Дело 2-2654/202078RS0№-22 

29 июля 2020 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лифановой О.Н.,

при секретаре Прорубщикове Г.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ООО "ЛЕНРЕМОНТ" об установлении факта трудовых отношений, обязании не чинить препятствий в осуществлении трудовых обязанностей, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, об обязании произвести отчисления, о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО "ЛЕНРЕМОНТ" изначально о восстановлении на работе, затем, неоднократно изменяя исковые требования в порядке ст.39 ГПК РФ в окончательной редакции иска по состоянию на 03.06.2020 просила суд: 

установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО "ЛЕНРЕМОНТ" ; 

признать незаконными действия ответчика, выразившиеся в отстранении истца от выполнения работы в должности диспетчера с 16.07.2018;

обязать ответчика не чинить истцу препятствий в осуществлении трудовых обязанностей, допустить к рабочему месту, внести в трудовую книжку запись о приёме на работу в должности диспетчера с 22.05.2017; перечислить денежные средства, отчисления в соответствующие инстанции /ПФФ, ИФНС, ФСС/, выдать справку формы 2-НДФЛ; возвратить 52 000 руб., удержанные с 22.05.2017 из заработной платы истца на обязательные отчисления на лицевой счёт истца в Пенсионном фонде РФ, ИФНС, ФСС;

взыскать средний заработок за время вынужденного прогула за период с 16.07.2018 по дату принятия судом решения, из расчёта среднего заработка в размере 1 952 руб., сумма которого по состоянию на 31.05.2020 составила 921 344 руб., компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб. /л.д.50-54,92-99,112-119/.

В обоснование иска указано, что в период с 22.05.2017 до 16.07.2018, то есть до момента отстранения от работы, истец состояла в трудовых отношениях с ответчиком, куда была принята на работу в качестве офисного диспетчера на основании приказа о приёме на работу, в котором расписалась лично, с заработной платой в 41 000 руб.; к работе была допущена с ведома и по поручению генерального директора организации ФИО2, которым затем была отстранена от работы без объяснения причин. В сентябре 2019 года из ответа на обращение в Пенсионный Фонд РФ истцу стало известно, что отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование ответчиком за период работы, несмотря на произведенные из заработной платы удержания, не производились, а ответ на обращение в прокуратуру Московского района Санкт-Петербурга с жалобой на действия работодателя истцу не направлено, в связи с чем с целью восстановления нарушенных трудовых прав истец был вынужден обратиться с настоящим иском в суд. 

Определением суда от 12.03.2020 был принят отказ ФИО1 от требования о восстановлении на работе в организации ответчика в связи с тем, что по убеждению истца, он был принят на работу согласно приказу о приёме на работу, увольнение его не производилось, его только отстранили от работы, в связи с чем трудовая деятельность продолжается /л.д.55,78-79/.

В судебном заседании истец ФИО1 настаивала на удовлетворении иска в его измененной редакции в полном объёме, пояснила, что при трудоустройстве передала ответчику свою трудовую книжку, которая до сих пор находится в организации, кроме того, был подписан приказ о приёме на работу, копию которого ей не выдали, работа заключалась в приёме телефонных звонков-заявок, заработная плата выплачивалась ежемесячно, претензии к её работе у работодателя отсутствовали, однако по неизвестным причинам она была отстранена от работы, на проходной охранники, несмотря на наличие пропуска, отказываются её пропустить в офис с распоряжения директора, где у неё было рабочее место. Позднее обращение в суд связано с тем, что всё это время она /ФИО1/ пыталась урегулировать спор с работодателем мирным путем, в связи с чем возражала против применения последствий пропуска срока обращения в суд, полагая, что до настоящего времени является работником ответчика, кроме того, об уклонении ответчика от обязанности производить уплату взносов и налогов узнала только в сентябре 2019 года /л.д.42-44/.

Представитель ответчика ООО "ЛЕНРЕМОНТ", ФИО3 против удовлетворения иска возражала по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениям к нему, просила суд применить последствия пропуска истцом срока обращения в суд, указала, что истец никогда не являлся сотрудником организации ответчика, заявленный им размер заработной платы не соответствует заработной плате диспетчера согласно штатному расписанию, а все представленные им письменные доказательства не имеют юридической силы и не подтверждают наличие трудовых отношений и допуск истца к работе /л.д.34-37,106-107,143-145/. 

Выслушав доводы истца, возражения представителя ответчика, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из них в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.

Основания возникновения трудовых отношений установлены статьей 16 Трудового кодекса Российской Федерации, к числу которых, применительно к настоящему делу, относятся трудовой договор, заключаемый сторонами в соответствии с настоящим Кодексом, либо, если трудовой договор не был надлежащим образом оформлен, действия работодателя, которые свидетельствуют о фактическом допущении истца к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Таким образом, к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера, относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения.

Анализ действующего законодательства, а именно статей 56, 61, 65, 66, 67, 68, 91, 129 и 135 Трудового кодекса Российской Федерации, указывает на то, что фактический допуск работника к работе предполагает, что работник приступил к исполнению трудовых обязанностей по обусловленной соглашением сторон должности и с момента начала исполнения трудовой функции работник подчиняется действующим у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка; оплата труда работника осуществляется работодателем в соответствии с установленным по занимаемой работником должности окладом и действующей у работодателя системой оплаты труда; работник в связи с началом работы обязан передать работодателю соответствующие документы.

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель (пункт 21 постановления Пленума от 29 мая 2018г. N 15).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. 

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие (пункт 18 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15). 

При этом в соответствии со статьей 19.1 Трудового кодекса РФ неустранимые сомнения при рассмотрении споров о признании гражданско-правовых отношений трудовыми трактуются в пользу наличия трудовых отношений.

В ходе разбирательства по делу из объяснений истца, которые в силу ст.68 ГПК РФ являются одним из видов доказательств по делу, установлено, что 22.05.2017 с ведома генерального директора ООО "ЛЕНРЕМОНТ" ФИО2, личный мобильный телефон которого имеется у истца, ФИО1 была допущена к работе в данной организации в должности диспетчера, куда её пригласил знакомый, работающий там же старшим диспетчером – ФИО4. 

Работа заключалась в приёме телефонных звонков – заявок на ремонт техники, квартир, с номера телефона для обращений – 344 44 44, который истец сообщил на память в судебном заседании. 

График работы в офисе и соответственно истца был установлен с 10.00. до 18.00, некоторые сотрудники работали удаленно, так как служба ООО "ЛЕНРЕМОНТ" принимает заявки круглосуточно, размер заработной платы составлял 37 000 руб., при этом 4 000 руб. удерживались для уплаты налогов и взносов, то есть всего 41 000 руб. 

Как пояснил суду истец, трудовой договор с ним заключен не был, однако трудовую деятельность ФИО1 вела на основании приказа о приёме на работу, который подписала лично с окладом в 41 000 руб., затем приобрела трудовую книжку, расписалась в ней под фотографией и передала в отдел кадров ФИО5 по адресу: Санкт-Петербург, пр.Юрия Гагарина, д.23, 2 этаж, 8 кабинет, которая внесла запись о работе и печать. Однако после того, как её /ФИО1/ знакомый, занимавший должность старшего диспетчера, ФИО4 поинтересовался их официальным трудоустройством, его оштрафовали на 20 000 руб., а затем их обоих отстранили от работы, при этом увольнение истца не произведено, трудовая книжка не выдана, а в период с 16.07.2018 по 05.09.2019 истец неоднократно обращалась к генеральному директору с просьбой допустить её к рабочему месту.

Помимо устных объяснений, в материалы дела представлены письменные объяснения истца по факту работы в организации ответчика, содержащие подборное описание трудовой функции с конкретизацией всех совершаемых в связи с функцией диспетчера действий, графика работы, расположения рабочего места в офисе организации /л.д.94-97/.

В подтверждение факта работы в организации ответчика истцом в материалы дела была представлена копия заявления, содержащего список сотрудников ООО "ЛЕНРЕМОНТ" для согласования их пропуска в здание в нерабочее время, выходные и праздничные дни, среди которых, в том числе указана ФИО1 и ФИО4, заявление заверено подписью финансового директора ФИО9 и печатью организации 10.11.2017; скриншот страницы basa.lenremont.ru с перечнем входящих и исходящих телефонных звонков с указанием номеров телефонов за 17.05.2018; отчёт по прибыли с указанием списка диспетчеров, среди которых указана ФИО1 и количество принятых ею заявок в период с 01.07.2018 по 11.07.2018; график работы сотрудников, в том числе ФИО1; рейтинг входящих, исходящих звонков и принятых заявок в которых также фигурирует ФИО1, скриншот письма из интернет ресурса basa.lenremont.ru содержащий положительный отзыв генерального директора о работе истца; объявление ООО "ЛЕНРЕМОНТ" на сайте spb.hh.ru о вакансии оператора call-центра/диспетчер с заработной платой до 55 000 руб. с указанием адреса офиса Санкт-Петербург, пр.Юрия Гагарина, д.23 и требованиями к должности диспетчеру; телефонный справочник сотрудников организации ответчика, начиная с директора ФИО2 /л.д.59-76,100-102/.

Кроме того, по ходатайству истца в ходе разбирательства по делу были допрошены свидетели ФИО6, пояснившая, что с мая 2017 по июль 2018 работала в ООО "ЛЕНРЕМОНТ", где также работала ФИО1 по 8 часов в смену, иногда брала подработки, которые как сверхурочная работа не оплачивались, рабочее место находилось на проспекте Ю.Гагарина д.23, трудовая истцом была передана в отдел кадров, поскольку ФИО6 сама объясняла ФИО1 какие документы нужны для оформления на работу, однако после того как она поинтересовалась официальным трудоустройством, уплатой за неё налогов и отчислений, ФИО1 сказали больше не приходить на работу, но она всё равно приходила и общалась с сотрудниками отдела кадров и с генеральным директором, который сам ей когда-то предложил работать, после чего проучившись два дня, ФИО1 была поставлена в график работы, ей выделили рабочее месте, присвоили личный номер, старшим диспетчером был ФИО4, потом его также отстранили /л.д.46,82-83/

Свидетель ФИО7 также пояснила суду, что работает у ответчика официально с 28.08.2018, но два года до этого работала без оформления, с истцом познакомилась во время посещений офиса, так как в основном работает удаленно, ФИО1 закончила работать из-за конфликта по вопросу трудоустройства, при этом очень много сотрудников в ООО "ЛЕНРЕМОНТ" работают неофициально, истца свидетель ФИО7 считала истца сотрудником организации, так как они пересекались на работе и корпоративах /л.д.46,83-84/.

Приведенные показания свидетелей последовательны, логичны, не противоречат материалам дела, которыми подтверждаются трудовые отношения также и с указанными свидетелями, при этом ссылки представителя ответчика на недостоверность показаний указанных свидетелей, в связи с тем, что они были приняты на работу к ответчику уже после предполагаемого отстранения истца от работы, не опровергают сам факт работы указанных свидетелей в организации истца без оформления трудовых отношений до даты приёма на работу, на которую ссылается ответчик, о чём оба свидетели дали показания, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. 

При этом ответчиком, категорически отрицающим приём истца на работу и возникновение с ФИО1 трудовых отношений, в опровержение доводов истца и вышеуказанных письменных доказательств представлены: штатное расписание за 2017 и 2018 годы, с указанием размера заработной платы диспетчера в 18 000 руб., а не как указано истцом – 41 000 руб., подписанное начальником отдела кадров ФИО5, на передачу трудовой книжки которой ссылается истец; копию трудовой книжки ФИО8, занимающей в ООО "ЛЕНРЕМОНТ" должность финансового директора в 2017 году, что, по мнению ответчика, свидетельствует о недействительности представленного истцом заявления о пропуске списка сотрудников в здание ЗАО «Санкт-петербургский учколлектор», подписанное финансовым директором ФИО9, никогда, как указывает ответчик, у него не работавшей, а также трудовые договора, заключенные с допрошенными в качестве свидетелей на стороне истца ФИО6 и ФИО7 после указываемой истцом даты отстранения от работы /л.д.121-156/.

Разрешая заявленные требования по существу, руководствуясь вышеприведенными положениями Трудового кодекса РФ и разъяснениями Пленума Верховного суда РФ, оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд приходит к выводу о том, что со стороны истца было представлено достаточно доказательств в подтверждение возникновения с ответчиком правоотношений, обладающих признаками трудовых, поскольку выполняемая истцом работа носила не разовый, а постоянный, на протяжении более одного года, возмездный, основанный на регулярной оплате в определенном размере, характер. 

К работе в должности диспетчера, которая предусмотрена штатным расписанием организации ответчика, ФИО1 была допущена с ведома и по распоряжению непосредственно руководителя организации – генерального директора ФИО2, по предварительному с ним знакомству, которому в последующем подчинялась, перед тем, как приступить к работе ФИО1 прошла двухдневное обучение, была поставлена в график работы диспетчеров с 8-ми часовым рабочим днём, который неукоснительно выполняла, как и саму трудовую функцию, относительно особенностей которой и возложенных на диспетчера ООО "ЛЕНРЕМОНТ" обязанностей, истцом были даны подробные объяснения, которые могут быть известны исключительно работнику, выполняющему соответствующие трудовые обязанности, из чего, что имеются такие такие существенные условия трудового договора, как подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка и режиму рабочего времени.

Кроме того, истец, очевидно, имел доступ как к рабочему месту диспетчеров, так и к внутренним документам организации, что подтверждается вышеуказанными письменными доказательствами, добытыми истцом самостоятельно в том виде, в каком это имеет возможность сделать работник.

При трудоустройстве в организацию ответчика, согласно утверждению истца, из добросовестности объяснений которого в силу ч.5 ст.10 ГК РФ следует исходить пока не доказано обратное, 22.02.2017 ФИО1 был подписан приказ о приёме на работу с должностным окладом в 41 000 руб., а в последующем она сдала начальнику отдела кадров ФИО5, которая действительно занимает данную должность в ООО "ЛЕНРЕМОНТ", трудовую книжку, которая до сих пор находится у ответчика и именно поэтому истец полагает, что трудовые отношения с ООО "ЛЕНРЕМОНТ" не прекращены.

В силу указанных обстоятельств у истца возникли правомерные ожидания, что отношения с ним будут оформлены в установленном трудовым законодательством порядке, поскольку и прекращены ответчиком они были после попытки истца выяснить наличие надлежащего оформления трудовых отношений с ним. 

При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса РФ срок, вопреки намерению работника, являющегося более слабой стороной в этих отношениях и не способного влиять на административные решения работодателя, такой трудовой договор оформить, в силу статьи 22 Трудового кодекса РФ может быть расценено как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора.

Возражения ответчика об отсутствии доказательств наличия трудовых отношений, необоснованны, так как опровергаются вышеуказанными письменными доказательствами, а истец лишен возможности представлять доказательства оформления трудовых отношений документально. Доказательства отсутствия трудовых отношений с истцом, ответчик, на которого законом возложено бремя доказывания, не представил. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что со стороны истца было представлено достаточно доказательств в подтверждение наличия между сторонами трудовых отношений, при этом ответчик в данном случае доказательств отсутствия трудовых отношений с истцом не представил, а представленные истцом доказательства никак не опроверг, в связи с чем требования истца в части признания факта наличия трудовых отношений с ответчиком в период с даты доступа к работе - 22.05.2017 по 16.07.2018 – дату отстранения от работы, подлежат удовлетворению. 

Если отношения сторон фактически складываются как трудовые, то независимо от их юридического оформления к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, установление судом наличия трудовых отношений между сторонами влечёт обязанность ответчика работодателя внести в трудовую книжку записи о трудовой деятельности истца в вышеуказанный период, в частности, о приёме на работу в должности диспетчера с 22.05.2017. 

Поскольку ответчиком не выполнены возложенные на него обязанности, предусмотренные Налоговым кодексом Российской Федерации, суд считает возможным удовлетворить требования истца о возложении на ответчика обязанности рассчитать и уплатить страховые взносы на обязательное пенсионное страхование, обязательное медицинское страхование и обязательное социальное страхование, а также подоходный налог. 

Учитывая, что по смыслу статьи 62 Трудового кодекса РФ право работника на получение документов распространяется на документы, которые могут содержать информацию о трудовой деятельности работника у работодателя, суд также считает возможным по требованию истца возложить на ответчика обязанность выдать справку формы 2-НДФЛ за весь период работы.

При этом требование истца о возложении на ответчика обязанности возвратить на лицевой счёт истца в Пенсионном фонде РФ удержанные из заработной платы 52 000 руб. удовлетворению не подлежит ввиду отсутствия доказательств незаконного удержания ответчиком указанной суммы из заработной платы истца, размер которой, согласно штатному предписанию не превышает 18 000 руб., поскольку письменных и достоверных доказательств иного размера заработка истцом не представлено.

Проверяя соблюдение истцом срока обращения, предусмотренного ст.392 Трудового кодекса РФ, в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, о пропуске которого заявлено ответчиком, с чем не согласен истец, просивший, в случае соответствующего вывода суда о его восстановлении /л.д.42-44/, суд исходит из того, что в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", разъяснено, что при определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует исходить не только из даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

Судом установлено, что об отсутствии сведений об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное и медицинское страхование и налогов, которые ежемесячно удерживались из заработной платы истца, последнему стало известно только в сентябре 2019 года из ответов на обращения в пенсионный фонд, налоговую службу и фонд социального страхования /л.д.9-13,16-18, 42-44, 57/.

Согласно части 1 статьи 14 Трудового кодекса РФ течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.

После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения.

При таком положении, принимая во внимание, что о нарушении ответчиком права на оформление трудовых отношений в установленном законом порядке с уплатой всех необходимых взносов и налогов истцу стало известно только после обращения в соответствующие государственные учреждения и органы, а до этого ФИО1, исходя из действий работодателя могла полагать, что трудовые отношения с ней оформлены надлежащим образом, поэтому не считала свои права по оформлению трудовых отношений нарушенными, в том числе и потому, что фактически была допущена к работе, осуществляла трудовую деятельность, в связи чем срок обращения в суд с требованием об установлении факта трудовых отношений и производных от него - о внесении записи в трудовую книжку о приёме на работу, о возложении на работодателя обязанности произвести уплату страховых взносов и налогов, истцом не пропущен, поскольку в суд ФИО1 обратилась в декабре 2019 года, то есть в течение трёх месяцев с даты получения ответов из уполномоченных органов в сентябре 2019 года.

В тоже время суд находит возможным согласиться с доводами ответчика о пропуске истцом без уважительных причин срока обращения в суд с требованием о признании незаконным отстранения ответчиком истца от работы с возложением обязанности не чинить препятствий в осуществлении трудовых обязанностей, поскольку, как правильно указано ответчиком и не оспорено истцом, о данном обстоятельстве ФИО1 стало известно в день отстранения от работы генеральным директором ООО "ЛЕНРЕМОНТ" – 16.07.2018, однако за защитой своих прав в части предоставления доступа к рабочему месту истец обратился в суд только 10.12.2019, то есть фактически спустя полтора года со дня указанного события.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 ТК РФ срок.

Вместе с тем, доказательств обращения истца за защитой права на труд в течение установленных законом трёх месяцев с даты отстранения от работы, как и сведений объективно препятствовавших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в указанной части истцом не представлено и в ходе разбирательства по делу не добыто. 

При таком положении требования истца о признании незаконным отстранения от работы, как и производных от него – об обязании работодателя не чинить препятствий в осуществлении трудовых обязанностей и допустить к рабочему месту и соответственно о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула при незаконном отстранении от работы за указанный истцом период, начиная с 16.07.2018 по дату принятии судом решения, удовлетворению не подлежат в связи с пропуском без уважительных причин срока для обращения с такими требованиями в суд.

Требования истца к ответчику о компенсации морального вреда основаны на положениях ст. 237 Трудового кодекса РФ, которые устанавливают, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что нарушение трудовых прав истца ответчиком нашло свое подтверждение при рассмотрении дела, суд приходит к выводу об удовлетворении требования о возмещении морального вреда и при определении размера компенсации учитывает характер нарушения ответчиком трудовых прав истца, степень и объем нравственных страданий истца, фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости и определяет к возмещению компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, полагая заявленную сумму соразмерной последствиям неправомерных действий ответчика.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Таким образом, в соответствии со ст.ст.333.19 Налогового кодекса РФ, ввиду удовлетворения неимущественных требований истца, а также требования о компенсации морального вреда неимущественного характера, с ответчика в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 57, 167, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 –– удовлетворить частично.

Установить факт наличия трудовых отношений между ФИО1 и ООО "ЛЕНРЕМОНТ" в период с 22.05.2017 по 16.07.2018.

Обязать ООО "ЛЕНРЕМОНТ" внести в трудовую книжку ФИО1 сведения о работе в должности диспетчера в период с 22.05.2017 по 16.07.2018, выдать справку формы-2 НДФЛ за период работы, произвести соответствующие обязательные отчисления в отношении ФИО1 в пенсионный фонд, налоговую службу, фонд обязательного медицинского страхования.

Взыскать с ООО "ЛЕНРЕМОНТ" в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.

Взыскать с ООО "ЛЕНРЕМОНТ" в бюджет Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 1 000 руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья