ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

3 мая 2017 года ЗАТО п. Озерный

95 гарнизонный военный суд

в составе председательствующего судьи МОРСИНА С.Н.,

при секретаре СОБОЛЕВОЙ Ж.Ю., с участием государственного обвинителя – помощника военного прокурора 19 военной прокуратуры (армии), войсковая часть 

<

данные изъяты> капитана юстиции ФИО1, подсудимого ФИО2 и его защитника – адвоката ЯНГЛЕЕВОЙ Н.В., представившую удостоверение № от 30.12.2013 года и ордер № 355 от 03.05.2017 года, в открытом судебном заседании, в расположении войсковой части 

<

данные изъяты>, рассмотрев уголовное дело по обвинению военнослужащего по призыву войсковой части 

<

данные изъяты>

ФИО2, родившегося 

<

данные изъяты>,

в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 350 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Рядовой ФИО2 проходит военную службу по призыву в батальоне материально-технического обеспечения войсковой части 

<

данные изъяты> в должности водителя-повара и за ним закреплен автомобиль «УАЗ-3151» государственный регистрационный знак №, который относится к категории транспортных машин. В этой же воинской части в должностях водителей проходили военную службу по призыву рядовые В. и Б. и за ними были закреплены автомобили «УАЗ-3151» государственные регистрационные знаки № и №, соответственно, также относящиеся к категории транспортных машин.

В ночь на 6 декабря 2016 года ФИО2, В. и Б. вернувшись с выезда в первом часу ночи, поставили свои автомобили в сооружение № 13 (автомобильный бокс), расположенном в объединенном парке войсковой части 

<

данные изъяты>, находящимся в ЗАТО п. Озерный Тверской области, в следующем порядке: автомобиль, закрепленный за В. стоял за автомобилем, закрепленным за АДАМОВЫМ ближе к воротам бокса, а автомобиль, закрепленный за Б. сбоку справа параллельно автомобилям В. и ФИО2. Затем ФИО2, В. и Б. произвели мелкий ремонт своих автомобилей, проверили работоспособность своих автомобилей кратковременным запуском двигателей, после чего, убедившись в исправности автомобилей, двигатели заглушили и, не возвращаясь в казарму, около 2 часов ночи легли спать, каждый в своем автомобиле. При этом створки ворот бокса были закрыты. В период времени с 3 часов до 5 часов 40 минут этих же суток, ФИО2 проснулся и в нарушение требований ст. 25 Наставления по автомобильной службе, ст. 20 Устава Внутренней службы ВС РФ, п. 1.2 приложения к Директиве командира войсковой части № от 19.08.2016 года, п. 3 Руководства по эксплуатации автомобиля УАЗ-3151 и его модификаций, запрещающих эксплуатацию автомобиля с работающим двигателем в закрытом помещении, завел и допустил работу двигателя закрепленного за ним автомобиля «УАЗ-3151» г.р.з. № в закрытом помещении. В результате этих действий сам ФИО2, а также В. и Б. получили острое отравление угарным газом (окисью углерода), В. при этом скончался на месте происшествия.

Постановлением следователя от 17.03.2017 года было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ по причинению легкого вреда здоровью Б., по основанию п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, ввиду отсутствия в деянии состава преступления.

Допрошенный в судебном заседании, подсудимый ФИО2 виновным себя в содеянном признал полностью, заявив, что он лег спать в своем автомобиле около 2 часов 6 декабря 2016 года, около 3 часов проснулся, сходил в туалет и в это время он видел, что В. находился в своем автомобиле на заднем сиденье с мобильным телефоном, после этого он продолжил спать в одежде в своем автомобиле, дальнейшие события не помнит, в сознание пришел только в госпитале г. Москве.

Помимо личного признания подсудимого, его вина, в содеянном, полностью подтверждается совокупностью всех исследованных в суде доказательств.

Из показаний потерпевшего Ф.. (отца скончавшегося рядового В.) усматривается, что 6 декабря 2016 года командир воинской части позвонил ему на мобильный телефон и сообщил о смерти сына.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Б. показал, что в ночь на 6 декабря 2016 года он, а также ФИО2 и В. поздно вернулись с выезда, где-то после 0 часов. После этого он произвел мелкий ремонт, закрепленного за ним автомобиля (отрегулировал зажигание). Регулировку зажигания автомобиля он производил перед сооружением, В. ему в этом помогал. После того, как он закончил регулировку зажигания загнал свою машину в бокс и поставил справа параллельно машинам ФИО2 и В., при этом машина ФИО2 стояла спереди машины В.. Затем свидетель показал, что ворота бокса они закрыли, и он помог В. произвести мелкий ремонт машины (отремонтировать бензонасос), ФИО2 при этом уже находился в боксе и спал в автомобиле. Закончив ремонт бензонасоса, он и В. кратковременно, на несколько минут, запустили двигатели своих машин, убедились в исправности автомобилей и заглушили двигатели машин. Ворота бокса во время этого ремонта были закрыты, но калитка была открыта, что обеспечивало доступ воздуха в бокс и выход выхлопных газов. Они с В. решили в казарму не возвращаться, а остаться ночевать в боксе, в машинах. Об этом решении они сказали ФИО2У, разбудив его, тот тоже согласился с ними ночевать в боксе и пошел спать в свою машину, около 2 часов ночи, в начале 3-го часа.

Далее свидетель показал, что проснулся он в 5 часов 40 минут (время посмотрел в мобильном телефоне), услышал звук работающего двигателя, а также увидел, что в боксе было задымлено и габаритные огни автомобиля ФИО2, были включены. После этого он потерял сознание и очнулся уже в автомобиле «скорой помощи» по дороге в госпиталь.

Показания свидетеля Б., также подтверждаются протоколом следственного эксперимента, проведенного с его участием (т.3, л.д. – 118-122) и протоколами очных ставок, проведенных с его участием, с участием подсудимого ФИО2 и свидетеля А. (т.3, л.д. – 56-59 и 76-79, соответственно).

Свидетель У. в судебном заседании показал, что с 5 на 6 декабря 2016 года находился в наряде по парку в качестве дневального. Около 7 часов 6 декабря 2016 года по указанию дежурного по парку (найти водителя УАЗ-3151 г.р.з. №) подошел к сооружению где находились «уазики» командования и увидел, что ворота бокса были закрыты, а зайдя внутрь бокса увидел, что двигатель одного из автомобилей, а именноУАЗ-3151 г.р.з. №, работал. На передних сиденьях машины лежал ФИО2, как бы находящийся в состоянии сна, но всякие его, У., попытки разбудить ФИО2 не имели успеха. После чего, он вернулся и доложил об этом дежурному по парку. Дежурный по парку выслушал его и снова отправил в сооружение. Зайдя внутрь сооружения он, У., увидел, что ФИО2 выпал из машины со стороны водительской двери, при этом его голова и туловище находились на полу бокса, а ноги на пороге машины. В этот момент он увидел, что в бокс зашел О. и попросил его о помощи. О. отправил его за фельдшером, а сам остался, чтобы заглушить двигатель.

Далее свидетель У. показал, что сбегал и позвал фельдшера, а затем вернулся обратно в сооружение, где О. сообщил ему, что в других машинах тоже находятся водители. Подойдя к автомобилю, который стоял непосредственно за машиной ФИО2, У. увидел, что на заднем сиденье лежал лицом вниз В., а в другой машине (УАЗ-3151 г.р.з. №), на заднем сиденье, на спине лежал Б.. В это время в сооружении появились другие военнослужащие, к сооружению подъехала «санитарка» и этих пострадавших водителей увезли.

Показания свидетеля У. подтверждаются протоколом проверки показаний на месте, с его участием (т.2, л.д. – 53-61), а также протоколом очной ставки, проведенной с его участием и с участием ФИО2 (т.3, л.д. – 52-55).

Свидетель О. в судебном заседании показал, что около 7 часов 6 декабря 2016 года находился в парке рядом с автомобилем, закрепленным за ним. Когда он увидел, что в соседний бокс, где находятся автомобили должностных лиц войсковой части 

<

данные изъяты> зашел дневальный по парку У., то зашел в бокс следом за ним, чтобы взять лопату для очистки снега. Зайдя в бокс, он почувствовал запах выхлопных газов и увидел, что двигатель автомобиля УАЗ-3151 г.р.з. № находился в рабочем состоянии (был запущен и работал), габаритные огни включены, водительская дверь открыта, а ФИО2 находился в выпавшем положении, при этом голова и туловище ФИО2 находились на полу сооружения рядом с машиной, а ноги на пороге автомобиля.

Далее свидетель О. показал, что отправил дневального по парку У. за фельдшером, а сам заглушил работавший двигатель машины ФИО2, при этом в салоне автомобиля работала магнитола и вентилятор отопления, затем открыл ворота бокса, чтобы проветрить сооружение и попытался привести в чувство ФИО2, похлопав его по щекам, но тот никак на это не отреагировал. После этого он подошел к машине УАЗ-3151 г.р.з. №, которая стояла за машиной ФИО2 и, увидел лежащего лицом вниз на заднем сиденье В., а подойдя к другому автомобилю УАЗ-3151 г.р.з. № увидел лежащего на спине на заднем сиденье Б.. Б. он тоже попытался разбудить, толкнув его за ноги, но безрезультатно. В это время в сооружение стали забегать другие военнослужащие и пострадавших водителей увезли.

Показания свидетеля О. подтверждаются протоколом проверки показаний на месте, с его участием (т.2, л.д. – 45-52), а также протоколом очной ставки, проведенной с его участием и с участием подсудимого ФИО2 (т.2, л.д. – 259-263).

Свидетель С. – начальник КТП войсковой части 

<

данные изъяты>, в судебном заседании показал, что утром 6 декабря 2016 года находился в автомобильном парке войсковой части 

<

данные изъяты> на своем рабочем месте и около 7 часов был очевидцем того, как оказывали помощь солдатам, отравившимся угарным газом, ФИО2У, В. и Б.. Когда он подбежал к боксу, где оказывалась помощь пострадавшим солдатам, то увидел, что автомобили «УАЗ», стоявшие в сооружении были с заглушенными двигателями, при этом на автомобиле с г.р.з. № были включены габаритные огни. В связи с этим он поставил задачу О., стоявшему рядом с боксом, отключить «массу» на этой машину, что тот и сделал. После того как пострадавших водителей увезли в госпиталь, ему поступила команда закрыть и опечатать бокс до приезда правоохранительных органов. Он выполнил это распоряжение и открыл бокс после приезда работников следственного отдела около 10-11 часов.

Далее свидетель С. показал, что до приезда следователя бокс не вскрывался и туда никто не заходил. После осмотра места происшествия, 9 декабря 2016 года по прибытию сотрудников ВАИ из г. Твери со специальным оборудованием, для определения технического состояния автомобилей «УАЗ-3151» г.р.з. №, № и №, бокс был вскрыт сотрудниками следственного отдела и ему, С., была поставлена задача выгнать эти автомобили из бокса на площадку для осмотра автомобилей и проверки их исправности. Он по очереди выгнал, находящиеся там автомобили «УАЗ-3151» г.р.з. №, № и №. Первым он выгнал автомобиль с г.р.з. № так как тот находился ближе к воротам, «масса» автомобиля была выключена, при включении «массы» и поворота ключа зажигания двигатель запустился, при этом приборная панель не освещалась, вентилятор печки не работал, что указывало на то, что органы управления находились в исходном положении. После этого он выгнал для осмотра автомобиль с г.р.з. №, «масса» автомобиля была выключена, при включении «массы» и поворота ключа зажигания двигатель запустился, при этом включилась подсветка приборной панели автомобиля и сразу же заработал вентилятор печки, это указывало на то, что в автомобиле на момент отключения «массы» были включены габаритные огни и был включен вентилятор печки. На автомобиле с г.р.з. № «масса» была включена, а после поворота ключа зажигания двигатель запустить не удалось, так как аккумуляторная батарея оказалась разряженной, но при этом после запуска двигателя приборная панель не освещалась, вентилятор печки не работал, что указывало на то, что органы управления находились в исходном положении. В ходе проверки технического состояния автомобилей каких-либо отклонений в автомобиле «УАЗ-3151» № не было выявлено, в автомобиле «УАЗ-3151» № были выявлены отклонения суммарного люфта в рулевом управлении, а в автомобиле «УАЗ-3151» г.р.з. № были выявлены отклонения суммарного люфта в рулевом управлении, отклонения во внешних световых приборах, а также отклонения по содержанию окиси углерода и углеводородов в отработавших газах при различных частотах вращения вала двигателя.

Показания свидетеля С. подтверждаются протоколом проверки показаний на месте, с его участием (т.2, л.д. – 242-249), а также протоколами осмотра транспортных средств (т.1, л.д. – 143-149, 150-156 и 157-163).

Свидетели И. и Л., каждый в отдельности, в судебном заседании показали, и из показаний свидетеля К. усматривается, что утром 6 декабря 2016 года они были очевидцами того, как оказывали помощь пострадавшим водителям ФИО2У, В. и Б. и помогали фельдшеру в их погрузке в «санитарку» для транспортировки в госпиталь.

Согласно заключению эксперта № от 30.12.2016 года смерть В. наступила от острого отравления угарным газом (окисью углерода), осложнившегося развитием тканевой гипоксии, данное отравление опасно для жизни, причинило тяжкий вред здоровью по этому признаку и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смертельного исхода.

Согласно заключению эксперта № от 10.01.2017 года Б. был госпитализирован с легким отравлением угарным газом, возникшим в результате вдыхания выхлопных газов, повлекшим за собой кратковременное расстройство здоровья, сроком менее 3-х недель и причинившим легкий вред здоровью.

Согласно заключению эксперта № от 10.01.2017 года ФИО2 был госпитализирован с отравлением угарным газом средней тяжести, осложнившимся развитием двусторонней нижнедолевой полисегментарной пневмонии, возникшим в результате вдыхания выхлопных газов, повлекшим за собой длительное расстройство здоровья, сроком свыше 21 дня и причинившим вред здоровью средней тяжести.

Согласно заключению комплексной, комиссионной военно-административной, технической судебной экспертизы от 13 марта 2017 года:

- ФИО2 в нарушение требований п. 1.2 приложения к Директиве командира войсковой части № от 19.08.2016 года и п. 3 Руководства по эксплуатации автомобиля УАЗ-3151 и его модификаций запустил двигатель и допустил его работу в сооружении при закрытых створках ворот;

- автомобиль «УАЗ-3151» г.р.з. № относится к типу легковых автомобилей и относится к транспортной группе эксплуатации;

- автомобили «УАЗ-3151» №, «УАЗ-3151» г.р.з. № и «УАЗ-3151» № по своему техническому состоянию считаются исправными;

- образование угарного газа в сооружении № 13 происходило от работы двигателя автомобиля «УАЗ-3151» г.р.з. №;

- заполнение сооружения угарным газом происходило сверху вниз, так как вследствие разницы температур поднявшийся к потолку сооружения газ, остывая, оседал к полу сооружения;

- основным фактором, оказывающим влияние на концентрацию угарного газа в помещении, явилось отсутствие систем принудительной вентиляции в сооружении и закрытые створки ворот;

- основным фактором, влияющим на концентрацию выхлопных газов в салоне автомобиля «УАЗ-3151» г.р.з. № явилось его расположение сзади по ходу движения автомобиля «УАЗ-3151» г.р.з. №, в результате чего выхлопные газы от работающего двигателя автомобиля попадали под кузов автомобиля «УАЗ-3151» г.р.з. №, а затем через технологические отверстия попадали во внутренний объем салона этого автомобиля, что явилось причиной многократного превышения концентрации углекислого газа по сравнению с концентрацией угарного газа в сооружении в целом;

- отравление угарным газом ФИО2, Б. и В. произошло в результате запуска двигателя автомобиля в сооружении № 13 при закрытых створках ворот и отсутствии систем вентиляции в результате длительного воздействия угарного газа в повышенной концентрации на системы жизнедеятельности организмов пострадавших, при этом смерть В. наступила в результате нахождения его в относительно небольшом замкнутом объёме салона автомобиля, в котором концентрация угарного газа была существенно выше, чем в сооружении в целом.

Оценив исследованные в суде доказательства в их совокупности суд исходит из следующего.

Оснований для оговора подсудимого свидетелями Б., О., У. и С. нет, их показания последовательны, противоречий не содержат, согласуются между собой, следственными экспериментами, протоколами проверки показания на месте и заключениями экспертов, поэтому суд показания свидетелей признает достоверными, правдивыми и кладет их в основу приговора. Заявление защитника о том, что ФИО2 находился в автомобиле в спящем состоянии, поэтому никакой эксплуатации автомобиля не было, а значит, действия подсудимого подлежат переквалификации на ч.1 ст.109 УК РФ, суд находит безосновательным. Так как исследованные в судебном заседании доказательства прямо указывают на то, что перед тем как заснуть АДАМОВЫМ были нарушены правила эксплуатации автомобиля, следовательно, суд считает установленной причинно-следственную связь, между совершенными противоправными действиями подсудимого и наступившими последствиями в виде смерти В..

Таким образом, давая юридическую оценку содеянного АДАМОВЫМ, военный суд его действия в период времени с 3 часов до 5 часов 40 минут 6 декабря 2016 года, когда он в нарушение требований ст. 25 Наставления по автомобильной службе, ст. 20 Устава Внутренней службы ВС РФ, п. 1.2 приложения к Директиве командира войсковой части № от 19.08.2016 года, п. 3 Руководства по эксплуатации автомобиля УАЗ-3151 и его модификаций, запрещающих эксплуатацию автомобиля с работающим двигателем в закрытом помещении, завел и допустил работу двигателя закрепленного за ним автомобиля «УАЗ-3151» г.р.з. № RUS в закрытом помещении, в результате чего рядовой В. получив острое отравление угарным газом (окисью углерода), скончался на месте происшествия, считает как нарушение правил эксплуатации транспортной машины, повлекшее по неосторожности смерть человека и квалифицирует эти его действия по ч. 2 ст. 350 УК РФ.

При назначении наказания подсудимому суд признает в качестве смягчающих обстоятельств то, что ФИО2 положительно характеризуется по военной службы и в быту, впервые совершил преступление, ранее ни в чем предосудительном замечен не был, полностью признал свою вину и раскаялся в содеянном.

Суд с учетом изложенных обстоятельств, мнения потерпевшего, не имевшего претензий к ФИО2У, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, влияния назначенного наказания на условия жизни его семьи, приходит к убеждению о возможности исправления подсудимого без изоляции от общества, постановляя считать назначенное наказание ФИО2У условным, применив ст.73 УК РФ, без назначения ему дополнительного наказания.

Обсуждая вопрос в порядке п. 6? ст. 299 УПК РФ, суд руководствуясь ч.6 ст. 15 УК РФ с учетом фактических обстоятельств совершения преступления и степени его общественной опасности, не находит оснований для изменения категории совершенного АДАМОВЫМ преступления.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307 – 309УПК РФ, военный суд 

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 350 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание, в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года.

В соответствии со ст.73 УК РФ считать назначенное наказание ФИО2 условным и установить испытательный срок в 1 (один) год, в течение которого ФИО2 должен своим поведением доказать свое исправление.

Возложить на ФИО2 обязанность, в течение установленного судом испытательного срока, не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за его поведением.

Меру пресечения ФИО2 – наблюдение командования воинской части – до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства:

- автомобили «УАЗ-3151» №, «УАЗ-3151» г.р.з. № и «УАЗ-3151» №, находящиеся на ответственном хранении у начальника автомобильной службы войсковой части 

<

данные изъяты>, разрешить использовать по назначению;

- путевой лист № от 05.12.2016 года, находящийся в уголовном деле, хранить в уголовном деле; журнал выхода и возвращения машин войсковой части 

<

данные изъяты> и другие документы, перечисленные в т.2, л.д.-34, в т.3-л.д.-151 и 170 и находящиеся на хранении в камере для хранения вещественных доказательств 451 военного следственного отдела СК России (ЗАТО п. Озерный Тверской области), передать по принадлежности в войсковую часть 

<

данные изъяты>.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в 3 окружной военный суд через 95 гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ ПО ДЕЛУ: С.Н.МОРСИН