Дело № 2-2161/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации 

г. Магнитогорск 28 ноября 2018 года

Ленинский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего: Филимоновой А.О.

при секретаре: Радке Н.С.,

с участием прокурора Коньковой Л.Б.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО «Магнитогорский металлургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

08.10.2018 г. ФИО1 обратилась в суд с исковыми требования к ПАО «Магнитогорский металлургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 руб. В обоснование исковых требований указала, что ее сын, Р., являлся работником ООО «ОСК». 16.07.2018 г. на территории ПАО «ММК» произошел несчастный случай, в результате которого Р. погиб. В соответствии с актом о расследовании несчастного случая на производстве грубой неосторожности в действиях Р. не усматривается. Вред жизни Р. был причинен источником повышенной опасности, расположенном на территории ПАО «ММК». Смерть сына причинила глубокие эмоциональные переживания, моральные страдания. 

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 (доверенность от 13.09.2018 г.) требования иска поддержали. Пояснили, что истцом от работодателя была получена компенсация морального вреда в размере 459000 руб., выплаченная по условиям коллективного договора ООО «ОСК». В данном случае моральный вред также подлежит возмещению ПАО «ММК», поскольку несчастный случай произошел вследствие воздействия источника повышенной опасности – турбогенератора, принадлежащего ответчику. Ответчиком не были предприняты надлежащие меры безопасности при проведении работ сотрудниками ООО «ОСК» на принадлежащем ему оборудовании. Погибший являлся единственным ребенком истицы, близких родственников у нее не осталось, сын свою семью не создал. У истицы с сыном были близкие семейные отношения, в связи с чем она, как пенсионерка, могла на него рассчитывать в старости. Кроме того, у истицы в связи со смертью сына и переживаниями по поводу нее начались проблемы со здоровьем. Полагали заявленный размер компенсации морального вреда обоснованным. 

Представитель ответчика ПАО «ММК» ФИО3 (доверенность от 19.01.2018 г.) в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, подтвердила, что ПАО «ММК» является владельцем названного источника повышенной опасности, однако при производстве на нем работ сотрудниками ООО «ОСК», в том числе Р., были предприняты все необходимые меры безопасности. Возможность нахождения погибшего Р. в труднодоступном месте, где не было произведено отключение тока, работники ПАО «ММК» предвидеть не могли. Указала на отсутствие причинно-следственной связи между переживаниями по поводу смерти сына и ухудшением здоровья истицы, поскольку истица является инвалидом 3 группы давно, заявленные заболевания имелись до несчастного случая. Полагала заявленную сумму компенсации завышенной. 

Заслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, исследовав в судебном заседании представленные доказательства и оценив их в совокупности, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

В судебном заседании установлено, что 17.07.2018 г. в 09-05 час. смерть Р. произошла в результате несчастного случая на производстве от воздействия электрического тока, что подтверждается свидетельством о смерти (т. 1, л.д. 34), актом №14 формы Н-1 о несчастном случае на производстве от 10 августа 2018 года (т. 1, л.д. 12-30).

Истец ФИО1 является матерью умершего Р., что подтверждается свидетельством о рождении (т. 1, л.д. 35). 

Р. приказом № 275 от 23.05.2014 г. был принят на работу в ООО «Объединенная сервисная компания» (ООО «ОСК») электромонтером по ремонту и обслуживанию электрооборудования. Трудовой договор с ним 17.07.2018 г. прекращен в связи со смертью работника. 

Из акта № 14 о несчастном случае на производстве следует, что несчастный случай с Р., повлекший его смерть, произошел 16.07.2018 г. в 13-39 час. на территории турбинного участка «Теплоэлектроцентраль» (ТЭЦ) ПАО «ММК», местом происшествия является шинный мост турбогенератора. 

В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

На основании ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). (ст. 1079 ГК РФ).

В силу требований со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, при этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (ст. 1099 ГК РФ).

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом, а в соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (п. 1 ст. 1085 ГК РФ), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст. 1089 ГК РФ), а также при возмещении расходов на погребение (ст. 1094 ГК РФ). Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Таким образом, из содержания указанных норм права в их системной взаимосвязи следует, что моральный вред, причиненный повреждением здоровья гражданина в результате взаимодействия с источником повышенной опасности, в том числе, и в результате несчастного случая на производстве, должен быть компенсирован владельцем названного источника повышенной опасности, вне зависимости от наличия его вины в причинении вреда здоровью указанного гражданина и вне зависимости от наличия трудовых отношений между сторонами споров рассматриваемой категории, при этом, от указанной гражданско-правовой ответственности владелец соответствующего источника повышенной опасности может быть освобожден, только если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Кроме того, названная обязанность возлагается на владельца источника повышенной опасности и в случае установления факта вины в рассматриваемом событии его работника.

Вместе с тем, по смыслу закона грубой неосторожностью потерпевшего - истца по делам рассматриваемой категории, в смысле определенном ст. 1083 ГК РФ, могут быть признаны только такие его неосторожные действия, либо бездействие, которые в значительной мере обусловили наступление соответствующего события или обусловили увеличение тяжести его последствий.

В ходе расследования несчастного случая на производстве со смертельным исходом было установлено, что электромонтер Р. 16.07.2018 г. пришел на работу в ТЭЦ ПАО «ММК», переоделся в спецодежду, было выдано задание – производство ремонта электрооборудования в помещении выводов турбогенератора ТВФ-60-2 № 6 (ТГ-6) ТЭЦ ПАО «ММК». Назначенным на производство работ по ремонту выводов ТГ-6 электромонтерам, в том числе Р., был проведен целевой инструктаж, с ними были дополнительно обсуждены безопасные способы выполнения поставленных задач, электромонтерам было указано на оборудование, оставшееся под напряжением, в том числе шинный мост ТГ-6, были выставлены предупреждающие об опасности плакаты.

Во время производства работ рядом с выводами ТГ-6 электромонтер А., работавший с Р., при этом используя беруши из-за повышенного шума от работающего оборудования, услышал громкий хлопок и увидел Р. между шинами шинного моста ТГ-6 на расстоянии 4-5 метров от него, А. На Р. горела спецодежда. После того, как спецодежда была потушена, разбора схемы и установки заземления на шинный мост, Р. силами других работников был вынесен из помещения шинного моста, погружен в карету скорой помощи и доставлен в АНО «ЦКМСЧ». 17.07.2018 г. наступила смерть Р. 

Из акта судебно-медицинского исследования № 1373 от 03.08.2018 г. следует, что смерть Р. наступила от ожогового шока, развившегося в результате термического ожога головы, шеи, туловища, верхних конечностей, промежности, нижних конечностей 4 степени, площадью 98%, указанные повреждения могли образоваться в результате воздействия электрического тока высокого напряжения. При судебно-химическом исследовании крови от трупа этиловый спирт не обнаружен. 

В соответствии с п. 7.7.3 Коллективного договора ООО «ОСК» на 2018-2020 гг. матери погибшего – истцу ФИО1 в связи с несчастным случаем на производстве со смертельным исходом работодателем было выплачено единовременного пособие в качестве компенсации морального вреда в размере 459639,74 руб. (годовой доход погибшего работника)

Поскольку сторонами не отрицалось что шинный мост турбогенератора очевидно относится к источникам повышенной опасности, то в силу прямого указания закона (ст. ст.1100, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации) мать умершего Р., в праве требовать от владельца источника повышенной опасности возмещения морального вреда, причиненного в результате несчастного случая со смертельным исходом на производстве и даже при отсутствии вины такого владельца.

Сам факт гибели человека безусловно причиняет нравственные страдания его близким и родным. Это является общеизвестным фактом и доказыванию не подлежит. 

Истица является близким родственником погибшего, испытывает неоспоримые и понятные суду страдания от смерти единственного сына, отсутствия возможности в дальнейшем иметь внуков, в силу отсутствия у погибшего Р. жены и детей. В силу изложенных обстоятельств истец утратила надежду на материальную поддержку в глубокой старости, личное общение с единственным родственником. 

Оценивая нравственные страдания ФИО1 в совокупности с обстоятельствами дела, суд не может не учесть в данном случае положения ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, поскольку кормильцем ФИО1 в смысле ст.1089 ГК РФ погибший не признан. 

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Доводы истца о том, что при определении размера компенсации необоснованно снижать размер таковой в связи с допущенными самим пострадавшим нарушениями техники безопасности, т.к. грубой неосторожности в его действиях согласно акту формы Н-1 не выявлено, отклоняются, поскольку названный акт не имеет преюдициального значения для суда.

Причинами несчастного случая, повлекшего смерть Р., были названы: нарушения положений Трудового кодекса РФ, не выполнение в полном объеме правил по охране труда при эксплуатации электроустановок работниками ООО «ОСК», отвечавшими за допуск электромонтеров к работам и их инструктаж, не выполнение в полном объеме указанных правил работниками ТЭЦ ПАО «ММК», а также нарушения, допущенные самим Р., выразившиеся в приближении к находящимся под напряжением не огражденным токоведущим частям на расстояние менее допустимого, расширении рабочего места, определенного нарядом-допуском. 

Из материалов дела усматривается, что на момент происшествия в ООО «ОСК» в занимаемой должности Р. работал более 4х лет, имел средне-специальное образование по профессии эл.слесарь (диплом от 30.06.2007 г.), имел с учетом достижения возраста 30 лет жизненный и производственный опыт (т. 1, л.д. 32, 224). 

Место причинения вреда его жизни и здоровью находится в отдалении от места проводимых работ, труднодоступно, что усматривается из протокола осмотра места несчастного случая а так же фототаблицы, представленной ответчиком (т. 1, л.д. 60, 154-160, т.2 л.д. 23-29). При производстве работ рядом с ТГ вследствие зашумленности работниками используются беруши, препятствующие предупреждению об опасности звуковыми сигналами, что очевидно было известно погибшему.

Указанные обстоятельства нашли свое подтверждение и в рамках проверки сообщения о преступления, проведенной Орджоникидзевским межрайонным следственным отделом СУ СК РФ. 

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 29.08.2018 г., основной причиной несчастного случая явилась личная неосторожность потерпевшего Р., выразившаяся в самостоятельном принятии решения о расширении участка производства работ, установлена причинно-следственная связь между действиями Р. и наступившими последствиями. При этом прямая причинно-следственная связь между выявленными нарушениями у указанных в акте расследования лиц и наступившими последствиями отсутствует, поскольку с их стороны были приняты меры по организации безопасности производства работ, однако и при должной внимательности и предусмотрительности они не могли предусмотреть такой возможности, что Р., будучи обученным и проинструктированным электромонтером, зайдет в опасную зону, тем самым умышленно подвергнув свою жизнь и здоровье опасности (т. 1, л.д. 61-81). 

В указанной ситуации с учетом дислокации места происшествия сотрудники ПАО «ММК» не могли предполагать, что в данном не предназначенном для производства электромонтажных работ месте, за пределами ограждения и предупреждающих надписей об опасности, может появиться умудренный опытом специализированный работник.

При таких обстоятельствах, следует признать, что грубая неосторожность самого пострадавшего Р. содействовала причинению вреда его здоровью, и на основании пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации размер возмещения морального вреда подлежит уменьшению с учетом требований разумности и справедливости до 200 000 рублей.

При определении такого размера компенсации суд учитывает: фактические обстоятельства происшествия, индивидуальные особенности истца, ее степень привязанности к сыну, грубую неосторожность самого погибшего. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ суд,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ПАО «Магнитогорский металлургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «Магнитогорский металлургический комбинат» в пользу ФИО1 в возмещение морального вреда 200 000 рублей, в удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Магнитогорска.

Председательствующий: