Дело № 2-1308/2024 (УИД 42RS0016-01-2024-001518-80)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Новокузнецк 26 августа 2024 года 

Куйбышевский районный суд г.Новокузнецка Кемеровской области в составе председательствующего судьи Филатова Н.И., 

при секретаре судебного заседания Овченковой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием прокурора Стачевой О.А. гражданское дело по иску ФИО2 к АО «ОУК «Южкузбассуголь», АО «Шахта «Антоновская» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к АО «ОУК «Южкузбассуголь», АО «Шахта «Антоновская» о взыскании компенсации морального вреда и просит взыскать: с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 440000 руб.; с АО «Шахта «Антоновская» компенсацию морального вредав размере 854890,28 руб., а также взыскать с АО «Шахта «Антоновская» компенсацию морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве от 21.03.2008 г. в размере 2000000 руб.

Свои требования мотивирует тем, что 11.03.2015 г. медицинским заключением о наличии профессионального заболевания ГАУЗ «Новокузнецкая городская клиническая больница № 1 им. Г.П. Курбатова» Центр профессиональной патологии истцу установлен диагноз: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> к 2014 г. через 30 лет работы с угольно-породной пылью, превышающей ПДК, 

<

данные изъяты> и отсутствие других значимых причин позволяют говорить о его профессиональном генезе.

Работодателем ОАО «Шахта «Антоновская» составлен акт о случае профессионального заболевания от 01.04.2015 г. 

Причиной профессионального заболевания или отравления послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: угольно-породная пыль. Согласно СГХ условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 29.07.2014 г. № 1091 содержание в воздухе рабочей зоны аэрозолей преимущесвеннофиброгенного действия на рабочем месте в должности горнорабочего подземного, проходчика, МГВМ превышают ПДК. 

Наличие вины истца в возникновении профессионального заболевания - 0%.

С 28.05.2015г. ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области» в связи с профессиональным заболеванием истцу впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 20% до 01.06.2016 г., с 2016 г. в размере 20% до 2021 г., 07.07.2021 г. – 20% бессрочно.

Согласно медицинской экспертизе связи заболевания с профессией и установлению тяжести вины предприятий, проведенной Клиникой «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» ФГБНУ, степень вины ответчиков в развитии у истца профзаболевания составляет: шахта им. Орджоникидзе – 6,8 %; Листвянское шахтостроительное управление треста Кузнецкшахтстрой – 18,6 %; Казанковское шахтостроительное управление – 3,1 %; Шахта «Абашевская» Концерт «Кузнецкуголь» - 1,8 %; Шахта «Новокузнецкая» - 4,2 %; АООТ Шахта «Новокузнецкая» - 16,0 %; ЗАО «Шахта «Антоновская» - 0,3 %; ЗАО «Южноантоновское» - 1,2 %; ЗАО «Шахта «Антоновская» - 42,5 %; ОАО «Шахта «Антоновская» - 5,5 %. 

Полагает, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» обязан произвести выплату единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда за следующие предприятия: шахта «Абашевская», шахта «Новокузнецкая», АООТ шахта «Новокузнецкая», что составляет 22 %, поскольку является правопреемником «Шахты Новокузнецкая» комбината Шахты Новокузнецкая» комбината Южкузбассуголь» и ОАО «Шахта Новокузнецкая» по всем правам и обязательствам данных юридических лиц.

Расчет единовременной компенсации должен быть произведен исходя из заработка до прекращения трудовых отношений с АО «ОУК «Южкузбассуголь» за период работы в АООТ «Шахта «Новокузнецкая» с июля 1998 г. по июнь 1999 г. согласно расчету: 2138,35 руб. (среднемесячный заработок) х 20% (среднемесячного заработка за каждый процент утраты трудоспособности) х 20 (процент утраты трудоспособности) – 22090,69 руб. (выплата ГУ-КРОФСС) х 22 % (степень виныАО «ОУК «Южкузбассуголь») = 2978,20 руб.

Однако полагает, что указанного размера компенсации морального вреда не достаточно, именно сумма 2 000 000 рублей может компенсировать его физические и нравственные страдания. 

С учетом вины предприятия в развитии у истца профессионального заболевания, процента утраты профессиональной трудоспособности 20 %, компенсация морального вреда составит: 2 000 000 руб. х 22 % (степень вины АО «ОУК «Южкузбассуголь») = 440000 руб.

Расчет единовременной компенсации за профессиональное заболевание с ответчика АО «Шахта «Антоновская» должен быть произведен, исходя из заработка за год до установления утраты профессиональной трудоспособности 28.05.2015 г. за период с мая 2014 г. по апрель 2015 г., согласно расчету: 84 447,36 руб. (среднемесячный заработок) х 20% (среднемесячного заработка за каждый процент утраты трудоспособности) х 20 (процент утраты трудоспособности) - 22 090,69 руб. (выплата ГУ-КРОФСС) х 48,3 % (степень вины АО "Шахта " Антоновская") = 152 482,50 руб.

В соответствии с Приказом о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда от 30.10.2015 г. в связи с данным профессиональным заболеванием истцу выплачено 111 109,72 руб. Полагает, что указанной суммы недостаточно для компенсации морального вреда, что сумма в размере 2 000 000 руб. может компенсировать его физические и нравственные страдания. 

С учетом вины предприятия в развитии у истца профессионального заболевания компенсация морального вреда составит: 2 000 000 руб. х 48,3 % (степень вины АО "Шахта " Антоновская") - 111 109,72 руб. (выплачено по приказу) = 854 890,28 руб.

Кроме того, 21.03.2008 г. с истцом произошел несчастный случай на производстве, во время которого он являлся работником ЗАО «Шахта «Антоновская». Так, при выемке угля в забое комбайном в результате перехлеста скребковой цепи произошло деформирование рештачного става скребкового конвейера СР-70/0,5, где в результате деформации рештачного става истец получил удар концевойсекции скребкового конвейера и травму обеих ног. 

С 20.10.2008 г. Федеральным казенным учреждением «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области», в связи с профессиональным заболеванием, истцу впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 20 % до 01.11.2009 г., с 2010 г.– 10 % до 2012 г., с 28.11.2012 г.– 10 % бессрочно.

Полагает, расчет единовременной компенсации должен быть произведен исходя из заработка за год до установления утраты профессиональной трудоспособности ДД.ММ.ГГГГ, т.е. за период с октября 2007 г. по сентябрь 2008 г., согласно расчету: 44 138,83 руб. (среднемесячный заработок) х 20% (среднемесячного заработка за каждый процент утраты трудоспособности) х 20 (процент утраты трудоспособности) –13 468руб. (выплата ГУ-КРОФСС) х 100 % (степень виныАО «Шахта «Антоновская») = 163 087,32 руб.

В соответствии с приказом о выплате единовременного пособия от 13.02.2009 г. в связи с несчастным случаем истцу выплачено 143 390,12 руб. Однако указанный размер компенсации не может компенсировать причиненный моральные и физические страдания, сумма 2 000 000 рублей является достаточной для компенсации вреда.

В связи с профессиональным заболеванием он испытывает трудности с дыханием, одышку, сильный кашель, вынужден постоянно принимать лекарственные средства, проходить лечение. В настоящее время он испытывает дискомфорт от того, что задыхается при любой физической нагрузке. 

В связи с несчастным случаем на производстве истец испытывает сильную боль в области коленного сустава, в области голеностопа, особенно при нагрузке, имеется отек выше колена, пальцы правой ноги постоянно находятся в состоянии онемения, не шевелятся, чувствительность ноги снизилась. 

В судебном заседании истец, представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности, поддержали исковые требования.

Представитель ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, представила письменные возражения, относительно заявленных требований, согласно которым полагает, что расчет компенсации морального вреда должен производиться в соответствии с Приложением № 7 к Соглашению ФОС. Кроме того, полагает, что ответчик не несет ответственность за Шахту «Абашевская», Шахту «Новокузнецкая», АООТ Шахта «Новокузнецкая», т.к. не является правопреемником данных юридических лиц. 

Представитель ответчика АО «Шахта «Антоновская» ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, представила письменные возражения, относительно заявленных требований, согласно которым полагает, что расчет компенсации морального вреда должен производиться в соответствии с 7.2. Коллективного договора на 2012-2015 гг. (действующим на момент заключения соглашения о компенсации морального вреда с истцом). Таким образом, сумма в размере 111 109,72 руб., перечисленная истцу в 2015 г. по приказу о компенсации морального вреда, является разумной и соответствует тем физическим и нравственным страданиям. Кроме того, степень утраты профессиональной трудоспособности истца с 2015 г. не увеличивается, относится к стойким незначительным нарушениям функций организма человека, получено профессиональное заболевание не только в результате работы у ответчика, но и у других работодателей, согласно программе реабилитации пострадавшего, истцу не требуется приобретение медицинских изделий и посторонний специальный медицинский уход за пострадавшим, отсутствует группа инвалидности. Заявленный размер компенсации морального вреда в сумме 2000000 руб., в связи с произошедшим несчастным случаем на производстве также считает завышенной. В соответствии с приказом и.о. директора АО «Шахта «Антоновская» № 19 от 13.02.2009 г. истцу назначена единовременная компенсация в счет возмещения морального вреда в размере 129 922,12 руб., которая являлась для истца на 2009 г. существенной с учетом уровня жизни и инфляции и на сегодняшний день с учетом индексации на уровня инфляции (171,55 %) составляет 352 797,92 руб. Кроме того, полученная травма истцом на производстве также относится к стойким незначительным нарушениям функций организма человека, не влияет на возможность истца заниматься профессиональной деятельностью, относится к числу легких производственных травм, ограничений жизнедеятельности, согласно медицинским документам, не установлено.

Выслушав объяснения истца, представителя истца, представителя ответчиков, исследовав письменные материалы дела, заслушав показания свидетеля, принимая во внимание заключение прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований. 

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст.164 ТК РФ под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с п. 2 ст. 1 ФЗ РФ от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», указанный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональным заболеванием признаётся хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Согласно ст. 8 данного закона, возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу положений ст. ст. 227 – 231 ТК РФ связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

Степень стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы. 

В соответствии со ст. 5 ТК РФ коллективный договор, соглашение (в том числе отраслевое) и локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, входят в систему трудового законодательства.

Согласно ст. 45 ТК РФ соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства. Территориальное соглашение устанавливает общие условия труда, гарантии, компенсации и льготы работникам на территории соответствующего муниципального образования.

Таким образом, в соответствии с нормами трудового законодательства, работодатель вправе в своих локальных нормативных актах предусмотреть дополнительные гарантии и компенсации по сравнению с законодательством (ст. 8, 164 ТК РФ).

Так, установлено и подтверждено данными трудовой книжки ФИО1, что с августа 1983 г. по май 2015 г. истец работал на различных предприятиях угольной промышленности, в том числе с мая 1993 г. по декабрь 1993 г. на Шахте «Абашевская» Концерн «Кузнецкуголь», с февраля 1993 г. по июнь 1994 г. на Шахте «Новокузнецкая» Концерн «Кузнецкуголь», с июня 1994 г. поиюль 1999 г. на АООТ «Шахта «Новокузнецкая», с июля 1999 г. по август 1999 г. на ОАО «Шахта «Антоновская», с сентября 1999 г. по январь 2000 г. на ЗАО «Южноантоновское», с февраля 2000 г. по август 2013 г. на ЗАО «Шахта «Антоновская», с августа 2013 г. по май 2015 г. - ОАО «Шахта «Антоновская». 

Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлен диагноз «

<

данные изъяты> причиной заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: угольно-породная пыль. Вины истца в развитии профессионального заболевания не установлено.

Впервые истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием – 20 % с ДД.ММ.ГГГГ С 2016 г. утрата профессиональной трудоспособности в размере 20% установлена до 2021 г., с ДД.ММ.ГГГГ в размере 20% бессрочно.

Из заключения врачебной экспертной комиссии Клиники ФГБНУ «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в 2015 г. истцу установлено профессиональное заболевание «

<

данные изъяты>.». На возникновение заболевания повлияла работа в условиях аэрозолей преимущественно фиброгенного действия в концентрайии выше ПДК в профессиях: горнорабочий подземный, подземный проходчик, подземный горнорабочий очистного забоя, подземный машинист горных вымоечных машин. Общий стаж с воздействием вредного фактора 31 г. 9 мес. 

Заключением врачебной экспертной комиссии Клиники ФГБНУ «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» по указанному заболеванию установлена степень вины предприятий, работником которых являлся истец.

Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела и не оспариваются сторонами в судебном заседании.

Так, степень вины предприятий в развитии у истца профзаболевания составляет: шахта им. Орджоникидзе – 6,8 %; Листвянское шахтостроительное управление треста Кузнецкшахтстрой – 18,6 %; Казанковское шахтостроительное управление – 3,1 %; Шахта «Абашевская» Концерт «Кузнецкуголь» - 1,8 %; Шахта «Новокузнецкая» - 4,2 %; АООТ Шахта «Новокузнецкая» - 16,0 %; ЗАО «Шахта «Антоновская» - 0,3 %; ЗАО «Южноантоновское» - 1,2 %; ЗАО «Шахта «Антоновская» - 42,5 %; ОАО «Шахта «Антоновская» - 5,5 %. 

Исковые требования основаны на том, что ответчик АО «ОУК «Южкузбассуголь» несет ответственность за причинение истцу морального вреда, исходя из 22 % вины в возникновении у него профессионального заболевания, пропорционально вины предприятий угольной промышленности, на которых он работал, а именно: Шахта Абашевская – 1,8%, Шахта «Новокузнецкая»-4,2%, АООТ Шахта «Новокузнецкая»-16%.

Согласно приказу МУП СССР от 29.09.1969 г. № 406 упразднен трест «Куйбышевуголь» с переподчинением предприятий комбинату «Южкузбассуголь».

Приказом МУП № 288 от 28.06.1971 г. шахта «Абашевская-1» с 28.06.1971 г. присоединена к шахте «Абашевская-2», в дальнейшем именуется шахта «Абашевская» комбината «Южкузбассуголь».

Приказом МУП № 33 от 26.01.1973 г. шахта «Абашевская» комбината «Южкузбассуголь» переименована в шахтоуправление «Абашевское» комбината «Южкузбассуголь».

Приказом МУП № 438 от 30.12.1974 г. шахтоуправление «Абашевское» комбината «Южкузбассуголь» переименовано в шахту «Абашевская» Производственного объединения «Южкузбассуголь».

Приказом Министра № 175 от 07.12.1989 г. Производственное объединение «Южкузбассуголь» переименовано в концерн «Кузнецкуголь».

Распоряжением государственного комитета РФ по управлению имуществом № 880-р от 21.11.1992 г. концерн «Кузнецкуголь» преобразован в Акционерное общество Угольная компания «Кузнецкуголь».

На основании решения Комитета по управлению государственным имуществом Администрации Кемеровской области от 14.09.93 г. № 299 государственное предприятие шахта «Абашевская» было преобразовано в акционерное общество открытого типа шахта «Абашевская», которое являлось правопреемником государственного предприятия шахта «Абашевская». В связи с изменением законодательства об акционерных обществах, АООТ шахта «Абашевская» в 1998 г. было преобразовано в ОАО «Шахта «Абашевская», что подтверждается свидетельством о государственной регистрации, Уставом ОАО «Шахта «Абашевская».

На основании решения внеочередного собрания акционеров ОАО «Шахта «Абашевская» (протокол от 26.11.1999 г.) ОАО ««Шахта «Абашевская» реорганизовано путем выделения из него ОАО «Шахта «Абашевская-Н» и ОАО «Шахта «Кушеяковская».

Из устава ОАО «Шахта «Абашевская-Н» следует, что данное общество было образовано в порядке реорганизации путем выделения из ОАО «Шахта «Абашевская».

В соответствии с определением Арбитражного суда Кемеровской области от 24.07.2002 г. конкурсное производство в отношении ОАО «Шахта «Абашевская» было завершено.

Факт правопреемства ОАО «Шахта «Абашевская-Н» в том числе по долгам ОАО «Шахта «Абашевская» подтверждается протоколом внеочередного собрания акционеров ОАО «Шахта «Абашевская», разделительным балансом на 01.10.99г., актом приема-передачи основных средств. Из данных документов видно, что в выделенное ОАО «Шахта Абашевская-Н» были переданы практически все активы, основные и оборотные средства, транспорт, оборудование, объекты недвижимости, кредиторская и дебиторская задолженности, сырье, материалы, участки выработок, готовая продукция.

Таким образом, в соответствии со ст. 60 ГК РФ, ОАО «Шахта «Абашевская-Н» несет солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Абашевская» перед его кредиторами, в частности, перед истцом.

Из устава ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», образованного в результате реорганизации путем слияния ряда шахт, в том числе и ОАО «Шахта «Абашевская-Н», ОАО «Шахта «Кушеяковская», следует, что ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта «Абашевская-Н», ОАО «Шахта «Кушеяковская» по всем обязательствам.

Поэтому обязанность по возмещению вреда, причиненного здоровью истца вследствие профессионального заболевания, несет АО «ОУК «Южкузбассуголь».

При этом, для разрешения спора не имеет юридического значения тот факт, что ответчик не является непосредственным причинителем вреда.

У истца имеется право на возмещение вреда, причиненного его здоровью, а соответственно и на вред в связи с получением профессионального заболевания в период его трудовой деятельности на Шахта «Абашевская».

На внеочередном собрании акционеров ОАО «Шахта Новокузнецкая» акционерами принято решение о реорганизации «Шахта Новокузнецкая» в форме выделения и образования нового акционерного общества «Шахта Новокузнецкая-Северная».

В приемо-передаточном акте определено, что ОАО "Шахта Новокузнецкая - Северная " является правопреемником ОАО "Шахта Новокузнецкая" по его обязательствам в отношении кредиторов и должников, в объеме, определенном данным актом.

ОАО «Шахта Новокузнецкая-Северная» как следует из п. 1.1. её Устава образовано в порядке реорганизации путем выделения из ОАО «Шахта Новокузнецкая».

Согласно разделительному балансу, утвержденного общим собранием акционеров ОАО «Шахта Новокузнецкая», к ОАО «Шахта «Новокузнецкая-Северная» перешли основные средства, оборотные активы, все права и обязанности, связанные с недрами и землей.

Из Устава ОАО ОУК «Южкузбассуголь» следует, что данное Общество образовано в результате реорганизации путем слияния нескольких шахт, в том числе ОАО «Шахта Новокузнецкая-Северная» и в этом же пункте Устава указано, что ОАО ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта Новокузнецкая-Северная» по всем правам и обязанностям последних в с соответствии с передаточными актами. Договором о слиянии также определено, что новое Общество ОАО ОУК «Южкузбассуголь» становится правопреемником реорганизуемых обществ по всем правам и обязанностям, в том числе оспариваемых сторонами в соответствии с передаточными актами.

Разделительный баланс на и передаточный акт не содержат положений о правопреемстве реорганизуемого общества - ОАО «Шахта Новокузнецкая» по обязательствам вследствие причинения вреда, которые могут произойти после даты, на которую составлены передаточный акт, разделительный баланс.

Так как разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта Новокузнецкая» по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью истца, в соответствии с положениями п. 4 ст. 58 ГК РФ п.1 ст. 59 ГК РФ ст. 60 ГК РФ, п. 6 статьи 15, п.п. 1, 4 ст. 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», вновь возникшее юридическое лицо ОАО «Шахта Новокузнецкая - Северная» несет солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта Новокузнецкая» перед его кредиторами.

Кроме того, Уставом ОАО "ОУК Южкузбассуголь" предусмотрено его универсальное правопреемство в отношении ОАО «Шахта Новокузнецкая-Северная», которое в свою очередь является правопреемником ОАО «Шахта «Новокузнецкая». Соответственно правопреемство ОАО ОУК "Южкузассуголь" в отношении Шахта «Новокузнецкая» следует из Устава ОАО ОУК "Южкузассуголь". 

В соответствии со ст.ст. 57, 58 ГК РФ при реорганизации юридического лица путем выделения из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом.

Согласно ст. 59 ГК РФ в передаточном акте и разделительном балансе должны содержаться положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и обязательства, оспариваемые сторонами.

В соответствии с пунктом 6 статьи 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №208-ФЗ «Об акционерных обществах» установлена солидарная ответственность вновь созданных в процессе реорганизации юридических лиц по обязательствам последнего в случае невозможности определения правопреемника из разделительного баланса, а также в случае допущения нарушения принципа справедливого распределения активов.

В соответствии со ст. 1093 ГК РФ в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

На основании изложенного, суд считает установленным, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» отвечает по обязательствам: Шахта Абашевская, Шахта «Новокузнецкая», АООТ Шахта «Новокузнецкая» виновных в развитии у истца профессионального заболевания, всего за 22 % вины.

Основанием для возникновения обязательства ответчиков перед истцом явилось установление ему профессионального заболевания. Соответственно, подлежат применению действовавшие именно на данный период нормы ТК РФ, ГК РФ и локальных нормативных актов ответчиков.

Согласно представленному истцом расчету, расчет единовременной компенсации по профессиональному заболеванию должен быть произведен в соответствии с положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019-2021 гг., исходя из размера заработка истца до прекращения трудовых отношений с АО «ОУК «Южкузбассуголь» за период работы в АООТ «Шахта «Новокузнецкая» с июля 1998 г. по июнь 1999 г. и составляет 2978,20 руб. (2138,35 руб. (среднемесячный заработок) х 20% (среднемесячного заработка за каждый процент утраты трудоспособности) х 20 (процент утраты трудоспособности) – 22090,69 руб. (выплата ГУ-КРОФСС) х 22 % (степень вины АО «ОУК «Южкузбассуголь»). 

Ответчиком АО «Шахта «Антоновская» в соответствии с приказом о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ в связи с профессиональным заболеванием истцу произведена выплата в размере 111 109,72 руб. 

Истцом представлен расчет, согласно которому размер единовременной компенсации, подлежащей выплате указанным ответчиком, в соответствии с нормами Федерального отраслевого соглашения должен составлять 152482 руб. 50 коп. 

В судебном заседании представитель ответчика предоставил справку, а также письменные пояснения относительного расчета размера выплаченной им истцу единовременной компенсации, согласно которым ответчик произвел расчет исходя из размера среднемесячного заработка истца в период с апреля 2014 г. по март 2015 г.., т.е. за год, предшествующий составлению акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ.

Однако согласно п. 7.3. коллективного договора АО «Шахта «Антоновская» на 2012-2015 гг. (действующий на момент установления утраты профессиональной трудоспособности в 2015 г.) предусмотрено, что средний заработок рассчитывается согласно ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. 

Согласно ч. 3 ст. 12 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» среднемесячный заработок застрахованного исчисляется путем деления общей суммы его заработка (с учетом премий, начисленных в расчетном периоде) за 12 месяцев повлекшей повреждение здоровья работы, предшествовавших месяцу, в котором с ним произошел несчастный случай на производстве, установлен диагноз профессионального заболевания или (по выбору застрахованного) установлена утрата (снижение) его профессиональной трудоспособности, на 12. При расчете среднемесячного заработка застрахованного месяцы, не полностью им проработанные, а также месяцы, за которые отсутствуют сведения о заработке застрахованного, заменяются предшествующими месяцами, полностью проработанными на работе, повлекшей повреждение здоровья, и за которые имеются сведения о заработке, либо исключаются в случае невозможности их замены. Замена не полностью проработанных застрахованным месяцев не производится в случае, если в этот период за ним сохранялся в соответствии с законодательством Российской Федерации средний заработок, на который начисляются страховые взносы в соответствии со статьей 20.1 настоящего Федерального закона.

Таким образом, указанной нормой ФЗ предусмотрен расчет среднемесячного заработка работника за 12 месяцев до установления диагноза профессионального заболевания, т.е. за период с марта 2014 г. по февраль 2015 г. в отношении истца либо за 12 месяцев до установления утраты профессиональной трудоспособности (период с мая 2014 г. по апрель 2015 г. в отношении истца).

Следовательно, период с апреля 2014 г. по март 2015 г. не может быть положен в основу расчета среднемесячного заработка. 

Кроме того, из пояснений представителя ответчика следует, что в справке от 19.02.2024 г., выданной истцу, включены «ходовые», которые подлежат исключению, в указании размера заработной платы за сентября 2014 г. допущена опечатка, так как вместо 21487 руб. 19 коп.указано 214000 руб.

Также имеются противоречия в справке, выданной ответчиком истцу и в справке, представленной суду, касающиеся размера заработка истца за ноябрь 2014 г. Согласно расчету ответчика среднемесячный заработок истца составил 58 689,84 руб. (396 416,25 /148 смен * 245 смен / 12 + (19 177,08 / 12), однако при выполнении указанных арифметических действий размер заработка составит 54685 руб. 80 коп.

Учитывая наличие указанных противоречий, которые не были устранены ответчиком в ходе судебного разбирательства, суд приходит к выводу о том, что ответчиком была произведена выплата единовременной компенсации, размер которой определен с нарушением норм, содержащихся в ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Федерального отраслевого соглашения и коллективного договора. 

Кроме того,по мнению суда, размер компенсации морального вреда в связи с полученным истцом профессиональным заболеванием, рассчитанный по формуле в соответствии с нормативными положениями Федерального отраслевого соглашения, актами ответчиков, с учетом процента вины ответчиков, не является достаточным для компенсации физических и нравственных страданий истца в связи с профессиональным заболеванием, исходя из следующего.

В силу разъяснения, содержащегося в п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 10.03.2011 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании…», работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ. 

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда... При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса, компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 даны разъяснения о том, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В соответствии с п.п. 15,18,20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основаниемдля удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Таким образом, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон. Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном локальными актами размере.

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцу в связи с профессиональным заболеванием и подлежащего возмещению ответчиками, суд учитывает разъяснения, содержащиеся в п. п. 25-28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», характер физических и нравственных страданий истца в связи с повреждением здоровья в результате профессионального заболевания, степень утраты профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания – 20%, установленной истцу бессрочно, степень вины ответчиков в данном заболевании, индивидуальные особенности истца. 

Суд принимает во внимание, что на момент обращения истца к ответчику АО «Шахта «Антоновская» с заявлением о выплате единовременной компенсации, истцу была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20 % до ДД.ММ.ГГГГ, однако с ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере 20 % установлена истцу бессрочно, что свидетельствует об отсутствии положительной динамики профессионального заболевания, несмотря на соблюдение истцом всех рекомендаций и принимаемое им лечение, в том числе санаторно-курортное. 

Кроме того, данные обстоятельства подтверждаются представленными медицинскими документами, показаниями свидетеля ФИО8 (супруги), выписными эпикризами, из которых следует, что в связи с имеющимся профессиональным заболеванием истец лишен возможности вести прежний образ жизни, задыхается при любой физической нагрузке, не имеет возможности заниматься своим любимым делом, вынужден принимать медицинские препараты, что является причиной нравственных страданий истца. 

Учитывая фактические обстоятельства причинения истцу морального вреда, характер, тяжесть и длительность профессионального заболевания истца, характер и степень его физических страданий, связанных с профессиональным заболеванием, нравственных страданий, связанных как с наличием профессионального заболевания, так и его последствиями, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, суд определяет размер компенсации морального вреда, причиненного в связи с возникновением и развитием профессионального заболевания равным 500 000 руб.

При этом определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с каждого из ответчиков, суд принимает во внимание степень вины ответчиков в возникновении и развитии у истца профессионального заболевания, а также размер компенсации морального вреда, выплаченный ответчиком АО «Шахта «Антоновская» в добровольном порядке.

Таким образом, с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием подлежит взысканию - 110000 руб., согласно расчету: (500 000 руб.*22%), с АО «Шахта «Антоновская» - 130390,28 руб., согласно расчету: (500 000 руб.*48,3 %)-111109 руб. 72 коп.

Доводы ответчика, приведенные в обоснование возражений, не могут быть приняты во внимание, так как нормы Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации и коллективных договоров предусматривают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке единовременную выплату в счет компенсации морального вреда, размер которой зависит исключительно от размера среднемесячного заработка, степени утраты профессиональной трудоспособности, а также вины работника.

В случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба.

Выплата единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в размере, установленном Отраслевым соглашением по угольной промышленности Российской Федерации, не может ограничивать право работника на полное возмещение морального вреда в соответствии с критериями, установленными нормами гражданского законодательства, и не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в судебном порядке при несогласии работника с размером возмещения. Такое взыскание не будет носить повторный характер, поскольку в силу ст. 67 ГПК РФ оценка характера и степени причиненного истцу морального вреда, определение размера компенсации морального вреда относится к исключительной компетенции суда.

Обсуждая исковые требования о возмещении морального вреда, причиненного истцу в результате несчастного случая не производстве, суд приходит к следующему выводу.

Актом о несчастном случае подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ с истцом в период исполнения им трудовых обязанностей в АО «Шахта «Антоновская» произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах.

При выемке угля в забое комбайном в результате перехлеста скребковой цепи произошло 

<

данные изъяты> ног. 

В результате несчастного случая истец получил следующие повреждения: 

<

данные изъяты>

Причиной несчастного случая явилось неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, выразившееся в нарушении правил эксплуатации механизмов. 

Из представленных медицинских документов следует, что истец находился на стационарном лечении в травмотолого-ортопедическом отделении № 2 МГКБ № 1 г. Новокузнецка с 21.03.2008 г. по 23.04.2008 г. с диагнозом: «

<

данные изъяты>

10.04.2008 г. истцу проведены две операции на обе ноги по удалению 

<

данные изъяты>. Рекомендовано лечение по месту жительства, применение костылей, без нагрузки переднего отдела правой стопы. 

Согласно медицинскому заключению № 281 21.03.2008 г. вред, причиненный здоровью истца следует квалифицировать как легкий вред здоровью.

С 20.10.2008 г. Федеральным казенным учреждением «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области», в связи с профессиональным заболеванием, истцу впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 20 % до 01.11.2009 г., с 2010 г.– 10 % до 2012 г., с 28.11.2012 г. – 10 % бессрочно.

Таким образом, установлено, что 21.03.2008 г. в период работы истца у ответчика, в результате несчастного случая на производстве истец получил травму обоих ног, повлекшую вышеуказанные последствия.

Исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства, свидетельствуют о несоблюдении ответчиком исчерпывающих мер безопасности, исключающих травмирование работников при осуществлении ими трудовой деятельности, а также отсутствии с его стороны контроля за безопасными условиями труда.

Данное неправомерное бездействие ответчика АО «Шахта «Антоновская» находится в прямой причинной связи с полученной истцом травмой. 

В соответствии с приказом и.о. директора ЗАО «Шахта «Антоновская» № 19 от 13.02.2009 г. истцу произведена выплата единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в размере 129 922,12 руб., на основании приказа КРО ФСС РФ Новокузнецкий филиал № 7836-В от 27.11.2008 г. выплачена сумма единовременной компенсации в размере 13468 руб., а всего в размере 143390,12 руб.

Истцом представлен следующий расчет компенсации по несчастному случаю по требованиям к АО «Шахта «Антоновская», исходя из размера заработка истца за год, предшествующий установлению утраты профессиональной трудоспособности 20.10.2008 г., т.е. за период с октября 2007 г. по сентябрь 2008 г.: 44 138,83 руб. (среднемесячный заработок) х 20% (среднемесячного заработка за каждый процент утраты трудоспособности) х 20 (процент утраты трудоспособности) – 13 468 руб. (выплата ГУ-КРОФСС) х 100 % (степень вины АО «Шахта «Антоновская») = 163 087,32 руб. 

Доводы ответчика об обоснованности расчета размера выплаченной им единовременной компенсации, произведенного им исходя из размера среднего заработка истца за период с октября 2005 г. по февраль 2008 г., не могут быть приняты во внимание как противоречащие ст. 12 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ответчиком была произведена выплата единовременной компенсации в меньшем размере, размер невыплаченной суммы составляет 19697 руб. 20 коп. (163 087,32 - 143 390,12).

Однако в силу вышеприведенных норм действующего законодательства размер компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, произошедшим с истцом, рассчитанный по формуле в соответствии с нормативными положениями Федерального отраслевого соглашения, актами ответчика, не является достаточным для компенсации физических и нравственных страданий истца в связи с несчастным случаем на производстве. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию в связи с несчастным случаем на производстве, суд учитывает обстоятельства причинения вреда, характер и степень тяжести полученной истцом травмы, длительность лечения, отсутствие положительной динамики в лечении полученной травмы, о чем свидетельствует установление утраты трудоспособности бессрочно, представленные медицинские документы, показания свидетеля, индивидуальные особенности личности истца, требования разумности и справедливости и приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 600 000 руб., которая, по мнению суда, будет являться достаточной, соответствующей перенесённым нравственным и физическим страданиям истца. 

Доводы представителя ответчика об отсутствии оснований для компенсации истцу морального вреда, не могут быть приняты во внимание как противоречащие вышеприведенным нормам законодательства, регулирующим порядок возмещения морального вреда, а также исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам. 

Таким образом, размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика АО «Шахта «Антоновская» в связи с несчастным случаем на производстве составляет 456609,87 руб. (600000 руб.- 143390,87 руб.). 

Общий размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика АО «Шахта «Антоновская» составляет 587000,15 руб. (456609,87 руб. + 130390,28 руб.)

Согласно ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы…

Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст. 48 ГПК РФ, граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

В постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (п. 12). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13).

Истцом заявлено ходатайство о взыскании с ответчиков расходов по оплате услуг представителя в общей сумме 32000 руб. (составление искового заявления, представительство на стадии подготовки дела к судебному разбирательству в размере 22000 руб., представление интересов истца в судебном заседании в размере 10000 руб.). Оплата указанной суммы подтверждается актом оказания юридической помощи от 07.08.2024 г. № 1, квитанциями, согласно которым истцом оплачено 32000 руб. 

Однако с учетом сложности дела, объемом проделанной представителем работы, времени, потраченному на рассмотрение дела, суд считает, что данная сумма должна быть снижена до 20 000 рублей, исходя из принципа соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей, с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 17.06.2007 № 382-О-О и недопустимости необоснованного завышения размера оплаты указанных расходов, с целью соблюдения требований ч.3 ст.17 Конституции РФ, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Указанная сумма, по мнению суда, является разумной, соответствует проделанной представителем работе, категории дела и времени, затраченному в связи с разрешением спора, соразмерна удовлетворенным исковым требованиям и подлежит взысканию с ответчика.

Таким образом, с ответчиков АО «ОУК «Южкузбассуголь», АО «Шахта «Антоновская», учитывая разьяснения п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ, №, подлежат взысканию судебные расходы по оплате услуг представителю в размере по 10000 руб. с каждого.

В связи с тем, что истец согласно ст. 333.36 НК РФ освобождается от уплаты государственной пошлины, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ, суд считает необходимым взыскать в доход местного бюджета расходы по государственной пошлине с АО «ОУК «Южкузбассуголь», АО «Шахта «Антоновская» в сумме 300 руб. с каждого.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Взыскать в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН: № с Акционерного объединения «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) компенсацию морального вреда в размере 110000 руб., судебные расходы в размере 10000 руб., а также госпошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб.

Взыскать в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН: № Акционерного общества «Шахта «Антоновская» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) компенсацию морального вреда в размере 587000 руб., судебные расходы в размере 10000 руб., а также госпошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Куйбышевский районный суд г.Новокузнецка Кемеровской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 02.09.2024 г.

Председательствующий: