Судья Хамди Е.В. УИД 38RS0034-01-2025-000442-45

Судья-докладчик Коваленко В.В. № 33-942/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 февраля 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Герман М.А.,

судей Дяденко Н.А., Коваленко В.В.,

при секретаре Королевой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1866/2025 по исковому заявлению прокурора Ленинского района г. Иркутска в защиту прав, свобод и законных интересов несовершеннолетнего ФИО24, к муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению города Иркутска детский сад № 187 о взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе представителя законного представителя несовершеннолетнего ФИО25 ФИО26 – ФИО27

на решение Ленинского районного суда г. Иркутска от 17 июля 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

Прокурор Ленинского района в защиту прав, свобод и законных интересов несовершеннолетнего ФИО2, обратился в суд с иском к Муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению города Иркутска Детский сад № 187 (далее МБДОУ г. Иркутска Детский сад №187), в обоснование требований указал, что рассмотрено обращение законного представителя несовершеннолетнего ФИО10 по вопросу причинения вреда здоровью его малолетнему сыну ФИО11 во время пребывания в МБДОУ г.Иркутска Детский сад № 187. По результатам обращения установлено, что 2 октября 2024 г. во время прогулки ФИО4 Р.В. получил травму руки.

Согласно выписному эпикризу из медицинской карты стационарного больного ОГАУЗ ГИМДКБ г.Иркутска ФИО28 находился на стационарном лечении с 2 октября 2024 г. по 8 октября 2024 г. в травматолого-ортопедическом отделении с диагнозом (данные изъяты)

В соответствии с заключением комиссии о расследовании несчастного случая с обучающимся от 2 октября 2024 г. в качестве причины произошедшего с ФИО4 Р.В. несчастного случая указана плохая организация игровой деятельности детей на прогулке, слабый контроль со стороны воспитателя за детьми. Лицом, допустившим нарушения законодательства, иных нормативных правовых актов, локальных актов, явившихся причинами несчастного случая, указана воспитатель старшей группы ФИО20

В связи с чем истец просил суд взыскать с ответчика МБДОУ г. Иркутска Детский сад № 187 в пользу ФИО29 компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб., взысканные денежные средства в счет компенсации морального вреда, причиненного ФИО30 перечислить на счет, принадлежащий его законному представителю ФИО31

Решением Ленинского районного суда г. Иркутска от 17 июля 2025 г. исковые требования удовлетворены. С МБДОУ г. Иркутска детский сад №187 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 150 000 руб.

В апелляционной жалобе представитель законного представителя ФИО6 просит решение суда отменить, принять новое решение увеличив размер компенсации морального вреда до 450 000 руб.

В обоснование доводов жалобы, повторяя доводы иска, принимая во внимание тяжесть травмы, длительность восстановления здоровья и степень эмоциональных переживаний ребенка и членов его семьи, полагает, что размер компенсации морального должен быть увеличен до 450 000 руб., который отражает реальную меру понесенных потерь и позволит компенсировать физические страдания и психоэмоциональные расстройства.

Считает, что судом неправильно определен размер подлежащей выплате компенсации морального вреда, поскольку допущена явная недооценка тяжести полученных ребенком повреждений и значимости последствий травмы.

В письменных возражениях на доводы жалобы представитель ответчика ФИО7 просит решение суда оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

На основании ч.3 ст.167 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда рассмотрела дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, признав их извещение о времени и месте рассмотрения дела надлежащим.

Заслушав доклад судьи Коваленко В.В., объяснения представителя законного представителя несовершеннолетнего ФИО32 ФИО33 - ФИО3, представителя ответчика МБДОУ г. Иркутска детский сад № 187 ФИО21, представителя ответчика МБДОУ 

<

адрес изъят> детский сад № 187, третьего лица департамента образования комитета по социальной политике и культуре администрации города Иркутска ФИО12, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия оснований для отмены решения суда не находит.

В пункте 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определятся правилами, предусмотренными главы 59 (статьи 1064-1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу положений Федерального закона от 29 декабря 2012 г. №273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» образовательная организация обязана осуществлять свою деятельность в соответствии с законодательством об образовании, в том числе создавать безопасные условия обучения, воспитания обучающихся, присмотра и ухода за обучающимися, их содержания в соответствии с установленными нормами, обеспечивающими жизнь и здоровье обучающихся, работников образовательной организации (пункт 2 части 6 статьи 28). Образовательная организация несет ответственность в установленном законодательством Российской Федерации порядке за невыполнение или ненадлежащее выполнение функций, отнесенных к ее компетенции, а также за жизнь и здоровье обучающихся, работников образовательной организации (часть 7 статьи 28). Охрана здоровья обучающихся включает в себя, в том числе, обеспечение безопасности обучающихся во время пребывания в организации, осуществляющей образовательную деятельность (пункт 8 части 1 статьи 41).

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, а также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из абзаца 2 пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с абзацем 3 пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», в случае причинения вреда малолетним (в том числе и самому себе) в период его временного нахождения в организации, осуществлявшей за ним в этот период надзор, эта организация обязана возместить причиненный малолетним вред, если не докажет, что он возник не по ее вине при осуществлении надзора.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1)

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14).

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда (например, на Российскую Федерацию, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 ГК РФ), на родителей (усыновителей), опекунов несовершеннолетнего, не достигшего четырнадцати лет (малолетнего), организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которую был помещен под надзор малолетний гражданин, оставшийся без попечения родителей, образовательную организацию, медицинскую организацию или иную организацию, обязанную осуществлять надзор за малолетним гражданином, под надзором которых он временно находился, либо на лицо, осуществлявшее надзор над малолетним гражданином на основании договора, - за моральный вред, причиненный малолетним (пункты 1 - 3 статьи 1073 ГК РФ), и др.) (пункт 19).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28).

Как установлено судом и следует из письменных материалов дела, 2 октября 2024 г., во время утренней прогулки на территории детского сада № 187 произошел несчастный случай с воспитанником ФИО1, где воспитанник получил (данные изъяты). Несовершеннолетний ФИО34 находился в лечебном учреждении с 2 октября 2024 г. по 8 октября 2024 г.

В соответствии с выписным эпикризом из медицинской карты стационарного больного ФИО35 Дата изъята года рождения (3191567) Городской Ивано-Матренинской детской клинической больницы, дата поступления 2 октября 2024 г., дата выписки 8 октября 2024 г., результат госпитализации улучшение, основной диагноз - закрытый перелом головчатого возвышения правой плечевой кости со смещением, основной диагноз по МКБ:S42.40 Перелом нижнего конца плечевой кости закрытый. Состояние при поступлении средней тяжести. Проведена операция – открытая репозиция, металлоостеосинтез спицами Киршнера, операция проведена 3 октября 2024 г. с 09.35 час. до 10.15 час. Осложнений нет. Рекомендации при выписке: наблюдение специалистов на амбулаторном этапе, явка на осмотр специалистов не позднее 7 дней после вписки из стационара в поликлинику по месту жительства: ортопед, хирург. Режим иммобилизации 4 недели после выписки. Удалить спицы через 3 недели в травмпункте по месту жительства. Перевязки у хирурга по месту жительства, снять швы на 14-е сутки. Ограничение физических нагрузок 6 месяцев. Реабилитация: ЛФК, массаж по месту (данные изъяты)

(данные изъяты)

(данные изъяты)

На основании приказа МБДОУ г. Иркутска детский сад № 187 от 2 октября 2024 г. № 53 по факту несчастного случая произошедшего с обучающимся, проведено расследование несчастного случая и по результатам составлен Акт №5 от 2 октября 2024 г.

В соответствии с актом №5 о расследовании несчастного случая с обучающимся, педагог ФИО20 старшей группы №13 гуляла утром с детьми на спортивном участке детского учреждения. ФИО20 находилась около гимнастического бревна, страховала детей, которые по нему ходили и наблюдала за остальными детьми, которые играли в песочнице, на паровозике, на машине (игровое специальное оборудование). ФИО1 играл со своим другом ФИО36 около машины. ФИО20 услышала плач ФИО5, подошла, спросила, ФИО5 сказал, что в игре его толкнул ФИО37 и он упал на правую руку, ему больно. ФИО20 позвонила маме ФИО5, рассказала о случившимся. ФИО38 подошла в детский сад. В детском учреждении два здания, поэтому фельдшер работает в двух зданиях. В это время фельдшер находилась в другом здании на 

<

адрес изъят>. ФИО20 позвонила фельдшеру, фельдшер пришла, осмотрела ребенка, вызвала скорую медицинскую помощь. ФИО5 с мамой увезли в травмпункт ГИМДКБ.

В п.14 Акта в графе лица, допустившие нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая: ФИО20, нарушение инструкции по охране жизни и здоровья детей. Акт подписан председателем комиссии ФИО14, членами комиссии ФИО15, ФИО16 2 октября 2024 г.

В соответствии с приказом от 3 октября 2024 г. № 54 «О применении дисциплинарного взыскания, за совершение дисциплинарного проступка, то есть ненадлежащее исполнение работником возложенных на него должностных обязанностей, ФИО20 не обеспечила охрану жизни и здоровья воспитанника во время проведения прогулки Дата изъята , акта расследования несчастного случая с обучающимся ФИО39 Номер изъят от 2 октября 2024 г., применить к воспитателю ФИО20 дисциплинарное взыскание в виде выговора. Основание: акт о расследовании несчастного случая с обучающимся Номер изъят от 2 октября 2024 г., письменное объяснение воспитателя ФИО20

Кроме того, в материалах дела имеется постановление инспектора ОДН ОП-4 МУ МВД России «Иркутское» мл. лейтенанта полиции ФИО17 по материалу проверки, зарегистрированного в КУСП; 18482 от 2 октября 2024 г., в утвержденного И.о. начальника ОП-4 МУ МВД «Иркутское» подполковником полиции ФИО18 от 28 ноября 2024 г., в соответствии с которым отказано в возбуждении уголовного дела в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.112 УК РФ, по основаниям п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления.

В рамках доследственной проверки проведена медицинская экспертиза. Согласно заключению эксперта ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» Номер изъят от 11 октября 2024 г. у ФИО40 имелось повреждение в виде (данные изъяты)

Разрешая спор по существу суд первой инстанции, проанализировав представленные доказательства, установленные по делу обстоятельства, исходя из того, что факт перенесенных несовершеннолетним ФИО41. физических и нравственных страданий вследствие полученной им травмы доказан, в связи с чем имелись основания для удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании морального вреда с МБДОУ г.Иркутска детский сад № 187, как образовательной организации, где несовершеннолетний ФИО42 находился 2 октября 2024 г. под надзором временно, но этот надзор за ним не был осуществлен должным образом, так как ребенку причинен вред здоровью.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд первой инстанции принял во внимание все обстоятельства дела, имеющие юридическое значение для разрешения дела, в том числе характер нравственных и физических страданий, причиненных ФИО43 с учетом фактических обстоятельств дела, в связи с чем, с учетом требований разумности и справедливости взыскал с МБДОУ г. Иркутска детский сад №187 в пользу ФИО44 компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку суд, руководствуясь нормами действующего законодательства, правильно определил юридически значимые обстоятельства; данные обстоятельства подтверждены материалами дела и исследованными доказательствами, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ; выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам; нормы материального права при разрешении данного спора судом применены верно, нарушений норм процессуального права судом не допущено.

Доводы апелляционной жалобы о том, что размер взысканной судом компенсации морального вреда определен без учета принципов разумности и справедливости, не могут повлечь отмену решения суда, поскольку также направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных доказательств.

С учетом установленных по делу обстоятельств причинения вреда, оснований для вывода о несоразмерности установленной денежной компенсации морального вреда, присужденной истцу, перенесенным нравственным и физическим страданиям, не имеется.

Судебная коллегия отмечает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах, в связи с чем предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Решение суда в части определения размера компенсации морального вреда отвечает указанным требованиям, а также требованиям разумности и справедливости. При определении размера компенсации морального вреда, судом первой инстанции были учтены все необходимые критерии, дана надлежащая оценка представленным доказательствам, степени нравственных и физических страданий ребенка, характера и степени тяжести причиненного вреда, степень вины ответчика, обстоятельства причинения вреда здоровью, которые последовали в результате недостаточного контроля за игровой деятельностью детей.

В целом доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда, поскольку фактически повторяют правовую позицию, выраженную стороной истца, в том числе в суде первой инстанции, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда, не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, с которыми согласилась судебная коллегия, а лишь выражают несогласие с оценкой судом исследованных по делу доказательств, которым судом дан надлежащий анализ и правильная оценка по правилам ст. 67 ГПК РФ, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, а потому не могут быть приняты во внимание судебной коллегией.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, которые, по смыслу ст. 330 ГПК РФ, могли бы служить основанием для отмены обжалуемого решения, не установлено.

Апелляционная жалоба не содержит иных доводов, влекущих отмену судебного постановления, в связи с чем решение суда, проверенное в силу ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Иркутска от 17 июля 2025 года по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Судья-председательствующий М.А. Герман

Судьи Н.А. Дяденко

В.В. Коваленко

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 2 марта 2026 г.