ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

22 мая 2020 года город Калининград 

Калининградский гарнизонный военный суд в составе председательствующего судьи Болдырева В.В., при секретарях судебного заседания Рахмановой А.А. и Варейчук А.И., с участием государственного обвинителя – помощника военного прокурора 306 военной прокуратуры гарнизона лейтенанта юстиции ФИО1, подсудимых ФИО2 и ФИО3, их защитников - адвокатов Белова А.А. и Айрапетова В.И., а также представителя потерпевшего ФИО17 рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда уголовное дело в отношении бывших военнослужащих войсковой части № 

<

данные изъяты> 

ФИО2, 

<

данные изъяты>

и 

ФИО3, 

<

данные изъяты>

обвиняемых в совершении двух преступлений, предусмотренных пунктом «а» части 2 статьи 158 УК РФ, 

установил:

ФИО2 и ФИО3, действуя группой лиц по предварительному сговору, в один из дней января 2018 года находясь в казарменном расположении войсковой части № дислоцированной по адресу 

<

адрес>, с корыстной целью умышленно совершили кражу, то есть 

<

данные изъяты> хищение чужого имущества – двух бронежилетов № стоимостью 37151 рубль 75 копеек каждый, принадлежащих Министерству обороны Российской Федерации, причинив государству в лице Министерства обороны Российской Федерации материальный ущерб на общую сумму 74303 рубля 50 копеек при следующих обстоятельствах.

В один из дней января 2018 года, личным составом 2 мотострелковой роты 1 мотострелкового батальона войсковой части № использовались бронежилеты №. После использования указанные бронежилеты были сложены на полу центрального прохода казармы, а личный состав убыл из казармы в столовую для приема пищи. Воспользовавшись указанной ситуацией, ФИО2 и ФИО3 вступили между собой в преступный сговор, с целью совершения хищения двух бронежилетов №, принадлежащих Министерству обороны Российской Федерации. После чего, реализуя свой преступный умысел, желая незаконно обогатиться, ФИО2 и ФИО3, находясь в расположении казармы войсковой части №, взяли с пола центрального прохода казармы два бронежилета №, и положив их в баулы, 

<

данные изъяты> переместили за пределы войсковой части №, распорядившись ими по собственному усмотрению, а именно сбыли гражданину ФИО9, распорядившись полученными деньгами по собственному усмотрению.

Кроме того, они же, действуя группой лиц по предварительному сговору в один из дней периода февраль-март 2018 года, находясь в казарменном расположении войсковой части № дислоцированной по адресу: 

<

адрес>, с корыстной целью, умышленно совершили кражу трёх бронежилетов № стоимостью 36361 рубль 28 копеек каждый, и двух бронешлемов №, стоимостью 18218 рублей 97 копеек каждый, принадлежащих Министерству обороны Российской Федерации, причинив государству в лице Министерства обороны Российской Федерации материальный ущерб на общую сумму 145521 рублей 78 копеек при следующих обстоятельствах.

В один из дней в период февраль-март 2018 года, ФИО2 и ФИО3, с целью незаконного обогащения решили снова совершить хищение бронежилетов №, а также бронешлемов № С целью реализации своего преступного умысла ФИО2 и ФИО3 распределили между собой роли в планируемом преступлении, в соответствии с которыми ФИО2 должен был извлечь бронежилеты и бронешлемы из места для хранения средств индивидуальной бронезащиты, после чего спрятать в шкаф, находящийся в спальном помещении расположения роты, а ФИО3 переместить их из указанного места за пределы воинской части и сбыть.

В один из дней периода февраль-март 2018 года, ФИО2 в соответствии с распределенной ролью, находясь в казарменном расположении войсковой части №, в период нахождения личного состава роты в столовой на приеме пищи, 

<

данные изъяты> извлек из места для хранения средств индивидуальной бронезащиты три бронежилета №, и два бронешлема, вытащив их между прутьями решетки ограждения, после чего поместил их в шкаф, расположенный в спальном помещении казармы, о чем уведомил ФИО3. После чего, ФИО3, в соответствии с распределенной ролью, извлек из шкафа указанные бронежилитеты и бронешлемы положил их в баул, а затем 

<

данные изъяты> переместил за пределы войсковой части № и сбыл их гражданину ФИО9 распорядившись полученными деньгами по собственному усмотрению.

Подсудимый ФИО2 вину в совершении указанных преступлений признал и дал показания соответствующие вышеизложенному. Он показал, что незадолго до совершения хищения бронежилетов он и ФИО3 обращались к ФИО9 на территории войсковой части № по вопросу приобретения тем бронежилетов и бронешлемов. На что ФИО9 ответил, что за пределами воинской части у общежития они могут подойти к нему и обсудить эти вопросы. В один из дней января 2018 года, точную дату он не помнит, в дневное время после проведения занятий по боевой подготовке личным составом роты, в которой он проходил службу при убытии на обед на центральном проходе, в коридоре казармы была произведена выкладка полученных ранее бронежилетов. До окончания обеда он и ФИО3 отдельно от личного состава вернулись в казарму для наведения порядка в спальном помещении роты. В ходе разговора ФИО3 предложил ему украсть бронежилеты, вынести их за пределы воинской части, а затем продать ФИО9. Поскольку ФИО3 пообещал ему, что за помощь в совершении кражи бронежилетов переведет ему на банковскую карту деньги, он с его предложением согласился. Однако размер указанного вознаграждения они не оговаривали. Действуя согласно указанной договоренности, понимая, что в казарме кроме них никого нет, они взяли с центрального прохода казармы по одному бронежилету, сложили их в баулы, а затем беспрепятственно вынесли их через КПП за пределы войсковой части № и у здания общежития расположенного недалеко от воинской части на 

<

адрес> в 

<

адрес> сбыли их ФИО9, положив в багажник личного автомобиля последнего. При этом денежные средства за указанные бронежилеты он ни от ФИО9 ни от ФИО3 не получал.

Через несколько дней ФИО3 внес на счет его мобильного телефона 

<

***> рублей, а также принес и передал ему две шаурмы, которые он употребил. Других денежных средств либо иного вознаграждения за указанную кражу он от ФИО3 не получал.

Также в один из дней в феврале – марте 2018 года, точную дату он не помнит, он заступил в наряд дневальным по роте. Перед заступлением в наряд ФИО3 предложил ему похитить из места для хранения средств индивидуальной бронезащиты три бронежилета и два бронешлема, которые, после их извлечения из указанного места, он должен был сложить в шкафу для одежды в спальном расположении. За это ФИО3 пообещал ему перевести на счет мобильного телефона деньги. При этом сумму они не оговаривали. Желая заработать, он согласился с предложением ФИО3. На следующий день, заступив в наряд и во время обеда сменив дневального, он остался один в казарменном расположении, в связи с чем, не опасаясь быть застигнутым при совершении кражи, он подошел к огороженному решеткой месту для хранения средств индивидуальной бронезащиты и через прутья которой, протянув руку, извлек три бронежилета №, а также два бронешлема № а затем 

<

данные изъяты> сложил их в шкафу спального помещения. После возвращения с обеда в казарму ФИО3 он сообщил ему о том, что бронежилеты и бронешлемы находятся в шкафу, на что ФИО3 в ответ ему кивнул, давая понять, что понял его. В тот же день он видел, как ФИО3 находясь в спальном помещении у шкафа, сложил указанные бронежилеты и бронешлемы в баул, а потом вышел с ними из расположения роты. Кроме него никто за ФИО3 не наблюдал, и что он делает никто не видел. Они никому о своих действиях не сообщали и никого в свои действия не посвящали. Куда ФИО3 отнес бронежилеты и шлемы он не знает, но знает, что ФИО3 в расположение роты их не возвращал. Обещанное вознаграждение за кражу указанных бронежилетов и шлемов ФИО3 ему так и не перевел.

Подсудимый ФИО3 вину в содеянном не признал, заявив, что в преступный сговор с ФИО2 он не вступал, к хищению бронежилетов и бронешлемов из войсковой части № он не причастен, с ФИО9 ранее знаком не был, бронежилеты и бронешлемы тому не сбывал. По его мнению, ФИО2 и ФИО9 его оговаривают, поскольку желают тем самым заслужить снисхождение перед следствием и судом. Ввиду возможно имевших место конфликтов с ФИО2, последний также может его оговаривать. 

Представитель потерпевшего ФИО17 показал, что в результате совершенных ФИО2 и ФИО3 хищений средств индивидуальной бронезащиты, государству в лице Министерства обороны Российской Федерации был причинен ущерб, в связи с чем им к указанным лицам заявлен иск о возмещении причиненного ущерба.

Свидетель ФИО9 показал, что в один из дней января 2018 года, точную дату не помнит, на территории войсковой части № к нему обратились ФИО3 и ФИО2, которые интересовались, нужны ли ему бронежилеты и бронешлемы, желает ли он их приобрести. На их вопрос он ответил, что готов это обсудить за территорией воинской части возле военного общежития. На следующий день, точную дату и время не помнит, находясь возле здания общежития расположенного за пределами войсковой части № в 

<

адрес>, ФИО2 и ФИО3 принесли ему в баулах два бронежилета №, которые он приобрел у них, отдав ФИО3 5000 рублей наличными, из расчета по 2500 рублей за каждый. Откуда они взяли эти бронежилеты ему не известно, и он у них не интересовался. В последующем указанные два бронежилета № он перепродал ФИО16 Передавал ли ФИО3 полученные денежные средства ФИО2 ему не известно.

Также в один из дней февраля-марта 2018 года, точную дату и время он не помнит, находясь у того же здания общежития ФИО3 продал ему еще три бронежилета № и два бронешлема №, которые снова принес в бауле. Откуда у ФИО3 указанные средства бронезащиты ему неизвестно. За указанные бронежилеты и бронешлемы он передал ФИО3 10500 рублей, из расчета по 2500 рублей за каждый бронежилет и по 1500 рублей за каждый бронешлем. В последующем указанные бронежилеты и бронешлемы он перепродал ФИО16

Свидетель ФИО16 показал, что в январе 2018 года, точную дату он не помнит, он приобрел у ФИО9 два бронежилета № по 4000 рублей за каждый. Кроме того, в феврале-марте 2018 года, он приобрел у ФИО9 три бронежилета № по 4000 рублей за каждый и два бронешлема № по 2000 рублей за каждый.

Допрошенные в суде свидетели Свидетель №1, Свидетель №2, ФИО11, каждый в отдельности дали аналогичные по своему содержанию показания указав, что во второй мотострелковой роте первого мотострелкового батальона войсковой части №, имелись индивидуальные средства бронезащиты, а именно бронежилеты № и бронешлемы №, предназначенные для выполнения военнослужащими учебных и боевых задач, хранение которых осуществлялось в специально отведенном месте. При этом, Свидетель №1 и Свидетель №2 отметили, что сохранность этого имущества указанное специально отведенное место не обеспечивает, поскольку расстояние между прутьями помещения достаточно большое и позволяет без труда вытащить бронежилет и шлем из данного помещения. 

Как следует из протоколов проверки показаний на месте от 19 августа 2019 года, от 4 января 2020 года и от 13 января 2020 года, ФИО2 и ФИО9, каждый в отдельности, подтвердил свои показания.

Из протокола следственного эксперимента следует, что ФИО2 подтвердил ранее данные им показания и продемонстрировал механизм совершения хищения им и ФИО3 средств индивидуальной бронезащиты подразделения.

Согласно протоколу предъявления лица для опознания ФИО9 опознал ФИО2, как лицо, продавшее ему бронежилеты.

Согласно протоколам очных ставок между ФИО9 и ФИО2, ФИО3 и ФИО9, последний подтвердил свои ранее данные показания.

Из протокола очной ставки между ФИО3 и ФИО2, видно, что последний подтвердил свои ранее данные показания и пояснил, что он и ФИО3 совершили хищение двух бронежилетов из второй мотострелковой роты войсковой части № и передали их ФИО9, а кроме того они же из того же подразделения совершили хищение двух бронежилетов и трех бронешлемов, которые ФИО3 вынес за пределы территории воинской части.

По заключению эксперта от 4 декабря 2019 года № стоимость каждого бронежилета №, поставленного в 2017 году, по состоянию на январь 2018 года составила 37151,75 рублей, на февраль 2018 года 36361,28 рублей, а бронешлема № 18218,97 рублей.

Из явки с повинной ФИО2 следует, что он сообщил о совершении кражи бронежилета и передаче его ФИО9 а также о совершении кражи трех бронежилетов и двух бронешлемов и их передаче ФИО3.

Копиями актов подтверждается поступление в 2017 году в войсковую часть № бронежилетов № и бронешлемов №.

Как следует из акта ревизии от 22 ноября 2019 года, во второй мотострелковой роте войсковой части № имеется недостача бронежилетов № и бронешлемов №.

Согласно сообщению из 

<

данные изъяты> от 09.07.2019 №, указанное предприятие является разработчиком и производителем бронежилета №. Бронежилет серийно поставляется только в Министерство обороны РФ и в свободную реализацию для продажи частным лицам не направлялся.

Из сообщения 

<

данные изъяты> от 11.11.2019 №, следует, что бронешлемы № не направлялись для реализации в сторонние организации, не связанные с Минобороны и иными силовыми структурами.

В соответствии с выписками из приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 проходил военную службу по призыву в войсковой части № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на различных должностях во второй мотострелковой роте.

В соответствии с выписками из приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО3 был зачислен в списки личного состава войсковой части № и назначен на должность наводчика

<

данные изъяты>, а с ДД.ММ.ГГГГ был исключен из списков личного состава части.

Давая оценку исследованным доказательствам, суд исходит из следующего. Показания подсудимого ФИО2 являются последовательными, они полностью согласуются в деталях с показаниями ФИО9, а также с исследованными явкой с повинной, протоколами осмотров, проверки показаний на месте, предъявления лица для опознания, очных ставок, заключением эксперта и другими вышеперечисленными документами. При этом заключение эксперта полно и научно обосновано. По указанным причинам, принимая во внимание, что названные доказательства получены надлежащими должностными лицами в соответствии с требованиями действующего законодательства, они отвечают требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности, суд все вышеперечисленные доказательства, в том числе и согласующиеся показания ФИО2, ФИО9 ФИО16, ФИО11, Свидетель №1, Свидетель №2, кладёт в основу приговора и на них основывает свои выводы. 

Подсудимый ФИО3 свою причастность к содеянному отрицал, заявив, что ФИО2, и ФИО9 оговорили его, однако убедительных мотивов этому не привёл. Так, указывая на конфликты имевшие место в период военной службы между ним и ФИО2, он в то же время не смог пояснить, когда и при каких обстоятельствах они происходили. Подсудимый ФИО2 напротив, показал, что каких-либо конфликтов между ними не было. Доводы ФИО3 о том, что ФИО2 и ФИО9 его оговорили по причине желания получить снисхождение перед следствием и судом основаны лишь на его предположении. 

Вопреки позиции ФИО3 о том, что он не приобретал для ФИО2 две шаурмы и не переводил 

<

***> рублей на счет мобильного телефона последнего в качестве вознаграждения за хищение бронежилетов, суд полагает, что указанные действия со стороны ФИО3 имели место и были обусловлены желанием последнего исполнить данное ФИО2 обещание о вознаграждении после сбыта похищенного. О групповом характере совершения данных преступлений свидетельствуют целенаправленные действия ФИО2 и ФИО3, направленные на хищение средств бронезащиты, а также согласованность их действий. К такому выводу суд приходит, основываясь на исследованных в судебном заседании доказательствах, собранных по делу: показаниях ФИО2, а также проведенных с его участием следственных действий, при этом ФИО2 в судебном заседании подтвердил факт приобретения и передачи ему ФИО3 шаурмы, а также факт перевода последним 

<

***> рублей на счет его мобильного телефона за совершение хищения бронежилетов. 

Кроме того, не подтверждаются собранными по делу доказательствами доводы ФИО3 о том, что он не сбывал ФИО9 похищенные бронежилеты и бронешлемы и каких-либо денежных средств за это от последнего не получал. Так допрошенные в суде ФИО2 и ФИО9 дали каждый в отдельности последовательные и согласующиеся между собой показания, полностью опровергающие указанный довод ФИО3. Как показал ФИО2, именно ФИО3 в один из дней января 2018 года предложил совершить хищение бронежилетов с целью получения денежных средств путем сбыта похищенного ФИО9. Он же впоследствии в один из дней февраля-марта 2018 года предложил Воробьеву вновь совершить хищение бронежилетов и бронешлемов в период, когда последний будет исполнять обязанности дневального и останется в подразделении один, указав, что он затем сам 

<

данные изъяты> их вынесет за пределы воинской части и продаст. При этом ФИО9 в суде подтвердил, что денежные средства в первый раз за два бронежилета, а также во второй раз за три бронежилета и два бронешлема он передал именно ФИО3. При этом во второй раз ФИО3 продал ему индивидуальные средства бронезащиты сам.

С учётом изложенного данные показания ФИО3, по мнению суда, вызваны желанием избежать ответственности за содеянное и являются его защитной позицией. Учитывая, что эти показания ФИО3 противоречат положенным в основу приговора многочисленным доказательствам, суд эти его показания отвергает как недостоверные. 

Проанализировав указанные выше доказательства в их совокупности, суд приходит к убеждению, что вина подсудимых в инкриминируемых им деяниях доказана. 

Таким образом, поскольку ФИО2 и ФИО3, при вышеизложенных обстоятельствах в один из дней января 2018 года, а также в один из дней февраля-марта 2018 года, каждый раз действуя группой лиц по предварительному сговору, умышленно совершили кражи, т.е. 

<

данные изъяты> хищения чужого имущества, суд эти действия квалифицирует как совершение каждым двух преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

При назначении наказания подсудимым суд учитывает характер и степень общественной опасности преступлений, личность подсудимых, а также влияние назначенного наказания на их исправление.

При назначении наказания ФИО2, суд в качестве обстоятельств, его смягчающих, за каждое преступление учитывает то, что он ранее ни в чем предосудительном замечен не был, его молодой возраст, признание им своей вины, раскаяние в содеянном, активное способствование расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников. Кроме того, указанными обстоятельствами суд по обоим эпизодам признает в отношении ФИО2 наличие малолетнего ребенка.

Вместе с тем, суд не признает таковым явку с повинной ФИО2, поскольку он сообщил о содеянном после того, как информация о его причастности к совершению преступления стала известна правоохранительным органам, однако признает её в качестве иного смягчающего наказание обстоятельства, в данном конкретном случае – активное способствование раскрытию и расследованию совершённых им преступлений.

В качестве обстоятельств смягчающих наказание ФИО3 суд по каждому преступлению учитывает его молодой возраст, то, что он ранее к уголовной ответственности не привлекался, положительно характеризовался как по месту работы так по месту военной службы при увольнении, имеет грамоту за участие в спортивном соревновании, а также награжден медалью за участие в военном параде. 

Обстоятельств отягчающих наказание ФИО2 и ФИО3 по делу не установлено.

В соответствии с ч. 1 ст. 60 УК РФ, поскольку иные, менее строгие виды наказания не смогут обеспечить достижение целей наказания, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных ФИО2 и ФИО3 преступлений против собственности Министерства обороны Российской Федерации, размера ущерба, специфики похищенного имущества, учитывая принципы справедливости и соразмерности ответственности, защищаемым законодательством ценностям, суд приходит к выводу о необходимости назначения подсудимым наиболее строгого наказания, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 158 УК РФ, в виде лишения свободы за каждое преступление. При этом с учетом положений ч. 6 ст. 53 УК РФ, суд не применяет к ФИО2 и ФИО3 дополнительное наказание в виде ограничения свободы, поскольку преступления ими совершены в период прохождения военной службы.

Учитывая фактические обстоятельства содеянного и степень общественной опасности преступлений, совершенных подсудимыми, а именно хищение у государства в лице Министерства обороны Российской Федерации имущества, предназначенного для выполнения военнослужащими учебных и боевых задач, суд не находит оснований для изменения категории совершенных ФИО2 и ФИО3 преступлений на менее тяжкую, в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами, каждого из совершённых преступлений, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности этих преступлений, и, позволяющих применить положения статьи 64 УК РФ, судом не установлено. 

Учитывая указанные выше смягчающие обстоятельства и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также наличие положительной характеристики в период прохождения военной службы, суд приходит к выводу о возможности исправления подсудимого ФИО2 без реального отбывания наказания и считает возможным применить к нему положения статьи 73 УК РФ.

Вместе с тем, при наличии смягчающих обстоятельств и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, суд, учитывая наиболее активную роль подсудимого ФИО3 в совершении указанных преступлений, вовлекшего сослуживца ФИО2 в их совершение и в каждом эпизоде вынесшего за пределы территории воинской части и сбывшего похищенное имущество, а затем по своему усмотрению распорядившегося незаконно полученными от сбыта денежными средствами, учитывая влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, суд считает, что исправление подсудимого невозможно без изоляции от общества, и назначая наказание в виде лишения свободы за совершенные преступления, не усматривает оснований для применения положений ст. 73 УК РФ.

Решая вопрос о возмещении процессуальных издержек, связанных с оплатой труда адвоката Белова А.А., оказывавшего ФИО2 юридическую помощь в ходе предварительного следствия и в суде в сумме соответственно 19670 рублей и 5040 рублей, а всего в сумме 24710 рублей, суд, руководствуясь ч. 2 ст. 132 УПК РФ, считает необходимым взыскать эти процессуальные издержки в доход Федерального бюджета Российской Федерации с ФИО2

При рассмотрении вопроса о судьбе вещественных доказательств суд руководствуется положениями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Министерством обороны Российской Федерации к ФИО2 и ФИО3 предъявлен гражданский иск о возмещении имущественного вреда на сумму 218 244 рубля 34 копейки. Государственный обвинитель гражданский иск представителя потерпевшего о возмещении имущественного вреда поддержал. Подсудимый ФИО2 гражданский иск представителя потерпевшего признал в полном объеме. Подсудимый ФИО3 указанный гражданский иск не признал.

Суд, оценивая указанные исковые требования, считает их основанными на установленных в судебном заседании обстоятельствах содеянного подсудимыми, находящимися в причинно-следственной связи с наступившими последствиями. 

При оценке размера причиненного истцу вреда, суд учитывает основывается на заключении эксперта от 4 декабря 2019 года №, согласно которому стоимость каждого бронежилета № по состоянию на январь 2018 года составила 37151,75 рублей, на февраль 2018 года 36361,28 рублей, а бронешлема № 18218,97 рублей.

Таким образом, материалами уголовного дела подтверждается в частности, что по эпизоду хищения двух бронежилетов № в январе 2018 года ФИО2 и Фазлетдиным государству в лице Министерства обороны Российской Федерации был причинен материальный ущерб на общую сумму 74303 рубля 50 копеек (37151,75*2=74303,5), а по эпизоду хищения в один из дней февраля-марта 2018 года трех бронежилетов № и двух бронешлемов 6Б47, ими причинен ущерб на общую сумму 145521 рублей 78 копеек (36361,28*3+18218,97*2=145521,78). Всего в результате совершенных ФИО2 и ФИО3 преступлений государству причинен имущественный вред на общую сумму 219 825 рублей 28 копеек.

Как видно из гражданского иска представитель истца просит взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО3 в порядке возмещения имущественного вреда, причиненного преступлениями, в пользу Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации 218244 рубля 34 копейки.

Находя исковые требования законными, заявленными и обоснованными в пределах установленной суммы причиненного истцу имущественного вреда, суд учитывая положения статей 1064 и 1080 ГК РФ приходит к выводу о необходимости их удовлетворения в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 307, 308 и 309 УПК РФ, военный суд

приговорил:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год и 6 (шесть) месяцев.

Его же признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст.158 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год и 8 (восемь) месяцев.

На основании части 2 статьи 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить ФИО2 окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года.

В соответствии со статьей 73 УК РФ считать назначенное осужденному ФИО2 наказание в виде лишения свободы условным с испытательным сроком в 1 (один) год, в течение которого условно осужденный должен своим поведением доказать исправление.

Возложить на ФИО2 обязанность в период испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного.

По вступлении приговора в законную силу меру процессуального принуждения ФИО2 в виде обязательства о явке отменить.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год и 8 (восемь) месяцев.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года и 6 (шесть) месяцев.

В соответствии с частью 3 статьи 69 УК РФ окончательное наказание ФИО3 назначить по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний в виде лишения свободы на срок 3 (три) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Избранную ФИО3 меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке отменить.

Избрать ФИО3 до вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде заключения под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Срок отбывания ФИО3 наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с пунктом «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ зачесть ФИО3 в срок отбывания наказания время его задержания в порядке статей 91-92 УПК РФ в период со 02 по ДД.ММ.ГГГГ, а также время содержания его под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по день вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей (день задержания) за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

До вступления настоящего приговора в законную силу содержать ФИО3 в 

<

адрес>.

Гражданский иск Министерства обороны Российской Федерации о возмещении имущественного вреда удовлетворить, и взыскать в его пользу с ФИО2 и ФИО3 в солидарном порядке 218244 (двести восемнадцать тысяч двести сорок четыре) рубля 34 копейки.

По вступлении приговора в законную силу вещественное доказательство – отчет о детализации абонентских соединений абонентов 79062133723, 79062136435, - хранить при уголовном деле.

Процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения за участие в деле по назначению на предварительном следствии и в суде адвокату Белову А.А. в сумме 24710 рублей - взыскать в доход государства с осуждённого ФИО2

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Балтийский флотский военный суд через Калининградский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его постановления. В случае подачи апелляционной жалобы, представления осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий подпись

Подлинник приговора находится в материалах уголовного дела Калининградского гарнизонного военного суда № 1-19/2020