№2-2501/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 июля 2020 г. г. Петрозаводск

Петрозаводский городской суд Республики Карелия в составе председательствующего судьи Чернобай Н.Л., при секретаре Тарасовой М.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «ГАРУС» к ФИО3 А.чу о взыскании убытков,

установил:

ООО «ГАРУС» обратилось в суд с иском к ответчику по тем основаниям, что истцом с целью извлечения прибыли 06.06.2009 приобретен бензовоз, который состоит из седельного тягача 

<

данные изъяты>, и полуприцепа-цистерны 

<

данные изъяты>, который по договору от 23.05.2012 был передан ответчику в субаренду на период с 23.05.2012 по 22.05.2013, затем по договору от 23.05.2013 на срок с 23.05.2013 по 30.06.2014. Однако после истечения договора аренды ответчик бензовоз не вернул, продолжал его использование в период с 01.07.2014 по 08.01.2015, арендную плату не оплачивал. Бензовоз был возвращен по акту приема-передачи 09.01.2015 в ненадлежащем состоянии, делающим его непригодным для дальнейшего использования. Таким образом ответчиком были нарушены условия договора, обязывающие поддерживать предмет аренды в надлежащем состоянии. Истец, предполагая, что ответчик возвратит ему бензовоз по окончании договора аренды 30.06.2014, заключил договор аренды бензовоза без экипажа с 

<

данные изъяты> с 02.07.2014 на неопределенный срок, однако ввиду неисправности бензовоза договор был расторгнут. Ввиду приведения бензовоза в неисправное состояние и неоплатой арендной платы ответчик лишил истца возможности продолжать уставную деятельность, а именно лишил возможности извлечения прибыли посредством использования бензовоза и всех оборотных средств, необходимых для его ремонта. Таким образом, ответчиком истцу причинен ущерб в виде упущенной выгоды, который согласно представленному истцом расчету составляет за период с 09.01.2015 по 09.03.2020 – 2387055 руб. Указанную сумму ущерба истец просит взыскать с ответчика.

В судебном заседании представители истца ФИО1 и по доверенности ФИО2 исковые требования поддержали, указали, что в сумму упущенной выгоды входит среднедневная арендная плата, которую они могли бы получить, сдавая в аренду бензовоз. Автомобиль был передан ответчиком в нерабочем состоянии, а на его ремонт истец не располагал средствами.

Ответчик в судебном заседании исковые требования не признал, просил применить срок исковой давности, указал, что бензовоз изначально принимал в неисправном состоянии после дорожно-транспортного происшествия, произвел его ремонт на собственные средства. В январе 2015 года машина была передана истцу в исправном состоянии, на стоянку приехала своим ходом. Истец указал на неисправность двигателя, но двигатель не заводили, о чем истец сразу указал в возражениях к акту приема-передачи. Указанные наружные повреждения – повреждения, уже имевшиеся на машине при получении ее ответчиком после ДТП.

Суд, заслушав стороны, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам. 

В судебном заседании установлено, что по договорам аренды от 23.05.2012 и от 23.05.2013 ответчик пользовался переданными ему истцом по 30.06.2014 бензовозом, который состоит из седельного тягача 

<

данные изъяты>, и полуприцепа-цистерны 

<

данные изъяты>. По истечении срока аренды бензовоз истцу возвращен не был и находился у ответчика по 08.01.2015. Решением Арбитражного суда Республики Карелия от 07.10.2015 с ИП ФИО3 в пользу ООО «ГАРУС» взыскана задолженность по договору аренды транспортных средств по 08.01.2015. 09.01.2015 по акту приема-передачи тягач и полуприцеп возвращены истцу с повреждениями, претензии арендодателя отражены в акте.

Сторона истца указывает, что ответчик вернул бензовоз в состоянии, непригодном для дальнейшей эксплуатации, что лишило истца возможности извлечения прибыли, сдавая его в аренду. Также, ответчик лишил истца оборотных средств для ремонта бензовоза.

При этом, судом принимается во внимание следующее.

В соответствии с ст.15 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (п.1 ст.393 ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (ст.15, п.2 ст.393 ГК РФ).

Согласно ст.ст.15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п.4 ст.393 ГК РФ) (п.3 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

По смыслу названых норм кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7).

Таким образом, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать совокупность указанных выше обстоятельств.

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, стороной истца не доказано причинение ответчиком убытков в виде неполученной выгоды (арендной платы) после 09.01.2015, а также и невозможности уменьшить такие убытки.

Как указывает ответчик и следует из представленных доказательств (в том числе, фотоматериалов и повреждений, указанных в Акте приема-передачи от 23.05.2012), бензовоз был передан арендатору 23.05.2012 уже с многочисленными повреждениями от ДТП. Ответчиком был отремонтирован, заменены колеса, покрашена дверца кабины, приведен в рабочее состояние. После эксплуатации бензовоз был возвращен истцу (поставлен на парковочное место) также в рабочем состоянии (своим ходом). Соответственно, п.п.2.2.3 и 2.2.5 договора с истцом ответчиком исполнялись. Доводы ответчика стороной истца не опровергнуты.

Кроме того, принимая автомобиль, истец должным образом не убедился в его состоянии. Повреждения, указанные истцом в акте приема-передачи ТС от 09.01 2015 в процессе рассмотрения дела им же откорректированы в письменных пояснениях от 15.07.2020, в которых отсутствуют ранее заявленные повреждения и, в том числе, указано, что «аккумуляторы заморожены», соответственно, двигатель не мог быть заведен. Об этом указывает ответчик в претензиях арендатора в акте: «аккумуляторы нужно поставить на зарядку, двигатель не заводили (когда зацеплял машину и бочку на осмотр арендаторы не приехали, я звонил). Также ответчиком указано на то, что течь топлива из цистерны устранена на ТЭЦ.

Указанные обстоятельства стороной истца не опровергнуты, к пояснениям свидетеля и третьего лица суд относится критически ввиду отсутствия доказательств, их подтверждающих. 

Соответственно, ввиду недоказанности истцом невозможности использования ТС по назначению после приема его у ответчика, у последнего не возникло обязанности исполнения п.2.2.9 договора аренды.

Также, истец действий по ремонту бензовоза не предпринимал, его довод о том, что он пытался его ремонтировать, не нашел своего подтверждения, не доказан истцом (представленные товарные чеки не идентифицируют покупателя и назначение товара), при этом, ТС простояло на стоянке до самой продажи (июль 2015 года, март 2016 года) по цене металлического лома, что свидетельствует об отсутствии в нем интереса истца.

Соответственно, не доказано и лишение истца оборотных средств именно действиями ответчика, также имея ввиду то обстоятельство, что ТС находилось под арестом на основании определения Петрозаводского городского суда с 2010 года, еще до аренды его ответчиком (отменен 30.07.2014).

Решением Арбитражного суда Республики Карелия от 21.02.2018 отказано в удовлетворении иска ООО «ГАРУС» к МВД РФ, Минфину РФ о взыскании убытков в виде неполученных доходов (упущенной выгоды) вследствие ареста имущества Общества.

Кроме того, истец ссылается на договор аренды с 

<

данные изъяты> который заключен 21.06.2014 на срок с 02.07.2014, однако, уже с указанной даты истец знал, что бензовоз ему не возвращен, но договор аренды расторгнут не был (длился до 11.01.2015), при этом, арендная плата взыскана с ответчика по январь 2015 года, т.е. за период действия этого договора.

Договор аренды, заключенный истцом 10.01.2015 с 

<

данные изъяты>» на предоставление площадки для стоянки а/м является решением (волеизъявлением) истца, а не навязанным кем-либо обязательством.

Кроме того, по решению истца седельный тягач продан 13.07.2015, цистерна – 14.03.2016, соответственно, поскольку действий о дальнейшем использовании (аренде, в том числе ремонте за счет будущего арендодателя) с указанных дат истцом не принималось, спорные убытки у истца с указанных дат также отсутствуют. 

С учетом изложенного, суд полагает доводы истца в отношении упущенной выгоды также недоказанными.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43) установлено, что в соответствии со ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п.1 ст.200 ГК РФ).

Согласно положениям ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года. 

В соответствии с п.2 ст.200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования.

Как следует из материалов дела, о нарушении своего права (получении «неисправного» бензовоза) истец узнал 09.01.2015, принял ТС, определил его место нахождения (стоянки), претензий к ответчику не предъявлял. Седельный тягач продан истцом 13.07.2015, цистерна – 14.03.2016; договор аренды с 

<

данные изъяты> не исполнен с 02.07.2014. В арбитражный суд Республики Карелия истец обратился 27.12.2019, в Петрозаводский городской суд – 10.03.2020.

При этом, доказательства причинения истцу ответчиком убытков (упущенной выгоды), начиная с 09.01.2015, не представлены.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что на дату обращения истца за судебной защитой срок исковой давности истцом пропущен. 

Ссылка стороны истца на заключенное 19.12.2018 сторонами Соглашение о зачете встречных требований не может быть учтена при решении вопроса о пропуске процессуального срока, поскольку в Соглашении речь идет только об обязательствах ответчика по погашению арендных платежей по договорам аренды, что не является предметом настоящего иска.

Поскольку пропуск срока для обращения в суд при отсутствии уважительных причин является самостоятельным основанием для отказа в иске, имеются основания для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь ст.ст.12, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении иска отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Карелия в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через Петрозаводский городской суд Республики Карелия.

Судья Н.Л.Чернобай

Мотивированное решение изготовлено 20.07.2020.