П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

15 ноября 2018 года г. Усть-Илимск

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Герасименко В.Ю., единолично, 

при секретаре судебного заседания Сиволап Д.В., 

с участием государственного обвинителя – помощника Усть-Илимского межрайонного прокурора Таракановой А.В., 

потерпевшей Л., 

подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Рожковой А.В. 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № 1-203/2018 в отношении 

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего в 

<

адрес>, судимого: 

1) 28 июля 2003 г. Канским городским судом Красноярского края по п. «в» ч. 3 ст. 132 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Освободился по отбытию наказания 14 января 2011 г. 

2) 12 октября 2011 г. Норильским городским судом Красноярского края по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 2 февраля 2012 г. данный приговор изменен. Из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание суда об учете при назначении наказания наступление тяжких последствий у потерпевшей, которая является инвалидом 2 группы, назначенное наказание снижено до 6 лет 11 месяцев лишения свободы.

3) 25 ноября 2011 г. мировым судьей судебного участка № 107 в Центральном районе г. Норильска по ч. 1 ст. 116 УК РФ к 4 месяцам исправительных работ, по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 11 месяцам лишения свободы. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путем поглощения менее строгого наказания более строгим определено наказание в виде 11 месяцев лишения свободы. В силу ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору Норильского городского суда Красноярского края от 12 октября 2011 г. окончательно определено к отбытию 7 лет 8 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. 

Приговором Норильского городского суда Красноярского края от 10 февраля 2012 г. приговор мирового судьи судебного участка № 107 г. Норильска от 25 ноября 2011 г. изменен, назначено наказание: по ч. 1 ст. 116 УК РФ – 100 часов обязательных работ; по ч. 1 ст. 119 УК РФ – 11 месяцев лишения свободы. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, определено к отбытию 11 месяцев лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору от 12 октября 2011 г. окончательно определено к отбытию 7 лет 7 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда от 29 мая 2012 г., приговор Норильского городского суда от 10 февраля 2012 г. изменен, исключено из описательно-мотивировочной части приговора указание суда на совершение угрозы причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей, наказание по ч. 1 ст. 119 УК РФ снижено до 10 месяцев лишения свободы. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим, назначено наказание 10 месяцев лишения свободы. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору от 12 октября 2011 г. окончательно назначено 7 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Освободился 24 января 2017 г. условно-досрочно по постановлению Богучанского районного суда Красноярского края от 13 января 2017 г. на неотбытый срок 1 год 11 месяцев 16 дней.

с мерой пресечения в виде заключения под стражу, содержится под стражей с 26 марта 2018 года, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 УК РФ, 

у с т а н о в и л:

ФИО1, используя нож, в качестве оружия, умышленно причинил тяжкий вред здоровью Л. Преступление совершено им в г.Усть-Илимске при следующих обстоятельствах.

23 марта 2018 г. в дневное время, но не позднее 16 часов 05 минут, ФИО1, находился в своей квартире, расположенной по 

<

адрес>, где в ходе ссоры с Л. на почве ревности ФИО1 вооружился ножом, повалил Л. на пол и с умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью нанес ей ножом один удар в область груди слева. После чего, ФИО1 вынул нож и замахнулся для следующего удара, но в результате активного сопротивления Л. промахнулся, при ударе об пол нож сломался. Продолжая свои преступные действия, ФИО1 вооружился другим ножом и, сев на лежащую на полу Л., нанес ей ножом два удара в область брюшной полости.

В результате преступных действий ФИО1, Л. были причинены повреждения в виде 

<

данные изъяты>, которые расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя признал частично, суду показал, что сожительствовал с Л., та употребляла наркотические средства, также часто употребляла спиртное, чему он противился. 23 марта 2018 года днем он приехал с работы, обнаружил, что Л. распивает в квартире спиртное совместно с П. и П. Когда он с Л. остались в квартире одни, та стоя на табуретке начала в его присутствии потреблять наркотическое средство путем курения. Его крайне возмутило такое поведение Л., он «взбесился», сбил левой рукой Л. с табуретки, в ходе падения последней, нанес ножом удар в область груди или живота, а после ее падения – нанес еще один удар ножом в область груди или живота. Нанесение третьего удара не помнит. События последовательно описать не может, поскольку все происходило как в тумане. После нанесения ударов хотел поговорить с Л., выяснить причину ее поведения и нежелания исправляться. После чего он вызывал «скорую помощь», однако, не слышал, как врачи стучали в дверь. Через некоторое время сам вынес Л. из квартиры. Л. вела аморальный образ жизни, систематически потребляла наркотики, с чем он боролся. 

Вина подсудимого ФИО1 нашла свое подтверждение при рассмотрении дела показаниями потерпевшей Л., свидетелей П2, П., П1, М., Р., С., К., К1 и письменными материалами дела – телефонными сообщениями, протоколом принятия устного заявления о преступлении, результатами осмотра места происшествия, предметов, обыска, а также экспертными исследованиями.

Потерпевшая Л. суду показала, что с Нигай познакомилась летом 2017г., когда вышла из «Центра», где проходила лечение от наркомании. Когда делала ремонт в квартире Нигай, познакомилась с ним поближе, она переехала к нему жить. Сначала жили хорошо, потом Нигай стал ревновать ее начались ссоры, иногда Нигай избивал ее, но в больницу и в полицию она не обращалась. 22.03.2018г. она приехала к Нигай, хотела собрать вещи и окончательно от него уйти, осталась у него ночевать. 23.03.2018г. днем в коридоре покурили вместе с П. и П1, потом вернулась вместе с Нигай в квартиру, попили чай, тот стал выяснять, останется ли она с ним жить, она отвечала, что уходит от него к П. Предложила позвать П. и всем вместе поговорить, успела позвонить П., но Нигай сказал, что и жить тогда она не будет, выбил из рук телефон, повалил ее на пол и воткнул нож в грудь, потом резко вынул нож, у нее из груди вырвался крик. Она испугалась, стала кричать, бороться, Нигай снова замахнулся ножом, но промахнулся и нож сломался. Она просила, чтобы Нигай дал ей воды. Нигай ответил, что воды ей не даст, так как она быстро умрет. Она кричала, просила вызвать «скорую». Нигай взял со стола второй нож, сел на нее сверху и нанес ей еще два удара в область живота, сказал, что порезал ей печень и теперь она точно умрет. Нигай вел себя размеренно, без суеты, порежет ее, покурит, поговорит с ней, в перерыве он помыл нож. Она слышала, как стучали в двери, кричали, но Нигай не открывал. На крик П. из-за двери, Нигай включил в ванной воду и сказал, что она в душе и не выйдет. Она пыталась его уговорить вызвать скорую, но Нигай говорил: «ага, я тебе сейчас вызову скорую и ты меня посадишь». Она пыталась обманным путем убедить его, чтобы он вызвал скорую, предложила сказать, что ее порезали наркоманы. Он вызвал «скорую помощь», но двери им долго не открывал, пытался выяснить, что она скажет им. Спустя какое-то время он вынес ее в коридор, она была уже без сил.

Свидетель П2 суду показала, что она проживает с сыном П. в кв. 

<

адрес>, этажом выше в кв. 

<

адрес> проживает ФИО1 с сожительницей Л. Нигай характеризует удовлетворительно. Замечала, что между Нигай и Л. бывали скандалы, драки. 23.03.2018 года она была дома, собиралась на работу, когда в комнате наверху услышала звук падения, а затем громкие крики о помощи. Она испугалась, поняла, что это не просто драка. Поднялась к квартире Нигай, стала с силой стучать в дверь, на ее стук в дверь никто не реагировал, из-за двери слышала, как Л. продолжала орать она поняла, что Л. продолжают истязать. Она долго стучала в дверь, крики прекратились, когда к ней подошли двое соседей и стали интересоваться происходящим. Тогда она вернулась домой, написала Нигай смс-сообщение «еще раз такое повториться, я буду вызывать полицию». Нигай сразу ей перезвонил, сказал, что Л. порезали наркоманы и он их бьет, потом бросил трубку. Также она позвонила сыну, который ушел в магазин, сообщила о криках из квартиры Нигай. Вскоре приехала «скорая помощь» и полиция, все громко стучали в двери, требовали открыть двери, но никто долго не открывал. Затем Нигай открыл двери и вынес на руках Л. В квартире кроме них никого не было. О том, что у ее сына и Л. отношения – она поняла, когда сын заплакал при виде Л. Ранее Нигай пытался поймать их вместе и искал у нее содействия в этом. 

Свидетель М. суду показала, что Л. ее младшая сестра. Ранее Л. проходила реабилитацию в центре наркозависимых. Летом 2017 года она познакомилась с Нигай, они стали жить вместе. Но через месяц начались конфликты. Л. пыталась порвать с ним отношения, но тот преследовал ее, угрожал, ночевал под дверью, когда Л. жила у нее, силой увозил к себе, говорил, что она будет только с ним или ни с кем. В середине декабря 2017 г. Л. познакомилась с П., они стали встречаться втайне от Нигай. В середине марта 2018г. они с Л. поругались, и та уехала жить к П. 23.03.2018г. утром сестра ей позвонила, сказала, что поехала к Нигай забрать свои вещи, а вечером П. сообщил, что Нигай зарезал Л. Когда сестру перевели в хирургию, та рассказала, что после сообщения о том, что она уходит к П. и любит того, Нигай резал ее двумя ножами, одним ножом ткнул ей в грудь, потом в живот, потом наступил ей на шею: «нет, так ты не умрешь», сел ей на горло и попытался воткнуть ей нож в печень. Когда один нож сломался, он начал резать ее вторым ножом. Потом Л. начала говорить ему: «меня уже не спасти, спасай себя, скажи, что меня убивали наркоманы, тебе поверят». Л. просила его вызвать «скорую помощь». Нигай покурил, подождал минут 10 и вызвал «скорую».

Свидетель П1 суду показал, что живет на 3-м этаже дома 

<

адрес>, в том же доме в квартире № проживает ФИО1 с Л., с ними близко не знаком. В конце марта 2018 года, дату не помнит, он вышел в подъезд покурить, там находились Нигай, Л., П. Вместе покурили и разошлись, конфликтов не было, он видел, как Нигай с Л. вошли в квартиру. Через некоторое время, возвращаясь обратно, из квартиры Нигай услышал женский крик о помощи, а возле двери увидел мать П., которая стучала в двери и просила открыть. Вскоре приехала бригада «скорой помощи», а через некоторое время сотрудники полиции, стучали в дверь, но им никто не открыл. Минут через 20 дверь открыл Нигай и вынес на руках окровавленную Л.

Свидетель С. суду показала, что она работает фельдшером по приему вызовов в отделении «скорой помощи» ОГБУЗ ГБ ОСМП. 23.03.2018г. позвонил мужчина, сказал, что его жену ранили в живот. На вопрос, кто мог это совершить, тот ответил: «Ну, наверное, собутыльники, потому что она выпивает». Она сразу отправила бригаду скорой помощи на адрес. 

Свидетель Р. суду показал, что в марте 2018 года он работал врачом «скорой помощи» ОГБУЗ УИГ. События 23.03.2018 года не помнит, факт выезда по поводу ножевого ранения тоже не помнит.

Ввиду наличия противоречий в показаниях свидетеля, в соответствии со ст. 281 УПК РФ были оглашены его показания, данные в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 72-73), согласно которым 23.03.2018г. в 16 часов 06 минут поступил вызов на 

<

адрес> по поводу ножевого ранения, пострадавшая Л. В составе бригады «скорой помощи» он выехал по указанному адресу. Приехав на адрес, они стали стучать в дверь кв.№, дверь никто не открывал, какого-либо шума из квартиры слышно не было. В скважину замка было видно, что в квартире горит свет, а потом свет пропал, стало ясно, что в квартире кто-то есть. Они стучали в дверь около 12-14 минут, через некоторое время приехали сотрудники полиции и тоже стали стучать в дверь. Через некоторое время дверь открылась, из квартиры вышел мужчина, на руках вынес женщину. Та была в сознании, но говорить не могла, была в состоянии шока.

Свидетель Р. подтвердил оглашенные показания, пояснив, что тогда события помнил лучше.

Свидетель К. суду показал, что он работает командиром отделения 1 взвода роты полиции Усть-Илимский ОВО. Днем по сообщению дежурного в составе экипажа с К1 проехали по вызову о ножевом ранении на 

<

адрес>. Возле квартиры находилась бригада «скорой помощи», которые пояснили, что им на стук не открывают двери, также там были жильцы дома. Женщина пояснила, что услышала громкие женские крики, стучала в двери, ей не открыли. Мужчина пояснил, что тоже стучал в двери, криков уже не было. Он также стал стучать в двери, требовал открыть, заметил, что кто-то посмотрел в глазок, но дверь долго никто не открывал. К1 выходил на улицу посмотреть на окна квартиры. Минут через 10 дверь открыл мужчина, который вынес на руках раненную женщину. Врачи оказали раненой первую помощь и увезли. Мужчину они завели в квартиру, других лиц там не было. Мужчина назвался ФИО1 и пояснил, что пострадавшей является его сожительница и ее порезали двое наркоманов М. и О. Осмотрев квартиру, в кухне заметили на полу следы бурого цвета, сломанный кухонный нож, лезвие было отломано от рукоятки. Они дождались следственно-оперативную группу. 

Свидетель К1 дал суду аналогичные показания, дополнил, что он выходил на улицу посмотреть, чтобы из кв. № никто не выпрыгнул через окно, К. остался у двери квартиры и через несколько минут по рации передал, что дверь открылась. 

Согласно телефонному сообщению (том 1 л.д. 4), 23.03.2018 года в 16 часов 05 минут диспетчер «03» С. сообщила о ножевом ранении по ул. 

<

адрес>.

Из телефонного сообщения (том 1 л.д. 5), в 17 часов 00 минут 23.03.2018 года медсестра приемного покоя ЦГБ Ч. сообщила о поступлении Л. с проникающим ранением живота и области грудной клетки.

Из протокола следует, что 26.03.2018 года от Л. принято устное заявление о преступлении (том 1 л.д. 7), 23.03.2018 года ФИО1 в ходе ссоры нанес ей ножевые ранения.

В ходе осмотра места происшествия, осмотрена квартира 

<

адрес>, в комнате №2 (кухня) нарушен общий порядок, на кухонном гарнитуре обнаружены полотенце со следами красно-бурого цвета, на полу сгустки и пятна красно-бурого цвета, сломанный кухонный нож, лезвие которого со следами красно-бурого цвета, на нижних дверцах кухонного гарнитура пятна красно-бурого цвета. В комнате №3 одна из табуреток сломана и имеет следы красно-бурого цвета. По итогам осмотра составлен протокол с фототаблицей (том 1 л.д. 8-14), изъяты сломанный нож, след пальца руки на отрезок дактопленки.

Согласно протоколу осмотра предметов, осмотру подверглась одежда Л. Осмотром установлено: на джинсах пятна темно-бурого цвета, спереди имеется сквозной прямой порез длиной 13 мм на расстоянии 120 мм от верхнего края и 20 мм от правого края замка. На майке имеются два сквозных прямых повреждения длиной 14 мм каждое, а также третье повреждение в нижней части майки. На бюстгальтере пятна темно-бурого цвета. Осмотренные предметы признаны по делу вещественными доказательствами и приобщены к материалам дела (том 1 л.д. 103, 104).

Согласно протоколу осмотра предметов, осмотру повергся отрезок дактопленки, который признан по делу вещественным доказательством и приобщен к материалам дела (том 1 л.д. 105-106, 107).

В ходе обыска в квартире ФИО1 (том 1 л.д. 114-115), изъят кухонный нож.

Клинок ножа со следами красно-бурого цвета, конец которого обломан, рукоять ножа, изъятые в ходе осмотра места происшествия, а также нож, изъятый в ходе обыска, осмотрены, признаны по делу вещественными доказательствами (том 1 л.д. 122-123, 124)

Из экспертного заключения №131 от 19.04.2018 года следует, что на представленной одежде – майке, джинсах имеются 4 сквозных повреждения, которые относятся к типу колото-резанных и пригодны для установления групповой (видовой) принадлежности орудия, оставившего их. Данные повреждения могли быть образованы клинком от ножа или ножом, представленным на экспертизу.

Согласно выводам экспертного заключения №142 от 20.04.2018 года (том 1 л.д. 164-167), торцевая часть основания клинка и торцевая часть хвостовика основания клинка, к которому прикреплены две полимерные накладки (рукоятка) составляли ранее единое целое.

Согласно протоколу предъявления предметов для опознания (том 1 л.д. 231-233), Л. по цвету, внешнему виду и размеру опознала кухонный нож №1, изъятый в ходе обыска в жилище ФИО1, как нож, которым ФИО1 нанес ей 23.03.2018 года ранение в квартире 

<

адрес>.

Из экспертного заключения №432 от 09.06.2018 года (том 1 л.д. 234-236) следует, что у потерпевшей Л. выявлены повреждения:

А) 

<

данные изъяты>. Данное повреждение сформировалось от ударного воздействия твердым предметом с острым концом и режущим краем, чем мог быть нож № 1, описанный в протоколе осмотра предметов от 9 апреля 2018 г.

Б) 

<

данные изъяты>. Данные повреждения сформировалась от ударных воздействий твердым предметом (предметами) с острым концом и режущим краем, чем мог быть нож № 2, описанный в протоколе осмотра предметов от 9 апреля 2018 г.

Каждое из вышеуказанных повреждений расценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Учитывая характер, локализацию, морфологические характеристики и механизм образования, выявленных у Л. повреждений, не исключается возможность их формирования при обстоятельствах, указанных гр. Л. в протоколе допроса от 30 марта 2018 г.

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, оценивая их с точки зрения относимости, допустимости каждого в отдельности, а также достаточности в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Оценивая экспертные заключения, суд признает их допустимыми доказательствами, объективными, научно обоснованными, проводившие исследования эксперты обладают необходимыми познаниями в области трасологии, медицины и достаточным стажем работы, не доверять выводам экспертов у суда нет оснований.

Показания свидетелей П., П2, М., Р., С., К., К1, П1 по существу дела суд расценивает как правдивые и соответствующие действительности, их показания в целом стабильны, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, оснований оговаривать подсудимого свидетели не имеют. 

Показания потерпевшей Л. суд находит соответствующими фактическим обстоятельствам дела, правдивыми по существу, поскольку ее показания последовательны, стабильны и непротиворечивы, даны по известным ей обстоятельствам, они объективно подтверждаются и согласуются в своей совокупности между собой и с другими доказательствами по делу: показаниями свидетелей П2, П. о том, что из квартиры Нигай слышали громкие крики Л. о помощи, а также показаниями П., П2, Р., К., К1 о том, что в течение длительного времени на стуки двери никто не открывал, результатами осмотра места происшествия, обыска, осмотров ножей и одежды Л., совпадением ранений Л. с местом расположения сквозных повреждений на ее одежде, выводами экспертизы о том, что повреждения на одежде могли быть причинены ножом, изъятым при обыске у Нигай, а также подтверждаются выводами проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы о характере, локализации и механизме образования обнаруженных у потерпевшей телесных повреждений в виде: 

<

данные изъяты>, которые могли быть сформированы при обстоятельствах, указанных потерпевшей Л. 

Суд пришел к убеждению, что показания потерпевшей и свидетелей, согласуются между собой, не содержат существенных противоречий, которые ставили бы под сомнение их достоверность в целом, и объективно подтверждаются письменными и вещественными доказательствами. Какой-либо заинтересованности в исходе дела со стороны потерпевшей и свидетелей не усматривается, основания для оговора подсудимого отсутствуют.

Оценивания показания подсудимого, частично признавшего свою вину, данные в ходе судебного заседания, суд учитывает их лишь в той части, в какой они не противоречат и согласуются с установленными судом обстоятельствами по делу.

При этом, суд исключает возможность самооговора подсудимого, поскольку показания им даны после разъяснения ему процессуальных прав, в присутствии защитника, какого-либо давления участниками процесса на него оказано не было. 

Указанная совокупность доказательств свидетельствует о том, что 23.03.2018 года в дневное время, но не позднее 16 часов 05 минут ФИО1 нанес Л. один удар ножом в область груди слева, а когда при ударе об пол нож сломался, ФИО1 схватил со стола еще один нож и нанес последней данным ножом два удара в область брюшной полости.

О применении ФИО1 ножей, обнаруженных в ходе осмотра места происшествия и обыска, о количестве нанесенных им ударов свидетельствует характер ранений у Л., описанный при судебно-медицинской экспертизе, а также обнаружение на месте происшествия лезвия ножа и рукояти, ранее составлявших единое целое, на лезвии которого обнаружены следы красно-бурого цвета, а в ходе обыска – еще одного ножа, в отношении которого эксперты пришли к выводу, что им могли быть причинены повреждения на одежде Л., а также показания самой потерпевшей Л. Сам подсудимый в судебном заседании не оспаривает нанесение ножевых ранений Л., указывая на другой нож, который залетел под холодильник. 

Об умысле ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью Л. свидетельствуют использование в качестве орудия ножей, обстоятельства нанесения им нескольких ударов, а также значительная сила, с которой наносились эти удары, от которой один из ножей сломался. Изложенное в своей совокупности свидетельствуют о его прямом умысле на причинение тяжкого вреда здоровью Л.

Суд не усматривает по делу обстоятельств, свидетельствующих о причинении тяжкого вреда здоровью Л., опасного для жизни, в состоянии необходимой обороны, либо при превышении ее пределов, поскольку нападение или какие либо угрозы со стороны потерпевшей отсутствовали. 

А равно суд не усматривает обстоятельств, свидетельствующих о совершении преступления в состоянии аффекта или сильного душевного волнения ФИО1, вызванного противоправными или аморальными действиями потерпевшей, или длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшей. Данный вывод суда подтверждается выводами судебной психолого-психиатрической экспертизы №684 от 16.10.2018 года, не установившей состояния аффекта у ФИО1 

Довод стороны защиты о том, что длительное систематическое потребление Л. наркотических средств, против которого Нигай постоянно возражал, привело к эмоциональному «взрыву» у последнего в момент, когда Л. начала в его присутствии потреблять наркотическое средство, своего подтверждения при рассмотрении дела не нашел. Так, по результатам осмотра места происшествия, зафиксированным, в том числе, и фототаблицей, не обнаружено каких-либо предметов, свидетельствующих о потреблении наркотических средств, на которые указал сам Нигай – обрывка фольги, трубочки, а равно, самого наркотического средства. А кроме того, из заключения судебно-медицинской экспертизы, состояние опьянения, в том числе и наркотического, у потерпевшей не установлено. 

Об отсутствии состояния эффекта или крайней степени эмоционального возбуждения свидетельствует и поведение Нигай в перерыве между нанесением ножевых ранений Л. – он помыл нож, вел беседу с Л. и аргументировано возражал на ее просьбы дать воды и вызвать «скорую помощь», Нигай комментировал свои действия и ее состояние, ответил звонком на смс-сообщение от П2 и сообщил ей свою версию происходящего, его действия на месте преступления носили последовательный и методичный характер. Вызвав «скорую помощь», Нигай также сообщил им иную версию событий. 

Суд приходит к убеждению, что телесные повреждения Л. причинены ФИО1 на почве ревности, вызванной сообщением Л. о разрыве с ним отношений.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по пункту «з» части 2 статьи 111 УК РФ, то есть умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия. 

Вопреки доводам защиты, исходя из вышеизложенного, оснований для квалификации действий ФИО1 по ст. 113 УК РФ, судом не установлено. 

Согласно заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов №125 от 16.05.2018 года, ФИО1 по своему психическому состоянию мог в период совершения преступления осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими и может в настоящее время осознавать фактический характер своих действий и руководить ими.

Доверяя выводам экспертов, у суда также не возникло сомнений по поводу его вменяемости или способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, с учетом поведения подсудимого ФИО1 в судебном заседании, который поддерживает адекватный речевой контакт, активно защищается. 

С учетом изложенного суд признает подсудимого ФИО1 вменяемым лицом, и поэтому он должен нести уголовную ответственность за содеянное.

Решая вопрос о назначении наказания подсудимому, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, влияние назначаемого наказания на исправление осужденного.

Санкция части 2 статьи 111УК РФ предусматривает только один вид наказания – лишение свободы и именно данный вид наказания подлежит назначению подсудимому.

ФИО1 в период непогашенных судимостей за преступление против здоровья, будучи условно-досрочно освобожденным от отбывания наказания, вновь совершил умышленное преступление против здоровья, являющегося высшей человеческой ценностью, относящееся к категории тяжких, что свидетельствует о стойкой преступной направленности его личности и отсутствии исправительного воздействия ранее назначенных уголовных наказаний.

ФИО1 характеризуется по месту жительства и по месту отбытия наказания в целом положительно. 

Раскаяния в содеянном ФИО1 не выразил.

К обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимому ФИО1, в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ, суд относит частичное признание вины, а также состояние его здоровья и наличие заболеваний.

Суд не признает смягчающим наказание обстоятельством оказание помощи потерпевшей, поскольку, вызвав бригаду «скорой помощи», ФИО1 длительное время препятствовал оказанию медицинской помощи потерпевшей, не открывая медикам дверь. Из показаний потерпевшей, свидетелей – сотрудники «скорой помощи» и полиции стучали с силой и громко требовали открыть двери, в квартире было тихо и не услышать требования и стуки было невозможно. 

Обстоятельством, отягчающим подсудимому наказание, в соответствии с пунктом «а» части 1 статьи 63 УК РФ – является наличие в действия ФИО1 рецидива преступлений, который является особо опасным в соответствии с пунктом «а» части 3 статьи 18 УК РФ.

Судом не установлено обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, для назначения наказания ниже низшего предела, предусмотренного санкцией статьи закона на основании ст.64 УК РФ и части 3 статьи 68 УК РФ.

С учетом вышеизложенного, обстоятельств совершения преступления, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого ФИО1 и предупреждения совершения им новых преступлений, суд считает необходимым назначить ему справедливое и адекватное наказание в пределах, предусмотренных уголовным законом за соответствующее преступление в виде лишения свободы с применением части 2 статьи 68 УК РФ с отбыванием наказания только в условиях изоляции его от общества, и, с учетом обстоятельств дела, такое наказание по убеждению суда не может быть минимальным.

Наказание в виде лишения свободы не скажется на условиях жизни семьи ФИО1, ввиду отсутствия таковой.

Обсудив вопрос о дополнительном наказании в виде ограничения свободы, суд считает необходимым его назначить, поскольку ФИО1 по истечении незначительного периода после освобождения из мест лишения свободы, вновь совершил преступление против личности, а потому нуждается в более длительном контроле со стороны государства для пресечения и предупреждения противоправного поведения. 

В соответствии с пунктами «б» и «в» части 1 статьи 73 УК РФ условное осуждение к ФИО1 не может быть применено, как совершившему тяжкое преступление в период условно-досрочного освобождения, а также при наличии особо опасного рецидива.

Руководствуясь требованиями ч. 6 ст. 15 УК РФ, при наличии отягчающего наказание обстоятельства, оснований для изменения категории настоящего преступления на менее тяжкую не имеется.

Поскольку в период условно-досрочного освобождения по приговору от 10.02.2012 года ФИО1 совершил умышленное тяжкое преступление, в силу пункта «в» части 7 статьи 79 УК РФ условно-досрочное освобождение подлежит отмене, окончательное наказание подлежит назначению ФИО1 по правилам статьи 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору от 10.02.2012 года к наказанию, назначенному настоящим приговором. С учетом данных о личности виновного, судом не установлено оснований для применения принципа полного присоединения неотбытой части наказания.

С учетом требований пункта «г» части 1 статьи 58 УК РФ, назначенное наказание в виде лишения свободы ФИО1 должен отбывать в исправительной колонии особого режима, поскольку осуждается при наличии особо опасного рецидива. Оснований для назначения отбывания части срока наказания в тюрьме, в силу части 2 статьи 58 УК РФ, суд не усмотрел.

Для целей исполнения настоящего приговора, меру пресечения ФИО1 необходимо оставить прежней в виде заключения под стражей до вступления приговора в законную силу. 

Судьбу вещественных доказательств по делу суд решает в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

По делу установлены процессуальные издержки, а именно суммы, выплаченные из средств федерального бюджета в качестве вознаграждения адвокатам Рожковой А.В., Гридневой Е.В. за осуществление защиты ФИО1 в ходе предварительного следствия и в суде, всего в размере 24 831 рубль.

В соответствии со ст. 132 УПК РФ суд полагает необходимым взыскать процессуальные издержки с ФИО1 в полном объеме, поскольку последний трудоспособен, ФИО1 от услуг назначенных адвокатов не отказывался.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. ст.ст.303, 304, 307-310 УПК РФ, суд 

п р и г о в о р и л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком восемь лет с ограничением свободы сроком один год шесть месяцев. 

На основании ст. 53 УК РФ на осужденного ФИО1 возложить обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания с периодичностью два раза в месяц. 

Осужденному ФИО1 установить следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования город Усть-Илимск (на момент вынесения приговора), не изменять место жительства или пребывания без согласия указанного специализированного органа.

В силу статьи 70 УК РФ окончательное наказание ФИО1 назначить по совокупности приговоров путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Норильского городского суда Красноярского края от 10.02.2012 года в размере 1 год лишения свободы к наказанию, назначенному по настоящему приговору, определив к отбытию 9 лет лишения свободы с ограничением свободы 1 год 6 месяцев.

Отбывание наказания в виде лишения свободы определить в исправительной колонии особого режима. 

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы подлежит отбытию ФИО1 после отбытия основного вида наказания.

На основании ст. 53 УК РФ на осужденного ФИО1 возложить обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания с периодичностью один раз в месяц. 

Осужденному ФИО1 установить следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования город Усть-Илимск (на момент вынесения приговора), не изменять место жительства или пребывания без согласия указанного специализированного органа.

Срок наказания в виде лишения свободы исчислять с 15 ноября 2018 года. 

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – заключение под стражу.

Зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания, в соответствии с пунктом «а» части 3.1 статьи 72 УК РФ, срок содержания под стражей с 26.03.2018 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за день лишения свободы.

Вещественные доказательства по делу: нож, фрагменты ножа, одежду Л. – уничтожить; диск с видеозаписью следственных действий, дактопленку, хранящиеся в материалах дела – хранить при деле в течение его срока хранения; медицинскую карту стационарного больного Л., возвращенную в ОГБУЗ УИ ГБ, оставить по принадлежности. 

Взыскать с ФИО1 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 24 831 рубль.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Иркутского областного суда в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе с участием защитника.

Судья В.Ю.Герасименко