Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

(мотивированное решение составлено 23 декабря 2019 года) 

18 декабря 2019 года г. Санкт-Петербург

224 гарнизонный военный суд в составе председательствующего судьи Ювченко С.В., при секретаре судебного заседания Березневой М.С., с участием административного истца ФИО1 и его представителя ФИО2, а также представителя административных ответчиков ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, административное дело № 2а-284/2019 по административному исковому заявлению военнослужащего 

<

...> (далее – 

<

...>) старшего лейтенанта ФИО1 об оспаривании приказа начальника ВУНЦ от 6 ноября 2019 года № 1236 о привлечении его к дисциплинарной ответственности,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным административным исковым заявлением, в котором просил признать незаконным приказ начальника ВУНЦ от 6 ноября 2019 года № 1236.

В судебном заседании административный истец ФИО1 заявленные требования поддержал. В их обоснование он и его представитель указали, что оспариваемый приказ начальника ВУНЦ является незаконным, поскольку ФИО1 покинул территорию главного командования Военно-Морским Флотом (далее – ГК ВМФ) в ночь с 24 на 25 октября 2019 года с разрешения своего непосредственного начальника – дежурного по защите информации старшего лейтенанта ФИО 11 в связи со своим плохим самочувствием. Кроме того, по мнению административного истца и его представителя, процедура привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности была проведена со значительными нарушениями, поскольку ФИО1 не был ознакомлен с материалами служебного разбирательства, ему не была предоставлена возможность давать объяснения, обязанности дежурного ФИО 12 ФИО1 не передавал, с протоколом о грубом дисциплинарном он был ознакомлен лишь после обращения в суд с административным иском, а непосредственный начальник ФИО1 – ФИО 13 не был привлечен к ответственности. Кроме того, по мнению представителя ФИО2, руководством ВУНЦ в материалах служебного разбирательства необоснованно принято во внимание наличие у ФИО1 снятого дисциплинарного взыскания, а такой документ как заключение по материалам служебного разбирательства не предусмотрен действующим законодательством, в связи с чем он не может быть принят во внимание судом при вынесении решения по делу. При этом указание в оспариваемом приказе о необходимости направления административного истца на заседание аттестационной комиссии ВУНЦ также нарушает его права, поскольку влечет за собой двойную ответственность за инкриминируемый ФИО1 дисциплинарный проступок. 

Административные ответчики в суд не прибыли. В судебном заседании их представитель ФИО3 возражал против удовлетворения требований административного истца, указав, что служебное разбирательство в отношении ФИО1 проведено с соблюдением требований действующего законодательства, а факт совершения ФИО1 дисциплинарного проступка был надлежащим образом установлен. 

Исследовав представленные доказательства, обсудив доводы лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено по делу и следует из показаний свидетелей ФИО 9 и ФИО 10, 24 октября 2019 года ФИО1, будучи помощником дежурного по защите информации, около 23 часов 15 минут покинул территорию ГК ВМФ и отсутствовал на его территории ориентировочно до 6 часов 25 октября 2019 года. 

В судебном заседании административный истец, не оспаривая факта своего отсутствия на территории ГК ВМФ в указанное выше время, пояснил суду, что покинул место несения военной службы в связи со своим плохим самочувствием и с разрешения дежурного по защите информации, т.е. своего непосредственного начальника, коим являлся ФИО 8

Согласно приказу начальника ВУНЦ от 6 ноября 2019 года № 1236, за уклонение от исполнения обязанностей военной службы, выразившегося в отсутствии на посту защиты информации в период с 23 часов 24 октября 2019 года до 6 часов 25 октября 2019 года, ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде предупреждения о неполном служебном соответствии. Кроме того, указанным приказом предписано рассмотреть ФИО1 на аттестационной комиссии ВУНЦ на предмет целесообразности его дальнейшего прохождения военной службы в занимаемой им воинской должности.

В соответствии со ст. 28 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее – ФЗ «О статусе военнослужащих») военнослужащий в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности.

В силу положений ст. 28.2 и 28.4 ФЗ «О статусе военнослужащих» дисциплинарное взыскание является установленной государством мерой ответственности за дисциплинарный проступок, то есть противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины. 

Согласно ст. 1 и 3 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации (утв. указом Президента РФ от 10 ноября 2007 года № 1495) (далее – ДУ ВС РФ) воинская дисциплина есть строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных законами Российской Федерации, общевоинскими уставами Вооруженных Сил Российской Федерации и приказами командиров.

Так, из инструкции дежурному по защите информации на объектах информатизации ГК ВМФ и воинских частей, подчиненных главнокомандующему Военно-Морским Флотом (утв. приказом главнокомандующего Военно-Морским Флотом от 26 мая 2017 года № 702) (далее – Инструкция) следует, что дежурный по защите информации обязан отдыхать с 2 до 6 часов, оставляя за себя помощника дежурного, который обязан выполнять требования всех инструкций дежурного. Кроме того, при убытии с рабочего места помощника дежурного по защите информации, он обязан оповещать дежурного по защите информации о целях своего убытия, месте нахождения на период отсутствия и времени своего отсутствия.

При этом, вопреки позиции представителя административного истца, вышеуказанная инструкция не предусматривает передачу дежурным своему помощнику обязанностей и носителей сведений, составляющих 

<

...>, под роспись. 

Согласно ст. 81 ДУ ВС РФ принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство. При этом материалы разбирательства о грубом дисциплинарном проступке оформляются только в письменном виде, а в ходе разбирательства должно быть установлено событие дисциплинарного проступка (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения), лицо, совершившее дисциплинарный проступок, вина военнослужащего в совершении дисциплинарного проступка, форма вины и мотивы совершения дисциплинарного проступка, данные, характеризующие личность военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, наличие и характер вредных последствий дисциплинарного проступка, обстоятельства, исключающие дисциплинарную ответственность военнослужащего, обстоятельства, смягчающие дисциплинарную ответственность, и обстоятельства, отягчающие дисциплинарную ответственность, характер и степень участия каждого из военнослужащих при совершении дисциплинарного проступка несколькими лицами, причины и условия, способствовавшие совершению дисциплинарного проступка, другие обстоятельства, имеющие значение для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

Разбирательство по факту совершения военнослужащим грубого дисциплинарного проступка заканчивается составлением протокола. Протокол вместе с материалами разбирательства предоставляется для ознакомления военнослужащему, совершившему грубый дисциплинарный проступок, и с предложением о применении к нему вида дисциплинарного взыскания направляется командиру воинской части для рассмотрения. 

При этом, в случае, когда обстоятельства совершения военнослужащим грубого дисциплинарного проступка установлены ранее проведенными по данному факту ревизией, проверкой или административным расследованием либо материалами об административном правонарушении, разбирательство командиром воинской части может не назначаться. 

Свидетель ФИО 8 суду показал, что 24 и 25 октября 2019 года он исполнял обязанности дежурного по защите информации. 24 октября 2019 года, около 23 часов он отправился спать в комнату отдыха, оставив за себя своего помощника ФИО1 При этом сам ФИО1 не уведомлял его о том, что собирается оставить территорию ГК ВМФ в период времени с 23 часов 24 октября 2019 года до 6 часов 24 октября 2019 года, а разрешения на это он ему не давал. В последующем, около 5 часов 40 минут 24 октября 2019 года он проснулся в связи с тем, что должностным лицам дежурной смены ГК ВМФ требовался ключ от помещения поста по защите информации и обнаружил, что ФИО1 в помещении поста отсутствовал. Передав ключи от помещения поста дежурному связисту, он отправился на доклад к оперативному дежурному ГК ВМФ для дачи объяснений по факту отсутствия дежурной смены по защите информации на посту.

Из рапорта ФИО1, поданного им 25 октября 2019 года на имя 

<

...> следует, что 25 октября 2019 года ночью он находился на посту по защите информации, при необходимости отлучаясь по нужде и по причине резкого запах краски в кабинете. 

В судебном заседании ФИО1 показал, что вышеуказанным рапортом он ввел в заблуждение вышестоящего офицера ГК ВМФ с целью не проведения служебного разбирательства, пользуясь своим правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не только знал о том, что должностными лицами ГК ВМФ инициирована процедура проведения служебного разбирательства по факту отсутствия на рабочем месте дежурной смены по защите информации (в частности, отсутствия самого ФИО1 на территории ГК ВМФ), но и дал свои заведомо ложные объяснения в рамках данного разбирательства с целью избежания дисциплинарной ответственности. 

Кроме того, вопреки доводам административного истца о его неудовлетворительном самочувствии, в связи с чем он и был вынужден покинуть территорию ГК ВМФ в период времени с 23 часов 24 октября 2019 года до 6 часов 24 октября 2019 года, из сообщения войсковой части №... (

<

...>) и приложенных к нему материалов следует, что в период времени с 24 на 25 октября 2019 года ФИО1 за медицинской помощью не обращался. При этом сам ФИО1 пояснил суду, что наряд скорой медицинской помощи в вышеуказанный период времени им не вызывался.

Из заключения по материалам служебного разбирательства, составленного, вопреки позиции представителя административного истца, в соответствии с требованиями ст. 81 ДУ ВС РФ следует, что ФИО1, будучи помощником дежурного по защите информации, самовольно оставил пост защиты информации 24 октября 2019 года в 22 часа 43 минуты, а вернулся лишь 25 октября 2019 года в 6 часов 1 минуту, чем нарушил требования Инструкции, за что ФИО1 предложено предупредить о неполном служебном соответствии. При этом в качестве справочной информации в заключении указано, что ранее ФИО1 дважды привлекался к дисциплинарной ответственности, один раз – за низкую исполнительность, а один раз – за нарушение требований по защите информации (указанное дисциплинарное взыскание снято). 

Вопреки позиции административного истца и его представителя, с вышеуказанным разбирательством ФИО1 был ознакомлен лично под роспись 27 ноября 2019 года. 

Как следует из протокола о грубом дисциплинарном проступке от 1 ноября 2019 года, действия ФИО1, связанные с оставлением поста защиты информации в период с 24 на 25 октября 2019 года квалифицированы уполномоченным на то должностным лицом ВУНЦ как грубый дисциплинарный проступок, выразившийся в отсутствии военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени. При этом, вопреки позиции представителя административного истца, в указанном протоколе не содержится сведений об обстоятельствах, отягчающих дисциплинарную ответственность ФИО1 (снятое с истца дисциплинарное взыскание за нарушение требований по защите информации). 

Таким образом, поскольку определение вида совершенного военнослужащим дисциплинарного проступка и меры ответственности за его совершение входит в компетенцию командира воинской части (начальника органа военного управления), начальник ВУНЦ, по результатам изучения материалов служебного разбирательства в отношении ФИО1 и протокола о грубом дисциплинарном проступке от 1 ноября 2019 года, самостоятельно квалифицировал его действия и правомерно принял решение о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в пределах сроков и полномочий, установленных ст. 70 и 81 ДУ ВС РФ и ст. 28.2 ФЗ «О статусе военнослужащих».

Согласно ст. 81 ДУ ВС РФ, определение вины и степени тяжести совершенного военнослужащим дисциплинарного проступка находится в компетенции должностных лиц, уполномоченных проводить разбирательство и привлекать виновного военнослужащего к дисциплинарной ответственности, а как следует из положений ст. 50 того же Устава, командир (начальник), рассматривающий материалы о дисциплинарном проступке, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств совершения дисциплинарного проступка в их совокупности.

При этом суд принимает во внимание, что в соответствии со ст. 28.5 ФЗ «О статусе военнослужащих» отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части или установленном за пределами воинской части месте военной службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени как и его уклонение от исполнения обязанностей военной службы являются грубыми дисциплинарными проступками, которые по своему характеру являются соразмерными дисциплинарному взысканию в виде предупреждения о неполном служебном соответствии. 

Наложенное дисциплинарное взыскание на административного истца, который согласно данным служебной карточки ранее привлекался к дисциплинарной ответственности, в соответствии с требованиями ст. 82 ДУ ВС РФ, как это было указано выше, соразмерно с тяжестью совершенного им дисциплинарного проступка.

Довод административного истца о том, что свидетель ФИО 8 его оговаривает с целью избежания дисциплинарной ответственности за содеянное, суд находит несостоятельным, поскольку факт отсутствия ФИО1 на территории ГК ВМФ в период времени с 23 часов 24 октября 2019 года до 6 часов 24 октября 2019 года был установлен и не опровергается самим ФИО1, обязанность помощника дежурного по защите информации нести службу на посту защиты информации с 2 до 6 часов закреплена требованиями Инструкции, а настоящее административное дело рассматривается судом в связи с проверкой законности и правомерности привлечения к дисциплиной ответственности ФИО1, а не ФИО 8, вопрос о привлечении к таковой которого входит в исключительную компетенцию руководства ВУНЦ.

То обстоятельство, что копия протокола о грубом дисциплинарном проступке была вручена административному истцу уже после его обращения в суд, а о результатах разбирательства он был извещен с опозданием, на правомерность применения к нему дисциплинарного взыскания не влияют, поскольку перед применением такового было проведено соответствующее разбирательство, о котором ФИО1 был осведомлен, и в ходе которого необходимые объяснения были получены и от самого ФИО1 

При таких обстоятельствах суд, отвергая доводы административного истца и его представителя о необоснованности наложения на него дисциплинарного взыскания и существенных нарушений процедуры привлечения истца к дисциплинарной ответственности, приходит к выводу, что у административного ответчика имелись все основания для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности за совершенный им грубый дисциплинарный проступок.

Согласно п. 1 ст. 26 положения о порядке прохождения военной службы (утв. Указом Президента РФ от 16 сентября 1999 года № 1237) (Далее – Положение) аттестация военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, проводится в целях их всесторонней и объективной оценки, определения их соответствия занимаемой воинской должности и перспектив дальнейшего служебного использования.

При этом, согласно п. 1 ст. 27 Положения для проведения аттестации, а также решения иных вопросов прохождения военной службы в воинских частях от отдельного батальона, равных ему и выше создаются аттестационные комиссии, а согласно п. 3 указанной статьи, на заседании аттестационной комиссии рассматриваются в т.ч. и результаты аттестации военнослужащего, иные вопросы, для решения которых в соответствии с Федеральным законом, Положением и другими нормативными правовыми актами требуются заключения аттестационной комиссии, а также вопросы, связанные с прохождением военнослужащими военной службы, в случаях, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации, или по решению командира воинской части.

Кроме того, согласно п. 4 ст. 27 Положения, аттестационная комиссия выносит письменные заключения по всем рассматриваемым вопросам лишь для принятия решения командиром воинской части. 

Таким образом, вопреки позиции представителя административного истца, предписание в оспариваемом приказе рассмотреть ФИО1 на аттестационной комиссии ВУНЦ на предмет целесообразности его дальнейшего прохождения военной службы не является видом дисциплинарной ответственности и не нарушает каких-либо прав администртивного истца. 

Принимая во внимание, что решение административного ответчика о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности соответствует приведенным выше нормативным правовым актам и его прав не нарушает, суд признает его законным.

При таких обстоятельствах не имеется оснований и для возложения на начальника ВУНЦ обязанности по отмене принятого им решения о применении к административному истцу дисциплинарного взыскания.

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении административного иска полностью.

В соответствии со ст. 111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не имеется оснований и для возмещения административному истцу понесенных им в связи с рассмотрением данного дела судебных расходов.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 175-180 и 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 о признании незаконным приказа начальника Федерального государственного казенного военного образовательного учреждения «Военный учебно-научный центр Военно-Морского Флота «Военно-Морская Академия им. Адмирала Флота Советского Союза ФИО4» от 6 ноября 2019 года № 1236, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 1-ый Западный окружной военный суд через 224 гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий по делу:

Судья (подпись) С.В. Ювченко