом не пользовался и разрешил ФИО26 в нем проживать. Когда в доме стал проживать ФИО26, он там практически не бывал. Он никогда не видел в доме, где проживал ФИО26, оружия и боеприпасов. Ему известно, что ФИО26 и ФИО1 дружили, всегда были вместе, вражды между ними не было. Об обстоятельствах преступления ему неизвестно, так как его там не было, однако около 02.00 часов 09.04.2017 года ФИО26 приехал к нему домой и вкратце рассказал, что произошло. Он говорил, что все произошло случайно, он взял ружьё и случился выстрел, он сам не знает, как так вышло. Он предложил ФИО26 сдаться в полицию, но тот сказал, что найдет адвоката и сам придет в полицию. Откуда в доме появилось ружьё, он у ФИО26 не спрашивал, ранее никакого оружия в доме ФИО26 он не видел и он ему об оружии ничего не говорил. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО17 пояснил, что с подсудимым он знаком, отношения с ним хорошие и оснований его оговаривать у него нет. С тех событий прошел уже год и многие обстоятельства дела он забыл. У ФИО26 в конце 

<

адрес> находится дом. 09.04.2017 года был православный праздник – Вербное воскресенье, он дома употребил спиртное, после чего решил прогуляться и сходить в гости к ФИО26. С ним пошла его супруга ФИО16, с собой они взяли спиртное. В доме у ФИО26 находились ФИО15, который приехал с Тывы, какой-то молодой парень, сам ФИО26 и ФИО1 Они сели за стол и стали выпивать, общаться, ссор и конфликтов между ними не было. Он сидел за столом спиной к двери, слева от него находился ФИО1, справа находился в кресле ФИО15, который потом лег спать, так как находился в алкогольном опьянении. Когда стемнело, он позвал супругу домой, они подошли к двери и стали одеваться. Вдруг он услышал громкий хлопок, он не понял, что произошло, отодвинул супругу в сторону и увидел, что ФИО26 стоит, раздвинув руки в стороны, и смотрит то на него, то на потерпевшего, как он понял, ФИО26 находился в шоковом состоянии. Он посмотрел на потерпевшего и увидел у него спереди на груди на футболке кровь. Он подошел к потерпевшему и проверил у него пульс, сердце билось. Они все подхватили ФИО1 и понесли его к машине, после чего повезли его в больницу. Подъехав к больнице, он отправил супругу в больницу за кушеткой, чтобы её подогнали к двери. ФИО26 сел в машину и уехал, а он остался с ФИО1. Он увидел троих незнакомых парней, которых попросил помочь занести ФИО1 в больницу. Утром к нему приехали сотрудники полиции.

Отвечая на вопросы участников по делу, свидетель ФИО17 дополнил, что когда он увидел стоящего между столом и кроватью подсудимого, в руках у него ничего не было, при этом он полностью видел руки ФИО26. До этого он несколько раз был в доме ФИО26, никакого оружия там не видел и не слышал, что у него есть оружие. Рану у потерпевшего он не видел, видел только кровь на его футболке. После случившегося ему позвонил ФИО26 и сказал что-то вроде «Я не хотел, так получилось, что произошел выстрел». До произошедшего он видел ФИО1 только два раза в машине ФИО26, какие между ними были отношения, ему неизвестно, но в тот вечер ссор между ними не было, они нормально общались. Когда он в доме ФИО26 услышал хлопок, то подумал, что взорвалась петарда. Когда ФИО1 привезли в больницу и положили на каталку, он понял, что у него серьёзное повреждение. 

В связи с наличием в показаниях свидетеля ФИО17 существенных противоречий по ходатайству представителя государственного обвинения с согласия остальных участников по делу в судебном заседании были оглашены показания указанного свидетеля, данные им на стадии предварительного следствия.

Из данных протокола допроса свидетеля ФИО17 от 10.04.2017 года (т.д.1, л.д.54-56) следует, что до начала допроса ему были разъяснены права и обязанности свидетеля, предусмотренные ст. 56 ч. 4 УПК РФ, он был письменно предупрежден о том, что при согласии дать показания его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний. Кроме того, свидетель ФИО17 был письменно предупрежден об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ, и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ.

В ходе допроса свидетель ФИО17 пояснил, что со ФИО26 он знаком примерно с 2010 года. Когда 09.04.2017 года они с супругой пришли к ФИО26, то все присутствующие, среди которых был молодой парень в белой футболке, сели за стол и стали распивать спиртное. За столом все разговаривали, шутили, никаких ссор между присутствующими не было. Когда стемнело, он предложил своей жене пойти домой, они с ней подошли к вешалке и стали надевать свои куртки. В этот момент произошел громкий хлопок. Поскольку жена закрывала ему обзор, он её отодвинул и увидел, что ФИО1 сидел на стуле, его руки были опущены вдоль туловища и на его футболке появились красные пятна, было понятно, что это кровь. ФИО26 стоял напротив ФИО1 и смотрел на него. Он подошел к ФИО1 и проверил пульс на сонной артерии, посередине футболки у него растекалась кровь. Он сказал ФИО26, что ФИО1 нужно немедленно везти в больницу, так как он истекает кровью. Он с женой и ФИО26 загрузили ФИО1 на заднее сиденье автомобиля ФИО26, он закинул правую руку ФИО1 себе на плечо, его футболка пропитывалась кровью. Глаза ФИО1 были открыты, он ничего не говорил. Когда они ехали в больницу, ФИО26 находился за рулем автомобиля, он с ФИО1 сидели на заднем сиденье, а на переднем пассажирском месте находилась его жена. Когда они подъехали к больнице, его жена побежала туда, а он позвал на помощь троих незнакомых молодых людей и попросил их помочь занести ФИО1 в больницу. Когда они зашли в коридор больницы, там уже была приготовлена каталка. Когда ФИО1 погрузили на каталку лицом вверх, он увидел, что пятно крови на его футболке в области груди расплылось и он увидел на футболке отверстие круглой формы диаметром около 1 см, тогда он понял, что в ФИО1 стреляли из охотничьего ружья картечью. Когда они вышли из больницы, пробыв там около 5 минут, то автомобиля под управлением ФИО26 уже не было, тогда он понял, что в ФИО1 стрелял именно ФИО26. Ни у кого из присутствовавших в доме он не видел в руках охотничьего ружья. 

Протокол допроса подписан свидетелем ФИО17 после личного прочтения без каких-либо замечаний и дополнений. 

Аналогичные в целом показания свидетель ФИО17 дал в ходе его дополнительного допроса от 23.04.2017 года (т.д.2, л.д.49-51), протокол которого был оглашен в судебном заседании.

В судебном заседании свидетель ФИО17 после оглашения его показаний, данных на стадии предварительного следствия, подтвердил их правильность.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании пояснил, что подсудимого ФИО26 он знает, ссор и конфликтов между ними не было и основания его оговаривать у него отсутствуют. Потерпевшего ФИО1 он тоже знал, он был его хорошим другом. В тот день они встретились с ФИО1 около 19.00-20.00 часов и гуляли по городу. Затем он пошел домой, а ФИО1, как он понял, пошел к их общему другу ФИО5. Утром на следующий день он по телефону от знакомого узнал, что «

<

данные изъяты>», так они называли ФИО1, убили. Он находился в шоковом состоянии и не мог этому поверить, поэтому позвонил своему брату, который подтвердил эту информацию. Он позвонил подсудимому ФИО26 и стал на него ругаться, угрожать ему, но ФИО26 оправдывался, говорил ему «Ты же знаешь, что мы были друзьями».

Отвечая на вопросы участников по делу, свидетель ФИО9 дополнил, что между ФИО1 и ФИО26 были дружеские отношения, они изо дня в день были вместе, у них были свои дела, они занимались машинами, вместе закладывали кольцо, чтобы купить автозапчасти. Он слышал от ФИО1, что ФИО26 должен ему деньги, чтобы выкупить кольцо, о ссорах и конфликтах между ними ему неизвестно. Один раз был такой момент, что в доме ФИО26 находились он, его брат, ФИО1 и сам ФИО26, который взял в руки обрез и в шутку стал его наставлять на них, в том числе на ФИО1, они говорили ФИО26 убрать обрез. Ситуация с кольцом ФИО1 не была связана с его административным арестом. Это кольцо принадлежало ФИО1, его ему подарили родители на 18-летие. В ломбард это кольцо закладывали вместе ФИО26 и ФИО1, у них был какой-то договор. ФИО1 говорил, что им для работы нужны были автозапчасти, поэтому они заложили кольцо ФИО1. ФИО26 обещал ФИО1 отдать деньги, но не выполнил это обещание. Как-то ФИО26 и ФИО1 вместе выпивали, после чего ФИО1 сел за руль автомобиля ФИО26, его задержала полиция и ФИО1 «дали» 10 суток ареста. После отбытия ареста он встретил ФИО1 и стал говорить, что общение со ФИО26 ни к чему хорошему не приводит. ФИО1 ответил, что он всё понял, но нужно вернуть кольцо и предложил поехать к подсудимому поговорить. Ему неизвестно, был ли между ФИО1 и ФИО26 разговор по поводу кольца. Для того, чтобы выкупить кольцо, у ФИО1 не было денег, он пытался их одолжить у него и других ребят, но у них тоже не было денег. Людей, с которыми он был в хороших отношениях, ФИО1 называл «братишка». ФИО1 сам говорил ему, что курил «траву».

По ходатайству защитника с согласия остальных участников по делу в судебном заседании был оглашен протокол дополнительного допроса свидетеля ФИО7 от 11.07.2017 года (т.д.2, л.д.142-145). 

Из данных протокола дополнительного допроса свидетеля ФИО7 следует, что до начала допроса ему были разъяснены права и обязанности свидетеля, предусмотренные ст. 56 ч. 4 УПК РФ, он был письменно предупрежден о том, что при согласии дать показания его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний. Кроме того, свидетель ФИО9 был письменно предупрежден об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ, и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ.

В ходе дополнительного допроса свидетель ФИО9 пояснил, что он дружил с ФИО1 в течение 11 лет, между ними сложились доверительные отношения. С 2017 года они с ФИО1 стали редко встречаться, так как большую часть времени он проводил со ФИО29 по прозвищу «

<

данные изъяты>». До 23.02.2017 года около 13.00 часов они с ФИО1 приехали на такси к ФИО26, в доме которого на стуле между барной стойкой и кроватью он увидел одноствольное ружьё с деревянной рукояткой, общей длиной около 70 см. В его присутствии это ружьё никто в руки не брал. Он считает, что это ружье не могло принадлежать ФИО1, так как он никогда не говорил, что умеет стрелять и он никогда у него ружья не видел. В марте 2017 года он узнал о том, что ФИО1 и ФИО26 ремонтируют автомобили в гараже отца ФИО26. ФИО1 называл людей, к которым хорошо относился, «братанами». С марта 2017 года ФИО1 стал говорить, что они со ФИО26 заложили в ломбард золотое кольцо-печатку, подаренное ФИО1 его родителями на 18-летие. ФИО1 просил у него деньги в сумме 5.000 рублей, чтобы выкупить это кольцо из залога. По словам ФИО1, на деньги, полученные от заклада кольца, они со ФИО26 купили запасные части для автомобиля. Также ФИО1 говорил, что если ФИО26 не отдаст ему деньги, которые должен, то он заберет у него отремонтированный автомобиль. Об убийстве ФИО1 ему стало известно около 07.00 часов 10.04.2017 года. После смерти ФИО1 они с друзьями собрали деньги, на которые он в ломбарде выкупил кольцо ФИО1, которое, по словам работницы ломбарда, неоднократно закладывалось на имя ФИО26. Он отговаривал ФИО1 от дружбы со ФИО26, но тот говорил, что ФИО26 нормальный. В последнее время, когда он встречал ФИО1, тот постоянно находился в состоянии наркотического опьянения, сам ФИО1 говорил, что курит «траву».

После оглашения его показаний в судебном заседании свидетель ФИО9 подтвердил их правильность.

Судом были приняты исчерпывающие меры к вызову в судебное заседание для допроса свидетелей ФИО18 и ФИО5 (т.д.3, л.д.162, 183-184, 200-201, 205, 215-216, 218-219, 221, 239-240, 242, т.д.4, л.д.1, 13-14, 16, 33-34, 40), однако постановления суда о принудительном приводе указанных свидетелей остались без исполнения в связи с их нахождением в Краснодарском крае.

От свидетелей ФИО18 и ФИО5 в суд поступили по электронной почте заявления о рассмотрении дела в их отсутствие, свидетели указали в своих заявлениях, что свои показания, данные в ходе предварительного следствия, они полностью поддерживают, дополнений к ним не имеют и не возражают против их оглашения в судебном заседании (т.д.4, л.д.41-42).

С учётом изложенных обстоятельств по ходатайству представителя государственного обвинения с согласия всех участников по делу в судебном заседании были оглашены показания свидетелей ФИО18 и ФИО5, данные ими на стадии предварительного следствия.

Из данных протокола допроса свидетеля ФИО18 от 13.04.2017 года (т.д.1, л.д.111-113) следует, что до начала допроса ему были разъяснены права и обязанности свидетеля, предусмотренные ст. 56 ч. 4 УПК РФ, он был письменно предупрежден о том, что при согласии дать показания его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний. Кроме того, свидетель ФИО18 был письменно предупрежден об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ, и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ.

В ходе допроса свидетель ФИО18 пояснил, что он был знаком с ФИО1 около двух лет, охарактеризовал ФИО1 как доброго и отзывчивого человека. Со ФИО26 он также знаком около двух лет, знакомые называли ФИО26 «

<

данные изъяты>». Ему неизвестно, что связывало ФИО1 и ФИО26, но от знакомых он слышал, что ФИО26 хотел занять на время денег у ФИО1, но у того денег не было, и тогда ФИО1 заложил в ломбарде золотое кольцо-печатку. 09 апреля 2017 года они с ФИО5 катались на автомобиле по городу, они хотели поиграть в футбол с ФИО1. Узнав, что ФИО1 находится в доме ФИО26, они приехали туда, туда же подъехал ФИО10. Войдя в дом, он увидел, что там находились его знакомый ФИО8 в пьяном виде, незнакомый мужчина, которого вес называли «

<

данные изъяты>», парень по имени ФИО14 и какая-то женщина. Зайдя в дом, он со всеми поздоровался, около барной стойки на табурете он увидел металлическую чёрную трубку и сперва не понял, что это такое. Взяв её в руку, он понял, что это одноствольное охотничье ружье без приклада. Он попытался открыть его пополам, чтобы посмотреть наличие патрона в стволе, но кнопка не нажималась и ствол не открывался. Это увидел стоявший рядом с ним ФИО3 и попросил у него обрез, чтобы попробовать открыть, но он сказал, что этого делать не надо, а то вдруг выстрелит. Он положил обрез на тот же табурет, ствол был направлен под углом 45 градусов к стене в сторону выхода. Они не стали оставаться в доме и уехали. Спустя 1,5-2 часа ему позвонил ФИО5 и они встретились возле магазина «Любимый», при встрече он узнал, что предположительно ФИО1 попал в больницу с огнестрельным ранением, после чего они приехали к больнице, где увидели автомобиль дежурной части. ФИО5 пошел узнавать, что случилось, а когда вернулся, то сказал, что узнал от полицейских о смерти ФИО1. Когда они ехали от больницы, ему позвонил ФИО26 и спросил, был ли он в больнице и предложил встретиться на ул. Кусургашева. На его вопрос, как случилось, что он выстрелил в ФИО1, ФИО26 ответил, что он взял ружьё в руки, а оно само выстрелило. На его вопрос ФИО26 ответил, что попал ФИО1 куда-то в плечо, при этом ФИО26 был расстроен. Ранее ФИО26 мог наставить на него нож или пистолет типа «Оса» и спросить, страшно ли ему. Поэтому, когда он узнал о смерти ФИО1 от огнестрельного ранения, то сказал ФИО26, что он «допрыгался». ФИО26 спросил у него, что он трогал в обрезе и взводил ли курок, на что он ответил, что курок не взводил.

Протокол допроса подписан свидетелем ФИО18 после личного прочтения без каких-либо замечаний и дополнений. 

По ходатайству стороны защиты с согласия остальных участников по делу в судебном заседании был оглашен протокол очной ставки между свидетелем ФИО18 и обвиняемым ФИО23 от 14.04.2017 года (т.д.1, л.д.114-117), из данных которого следует, что данное следственное действие проведено с участием защитника обвиняемого ФИО26, до начала очной ставки её участникам разъяснялись порядок её проведения, их процессуальные права и положения, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ.

В ходе очной ставки свидетель ФИО18 пояснил, что вечером 09.04.2017 года в доме по 

<

адрес> он видел обрез одноствольного ружья, который лежал на табурете.

Обвиняемый ФИО23 подтвердил показания свидетеля ФИО18 в этой части.

Кроме того, свидетель ФИО18 пояснил, что он взял обрез с табурета, рассмотрел его и понял, что это оружие, так как было дуло и курок. Он пытался открыть обрез, чтобы посмотреть, имеется ли в патроннике патрон, для чего нажал на механизм под спусковым крючком, но этот механизм не сдвигался. При этом он стоял лицом к табурету и ствол обреза держал вниз.

Обвиняемый ФИО23 в этой части очной ставки пояснил, что он не видел, как ФИО18 брал в руки обрез.

Далее свидетель ФИО18 пояснил, что в его присутствии обрез в руки никто не брал. Он положил обрез обратно на табурет, его ствол был направлен под углом 45 градусов по направлению к выходу из дома. В доме он пробыл около 8-10 минут и не видел, подходил ли кто-нибудь к табурету с обрезом и брал ли его в руки.

В этой части очной ставки обвиняемый ФИО23 пояснил, что он не видел, чтобы кто-нибудь брал в руки обрез. От ФИО18 он узнал о том, что это он взвёл курок обреза, это было ночью 10.04.2017 года в районе школы № 4 после того, как он привез ФИО1 в больницу с огнестрельным ранением грудной клетки. При этом разговоре, кроме него и ФИО18, присутствовали ещё два человека, имен и фамилий которых он не знает. 

Свидетель ФИО18 не подтвердил показания обвиняемого ФИО29 в указанной части и утверждал, что он не говорил ФИО26 о том, что это он взвел курок обреза. Он говорил, что пытался открыть патронник, ему не было известно о том, что обрез заряжен, ему никто об этом не говорил.

Протокол очной ставки после личного прочтения подписан её участниками и защитником обвиняемого ФИО26 без замечаний и дополнений.

Из данных протокола допроса свидетеля ФИО5 от 13.04.2017 года (т.д.2, л.д.1-3) следует, что до начала допроса ему были разъяснены права и обязанности свидетеля, предусмотренные ст. 56 ч. 4 УПК РФ, он был письменно предупрежден о том, что при согласии дать показания его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний. Кроме того, свидетель ФИО5 был письменно предупрежден об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ, и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ.

В ходе допроса свидетель ФИО5 пояснил, что он знаком со ФИО26 около трёх лет, ему известно, что ФИО26 живет в доме по 

<

адрес> 09.04.2017 года он со своим родственником ФИО22 приехали к дому ФИО26 на 

<

адрес>, туда же приехали ФИО10 и ФИО18, после чего они вчетвером зашли в дом. Дверь им открыл ФИО26, в доме находились ФИО6, незнакомая ему женщина, ФИО1, на кровати валялся пьяный ФИО8 доме была мирная обстановка без ссор и скандалов, они находились там не более 15 минут. Он видел обрез одноствольного охотничьего ружья лежащим на табурете, он был короткий, с деревянной ручкой. ФИО18 взял обрез в руки и у него в руках от обреза отпала деревянная ручка. ФИО18 спросил у присутствующих, как собрать обрез, но ему никто не ответил, и ФИО18 положил обрез обратно на стул, его ствол был направлен в стену. Он точно знает, что ФИО18 спусковой крючок не взводил. После этого они уехали из дома ФИО26 и его завезли домой. Около полуночи ему позвонил ФИО26 и попросил его сходить в больницу и узнать о состоянии здоровья ФИО1. На его вопрос о том, что случилось, ФИО26 ответил, что объяснит позже, но там огнестрельное ранение. Он позвонил ФИО18 и ФИО10 и они на автомобиле приехали к больнице, где от сотрудников правоохранительных органов он узнал, что ФИО1 скончался от огнестрельного ранения. Ему ещё несколько раз звонил ФИО26, который кричал в трубку, что ружьё выстрелило случайно. Он предложил ФИО26 встретиться, но тот не говорил, где он находится. Он присутствовал на похоронах ФИО1 и слышал разговоры о том, что выстрел был произведен с близкого расстояния. Он не исключает, что ФИО26 взял в руки обрез и наставил его на ФИО1. ФИО1 С. он был знаком давно, так как он дружил с его братом и часто приходил к ним домой. ФИО1 был добрым и хорошим парнем, ему неизвестно, что связывало его со ФИО26.

Протокол допроса подписан свидетелем ФИО5 после личного прочтения без замечаний и дополнений.

По ходатайству стороны защиты с согласия остальных участников по делу в судебном заседании был оглашен протокол дополнительного допроса свидетеля ФИО5 от 17.07.2017 года (т.д.2, л.д.151-153), из данных которого следует, что до начала допроса свидетелю были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 56 ч. 4 УПК РФ, он был письменно предупрежден о том, что при согласии дать показания его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний. Кроме того, свидетель ФИО5 был письменно предупрежден об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний по ст. 308 УК РФ, и за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ.

При дополнительном допросе свидетель ФИО5 дал показания, в целом аналогичные ранее данным им показаниям, и дополнил, что в доме ФИО26 он видел в руках у ФИО18 обрез одноствольного ружья, откуда он его взял, он не помнит. Какая-то часть обреза упала из рук ФИО18. По внешнему виду обрез был старый, он подумал, что обрез в нерабочем состоянии. Куда ФИО18 впоследствии положил обрез, он не помнит. После этого они уехали из дома ФИО26 и он дома лег спать. Около полуночи ему позвонил ФИО26, который был взволнован и попросил его сходить в больницу и узнать, что с ФИО1, сказав при этом, что там огнестрел. Когда он пришел в приемное отделение больницы, то от следователя узнал, что ФИО1 мёртв. На следующий день ему позвонил ФИО26 и извинялся за смерть ФИО1, сказал, что он этого не хотел и всё произошло само собой. Ему известно, что причиной смерти ФИО1 является огнестрельное ранение, которое могло быть причинено выстрелом из огнестрельного оружия.

Протокол дополнительного допроса свидетеля ФИО5 подписан им после личного прочтения без замечаний и дополнений.

Приведенные в приговоре показания допрошенных в судебном заседании и на предварительном следствии подсудимого ФИО23 и свидетелей в целом последовательны, непротиворечивы, согласуются между собой и с другими собранными по делу доказательствами, а потому расцениваются судом как достоверные.

Кроме показаний допрошенных в судебном заседании подсудимого, потерпевшего и свидетелей, вина подсудимого ФИО23 в совершении преступлений подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании. 

Согласно данным рапорта об обнаружении преступления от 10.04.2017 года (т.д.1, л.д.4), 10 апреля 2017 года в 00.00 часов в СО по г. Мыски из Отдела МВД России по г. Мыски поступило сообщение о смерти 09.04.2017 года в 23.00 часа в коридоре приёмного отделения ГБУЗ КО «Мысковская городская больница» неизвестного мужчины с огнестрельным ранением передней поверхности грудной клетки, доставленного неустановленными лицами, в связи с чем необходимо проведение проверки по данному факту, так как имеются достаточные данные, указывающие на признаки преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ.

Из данных врачебной справки от 10 апреля 2017 года (т.д.1, л.д.10) следует, что ФИО1 поступил в приёмное отделение МБУЗ ЦГБ г. Мыски 09.04.2017 года с диагнозом : «

<

данные изъяты>». Была установлена его биологическая смерть. 

Согласно данным протокола осмотра трупа от 10.04.2017 года (т.д.1, л.д.11-17), следователем в присутствии понятых и с участием эксперта был осмотрен труп неизвестного мужчины на вид 18-20 лет, находящийся на каталке в коридоре реанимационного отделения ГБУЗ КО «Мысковская городская больница». Труп находится в положении лёжа на спине лицом вверх, 

<

данные изъяты> 

К протоколу осмотра трупа приложена таблица фотоиллюстраций.

Согласно данным заключения эксперта № 72 от 10.06.2017 года (т.д.1, л.д.21-27), на основании судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО1 у него были обнаружены следующие повреждения :

- 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Учитывая характер ран на грудной клетке 

<

данные изъяты> является огнестрельным пулевым и образовалось в результате однократного выстрела из огнестрельного гладкоствольного оружия 16 калибра.

Ссадина тыльной поверхности правой кисти и ссадина с кровоподтеком правого плеча, учитывая их форму, также причинены в результате выстрела из того же оружия ударно-касательным воздействием пыжа или контейнера, и являются одновременно частями одного раневого канала с раневым каналом ранения грудной клетки, при условии отведенной и поднятой вверх руки в момент производства выстрела.

Характер раны № 1 (передняя поверхность грудной клетки справа 1-е межреберье), направление раневого канала (спереди назад, справа налево, сверху вниз), характер отслоения эпидермиса в области ссадины правого плеча свидетельствуют о том, что в момент выстрела производивший выстрел находился справа от потерпевшего, при наиболее вероятном положении потерпевшего в момент выстрела – «лежа на спине с поднятой и отведенной правой рукой». Не исключено иное положение потерпевшего в момент выстрела «сидя, стоя» при условии нахождения производившего выстрел на уровень выше потерпевшего. Входное огнестрельное ранение располагается на передней поверхности грудной клетки справа в 1-м межреберье (рана № 1), выходное огнестрельное ранение располагается на задней поверхности грудной клетки слева в 10-м межреберье (рана № 2).

Причиненное огнестрельное пулевое, проникающее сквозное ранение передней поверхности грудной клетки справа, брюшной полости с повреждением мягких тканей грудной клетки, верхней доли правого лёгкого, сердечной сорочки, верхней полой вены, левого купола диафрагмы, верхнего полюса селезёнки; ссадины тыльной поверхности правой кисти, наружной поверхности верхней трети правого плеча, сопровождавшись массивной острой кровопотерей, шоком послужило причиной смерти потерпевшего ФИО1 и по признаку опасного для жизни вреда здоровью квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Характер кровоизлияний в плевральную и брюшную полости (жидкая кровь и наличие незначительных рыхлых свертков), морфологическая клеточная реакция, выявленная в поврежденных органах и тканях (неизменные эритроциты, единичные лейкоциты, тенденция их к краевому стоянию) свидетельствуют о том, что после получения огнестрельного пулевого, проникающего сквозного ранения передней поверхности грудной клетки справа, брюшной полости с повреждением мягких тканей грудной клетки, верхней доли правого лёгкого, сердечной сорочки, верхней полой вены, левого купола диафрагмы, верхнего полюса селезёнки; ссадины тыльной поверхности правой кисти, наружной поверхности верхней трети правого плеча потерпевший жил в течение нескольких десятков минут (не более 30-40 минут). Подобное ранение не исключает возможности передвижения потерпевшего.

Не обнаружение дополнительных факторов выстрела в области раны № 1 (входное огнестрельное ранение) при экспертизе трупа ФИО1 и при медико-криминалистическом исследовании кожного лоскута с раной № 1, не обнаружение их на футболке при медико-криминалистическом исследовании, указывает на производство выстрела с неблизкой дистанции при условии отсутствия на потерпевшем дополнительной, кроме футболки, верхней одежды. 

Давность наступления смерти в пределах 1,5 суток до проведения экспертизы трупа.

При судебно-химическом исследовании этиловый спирт в организме не обнаружен.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО21 полностью поддержала выводы, указанные в составленном ею заключении эксперта № 72 от 10 июня 2017 года, и дополнила, что употребленное ею в заключении выражение «неблизкая дистанция» предполагает расстояние более одного метра.

Из данных акта № 91 медико-криминалистического исследования от 15.05.2017 года (т.д.1, л.д.30-36) следует, что рана № 1 на кожном лоскуте передней поверхности грудной клетки справа от трупа ФИО1 является огнестрельной входной пулевой, рана № 2 на кожном лоскуте задней поверхности грудной клетки слева – огнестрельной выходной пулевой. Раны причинены при выстреле из огнестрельного оружия, снаряженного пулей, в состав которой входил свинец. Для установления дистанции, с которой произведен выстрел, необходимо исследование наружного слоя одежды.

Данными медицинской справки № 1959 от 10.04.2017 года (т.д.1, л.д.68) подтверждается, что ФИО1 поступил 09.04.2017 года в приемное отделение МБУЗ ЦГБ г. Мыски с диагнозом : «

<

данные изъяты>». 

Согласно данным протокола выемки от 10.04.2017 года (т.д.1, л.д.72-77), следователем в установленном порядке в присутствии понятых, с участием специалиста, в жилище ФИО19 была произведена выемка футболки светло-серого цвета с воротником «поло» на 4 пуговицах, на которой имеются пятна бурого цвета овальной формы. Данная футболка принадлежит ФИО23, после выемки она была надлежащим образом упакована и опечатана.

Из данных протокола осмотра места происшествия от 10.04.2017 года (т.д.1, л.д.79-98) следует, что следователем в установленном порядке в присутствии понятых, с участием эксперта и ФИО11 был произведен осмотр жилища ФИО11, которое представляет собой одноэтажный шлаколитой дом, состоящий из веранды и жилой комнаты. Дверь в дом металлическая с врезным цилиндровым замком, на момент осмотра дверь и замок повреждений не имеют. В жилой комнате пол деревянный, покрытый линолеумом, в комнате имеются два одностворчатых окна. У ближней стены от входа в углу платяной шкаф из ДСП, слева от него мягкий стул без спинки. Между окон у стены деревянный стул с резной спинкой, рядом с ним деревянный табурет, тумба под телевизор черного цвета со стеклянными дверцами, сверху которой имеется бумажная коробка с остатками вещества зеленого цвета. На расстоянии 0,6 м от подоконника находится деревянный стол, на котором три стеклянные рюмки, бутылка из-под водки с этикеткой «Танай». На стеклопакете размером 1,25х1,33 м в 30 см от левого края расположено сквозное отверстие диаметром 5 см. На расстоянии 0,5 м от дальней стены расположена двуспальная деревянная кровать с постельным бельём, на которой находятся шапка вязаная темно-серого цвета и мужская куртка черного цвета из болоньи, в левом боковом кармане которой находится банковская карта «Сбербанк Маэстро» на имя ФИО1 правой стены от входа находится деревянный табурет, на крышке которого находится обрез гладкоствольного ружья ИЖ-17 16-го калибра, номер на стволе отсутствует, на ударно-спусковом механизме № М 41050, общей длиной 45 см, в стволе имеется гильза, шляпка которой из металла, а корпус из полимерного материала зеленого цвета. На расстоянии 0,9 м от края кровати находится барная стойка, на столешнице которой на расстоянии 1,3 м от правой стены находится патрон пистолетный калибра 9 мм с маркировочными обозначениями на шляпке гильзы ППО 539х0,6 без видимых наружных повреждений, капсюль гильзы следов накола не имеет. Под барной стойкой в 40 см от правой стены находится пластиковая бутылка ёмкостью 5 л с этикеткой «Чудотворная», по всей боковой поверхности бутылки имеются многочисленные пятна бурого цвета, похожие на кровь, с которых произведен смыв на марлевый тампон. На полу на расстоянии 0,7 м от входа на веранду и в 1,65 м от правой стены веранды находится пятно прямоугольной формы темно-бурого цвета, похожее на кровь, размером 10х14 см, с которого также сделан смыв на марлевый тампон. При производстве осмотра были изъяты бумажный пакет с остатками вещества зеленого цвета; следы папиллярных линий с различных предметов; Айфон 6 в металлическом корпусе серого цвета; телефон «Нокиа» в корпусе серого цвета; фильтр сигареты «Парламент»; шапка вязаная темно-серого цвета; куртка мужская из черной болоньи с находящейся в левом боковом кармане банковской картой «Сбербанк Маэстро» на имя ФИО1; обрез одноствольного ружья ИЖ-17 без номера 16 калибра общей длиной 45 см с гильзой; штаны спортивные «Адидас» черного цвета; фрагмент контейнера из полимерного материала; патрон пистолетный калибра 9 мм с маркировкой ППО 539х0,6 без повреждений; смывы на марлевые тампоны с бутылки «Чудотворная» и с пола на веранде. Всё изъятое при осмотре места происшествия надлежащим образом упаковано и опечатано. 

К протоколу осмотра места происшествия приложена таблица фотоиллюстраций.

Данными протокола получения образцов для сравнительного исследования от 11.04.2017 года (т.д.1, л.д.110) подтверждается, что у подозреваемого ФИО23 в установленном порядке были получены смывы с правой и левой кистей рук, смывы с головы, левого и правого уха. 

Согласно данным заключения эксперта № 104 от 05.05.2017 года (т.д.1, л.д.146-151), в смывах, изъятых с места происшествия, и на футболке подозреваемого ФИО27 обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от потерпевшего ФИО1. От подозреваемого ФИО26 кровь произойти не могла. На спортивных брюках, принадлежащих подозреваемому ФИО26, кровь не обнаружена. 

Из данных заключения эксперта № 92 от 18.05.2017 года (т.д.1, л.д.158-170) следует, что рана № 1 на кожном лоскуте передней поверхности грудной клетки справа от трупа ФИО1 и соответствующее ей повреждение № 1 на материале передней поверхности футболки в верхней трети справа являются огнестрельными входными пулевыми.

Рана № 2 на кожном лоскуте задней поверхности грудной клетки слева и соответствующее ей повреждение № 2 на материале спинки футболки в нижней трети слева являются огнестрельными выходными пулевыми. 

Раны № 1 и № 2 являются частями одного раневого канала, причинены при выстреле из гладкоствольного ружья, снаряженного пулей, в состав которой входил свинец.

Повреждение № 3 на материале передней поверхности правого рукава футболки и соответствующая ему ссадина с кровоподтеком на наружной поверхности правого плеча в верхней трети, обнаруженная на трупе ФИО1, являются огнестрельными касательными пулевыми. Входная часть располагается слева, выходная – справа (в положении с опущенной и приведенной к телу правой верхней конечностью). Указанное повреждение причинено выстрелянным огнестрельным снарядом, имеющим в составе полимерный компонент.

Вышеперечисленные повреждения могли быть причинены при однократном выстреле из гладкоствольного ружья, снаряженного свинцовой пулей с полимерным компонентом (контейнер, пыж и т.д.).

Выстрел произведен с неблизкой дистанции (вне пределов действия дополнительных факторов выстрела) при условии отсутствия преграды. Для установления расстояния, с которого произведен выстрел, необходимо проведение экспериментального отстрела из предполагаемого оружия аналогичными патронами. 

Направление выстрела спереди назад, сверху вниз, справа налево.

Потерпевший в момент выстрела располагался правой переднебоковой поверхностью груди к дульному срезу оружия.

К заключению эксперта приложена таблица фотоиллюстраций.

Согласно данным заключения эксперта № 47 от 03.05.2017 года (т.д.1, л.д.187-193), одиннадцать следов папиллярных линий, изъятые в ходе осмотра места происшествия, не пригодны для идентификации личности. Четыре следа пальцев руки пригодны для идентификации личности и оставлены не ФИО23, а другим лицом.

Данными заключения эксперта № 1/10-359 от 28.06.2017 года (т.д.1, л.д.205-208) подтверждается, что обрез одноствольного ружья, представленный на экспертизу, является обрезом гладкоствольного охотничьего ружья модели «ЗКМ», № М 41050, производства Ижевского механического завода, «16» калибра, 1961 года выпуска, переделанный самодельным способом путём укорачивания ствола. Обрез пригоден для производства выстрелов и относится к среднествольному огнестрельному оружию.

Из обреза ружья, представленного на экспертизу, выстрел без нажатия на спусковой крючок при наличии патрона в патроннике и условиях, указанных в исследовательской части, невозможен.

Представленная на исследование гильза, извлеченная из патронника обреза ружья, представленного на экспертизу, изготовлена промышленным способом, является частью патрона «16» калибра, предназначенного для стрельбы из гладкоствольных охотничьих ружей с длинной патронника 70 мм.

Данная гильза не пригодна для идентификации оружия, из которого была стреляна, по причине отсутствия необходимого комплекса следов на поверхности гильзы.

Патрон с маркировкой на донце гильзы «539 ППО 90», представленный на экспертизу, является пистолетным патроном калибра 9х18 мм, отечественного производства, штатным к пистолету ФИО24 (ПМ) и пистолету ФИО25 (АПС). Данный патрон относится к боевым припасам. 

Пыж, представленный на экспертизу, является промышленно изготовленным пыжом, предназначенным для снаряжения охотничьих патронов «16» калибра, снаряженных пулей «Полева», для стрельбы из гладкоствольных охотничьих ружей соответствующего калибра. 

Фрагмент контейнера, представленный на экспертизу, является фрагментом контейнера, предназначенный для снаряжения охотничьих патронов «16» калибра, снаряженных пулей «Полева», для стрельбы из гладкоствольных охотничьих ружей соответствующего калибра. 

Данными заключения судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 23 мая 2017 года № 330/17 (т.д.1, л.д.217-219) подтверждается, что ФИО23 каким-либо психическим расстройством не страдает и не страдал им в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию. В момент совершения правонарушения ФИО26 не обнаруживал также какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, а находился в состоянии простого (непатологического) алкогольного опьянения, он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. На это указывают сведения об употреблении им спиртных напитков в день правонарушения, правильная ориентировка, адекватный речевой контакт с окружающими, целенаправленный и последовательный характер действий, отсутствие психопатологических симптомов в форме бреда и галлюцинаций. В настоящее время он может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания, лично участвовать в уголовном процессе и самостоятельно реализовывать свои процессуальные права, а именно знакомиться с материалами уголовного дела, участвовать в судебном заседании при его рассмотрении, заявлять ходатайства, инициировать рассмотрение вопроса об изменении и прекращении применения указанных мер и обжаловать принятые по делу процессуальные решения.

Каких-либо нарушений умственного развития (нарушений внимания, восприятия, памяти, мышления), а также индивидуально-психологических особенностей, которые препятствовали бы способности ФИО23 правильно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства и давать о них показания, не обнаруживается. 

Данными протокола получения образцов для сравнительного исследования от 13.04.2017 года (т.д.1, л.д.225) подтверждается, что следователем с соблюдением установленного порядка были получены от подозреваемого ФИО23 образцы крови и слюны для сравнительного исследования. 

Согласно данным заключения эксперта № 52 от 11.05.2017 года (т.д.1, л.д.233-244), одиннадцать следов папиллярных линий, изъятые в ходе осмотра места происшествия, не пригодны для идентификации личности.

Один след пальца руки, изъятый с граненой стопки на столе и перекопированный на пленку № 3 размером 90/48 мм, пригоден для идентификации личности и оставлен ФИО17

Один след пальца руки, изъятый с фарфоровой кружки на столе и перекопированный на пленку № 6 размером 58/48 мм, пригоден для идентификации и оставлен ФИО14

Один след пальца руки, изъятый с пустой бутылки из-под воды «Карачинская» и перекопированный на пленку № 7 размером 80/48 мм, пригоден для идентификации личности и оставлен ФИО1

Один след пальца руки, изъятый с пустой бутылки из-под пива «Козел» и перекопированный на пленку № 10 размером 72/48 мм, пригоден для идентификации личности и оставлен ФИО17

Оценивая исследованные в судебном заседании экспертные заключения, суд приходит к выводу о том, что данные заключения соответствуют требованиям законодательства, являются по своему содержанию полными и мотивированными, выводы каждого экспертного заключения обоснованы соответствующей исследовательской частью, в каждом случае заключения составлены незаинтересованными в исходе дела экспертами, обладающими необходимой квалификацией, специальными познаниями и опытом работы в исследуемых областях. Сомневаться в достоверности каждого из приведенных выше экспертных заключений у суда оснований не имеется, в связи с чем все экспертные заключения по делу признаются судом относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами.

Согласно данным протокола проверки показаний на месте от 21.07.2017 года (т.д.2, л.д.163-167), органом предварительного следствия в установленном порядке, в присутствии понятых, судебно-медицинского эксперта и эксперта-криминалиста, с участием свидетелей ФИО14 и ФИО11 была произведена проверка показаний свидетеля ФИО14 на месте, связанном с исследуемым событием, по настоящему уголовному делу в целях установления новых обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Находясь в комнате 

<

адрес>, свидетель ФИО14 указал на журнальный стол, расположенный между кроватью и окном, и показал на деревянный табурет за столом, пояснив, что вечером 09.04.2017 года на этом табурете спиной к окну сидел ФИО1, а он сидел на крае кровати спиной к стене и окну. Произведенными измерениями установлено, что свидетель ФИО14 находился на расстоянии 26 см от края кровати, расстояние от места нахождения свидетеля до табурета, на котором сидел ФИО1, составляет 1,3 м. Расстояние от пола до макушки головы ФИО1 составило 1,35-1,4 м, он находился спиной по направлению на юго-запад, рост ФИО1 составляет 1,92 м. 

Свидетель ФИО14 указал на положение ФИО23, пояснив, что он находился между кроватью и барной стойкой, в его руках он увидел обрез, направленный стволом на юг – к стене. Произведенными измерениями установлено, что расстояние от пола до ствола обреза составляет 108 см.

Свидетель ФИО14 указал на рану в правом плече ФИО1, произведенными измерениями установлено, что расстояние от предполагаемой раны до подошвы ноги статиста составляет 153-155 см.

Произведенными измерениями установлено, что высота подоконника 8 см, внутренний дефект стекла диаметром 7-11 см, от обрамления подоконника слева до дефекта стекла – 34 см, расстояние от внутреннего дефекта стекла до правого обрамления – 42 см.

Расстояние от дефекта внутреннего стекла до предполагаемого места нахождения ФИО23 произведенными измерениями составляет 3,12 м, расстояние от угла левой лопатки ФИО1 до пола составляет 108 см. 

Протокол проверки показания на месте подписан всеми участниками следственного действия без замечаний и дополнений.

Из данных протокола проверки на месте показаний обвиняемого ФИО23 от 28.07.2017 года (т.д.2, л.д.170-174) следует, что данное следственное действие было проведено с участием обвиняемого ФИО23 и его защитника, эксперта-криминалиста, до начала проверки его показаний на месте обвиняемому ФИО23 письменно были разъяснены его права, он был предупрежден о том, что при согласии дать показания его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний.

Показания обвиняемого ФИО23 проверялись в доме по 

<

адрес>. ФИО23 пояснил, что он готов рассказать и показать на месте об обстоятельствах преступления. Все участники следственного действия с разрешения владельца дома ФИО11 зашли в дом. Обвиняемый ФИО26 пояснил, что он взял обрез с деревянного табурета у правой стены.

Далее обвиняемый ФИО26 показал место, где, по его мнению, находился потерпевший ФИО1 в момент выстрела – спиной к окну и подоконнику и лицом к столу, произведенными измерениями установлено, что это место находится на расстоянии 20 см от подоконника. Обвиняемый ФИО26 указал место своего нахождения в момент выстрела из обреза – спиной к краю барной стойки и лицом к кровати, произведенными измерениями установлено, что расстояние между ним и потерпевшим составляло 2,16 м. 

Также произведенными измерениями установлено, что расстояние между табуретом с обрезом и местом, где находился ФИО26, от правой стены составляет 1,28 м, высота табурета 48 см. Обвиняемому ФИО26 было предложено взять в руки вместо обреза ракетку для бадминтона, обвиняемый пояснил, что она длиннее обреза и предложил её сломать, пояснив, что примерная длина обреза составляет 40 см.

Далее обвиняемый ФИО26 пояснил, что обрез находился стволом к стене, у него была сломана ручка (приклад), он взял его и понес в сторону стола, ручка обреза стала выпадать, он вставил её на место и в этот момент произошел выстрел. На краю кровати сидел работник ДД.ММ.ГГГГ, который после выстрела упал на кровать и закричал. ФИО26 указал высоту, на которой он ловил обрез, произведенными измерениями установлено, что эта высота от пола составляет 82-84 см. На его вопрос ФИО14 ответил, что он в него не попал, просто его оглушило. Когда он подошел к ФИО1, тот сказал : «Ты меня прострелил». Он увидел у ФИО1 ранение на груди, при этом обвиняемый ФИО23 показал на ФИО11 место, где было ранение у ФИО1 Произведенными измерениями было установлено, что рана находится на высоте 84 см от пола на правой боковой поверхности грудной клетки.

После этого обвиняемый ФИО23 пояснил, что стал руками держать рану ФИО1 спереди. После ранения ФИО1 со стула, на котором сидел, не падал. Он не помнит, куда он бросил обрез после выстрела. Он сказал ФИО6, чтобы вытаскивали ФИО1, а сам побежал заводить машину. Отверстие в стекле окна образовалось от выстрела. Произведенными измерениями установлено, что размеры отверстия в наружном стекле составляют 7,5х4 см.

Также обвиняемый ФИО23 пояснил, что выстрел произошел вследствие того, что ручка обреза была сломана и он начал падать, он схватил обрез и случайно произошел выстрел.

Протокол следственного действия подписан всеми его участниками без замечаний и дополнений.

Из данных копий залоговых билетов № (т.д.2, л.д.214-219) следует, что залогодатель ФИО28 по водительскому удостоверению 21.12.2016 года сдал в ООО «Ломбард Алмаз» перстень из золота на срок 38 дней, затем срок залога неоднократно переносился.

Данными протокола осмотра предметов от 14.08.2017 года (т.д.2, л.д.220-223) подтверждается, что органом предварительного следствия в установленном порядке, в присутствии понятых, были осмотрены изъятые у обвиняемого ФИО23 предметы одежды – футболка, спортивные брюки, футболка потерпевшего ФИО1 со сквозными повреждениями, обрез одноствольного гладкоствольного охотничьего ружья модели «ЗКМ» № производства Ижевского механического завода «16» калибра 1961 года выпуска, фрагмент контейнера из полимерного материала, изъятый при осмотре места происшествия из дома по 

<

адрес>.

Из данных протокола следственного эксперимента от 16.11.2017 года (т.д.3, л.д.76-90) следует, что в установленном порядке, в присутствии понятых, с участием обвиняемого ФИО23 и его защитника, судебно-медицинского эксперта и эксперта-криминалиста, свидетеля ФИО19 и статиста ФИО11 был произведен следственный эксперимент с целью установления траектории выстрела и положения тела потерпевшего ФИО1 в момент выстрела в него, произведенного обвиняемым ФИО23, и положения одноствольного ружья с обрезанным дульным стволом в момент производства из него выстрела в ФИО1

В результате произведенного следственного эксперимента установлено, что место происшествия представляет собой частный жилой дом по адресу : 

<

адрес>, состоящий из прихожей-веранды и одной комнаты, разделенных между собой металлической дверью. В нижней части оконного стеклопакета в комнате имеется сквозное отверстие, сквозь которое, со слов обвиняемого ФИО23, вылетела пуля после попадания в тело потерпевшего ФИО1 Далее, с учетом показаний обвиняемого ФИО23, за деревянный стол, расположенный между кроватью и подоконником, на табурет был усажен статист, лицо и передняя часть туловища которого обращены в сторону кровати, спина в полусогнутом положении, руки находятся на столе. Обвиняемый ФИО23 при помощи мела сделал отметки на одежде статиста, где находились раневые отверстия у ФИО1 Такие же отметки мелом другого цвета сделала судебно-медицинский эксперт ФИО21 Обвиняемому ФИО23 было предложено встать на место, где он находился в момент выстрела в ФИО1, он встал на расстоянии 178 см от статиста, повернувшись к нему передом и немного левым боком, находясь по диагонали по отношению к статисту. Далее обвиняемому ФИО23 с целью имитации одноствольного ружья с обрезанным дульным стволом была передана металлическая ложка для обуви длиной 40 см. После этого обвиняемый ФИО23, держа в обеих руках металлическую ложку для обуви, продемонстрировал положение одноствольного ружья с обрезанным дульным стволом в момент производства выстрела в потерпевшего ФИО1, при этом положение металлической ложки для обуви было зафиксировано на высоте 83,5, 90 и 95 см от пола, так как обвиняемый ФИО23 точно не помнит, на какой высоте он держал обрез ружья. В ходе следственного эксперимента, с использованием дальномера, различных положений статиста и с учётом места расположения сквозного отверстия в стеклопакете, было установлено, что потерпевший ФИО1 в момент выстрела должен был находится за вышеуказанным столом, сидеть на вышеуказанном стуле в положении с полусогнутой спиной, наклонившись в сторону столешницы, а стрелявший в него ФИО23 должен был находиться на расстоянии 178 см от потерпевшего ФИО1 в положении, немного повернутым левым боком в сторону ФИО1 по диагонали к нему, держа в 

руках одноствольное ружьё с обрезанным дульным стволом в сторону потерпевшего ФИО1 на высоте 83,5 см от пола.

К протоколу следственного эксперимента приложена таблица фотоиллюстраций, протокол следственного эксперимента подписан без замечаний и дополнений всеми участниками следственного действия. 

Судебно-медицинский эксперт ФИО21 в судебном заседании подтвердила порядок проведения и установленные результаты следственного эксперимента, указанные в оглашенном протоколе следственного эксперимента. Также пояснила, что при проведении следственного эксперимента она не помнит, чтобы подсудимый ФИО23 указывал на то, что оружие выпало из его рук, он его подхватил и случайно нажал на курок, вследствие чего произошел выстрел. Однако данные обстоятельства производства выстрела исключить нельзя. 

Органом предварительного следствия подсудимый ФИО23 обвиняется, в числе прочего, в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ, а именно – в убийстве, то есть умышленном причинении смерти другому человеку.

В судебном заседании участвующий в деле прокурор заявил ходатайство об изменении предъявленного подсудимому ФИО23 обвинения в указанной части со ст. 105 ч. 1 УК РФ на ст. 109 ч. 1 УК РФ, мотивируя тем, что в ходе судебного разбирательства не добыты доказательства, подтверждающие, что подсудимый ФИО23 умышленно причинил смерть потерпевшему ФИО1, то есть совершил его убийство.

Сам подсудимый ФИО23 в ходе предварительного следствия и в судебном заседании последовательно отрицал свою вину в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ, утверждая, что выстрел из обреза, от которого умер ФИО1, произошел случайно, в силу его неосторожного и небрежного обращения с обрезом.

Из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО19, ФИО19, ФИО14, ФИО15, ФИО10, ФИО9 и других следует, что между подсудимым ФИО23 и потерпевшим ФИО1 были дружеские отношения, никаких конфликтов между ними не было, они совместно занимались ремонтом автомобилей, в связи с чем ФИО1 часто приезжал в гараж к ФИО26.

В судебном заседании установлено, что вечером 09.04.2017 года во время застолья в доме по 

<

адрес> была дружеская, спокойная обстановка, все участники застолья выпивали спиртное, шутили, беседовали на отвлеченные темы, ссор и конфликтов ни у кого ни с кем не было. Это подтверждается показаниями свидетелей, которые находились в доме, а именно – ФИО14, ФИО15, ФИО17, ФИО17, ФИО10, которые также пояснили, что выстрел произошел неожиданно для всех.

Ни один из свидетелей не указывал на целенаправленность действий подсудимого ФИО23 при производстве выстрела из обреза или на иные его действия, направленные на умышленное причинение смерти потерпевшему ФИО1

В данном случае, по мнению представителя государственного обвинения, со стороны подсудимого ФИО23 имело место причинение смерти ФИО1 по неосторожности. Об этом свидетельствуют установленные обстоятельства, а именно то, что ФИО23 знал, что в доме находится обрез, пригодный для производства выстрелов, пригласив в дом своих знакомых для употребления спиртных напитков, подсудимый оставил обрез на видном месте – на табурете в комнате, а не убрал его куда-нибудь, когда же ФИО23 решил убрать обрез в шкаф, он должен был действовать с обрезом осторожно, с учетом находящихся в комнате многочисленных гостей. Именно неосторожность обращения подсудимого ФИО23 с заряженным обрезом привела к наступлению смерти потерпевшего ФИО1

В судебном заседании установлено, что смерть потерпевшего ФИО1 наступила в результате неосторожных действий подсудимого ФИО23, которые объективно не были направлены на лишение жизни потерпевшего ФИО1 При совершении данного преступления подсудимый ФИО23 по небрежности не предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего ФИО1, хотя по обстоятельствам дела мог и должен был её предвидеть.

Доводы потерпевшего Потерпевший №1 о том, что между его сыном ФИО1 и подсудимым ФИО23 были неприязненные отношения из-за того, что ФИО23 заложил в ломбард принадлежащий ФИО1 золотой перстень, в связи с чем был должен ФИО1 деньги, что могло послужить мотивом убийства ФИО23 его сына ФИО1, в ходе судебного разбирательства своего подтверждения не нашли.

С учётом изложенных обстоятельств государственный обвинитель в судебном заседании просил о переквалификации действий подсудимого ФИО23 со ст. 105 ч. 1 УК РФ на ст. 109 ч. 1 УК РФ, поскольку он совершил причинение смерти потерпевшему ФИО1 по неосторожности. 

Суд принимает данное изменение обвинения в сторону смягчения, так как оно является обязательным для суда с учетом принципа состязательности, а также в силу того, что обвинение в судебном заседании формулируется и поддерживается государственным обвинителем.

Суд соглашается с предложенным государственным обвинителем изменением обвинения, предъявленного ФИО23, и переквалифицирует его действия в части обвинения в совершения преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ, на ст. 109 ч. 1 УК РФ, так как приходит к выводу о том, что ФИО23 причинил смерть потерпевшему ФИО1 по неосторожности.

В судебном заседании подсудимый ФИО23 не признал себя виновным по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 222 ч. 1 УК РФ, в части незаконного приобретении огнестрельного оружия, а также незаконного приобретения и хранения боеприпасов.

Непризнание вины в данной части обвинения подсудимый ФИО23 мотивировал тем, что изъятый в доме по 

<

адрес> обрез ружья, из которого он по неосторожности произвел выстрел, в результате которого наступила смерть потерпевшего ФИО1, он не приобретал.

Указанный обрез в дом принес сам ФИО1 примерно за четыре месяца до 09.04.2017 года, пояснив, что кто-то отдал ему этот обрез в счет долга. При этом ФИО1 оставил указанный обрез в доме по 

<

адрес>, где он и находился до момента его изъятия сотрудниками полиции. Указанный дом ему не принадлежит, он там только иногда бывал, также в этом доме бывали и многие его знакомые, которые могли находится в доме в его отсутствие, у них были ключи от дома. Изъятый в ходе осмотра дома пистолетный патрон он в доме никогда не видел, не исключает возможности того, что данный патрон в дом был подброшен сотрудниками полиции.

После обсуждения указанных доводов подсудимого ФИО23 суд приходит к выводу об их несостоятельности по следующим мотивам.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснил, что дом по 

<

адрес> на праве собственности принадлежит ему, но для личного проживания ему данный дом не нужен и он разрешил проживать в указанном доме сыну своей супруги ФИО23

Мать подсудимого свидетель ФИО19 подтвердила в суде, что дом по 

<

адрес> находился в пользовании её сына ФИО23

Свидетель ФИО14 пояснил в судебном заседании, что вечером 09.04.2017 года они сидели в доме у ФИО23 Этот же свидетель при допросе на стадии предварительного следствия от 10.04.2017 года пояснил, что ФИО23 постоянно жил в доме по 

<

адрес>. При дополнительном допросе 04.07.2017 года свидетель ФИО14 пояснял, что вечером 09.04.2017 года он пришел в дом ФИО23 по 

<

адрес>.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО15 пояснил, что вечером 09.04.2017 года он приехал в дом ФИО23 по его приглашению, они все находились в доме ФИО23 При допросе на стадии предварительного следствия от 10.04.2017 года свидетель ФИО15 пояснял о том, что ФИО23 жил в своём доме по 

<

адрес> и приглашал его к себе в гости.

О том, что 

<

адрес> являлся местом жительства подсудимого ФИО23, в судебном заседании пояснили также свидетели ФИО16, ФИО10, ФИО17, а также на стадии предварительного следствия об этом поясняли свидетели ФИО18 и ФИО5

Кроме того, сам подсудимый ФИО23 при его допросе в качестве подозреваемого от 11.04.2017 года на стадии предварительного следствия пояснял о том, что в доме по 

<

адрес> он проживает в течение двух лет.

При таких обстоятельствах суд считает установленным добытыми в судебном заседании доказательствами, что 

<

адрес> являлся местом жительства и находился в фактическом владении и пользовании подсудимого ФИО23, а не находился в общем пользовании, как утверждал подсудимый ФИО23

Доводы подсудимого ФИО23 в той части, что обнаруженный при осмотре дома пистолетный патрон мог быть подброшен сотрудниками полиции, ничем не подтверждены и опровергаются показаниями свидетеля ФИО14 в судебном заседании, который пояснил, что после случившегося выстрела из обреза, до прибытия сотрудников полиции, он видел этот патрон на полке в доме подсудимого ФИО23

В судебном заседании со слов подсудимого ФИО23 установлено, что обрез ружья принес в его дом ФИО1 примерно за четыре месяца до наступления его смерти, то есть до 09.04.2017 года, и попросил ФИО23 оставить и хранить данный обрез в его доме по 

<

адрес>, на что подсудимый дал своё согласие. С этого времени до момента изъятия обреза сотрудниками полиции в ходе осмотра места происшествия он хранился в жилище подсудимого ФИО23 в 

<

адрес>.

Согласно действующего уголовного законодательства под приобретением огнестрельного оружия, боеприпасов понимается получение их в постоянное или временное пользование любым способом (покупка, обмен, получение в дар или в уплату долга, в обмен на товары и вещи, присвоение найденного и т.п.).

Хранением огнестрельного оружия, боеприпасов признаётся фактическое обладание ими независимо от конкретного местонахождения (в жилище, тайнике). 

Поскольку совокупностью добытых по уголовному делу доказательств подтверждается, что подсудимый ФИО23 примерно за четыре месяца до 09.04.2017 года по просьбе потерпевшего ФИО1 принял от него на хранение и хранил в своём доме по 

<

адрес> обрез одноствольного гладкоствольного охотничьего ружья модели «ЗКМ» № М 41050, производства Ижевского механического завода, «16» калибра, 1961 года выпуска, переделанный самодельным способом путём укорачивания ствола, который пригоден для производства выстрелов и относится к среднествольному огнестрельному оружию, то суд считает его вину в совершении указанного преступления доказанной.

Суд не находит оснований для изменения предъявленного подсудимому ФИО23 обвинения в той части, что он приобрел оружие у неустановленного лица, поскольку передавший ФИО23 для хранения обрез ФИО1 к уголовной ответственности за незаконную передачу оружия не был привлечён, в настоящее время ФИО1 мёртв.

Также нашла своё подтверждение и виновность подсудимого ФИО23 в незаконном приобретении и хранении боеприпасов, поскольку в судебном заседании бесспорно установлен факт незаконного хранения подсудимым в своём доме по 

<

адрес> пистолетного патрона калибра 9х18 мм отечественного производства, который является штатным к пистолету ФИО24 (ПМ) и пистолету ФИО25 (АПС). Согласно данным экспертного заключения, указанный патрон относится к боевым припасам.

Суд считает, что все приведенные в приговоре доказательства согласуются между собой, получены без нарушений уголовно-процессуального законодательства, отвечают требованиям относимости, допустимости и достоверности, совокупность указанных доказательств полностью подтверждает виновность подсудимого ФИО23 в совершении им 09 апреля 2017 года преступления в отношении потерпевшего ФИО1, которое суд квалифицирует по ст. 109 ч. 1 УК РФ, поскольку подсудимый совершил причинение смерти по неосторожности, а также в совершении подсудимым ФИО23 преступления, предусмотренного ст. 222 ч. 1 УК РФ, а именно – в незаконном приобретении, хранении огнестрельного оружия, боеприпасов.

В судебном заседании не установлены какие-либо нарушения прав и законных интересов подсудимого ФИО23 со стороны органа предварительного следствия, все следственные действия в отношении ФИО23 производились с участием его защитника, в судебном заседании подсудимый ФИО23 не заявлял о нарушении его прав и охраняемых законом интересов со стороны органа предварительного расследования. 

При назначении наказания подсудимому ФИО23 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, данные о его личности, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление и перевоспитание подсудимого и условия его жизни.

Материалами уголовного дела подсудимый ФИО23 со стороны УУП Отдела МВД России по г. Мыски характеризуется удовлетворительно, по месту жительства он характеризуется с положительной стороны (т.д.2, л.д.267-268).

В качестве смягчающих наказание подсудимого ФИО23 обстоятельств суд учитывает частичное признание им своей вины в совершении преступлений и раскаяние в содеянном, отсутствие у него на момент совершения преступлений не снятых и не погашенных в установленном порядке судимостей за ранее совершенные преступления и плохое состояние здоровья подсудимого, а также принятие им мер к доставлению потерпевшего ФИО1 в медицинское учреждение после совершения преступления.

Судом не установлено такое смягчающее подсудимого ФИО23 обстоятельство, как активное способствование раскрытию и расследованию преступлений по настоящему уголовному делу.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО23, суд при рассмотрении дела не установил. 

Суд считает возможным не признавать в качестве отягчающего наказание подсудимого ФИО23 обстоятельства совершение им преступления, предусмотренного ст. 109 ч. 1 УК РФ, в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя (ст. 63 ч. 1.1 УК РФ), так как в материалах дела отсутствует соответствующее медицинское заключение. Кроме того, органом предварительного следствия не представлены доказательства того, что именно нахождение подсудимого ФИО23 в состоянии алкогольного опьянения послужило причиной совершения им данного преступления либо способствовало этому.

В ходе судебного разбирательства не установлены предусмотренные уголовным законом основания для применения при назначении подсудимому. наказания положений, предусмотренных ст. 62 ч. 1 УК РФ.

Также судом не установлены обстоятельства для применения при постановлении в отношении подсудимого ФИО23 приговора положений, предусмотренных ст. 15 ч. 6 УК РФ, в части изменения категорий совершенных им преступлений на менее тяжкую. 

Судом по делу не установлены исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступлений, а также другие обстоятельства, существенно уменьшающие общественную опасность совершенных преступлений, а потому оснований для применения при назначении подсудимому ФИО23 наказания положений, предусмотренных ст. 64 УК РФ, суд не усматривает, однако суд учитывает совокупность установленных смягчающих наказание подсудимого ФИО23 обстоятельств при назначении ему вида и размера наказания.

При назначении подсудимому ФИО23 наказания суд учитывает положения, предусмотренные ст. 43 ч. 2 УК РФ, согласно которым наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. 

С учётом характера и степени общественной опасности совершенных подсудимым ФИО23 преступлений, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих его наказание обстоятельств, данных о личности подсудимого, а также руководствуясь принципами законности и справедливости уголовного наказания, учитывая степень влияния назначенного наказания на исправление подсудимого и условия его жизни, суд считает необходимым назначить подсудимому ФИО23 за совершение преступления, предусмотренного ст. 109 ч. 1 УК РФ, наказание в виде ограничения свободы, а за совершение им преступления, предусмотренного ст. 222 ч. 1 УК РФ, назначить наказание, связанное с реальной изоляцией его от общества, в условиях постоянного и строгого контроля за его поведением.

При назначении наказания по совокупности преступлений суд исходит из положений, предусмотренных ст. 71 ч. 1 п. «б» УК РФ, согласно которым при частичном или полном сложении наказаний по совокупности преступлений и совокупности приговоров одному дню лишения свободы соответствуют два дня ограничения свободы.

По мнению суда, назначение подсудимому ФИО23 наказания в виде реального лишения свободы будет способствовать достижению целей и задач уголовного наказания, исправлению и перевоспитанию подсудимого, а также восстановлению социальной справедливости. 

Основания для применения при назначении наказания подсудимому ФИО23 положений, предусмотренных ст. 73 УК РФ, в части назначения ему условного наказания, судом при рассмотрении дела не установлены.

Суд считает возможным не назначать подсудимому ФИО23 дополнительное наказание, предусмотренное ст. 222 ч. 1 УК РФ, в виде штрафа

В ходе судебного разбирательства потерпевшим, гражданским истцом Потерпевший №1 был заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого, гражданского ответчика ФИО23 расходов, понесенных на погребение, в сумме 106.910 рублей, и компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 1.000.000 рублей (т.д.4, л.д.17-19).

Исковые требования потерпевшего Потерпевший №1 мотивированы тем, что в результате совершенного подсудимым ФИО23 преступления наступила смерть его сына ФИО1, расходы на погребение которого составили в обшей сумме 106.910 рублей, размер указанных расходов подтверждается представленными письменными доказательствами (т.д.4, л.д.20-22).

Кроме того, в результате смерти его сына по вине гражданского ответчика ФИО23 для гражданского истца Потерпевший №1 и членов его семьи наступила необратимая утрата близкого человека, сына и брата, которому было только 19 лет, в результате чего потерпевший Потерпевший №1 перенес сильные нравственные переживания, ему был причинен огромный моральный вред по вине гражданского ответчика ФИО23 С учетом изложенных обстоятельств гражданским истец Потерпевший №1 просил суд взыскать в его пользу с гражданского ответчика ФИО23 компенсацию причиненного преступлением морального вреда в размере 1.000.000 рублей.

В судебном заседании потерпевший Потерпевший №1 полностью поддержал свой гражданский иск и просил суд его удовлетворить.

Подсудимый и гражданский ответчик ФИО23 в судебном заседании полностью признал гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 и не возражал против его удовлетворения.

Обсудив гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 о взыскании с подсудимого ФИО23 расходов на погребение в сумме 106.910 рублей и денежной компенсации морального вреда в размере 1.000.000 рублей, с учётом полного признания гражданского иска подсудимым ФИО23, суд находит гражданский иск Потерпевший №1 обоснованным и подлежащим полному удовлетворению в силу положений, предусмотренных ст. ст. 1094, 151, 1100-1101 ГК РФ, при этом суд учитывает, что в результате совершенного подсудимым ФИО23 преступления для потерпевшего Потерпевший №1 наступила необратимая утрата сына, что повлекло причинение ему тяжелых нравственных страданий и переживаний. По мнению суда, размер компенсации морального вреда в сумме 1.000.000 рублей, подлежащей взысканию с подсудимого ФИО23 в пользу потерпевшего Потерпевший №1, с учётом фактических обстоятельств дела и характера совершенного преступления полностью отвечает требованиям разумности и справедливости. 

В соответствии со ст. 58 ч. 1 п. «а» УК РФ, местом отбывания наказания подсудимому ФИО23 следует назначить колонию-поселение.

В целях обеспечения исполнения приговора, которым подсудимый ФИО23 осуждается к реальному наказанию в виде лишения свободы, а также в целях недопущения совершения им новых преступлений, суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу оставить в отношении подсудимого ФИО23 меру пресечения без изменения - в виде заключения под стражей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 306-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО23 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 109 ч. 1 и 222 ч. 1 УК РФ, и назначить ему наказание :

- за совершение преступления, предусмотренного ст. 109 ч. 1 УК РФ, назначить наказание в виде ограничения свободы на срок 1 (один) год;

- за совершение преступления, предусмотренного ст. 222 ч. 1 УК РФ, назначить наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года.

На основании ст. 69 ч. 2, УК РФ назначить ФИО29 наказание по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний в виде 3 (трех) лет 3 (трех) месяцев лишения свободы.

Местом отбывания наказания осужденному ФИО23 назначить колонию-поселение.

Срок наказания осужденному ФИО23 исчислять с 29 мая 2018 года, зачесть ему в срок наказания время заключения под стражей с 11 апреля 2017 года по 28 мая 2018 года.

Гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 удовлетворить полностью.

Взыскать со ФИО23 в пользу Потерпевший №1 в возмещение расходов на погребение 106.910 (сто шесть тысяч девятьсот десять) рублей и денежную компенсацию морального вреда в размере 1.000.000 (одного миллиона) рублей.

Вещественные доказательства по уголовному делу – обрез гладкоствольного одноствольного охотничьего ружья модели «ЗКМ» № М 41050, производства Ижевского механического завода «16» калибра, 1061 года выпуска, хранящийся в дежурной части ОМВД России по 

<

...> г. Мыски, и пистолетный патрон с маркировкой на донце гильзы «539 ППО 90» калибра 9х18 мм, отечественного производства к пистолету ФИО24 (ПМ) и пистолету ФИО25 (АПС), полимерный контейнер, хранящиеся в камере хранения следственного отдела по г. Мыски следственного управления Следственного комитета РФ по Кемеровской области, - уничтожить, розовую футболку пострадавшего ФИО1, хранящуюся в камере хранения следственного отдела по г. Мыски следственного управления Следственного комитета РФ по Кемеровской области, - передать потерпевшему Потерпевший №1, светло-серую футболку, спортивные брюки фирмы «Саломон», брюки спортивные чёрного цвета «Адидас», б/у, хранящиеся в камере хранения следственного отдела по г. Мыски следственного управления Следственного комитета РФ по Кемеровской области, - передать осужденному ФИО23

Меру пресечения в отношении осужденного ФИО23 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – в виде заключения под стражей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение 10 дней через Мысковский городской суд: осуждённым ФИО23 – со дня вручения ему копии приговора, остальными лицами – со дня его провозглашения.

Разъяснить осужденному ФИО23, что в случае подачи апелляционного представления, апелляционных жалоб другими участниками по делу, затрагивающих его интересы, он вправе ходатайствовать о своём участии при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чём необходимо указать в возражениях на апелляционные жалобы (представление), либо подать ходатайство в письменном виде в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора либо копий апелляционного представления или жалоб.

Разъяснить осужденному ФИО23 право поручать осуществление своей защиты в заседании суда апелляционной инстанции избранному им защитнику, либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника. О своём желании иметь защитника в суде апелляционной инстанции, а равно о рассмотрении дела без защитника, осужденному ФИО23 необходимо сообщить в суд, постановивший приговор, в письменном виде, указав в апелляционной жалобе, либо в возражениях на апелляционные жалобы, представление, либо в виде отдельного заявления, которые необходимо подать в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора, либо копий апелляционных представления или жалоб.

Судья Пахоруков А.Ю.

Секретарь суда Самарина Е.С.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда приговор Мысковского городского суда Кемеровской области от 29 мая 2018 г. в отношении ФИО23 изменён. 

- исключено из обвинения квалифицирующий признак «незаконное приобретение огнестрельного оружия и боеприпасов»;

- признано в качестве смягчающего наказание обстоятельство «активное способствование расследованию преступления и оказание потерпевшему медицинской и иной помощи непосредственно после совершения преступления».

Снижено ФИО23 назначенное наказание по ч. 1 ст. 109 УК РФ до 10 месяцев ограничения свободы, по ч. 1 ст. 222 УК РФ до 2 лет 10 месяцев лишения свободы. 

На основании с. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступления путём частичного сложения наказания окончательно назначить наказание в виде 3 лет лишения свободы с отбывание в колонии – поселении. 

Зачтено в срок наказания время нахождения ФИО23 под стражей с 11 апреля 2017 года по 28 мая 2018 года исходя из двух дней за каждый день нахождения под стражей. 

В остальной части приговор оставлен без изменения, апелляционная жалоба потерпевшего Потерпевший №1 – без удовлетворения.

Апелляционное представление прокурора Бера А.Л. удовлетворено, апелляционная жалоба адвоката Курского Д.Ю. удовлетворена частично. 

Приговор вступил в законную силу 11 сентября 2018 г.