Дело № 2-3059/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 ноября 2019 г. г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Паршуковой Н.В.,

при секретарях Юрьевой Е.В., Заливака Е.В., Стрыгиной А.А

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, действующей в своих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего ФИО2 к ФИО3 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2 обратилась в суд с указанным выше иском, ссылаясь на то, что 26 ноября 2017 г. в 19 часов 35 минут ФИО3, управляя автомобилем марки «Митцубиси», государственный регистрационный знак 

<

***>, принадлежащей ему на праве собственности, двигаясь по ул. Фрунзе, со стороны ул. Грига, в направлении к ул. 9 Апреля, допустил наезд на ее несовершеннолетнего сына ФИО2, который пересекал проезжую часть, в зоне нерегулируемого пешеходного перехода, обозначенного знаками 5.19.1 и 5.19.2 Правил дорожного движения РФ (далее ПДД РФ) и разметкой, слева направо, по ходу движения автомобиля. В результате наезда ее несовершеннолетнему сыну ФИО2 причинены телесные повреждения. Он длительное время находился на стационарном лечении и амбулаторном лечении с диагнозом компрессионный перелом 10, 11, 12 грудных позвонков, ушиб копчика. Кроме того, ФИО2, длительное время находился на реабилитации в санатории, проходил лечение в ГБУЗ «Центре медицинской профилактики и реабилитации Калининградской области». От полученных травм он испытал физические и нравственные страдания, выразившиеся длительными болями в травмированных областях позвоночника, что не давало возможности двигаться и спокойно спать, вынужден был ограничивать себя в подвижности всего тела, в моральных переживаниях, связанных с таким увечьем, поскольку испытал сильную физическую боль, перенес сильный испуг и нервный стресс. Причиненный моральный вред ее несовершеннолетнему сыну ФИО2 оценивает в размере 500 000 рублей. Случившееся также причинило ей нравственные и физические страдания, тяжесть ее нравственных страданий соотносима с тяжестью страданий самого несовершеннолетнего. Она, как мать ребенка - ФИО1, длительное время испытывали страх за его здоровье и страх перед угрозой того, что сможет ли он оправиться от полученной травмы, свободно передвигаться и вести активный образ жизни. В результате полученной травмы она была вынуждена нести расходы на лечение и реабилитацию, на плату процедур массажа, покупку корсета, медицинских препаратов, бассейна, транспорт, на посещение психолога, а всего на общую сумму – 92 009,65 рублей. В связи с чем, просит взыскать с ответчика в свою пользу в счет возмещения материального ущерба сумму в размере – 92 009,65 рублей, компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, в пользу несовершеннолетнего ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО4, допущенная к участию в деле по устному ходатайству, в судебном заседании исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, настаивая на их удовлетворении, дав пояснения, аналогичные указанным в иске. Дополнительно пояснили, что истцу, действительно, были собраны и перечислены на ее расчетный счет Благотворительным фондом Калининградской области «Берег Надежды» денежные средства в размере 35 532,69 рублей, однако данные денежные средства не покрыли все понеченные расходы на лечение ее несовершеннолетнего сына. Просили исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Несовершеннолетний ФИО2, надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом. 

Ранее в судебном заседании ответчик ФИО3, не оспаривая факт наезда на несовершеннолетнего ФИО2, с исковыми требованиями ФИО1 не согласился в части возмещения ей лично компенсации морального вреда, так как она не имела отношения никакого отношения к дорожно-транспортному происшествию (далее ДТП). Кроме того, материалами дела об административном правонарушении его вина в ДТП не установлена. На следующий день после произошедшего ДТП встречался с ФИО1, которая не указала на какие-либо проблемы со здоровьем ее ребенка. Размер компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетнего ФИО2 полагал на усмотрение суда.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 - ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании частично согласился с иском в части оплаты стоимости транспортных расходов к месту санаторно-курортного и компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетнего ФИО2, указав, что не представлена обоснованность остальных понесенных расходов, в том числе, и на приобретение витаминов и лекарственных препаратов в таком количестве. Ссылался на то, что материалами дела об административном правонарушении вина ответчика в ДТП не установлена, судебно-медицинским экспертом не определена степень тяжести телесных повреждений, диагноз был установлен спустя 7 дней после ДТП. Кроме того, истцу ФИО1 были собраны и перечислены на ее расчетный счет Благотворительным фондом Калининградской области «Берег Надежды» денежные средства в размере 35 532,69 рублей. В связи с чем просил в оставшейся части иска отказать.

Прокурор Ленинградского района г. Калининграда, в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного разбирательства извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщал, об отложении дела не просил, в связи с чем, в силу положений ст. ст. 45, 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее ГПК РФ), суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие последнего.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, допросив свидетеля, исследовав представленные доказательства по делу в их совокупности и дав им оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п., осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина - причинителя вреда, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортными средствами, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Для возложения ответственности за причинение вреда требуется наличие следующих необходимых условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, его вина и наличие причинной связи между противоправным поведением и наступлением вреда.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается письменными материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 35 минут ФИО3, управляя автомобилем марки «Митцубиси», государственный регистрационный знак 

<

***>, принадлежащей ему на праве собственности, двигаясь по ул. Фрунзе, со стороны ул. Грига, в направлении к ул. 9 Апреля, допустил наезд на пешехода ФИО2, который пересекал проезжую часть, в зоне нерегулируемого пешеходного перехода, обозначенного знаками 5.19.1 и 5.19.2 Правил дорожного движения РФ (далее ПДД РФ) и разметкой, слева направо, по ходу движения автомобиля. В результате ДТП (наезда) несовершеннолетнему ФИО2 причинены телесные повреждения.

Данное обстоятельство подтверждается представленным и просмотренным в судебном заседании СD диском с видеозаписью с видеорегистратора ответчика ФИО3 и административным материалом по факту ДТП и сторонами не оспаривается.

26 ноября 2017 г. инспектором по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД по г. Калининграду ФИО7 возбуждено дело об административном правонарушении и проведении административного расследовании.

В ходе административного расследования по материалу ДТП на основании определения инспектора по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Калининграду22 февраля 2018 г. была назначена судебно-медицинская экспертиза. Согласно заключению эксперта ГБУЗ Бюро Судмедэспертизы Отдела экспертизы пострадавших и, обвиняемых и др. лиц от 6 марта 2018 г. – 26 июня 2018 г. № 667 в соответствии с п. 27 приложения к приказу № 194н МЗ и СР РФ «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью»), степень тяжести телесных повреждений не определялась, поскольку достоверно установить характер травмы позвоночника, причиненной ФИО2, в том числе наличие костно-травматических изменений 10-го грудного позвонка, дать судебно-медицинскую оценку телесных повреждений будет возможно после предоставления результатов компьютерной томографии (МСКТ) грудного и поясничного отделов позвоночника.

В ходе административного расследования по материалу ДТП на основании определения инспектора по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Калининграду от 12 июля 2018 г. была назначена судебно-медицинская экспертиза. Согласно повторному заключению эксперта ГБУЗ Бюро Судмедэспертизы Отдела экспертизы пострадавших и, обвиняемых и др. лиц от 17 июля 2018 г. – 7 августа 2018 г. № 2011 в соответствии с п. 27 приложения к приказу № 194н МЗ и СР РФ «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью»), степень тяжести телесных повреждений не определялась, поскольку достоверно установить характер травмы позвоночника, причиненной ФИО2, в том числе наличие костно-травматических изменений 10-го грудного позвонка, дать судебно-медицинскую оценку телесных повреждений будет возможно после предоставления результатов компьютерной томографии (МСКТ) грудного и поясничного отделов позвоночника.

Постановлением инспектора группы по исполнению административного законодательства ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Калининграду ФИО6 от 17 августа 2018 г. № 11809-653 дело об административном правонарушении прекращено в связи с тем, что действия ФИО3 не образуют состав административного правонарушения, за которое предусмотрена административная ответственность по ст. 12.24 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

Вместе с тем, как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании 26 ноября 2017 г. в 20 часов 03 минуты ФИО2 обратился в ГБУЗ «Детская областная больница Калининградской области» по обстоятельствам травмы (сбила машина). Поставлен диагноз: ушиб копчика. От госпитализации последовал отказ, что подтверждается Журналом № 32 учета приема больных и отказа в госпитализации травматологического пункта ГБУЗ «Детская областная больница Калининградской области» с 17 ноября 2017 г. по 28 ноября 2017 г. 

Из справки ГБУЗ «Детская областная больница Калининградской области» от 27 ноября 2017 г., имеющейся в материалах административного дела, ФИО2 оказана первая медицинская помощь по поводу ушиба копчика.

Данное обращение 27 ноября 2017 г. в 20 часов 33 минуты согласно Журналу № 32 учета приема больных и отказа в госпитализации травматологического пункта ГБУЗ «Детская областная больница Калининградской области» с 17 ноября 2017 г. по 28 ноября 2017 г. было повторным от 26 ноября 2017 г.

1 декабря 2017 г. ФИО2 в ГБУЗ «Детская областная больница Калининградской области» проведено исследование поясничного отдела позвоночника. Заключение: компрессионные переломы тел и Th10-Th12 (вероятнее А 1.2 по классификации АО, уточнить при исследовании грудного отдела позвоночника).

При МРТ поясничного отдела позвоночника от 1 декабря 2017 г. ФИО13 поставлен диагноз: МР - признаки контузионных изменений Th10-12 позвонков, нельзя исключить наличие перелома Th10 позвонка – рекомендовано дообследование. 

Из медицинской карты стационарного больного № 33-14208 следует, что ФИО2 был доставлен в стационар через 7 суток после получения травмы по экстренным показаниям.

Согласно заключению ГБУЗ «Детская областная больница Калининградской области» от 18 декабря 2017 г., при обследовании ФИО2 установлен диагноз: компрессионный перелом тел Th10, Th11, Th12 позвонков, ребенок госпитализирован ДД.ММ.ГГГГ в экстренном порядке.

ФИО2 с 4 декабря 2017 г. по 29 декабря 2017 г. находился на стационарном лечении в ортопедическом отделении ГБУЗ «Детская областная больница Калининградской области» с клиническим диагнозом: компрессионный перелом тела - Th10, Th11, Th12 позвонков.

Из выписки из истории болезни ГБУЗ «Детская областная больница Калининградской области» от 29 декабря 2017 г. № 14208 ФИО2 следует, что в связи с полученными телесными повреждениями рекомендовано дальнейшее лечение под наблюдение ортопеда, ЛФК, массаж, лазеротерапия, наблюдение у ортопеда, соблюдение ортопедического режима, плавание через три месяца, реклинирующий корсет до 1 года, санаторно-курортное лечение в ортопедическом санатории г. Пионерск после выписки, прием кальция и иные рекомендации ДКОБ.

В период с 23 февраля 2018 г. по 15 марта 2018 г. ФИО2 проходил курс психологической реабилитации в ФГБУ ДОС «Пионерск» в связи с жалобами на высокую тревожность и страхи, что подтверждается выписным эпикризом и психологической характеристикой ФГБУ ДОС «Пионерск» от 15 марта 2018 г. 

Согласно данной характеристике с ФИО2 проводились коррекционные занятия (5 занятий), направленные на снижение уровня тревожности и страхов методом ДПДГ (десенсибилизация и переработка движениями глаз) в результате чего рекомендовано посещение психолога, оградить ребенка от стрессовых ситуаций, связанных с эмоциональными перегрузками.

Согласно справке врача ортопеда ФИО2 рекомендовано освобождение от уроков физкультуры с 26 ноября 2017 г. по 31 мая 2018 г.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО8 пояснила, что явилась очевидцем того, как машина сбила ребенка. Видела, как мальчик начал перебегать дорогу по диагонали вблизи пешеходного перехода и врезался в машину, в дальнейшем вскочил на ноги. Ответчик до приезда скорой помощи положил ребенка на переднее сиденье своего автомобиля. Тормозила ли машина, не знает, видела только столкновение. По данному поводу ее не допрашивали.

Показания данного свидетеля последовательны, согласуются с пояснениями стороны сторон, письменными доказательствами по делу, оснований им не доверять у суда не имеется.

Таким образом, достоверно подтверждается, что в результате действий ответчика несовершеннолетнему ФИО2 были причинены телесные повреждения. Доказательств получения указанных телесных повреждений при иных обстоятельствах сторонами представлено не было и судом не установлено.

В обоснование своей правовой позиции о взыскании материального ущерба истец ФИО1 ссылалась на то, что в результате ДТП здоровью ее сына был причинен вред и по рекомендации врача ему были куплен корсет стоимостью 2 900 рублей, витаминные комплексы стоимостью 2 580 рублей, витаминно-минеральные комплексы стоимостью 7 010 рублей, витаминно-минеральные комплексы стоимостью 21 200 рублей, витаминные препараты стоимостью 6 780 рублей, медицинские препараты, снижающие тревожность и головные боли стоимостью 296,45 рублей, медицинские препараты и витамины от систематических головных болей и снижающих тревожность стоимостью 3 382,2 рубля, понесены расходы на посещение бассейна за два месяца в размере 3 800 рублей, расходы на посещение психолога в период с 9 июля 2018 г. по 9 июля 2019 г. в размере 43 000 рублей, транспортные расходы на дорогу к ее несовершеннолетнему сыну в ГБУЗ «Детская областная больница Калининградской области» в размере 360 рублей и в санаторий ФГБУ ДОС «Пионерск» в размере 701 рубль, а всего 92 009,65 рублей.

В силу п. 1 ст. 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В обоснование заявленных требований о возмещении истцом представлен договор на оказание услуг психологической помощи от 9 июля 2018 г., заключенный между психологом-консультантом ФИО9 и ФИО1, по условиям которого исполнитель обязуется оказать психологическую помощь в решении выявленной проблемы, соблюдать тайну и конфиденциальность обращения и получено информации, а заказчик обязуется оплатить услуги в размере 30 000 рублей (л.д. 84), а также справка от 29 июля 2019 г. о том, что курс проводился с 9 июля 2018 г. по 9 июля 2019 г. с периодичностью 1 сеанс в месяц, всего 11 сеансов, соглашение составления психологического заключения от 9 июля 2019 г., стоимостью 10 000 рублей, квитанцию серии РА № 000163 от 29 июля 2019 г. на суммы 33 000 рублей и 10 000 рублей – всего 43 000 рублей.

Согласно заключению судебного эксперта психолога ФИО9 по результатам психологического обследования от 29 июля 2019 г. нравственные страдания, выраженные через такие негативные эмоции, как пережитый страх за свою жизнь, страх автомобиля, обида на причинителя вреда и связанные с изменениями в социальной активности вызваны полеченными повреждениями и физической болью, изменением образа жизни и с невозможностью вести активную полноценную жизнь в течение продолжительного времени с момента ДТП по настоящее время, так как ущерб от ДТП не возмещен. Индивидуально-психологические особенности личности обследуемого оказали существенное влияние на глубину и интенсивность субъективных негативных переживаний, усугубили глубину и длительность субъективных переживаний, произошедших в результате ДТП. В результате событий и переживаний, связанных с ДТП, у обследуемого затронута иерархия основных жизненных ценностей с нанесением ему ущерба. По результатам проведенных исследований можно утверждать, что в результате ДТП, обследуемый пережил шоковую травму, характерную для ситуаций с реальной или воображаемой угрозой жизни или серьезной потери. У обследуемого имеются признаки неблагоприятных изменений личности, выраженные в повышенной скрытой тревожности, которые в дальнейшем могут привести к нервозности. Все вышеуказанные изменения состояний и свойств личности обследуемого состоят в прямой причинной связи с происшедшим ДТП и его последствиями.

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста ФИО9 пояснил, что действительно оказывал психологическую помощь несовершеннолетнему ФИО2 в результате событий и переживаний, связанных с ДТП. Указал, что несовершеннолетний пережил шоковую травму, страх за свою жизнь, страх автомобиля.

Исходя из положений ст. ст. 1064, 1079, 1085 ГК РФ, на основании объяснений лиц, участвующих в деле, анализа представленных документов, материала проверки по факту ДТП, суд приходит к выводу об отсутствии оснований к удовлетворению требований истца о взыскании с ответчиков затрат на психологическую помощь ребенку истца в размере 43 000 рублей, поскольку материалами дела установлено, что сын истца проходил лечение у психолога на платной основе, так как считал, что в указанном учреждении лучшие специалисты, при этом, истец (мать ФИО2) признавала то обстоятельство, что у нее имелось право на бесплатное получение в рамках ОМС указанных в иске медицинских услуг, пояснила, что в базовое медицинское учреждение по вопросу предоставления данных услуг в рамках программы ОМС не обращалась.

При таком положении, учитывая, что материалами дела подтверждено, что истец ФИО1, действующая в интересах своего сына, имела право на получение медицинских услуг, стоимость которых просит взыскать с ответчика, на бесплатной основе в рамках ОМС, получила данные услуги на платной основе в избранном ей лечебном учреждении, доказательств невозможности получения ребенком истца необходимой ему медицинской помощи на бесплатной основе не представлено, в связи с чем в объеме требований ст. 1085 ГК РФ отсутствуют основания к возложению указанных расходов на ответчика.

Также не имеется доказательств, позволяющих с учетом положений ст. 1085 ГК РФ удовлетворить требования в части взыскания расходов на приобретение абонемента для посещения бассейна.

В материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие необходимость посещения бассейна и нуждаемость в занятиях в бассейне, именно в целях восстановления здоровья в связи с полученной травмой в результате ДТП.

Кроме того, рекомендации лечащего врача в отношении посещения ФИО2 бассейна, носят в большей степени оздоровительный характер и не являются видом реабилитационных курсов, необходимых с учетом полученной травмы, для полного его выздоровления.

Не подлежат удовлетворению и исковые требования о взыскании расходов на приобретение детских витаминов «Кид-Витс», кальция цитрата, кальция + магния, омега 3, коллагена, витаминов комплекса «эласти», ноотропила, максилака, юнидокс, глицина, луцетама общей стоимостью 41 248,65 рублей, поскольку в выписке из истории болезни и медицинской карты амбулаторного больного назначение лечения с применением, перечисленных средств отсутствуют.

Лечащим врачом ФИО2 действительно были рекомендованы кальций фортум, карбонат кальция, кальций D3 витрум кальций, кальций D3 Никомед и т.д., однако, каких-либо доказательств необходимости несения подобных расходов по покупке витаминных комплексов в заявленном размере и количестве в порядке ст. 56 ГПК РФ стороной истца представлено не было.

Что касается требований о взыскании стоимости оплаты проезда на общественном транспорте до больницы в период со 2 декабря по 29 декабря 2017 г. в размере 260 рублей и до санатория г. Пионерск в период с 23 февраля 2018 г. по 15 марта 2018 г. в размере 261 рубль, то суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания указанных расходов, поскольку истцом не представлено доказательств, того, что представленные билеты приобретены именно ею и расходы понесены именно в связи с произошедшим ДТП, так как представленные билеты не имеют дат.

На основании изложенного, суд полагает возможным удовлетворить требования истца о взыскании транспортных расходов по билетам, на которых имеются даты проезда и взыскать с ответчика в пользу истца сумму расходов за период со 2 декабря 2017 г. по 29 декабря 2017 г. в размере 100 рублей и за период с 23 февраля 2018 г. по 15 марта 2018 г. в размере 440 рублей.

Также суд полагает возможным взыскать расходы, потраченные истцом на приобретение корсета в размере 2 900 рублей, что подтверждается товарным чеком от 5 декабря 2017 г. на сумму 2 900 рублей, а также направлением Ортомедия от 5 декабря 2017 г. (л.д. 97).

Кроме того, необходимость приобретения и ношения корсета до 1 года корсета подтверждается выписным эпикризом ФИО2

Что касается исковых требований о компенсации морального вреда, то они подлежат частичному удовлетворению.

По смыслу ст. 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Из п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

В силу положений ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с изменениями и дополнениями) предусмотрено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (например, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности и др.).

У суда не вызывает сомнения факт причинения ФИО2 в результате дорожно-транспортного происшествия морального вреда в виде физических и нравственных страданий.

Ссылки представителя ответчика о госпитализации несовершеннолетнего на седьмой день после произошедшего ДТП и на отсутствие заключения о степени тяжести вреда здоровью подлежат отклонению, поскольку то обстоятельство, что судебно-медицинский эксперт не определил степень тяжести телесных повреждений, само по себе не является основанием полагать, что такие повреждения не причинили потерпевшему ФИО2 физические и нравственные страдания.

При этом суд принимает во внимание, что здоровье человека – это состояние его полного физического и психического благополучия, которого истец был лишен по вине ответчика.

Право человека на здоровье относится к его личным нематериальным благам, принадлежащим гражданину от рождения, это состояние полного социального, психического (душевного) и физического благополучия, оно носит абсолютный характер, так как ему соответствует обязанность всех остальных лиц воздерживаться от действий, нарушающих это право. Действия ответчика ФИО3, повлекшие причинение телесных повреждений ФИО2, грубо нарушили его неимущественные права.

Несовершеннолетний ФИО2 длительное время проходил стационарное и санаторно-курортное лечение по поводу полученного повреждения, болезненных в момент причинения и последующего лечения, что причиняло ему физические страдания. Событие дорожно-транспортного происшествия, само по себе создавшее психотравмирующую ситуацию, временное ограничение способности к обучению в школе, его переживания по поводу случившегося, по поводу невозможности вести привычный образ жизни, несомненно причинили ему нравственные страдания. Данные факты причинителем вреда не опровергнуты.

Факт причинения ФИО2 нравственных и физических страданий подтверждается как пояснениями истицы ФИО1, оснований не доверять которым у суда не имеется, так и другими доказательствами, исследованными судом: выписками из медицинской карты амбулаторного больного, справками о нахождении ФИО2 с 4 декабря 2017 г. по 29 декабря 2017 г. и с 23 февраля 2018 г. по 15 марта 2018 г. на санаторно-курортном амбулаторном лечении.

У суда также не вызывает сомнения факт причинения истцу ФИО1 морального вреда в виде нравственных страданий.

Из пояснений истца, оснований не доверять которым у суда не имеется, следует, что ФИО1, являясь матерью несовершеннолетнего ФИО2, испытала психотравмирующую ситуацию, связанную с переживаниями по поводу здоровья единственного сына, пострадавшего в ДТП, она была вынуждена взять больничный лист по уходу за ребенком, обращаться с сыном в различные медицинские центры для обследований и консультаций, до настоящего времени он сильно переживает по поводу случившегося и беспокоится о возможном влиянии последствий аварии на дальнейшее состояние здоровья ребенка.

Таким образом, для возложения на ответчика ФИО3 ответственности за причиненный истцу ФИО1 моральный вред имеются в наличии все необходимые условия: претерпевание морального вреда, вред, причиненный источником повышенной опасности, причинная связь между неправомерными действиями ответчика и причиненным моральным вредом, вина ответчика в причинении вреда.

Для возложения на ответчика ФИО3 ответственности за причиненный истцу ФИО1 моральный вред также имеются в наличии все необходимые условия, поскольку имеется причинно-следственная связь между повреждением здоровья несовершеннолетнего ФИО2, пострадавшего в ДТП по вине ответчика, и нарушением личных неимущественных прав ФИО1, претерпевшей переживания за жизнь и здоровье своего несовершеннолетнего ребенка.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ, при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины причинителя вреда, характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Учитывая характер и степень понесенных ФИО1, ФИО2 физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности потерпевших, материальное и семейное положение ответчика ФИО3, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает, что с ответчика ФИО3 в пользу ФИО1 подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда, причиненного ее сыну ФИО2, в размере 50 000 рублей, а также морального вреда, причиненного ей лично, в размере 20 000 рублей.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В судебном заседании исследованы все представленные доказательства. Ходатайств о необходимости истребования иных доказательств от сторон не поступило.

В обоснование расходов, связанных с оказанием юридической помощи при ведении дела в суде, ФИО1 представлено суду соглашение об оказании юридической помощи от 24 января 2019 г., заключенное между истцом и ФИО4, согласно которому ФИО4 получила от ФИО1 по договору об оказании юридической помощи сумму 25 000 рублей.

При определении размера возмещения расходов по оплате услуг представителя, в соответствии со ст. 100 ГПК РФ, принимая во внимание требования разумности и справедливости с учетом характера и уровня сложности спора, период его рассмотрения, объема оказанной юридической помощи, а также сложившейся в регионе расценки за услуги по представительству в суде, что представитель принимал участие в судебных заседаниях неоднократно, суд полагает возможным взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 такие расходы в сумме 15 000 рублей.

В силу ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В случае, если обе стороны освобождены от уплаты судебных расходов, издержки, понесенные судом, в связи с рассмотрением дела, возмещаются за счет средств соответствующего бюджета.

При подаче искового заявления государственная пошлина истцом не уплачивалась.

При таком положении, с учетом указанных правовых норм, государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика ФИО3 в размере 400 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1, действующей в своих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего ФИО2 к ФИО3 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 3 440 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу несовершеннолетнего ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать. 

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 400 рублей.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 22 ноября 2019 г.

Судья Н.В. Паршукова