УИД 03RS0005-01-2025-004791-80

Судья Гибадатов У.И.

№ 2-4039/2025

Кат. 2.061

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

№ 33-19248/2025

3 декабря 2025 г.

г. Уфа

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Гадиева И.С.

судей Галлямова М.З.

ФИО1

при секретаре Ниловой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «РусНефтеГазСтрой+» к ФИО2 о взыскании задолженности по договору целевого обучения, по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Октябрьского районного суда г. Уфы от 27 августа 2025 г.

Заслушав доклад судьи Гадиева И.С., судебная коллегия

установила:

Общество с ограниченной ответственностью «РусНефтеГазСтрой+» (далее - ООО «РНГС+») обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по договору целевого обучения.

В обоснование исковых требований указав, что 7 августа 2023 г. между истцом и ответчиком заключен трудовой договор № 159/2023, в соответствии с которым ответчик принят в ООО «РНГС+» на должность инженера производственно-технического отдела.

7 августа 2023 г. в дополнение к трудовому договору между сторонами заключен договор целевого обучения ответчика № 720/2023. В соответствии с условиями договора работодатель, в целях получения и освоения учеником новых знаний оплачивает за ученика стоимость обучения и создает необходимые условия для получения учеником образовательных услуг в сфере дополнительного профессионального образования по программе повышения квалификации: «Разработка и ведение организационно-технологической и исполнительной документации строительной организации».

Согласно пункта 1.4. вышеуказанного целевого договора стоимость затрат на обучение ответчика составила 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В соответствии с пунктом 2.3 договора о целевом обучении работник после прохождения обучения принял на себя обязательство отработать на предприятии работодателя не менее 1 (одного) года.

Пунктом 2.2 договора о целевом обучении установлено, что Работодатель вправе, в случае досрочного увольнения ученика, взыскать с последнего во внесудебном порядке полную стоимость обучения, а также расходов на оплату стажировки, приобретения билетов и проживания.

Ответчик, в нарушение условий договора о целевом обучении, направил в адрес истца заявление об увольнении по собственному желанию. Приказом № 359 от 4 июля 2024 г. трудовые отношения были прекращены.

Поскольку ответчиком добровольно не возмещена стоимость затрат на обучение, истцом 12 сентября 2024 г. в адрес ответчика была направлена претензия от 9 сентября 2024 г. почтой России и продублирована в мессенджер ватсап (претензия, направленная почтой России ответчиком получена 27 сентября 2024 г.). Однако, требования истца ответчиком проигнорированы, до настоящего времени затраты на обучение не возмещены.

Согласно пункта 4.2. договора о целевом обучении, в случае, если ученик по окончании обучения, без уважительных причин, изъявит желание уволиться до истечения срока, установленного пунктом 2.3. договора, работник по требованию работодателя, обязан в течение 5 (Пяти) рабочих дней возвратить работодателю стоимость понесенных расходов, связанных с оплатой его обучения. При нарушении срока возврата вышеназванных сумм к ученику может быть применена неустойка в размере 0,1% за каждый день просрочки до полного погашения задолженности.

Так, по состоянию на дату написания настоящего искового заявления сумма пени за период с 27 сентября 2024 г. (первый рабочий день после вручения претензии ответчику) по 9 апреля 2025 г. составляет: 50 000 руб. * 0,1% * 194 дней = 9 700 рублей.

На основании изложенного просит взыскать с ответчика:

1. 50 000 (Пятьдесят тысяч) рублей в возмещение произведенных затрат на обучение.

2. пени за период с 27 сентября 2024 г. по 9 апреля 2025 г. в размере 9 700 (Девять тысяч семьсот) рублей.

3. пени с 27 сентября 2024 г. по день вынесения решения по делу.

4. пени со дня вынесения решения по делу по дату фактического исполнения обязательства

5. сумму государственной пошлины в размере 4 000 (Четыре тысячи) рублей.

Решением Октябрьского районного суда г. Уфы от 27 августа 2025 г. постановлено:

удовлетворить частично исковые требования ООО РНГС + к ФИО2 о взыскании задолженности по договору целевого обучения.

Взыскать с ФИО2, дата г.р., паспорт №..., в пользу ООО РНГС + (ИНН №..., ОГРН №...):

- 50 000 руб. в возмещение произведенных затрат на обучение.

- пени за период с 27 сентября 2024 г. по «09» апреля 2025 г. в размере 500 руб.

- расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 000 руб.

В остальной части требований отказать.

В апелляционной жалобе представитель ФИО2 ФИО3 просит решение Октябрьского районного суда г. Уфы от 27 августа 2025 г. отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований ООО «РНГС+» к ФИО2 о взыскании задолженности по договору целевого обучения в полном объеме. В обоснование жалобы указывает, что суд первой инстанции ссылаясь в решении и применяя норму права, а именно статью 249 Трудового кодекса Российской Федерации, применил данную норму без учета пропорциональности фактически не отработанному работником после окончания обучения времени, что противоречит требованию, установленному данной нормой права. Условие ученического договора (целевого обучения), в котором предусмотрено полное возмещение работником стоимости обучения, а не пропорционально отработанному после окончания обучения времени, ухудшает положение работника и противоречит требованиям статьи 249 Трудового кодекса Российской Федерации. Также указывает, что надлежащих документов, подтверждающих факт несения затрат, истцом в материалы дела не было представлено, судом не истребовано и в решении факт несения соответствующих затрат судом ничем не обоснован и не доказан. Истец также не представил суду доказательства о фактически оказанной услуге (образовательной услуге). Никаких документов о получении образовательных услуг ответчиком не получено и работодателем суду не представлено. Следовательно, образовательная услуга не была оказана. Также указывает, что работодатель, заведомо зная об отсутствии у работника необходимых квалифицированных знаний и навыков, предоставил работнику должность, не соответствующую его уровню квалификации и образованию. И никакое направление работодателем работника на дополнительное обучение и стажировку не могло устранить отсутствие основного высшего образования и восполнить недостаток и пробелы в уровне образования и квалификации работника.

Лица, участвующие в деле и не явившиеся на апелляционное рассмотрение дела, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 ГПК Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность постановленного по делу судебного постановления в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу, выслушав представителя ООО «РусНефтеГазСтрой+» и ООО «Академия качества» ФИО4, возражавшего против удовлетворения жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов следует, что 7 августа 2023 г. между ООО «РусНефтеГазСтрой+» и ФИО2 заключен трудовой договор № 159/2023, в соответствии с которым ответчик принят в ООО «РНГС+» на работу на должность инженера производственно-технического отдела.

7 августа 2023 г. в дополнение к трудовому договору между сторонами заключен договор целевого обучения № 720/2023. В соответствии с условиями Договора работодатель в целях получения и освоения учеником новых знаний оплачивает за ученика стоимость обучения и создает необходимые условия для получения учеником образовательных услуг в сфере дополнительного профессионального образования по программе повышения квалификации: «Разработка и ведение организационно-технологической и исполнительной документации строительной организации».

Согласно п. 1.4. вышеуказанного целевого договора стоимость затрат на обучение ответчика составила 50 000 (пятьдесят тысяч) руб.

В соответствии с пунктом 2.3 договора о целевом обучении работник после прохождения обучения принял на себя обязательство отработать на предприятии работодателя не менее 1 (одного) года.

Пунктом 2.2 договора о целевом обучении установлено, что Работодатель вправе, в случае досрочного увольнения ученика, взыскать с последнего во внесудебном порядке полную стоимость обучения, а также расходов на оплату стажировки, приобретения билетов и проживания.

Ответчик 20 июня 2024 г. в нарушение условий договора о целевом обучении направил в адрес истца заявление об увольнении по собственному желанию. Приказом № 359 от 4 июля 2024 г. трудовые отношения были прекращены.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования о взыскании затрат на обучение в полном объеме, суд первой инстанции исходил из того, что трудовой договор был расторгнут без уважительной причины со стороны работника, что является основанием обязанности ответчика по возмещению затрат предприятия на его обучение.

Ссылаясь на положения ст.ст.330, 333 ГК РФ, части 16 статьи 56 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», суд первой инстанции полагал обоснованными заявленные требования о взыскании с работника неустойки (9700 руб.), вместе с тем считал их подлежащими уменьшению с несоразмерностью последствиям нарушенного обязательства до 500 руб.

Суд апелляционной инстанции находит, что данные выводы суда сделаны с нарушением норм материального права и при неполном установлении всех имеющих значение для дела обстоятельств, в связи с чем решение суда подлежит отмене с вынесением по делу нового решения.

Частью второй статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

В соответствии с частью четвертой статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, в частности об обязанности работника отработать после обучения не менее установленного договором срока, если обучение проводилось за счет средств работодателя.

В соответствии с частью 1 статьи 196 Трудового кодекса Российской Федерации необходимость подготовки работников (профессиональное образование и профессиональное обучение) и дополнительного профессионального образования для собственных нужд определяет работодатель. Подготовка работников и дополнительное профессиональное образование работников осуществляются работодателем на условиях и в порядке, которые определяются коллективным договором, соглашениями, трудовым договором (часть 2 статьи 196 Трудового кодекса Российской Федерации). Формы подготовки и дополнительного профессионального образования работников, перечень необходимых профессий и специальностей определяются работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 Кодекса для принятия локальных нормативных актов (часть 3 статьи 196 Трудового кодекса Российской Федерации).

Ученический договор согласно части 1 статьи 199 Трудового кодекса Российской Федерации должен содержать: наименование сторон; указание на конкретную квалификацию, приобретаемую учеником; обязанность работодателя обеспечить работнику возможность обучения в соответствии с ученическим договором; обязанность работника пройти обучение и в соответствии с полученной квалификацией проработать по трудовому договору с работодателем в течение срока, установленного в ученическом договоре; срок ученичества; размер оплаты в период ученичества.

Ученический договор может содержать иные условия, определенные соглашением сторон (часть 2 статьи 199 Трудового кодекса Российской Федерации).

Последствия невыполнения обучающимся обязательств после окончания ученичества приступить к работе по вновь полученной профессии, специальности или квалификации и отработать у данного работодателя в течение срока, установленного ученическим договором, определены в статье 207 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с частью 2 указанной нормы в случае, если ученик по окончании ученичества без уважительных причин не выполняет свои обязательства по договору, в том числе не приступает к работе, он по требованию работодателя возвращает ему полученную за время ученичества стипендию, а также возмещает другие понесенные работодателем расходы в связи с ученичеством.

Статьей 249 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае увольнения без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении за счет средств работодателя, работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем на его обучение, исчисленные пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени, если иное не предусмотрено трудовым договором или соглашением об обучении.

Таким образом, Трудовым кодексом Российской Федерации определено содержание трудового договора путем закрепления в статье 57 названного кодекса перечня обязательных и дополнительных условий, в частности возможности включать в трудовой договор условие об обязанности работника отработать после обучения, проводимого за счет средств работодателя, не менее установленного договором срока, а также установления дополнительной гарантии для работников, как более слабой стороны, в виде запрета включать в трудовой договор условия, ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами. Такое правовое регулирование согласуется с принципом свободы трудового договора.

Заключая соглашение об обучении за счет средств работодателя, работник добровольно принимает на себя обязанность отработать не менее определенного срока у работодателя, оплатившего обучение, а в случае увольнения без уважительных причин до истечения данного срока - возместить работодателю затраты, понесенные на его обучение, при их исчислении по общему правилу пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени. Тем самым обеспечивается баланс прав и интересов работника и работодателя: работник повышает профессиональный уровень и приобретает дополнительные преимущества на рынке труда, а работодателю компенсируются затраты по обучению работника, досрочно прекратившего трудовые отношения с данным работодателем без уважительных причин.

Трудовым кодексом Российской Федерации предусмотрена также и возможность заключения ученического договора, являющегося одним из видов договоров об обучении работника за счет средств работодателя (глава 32 Трудового кодекса Российской Федерации).

Последствия невыполнения обучающимся обязательства после окончания ученичества приступить к работе по вновь полученной профессии, специальности или квалификации и отработать у данного работодателя в течение срока, установленного ученическим договором, определены в статье 207 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью второй указанной нормы в случае, если ученик по окончании ученичества без уважительных причин не выполняет свои обязательства по договору, в том числе не приступает к работе, он по требованию работодателя возвращает ему полученную за время ученичества стипендию, а также возмещает другие понесенные работодателем расходы в связи с ученичеством.

Из приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации следует, что между работодателем и работником могут заключаться как ученический договор, так и иные договоры об обучении, то есть ученический договор является не единственным видом заключаемых между работником и работодателем договоров об обучении. Подготовка работников и их дополнительное профессиональное образование осуществляются работодателем в том числе и на условиях, определенных трудовым договором. Одним из дополнительных условий, которые в соответствии с законом (часть четвертая статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации) могут включаться в трудовой договор и которые не ухудшают положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, является обязанность работника отработать после обучения не менее определенного договором срока, если обучение проводилось за счет средств работодателя.

В случае неисполнения этой обязанности статья 249 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает обязанность работника возместить работодателю затраты, связанные с его обучением.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 15 июля 2010 года № 1005-О-О, заключая соглашение об обучении за счет средств работодателя, работник добровольно принимает на себя обязанность отработать не менее определенного срока у работодателя, оплатившего обучение, а в случае увольнения без уважительных причин до истечения данного срока - возместить работодателю затраты, понесенные на его обучение, при их исчислении по общему правилу пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса прав и интересов работника и работодателя, способствует повышению профессионального уровня данного работника и приобретению им дополнительных преимуществ на рынке труда, а также имеет целью компенсировать работодателю затраты по обучению работника, досрочно прекратившего трудовые отношения с данным работодателем без уважительных причин. Взыскание с работника затрат, понесенных работодателем на его обучение, основывающееся на добровольном и согласованном волеизъявлении работника и работодателя, допускается только в соответствии с общими правилами возмещения ущерба, причиненного работником работодателю, и проведения удержаний из заработной платы.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. Частью первой данной статьи определено, что материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Согласно статье 248 Трудового кодекса Российской Федерации (порядок взыскания ущерба) взыскание работодателем суммы причиненного ущерба производится с виновного работника.

Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации об ученическом договоре и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что на лиц, заключивших ученический договор (учеников), распространяется трудовое законодательство. В случае, если ученик по окончании ученичества без уважительных причин не выполняет свои обязательства по ученическому договору, в том числе не приступает к работе, он по требованию работодателя возвращает ему полученную за время ученичества стипендию, а также возмещает другие понесенные работодателем расходы в связи с ученичеством. При наличии уважительной причины, препятствующей ученику приступить к работе по приобретенной специальности, то есть при отсутствии вины в действиях (бездействии) ученика, понесенные работодателем в связи с ученичеством расходы возмещению учеником не подлежат.

Как следует из материалов дела стороны в трудовом договоре предусмотрели условие о сроке, в течение которого работник обязуется отработать после обучения, проведенного за счет средств работодателя, а также право работодателя в случае увольнения работника без уважительных причин до истечения установленного данным договором срока требовать от работника возмещения затрат, понесенных при направлении его на обучение.

Нормы трудового законодательства, так же как и условия заключенного сторонами договора на обучение, не ставят обязанность работника по возмещению работодателю затрат на обучение в случае досрочного прекращения работником трудовых отношений с работодателем без уважительных причин в зависимость от получения работником по итогам обучения новой специальности или квалификации.

Условие договора, обязывающее работника возместить работодателю затраты, понесенные на его обучение, в случае увольнения без уважительных причин до истечения определенного договором срока не снижает уровень гарантий работника по сравнению с установленными трудовым законодательством.

Напротив, возможность включения такого условия в трудовой договор прямо предусмотрена частью четвертой статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации, а также следует из положений статьи 249 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающих обязанность работника возместить затраты работодателя на его обучение в случае его увольнения без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении за счет средств работодателя.

Учитывая, что работодатель вправе требовать от работника возмещения затрат на его обучение (в том числе и повышение квалификации) при одновременном наличии таких условий, как соглашение между работником и работодателем о сроке, в течение которого работник обязуется проработать в данной организации после окончания обучения, и увольнение работника без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении, суду следовало определить и установить названные обстоятельства в качестве юридически значимых для правильного разрешения спора, что судом первой инстанции сделано не было.

Вместе с тем судебная коллегия отмечает, что в силу статьи 206 Трудового кодекса Российской Федерации условия ученического договора, противоречащие Трудовому кодексу Российской Федерации, коллективному договору, соглашениям, являются недействительными и не применяются.

Так, по условиям договора о целевом обучении ФИО2 должен был после успешного прохождения обучения отработать на предприятии работодателя не менее 1 года, исчисляемого после прохождения стажировки.

Из материалов дела усматривается, что стажировка была окончена 21 сентября 2023 г., обучение завершено и итоговая аттестация пройдена 22 сентября 2023 г.

Уволившись по собственному желанию на основании собственноручно поданного заявления 4 июля 2024 г. работник нарушил условия заключенного договора об обучении.

При этом ссылка ответчика на возможность работодателя отказаться от реализации его заявления об увольнении основана на неверном толковании норм материального права; в соответствии с частью 4 статьи 80 ТК РФ по истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу.

Таким образом, в соответствии с положениями статьи 249 ТК РФ с ФИО2 подлежит взысканию сумма, потраченная работодателем на его обучение и согласованная в договоре об обучении с работником 50000 руб. пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени.

Ссылка истца на то, что условиями соглашения предусмотрено полное возмещение понесенных работодателем затрат, подлежит отклонению.

Обязанность ученика или работника возместить работодателю расходы (затраты), связанные с обучением, в случае неисполнения обязанности по отработке предусмотрена частью 2 статьи 207 и статьей 249 Трудового кодекса Российской Федерации соответственно.

Согласно статье 207 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, если ученик по окончании ученичества без уважительных причин не выполняет свои обязательства по договору, в том числе не приступает к работе, он по требованию работодателя возвращает ему полученную за время ученичества стипендию, а также возмещает другие понесенные работодателем расходы в связи с ученичеством.

В соответствии со статьей 249 Трудового кодекса Российской Федерации в случае увольнения без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении за счет средств работодателя, работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем на его обучение, исчисленные пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени, если иное не предусмотрено трудовым договором или соглашением об обучении.

В договоре от 7 августа 2023 г., заключенном между ООО «Руснефтегазстрой+» и ФИО2, указано на то, что в случае досрочного увольнения Ученика, отказа от прохождения стажировки работодатель имеет право взыскать полную стоимость обучения.

Между тем положениями статей 9 и 232 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством, трудовым договором может конкретизироваться материальная ответственность сторон, но ответственность работодателя перед работником не может быть ниже, а работника перед работодателем - выше, чем это предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

При таких обстоятельствах условия ученического договора о полном возмещении стоимости обучения и иных затрат, понесенных работодателем на обучение, а не пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени, ухудшают положение работника по сравнению с нормами действующего трудового законодательства.

Кроме того, из условий договора об обучении явно не следует, что сторонами согласовано условие о том, что правило о пропорциональном возмещении понесенных расходов фактически не отработанному после окончания обучения времени не будет действовать в отношении работника; имеется ссылка лишь на возможность взыскания полной стоимости обучения, что подразумевает реализацию права работодателя на полный или частичный отказ от взыскания суммы ущерба с виновного работника (статья 240 ТК РФ).

Таким образом, ФИО2 должен был отработать на предприятии с 23 сентября 2023 г. по 22 сентября 2024 г., уволен 4 июля 2024 г., не отработал период с 5 июля 2024 г. по 22 сентября 2024 г., или 80 из 366 календарных дней, что составляет 22 %.

Таким образом, подлежат возмещению расходы работодателя в сумме 11000 руб. (50 000 * 22%).

Доводы ФИО2 о недоказанности несения работодателем расходов на его обучение подлежат отклонению, представленным платежным поручением от 21 сентября 2023 г. № 2351 подтверждается перечисление от ООО «Руснефтегазстрой+» в ООО «Академия качества» денежной суммы в размере 1 800 000 руб. за обучение работников.

Доводы ФИО2 о том, что работодатель не имел права направлять его на профессиональную переподготовку в отсутствие образования, также подлежат отклонению.

Согласно части 3 статьи 76 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» к освоению дополнительных профессиональных программ допускаются:

лица, имеющие среднее профессиональное и (или) высшее образование;

лица, получающие среднее профессиональное и (или) высшее образование.

Лицам, успешно освоившим соответствующую дополнительную профессиональную программу и прошедшим итоговую аттестацию, выдаются удостоверение о повышении квалификации и (или) диплом о профессиональной переподготовке (часть 15 статьи 76 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ).

При освоении дополнительной профессиональной программы параллельно с получением среднего профессионального образования и (или) высшего образования удостоверение о повышении квалификации и (или) диплом о профессиональной переподготовке выдаются одновременно с получением соответствующего документа об образовании и о квалификации (часть 16 статьи 76 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ).

Из представленного заявления от 7 августа 2023 г. на имя директора ООО «Академия качества» следует, что ФИО2 просит принять его на обучение по дополнительной профессиональной программе повышения квалификации, при этом указывает, что имеет не оконченное высшее образование (бакалавриат).

В этой связи, при наличии у работодателя представленных самим работником сведений о получении высшего образования, работник правомерно был направлен на освоение дополнительной профессиональной программы.

Поскольку ФИО2 не предоставлен документ об образовании и о квалификации, постольку диплом о профессиональной переподготовке обоснованно не выдан ООО «Академия качества», в связи с чем доводы ответчика о неполучении им документа об образовании подлежат отклонению.

Далее.

Судебная коллегия не может согласиться также с принятым судом первой инстанции решением о взыскании с работника пени, предусмотренной договором.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. Частью первой данной статьи определено, что материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Согласно статье 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Согласно статье 248 Трудового кодекса Российской Федерации (порядок взыскания ущерба) взыскание работодателем суммы причиненного ущерба производится с виновного работника.

Дела по спорам об исполнении обязательств по договору о целевом обучении, содержащему условие об исполнении лицом, претендующим на осуществление трудовой функции у данного работодателя, обязательства по отработке у работодателя в течение определенного времени, разрешаются судом в соответствии с положениями главы 32 «Ученический договор» Трудового кодекса Российской Федерации. По этим же правилам рассматриваются дела по искам работодателей о возмещении расходов, затраченных на обучение, предъявленным к лицам, с которыми заключен контракт на обучение. Такие споры в силу статьи 381 Трудового кодекса Российской Федерации являются индивидуальными трудовыми спорами, поэтому к данным отношениям подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации.

Между тем судом первой инстанции указанные нормы не применены к спорным правоотношениям, напротив, необоснованно применены положения ст.ст.330, 333 ГК РФ, части 16 статьи 56 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации».

Между тем спорные правоотношения регулируют нормы Трудового кодекса Российской Федерации, которыми неустойка в качестве меры ответственности работника за неисполнение обязательств по ученическому договору не предусмотрена. Также не предусмотрено и возмещение работником данных затрат работодателя с учетом договорных процентов.

Положениями статей 9 и 232 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством, трудовым договором может конкретизироваться материальная ответственность сторон, но ответственность работодателя перед работником не может быть ниже, а работника перед работодателем - выше, чем это предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу статьи 206 Трудового кодекса Российской Федерации условия соглашения между работником и работодателем противоречащие настоящему Кодексу, коллективному договору, соглашениям, являются недействительными и не применяются.

В этой связи условия договора об обучении от 7 августа 2023 г., предусматривающие выплату неустойки за нарушение сроков возврата расходов на обучение, применению не подлежат, как противоречащие трудовому законодательству.

Далее.

По смыслу статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений по ее применению, содержащихся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», правила этой нормы о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться судом при рассмотрении требований о взыскании с работника причиненного работодателю ущерба не только по заявлению работника, но и по инициативе суда. В случае, если такого заявления от работника не поступило, суду при рассмотрении дела с учетом части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации необходимо вынести на обсуждение сторон вопрос о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, и для решения этого вопроса оценить обстоятельства, касающиеся материального и семейного положения работника.

Судом апелляционной инстанции был поставлен на обсуждение вопрос о применении к правоотношениям сторон положений статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации, ответчику предложено представить сведения о материальном и семейном положении для обсуждения вопроса о возможности снижения размера ущерба.

Каких-либо сведений, доказательств, свидетельствующих о том, что материальное и семейное положение ФИО2 позволяет снизить размер ущерба, им не представлено, в связи с чем оснований для снижения размера ущерба в соответствии с положениями статьи 250 ТК РФ судебная коллегия не усматривает. Напротив, из представленных суду апелляционной инстанции сведений усматривается, что ответчик трудоустроен в ООО «Велесстрой-СМУ», имеет стабильную достойную заработную плату.

При изложенных обстоятельствах, решение суда законным и обоснованным быть признано не может и подлежит отмене с принятием нового решения.

Поскольку судом апелляционной инстанции отменено решение суда первой инстанции, размер взысканных с ответчика денежных сумм перераспределен, то подлежат распределению судебные расходы.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом заявлена ко взысканию сумма расходов на обучение и пени в размере 59700 руб. Сумма удовлетворенных требований составила 11000 руб., что составляет 18 % от суммы заявленных требований. Соответственно сумма судебных расходов по оплате государственной пошлины в суде первой инстанции, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца составит 720 руб. (4000 руб. * 18%), а с истца в пользу ответчика за уплату госпошлины при подаче апелляционной жалобы 2160 руб. (3000 руб. * 72%). Путем взаимозачета окончательно подлежит взысканию 1440 руб. с истца в пользу ответчика.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Уфы от 27 августа 2025 г. отменить.

Принять новое решение.

Исковые требования ООО «Руснефтегазстрой+» (ИНН №...) к ФИО2 (паспорт №...) удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Руснефтегазстрой+» в возмещение расходов на обучение 11 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ООО «Руснефтегазстрой+» в остальной части отказать.

Взыскать с ООО «Руснефтегазстрой+» в пользу ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины в размере 1440 руб.

Председательствующий И.С. Гадиев

судьи М.З. Галлямов

ФИО1

Мотивированное апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 17 декабря 2025 г.