Дело № 2-79/2021 (№ 2-1413/2020)

56RS0019-01-2020-002552-91

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 июля 2021 года г. Орск

Ленинский районный суд г. Орска Оренбургской области, в составе:

председательствующего судьи Липатовой Е.П., при секретаре Бородиной А.С.,

с участием помощника прокурора Ленинского района г. Орска Горнике Н.Н., 

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» - ФИО2, 

третьего лица ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-79/2021 (№ 2-1413/2020) по иску ФИО4 к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская больница № 1 города Орска» о компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л :

ФИО4 обратилась в суд с иском к ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» о компенсации морального вреда в сумме 3 000000 руб. 

В обоснование требований ФИО4 указала, что 14.12.2019 года около 07.00 час. её супруг С был доставлен бригадой скорой медицинской помощи в ГАУЗ «Городская больница № 1 г.Орска». Причиной вызова бригады послужило внезапное болезненное состояние, выражавшееся 

<

данные изъяты>. 

В приёмном покое дежурный врач после осмотра направил С на рентген лёгких, после чего сделал в кисть руки инъекцию неизвестного лекарственного препарата, выдав справку, что С не нуждается в экстренной медицинской помощи и госпитализации. Также рекомендовал обратиться к участковому терапевту, так как у С (согласно справке) 

<

данные изъяты>. В тот же день в 14.31 час., находясь в аптеке недалеко от адреса проживания, С скончался. Причина смерти, установленная материалами вскрытия - 

<

данные изъяты>.

По заключению Министерства здравоохранения Оренбургской области выявлено нарушение порядка оказания медицинской помощи С, выразившееся в не назначении диагностических исследований.

Экспертиза качества оказания медицинской помощи со стороны ТФОМС Оренбургской области выявить дефект оказания медицинской помощи не смогла, в связи с непредставлением документов лечебным учреждением.

Истец полагает, что медицинским персоналом ответчика С оказаны услуги ненадлежащего качества (неверно выставлен диагноз, неправильно оценено состояние пациента, а также не назначено своевременное лечение). Отсутствие квалифицированной медицинской помощи послужило причиной смерти С В результате незаконных действий (бездействия) ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» ФИО4 причинён моральный вред, нравственные страдания, так как она потеряла супруга, самого близкого и дорогого для неё человека. 

Определением суда от 30.11.2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено Министерство здравоохранения Оренбургской области.

Определением от 22.12.2020 года, вынесенным в протокольной форме, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, на стороне ответчика судом привлечён врач ФИО3

В судебное заседание истец ФИО4 не явилась, была извещена надлежащим образом. В представленном заявлении просила суд рассмотреть дело без её участия, поддержав заявленный иск. 

Ранее суду пояснила, что С страдал 

<

данные изъяты>. За два года до случившегося супруг перенёс 

<

данные изъяты>. За две недели до смерти у него 

<

данные изъяты>. В больницу С не обращался, считая, что всё пройдёт, однако каждый вечер контролировал показатели с помощью тонометра, принимал «

<

данные изъяты>». 

Вечером 13.12.2019 года жалоб С не предъявлял. В ночь с 13.12.2019 на 14.12.2019 года не спал, около 06.00 час. попросил её вызвать скорую помощь, сказав, что ему 

<

данные изъяты>. Бригаду СМП ждали около получаса, никакие препараты в это время С уже не принимал. У супруга было 

<

данные изъяты>. Прибывшие сотрудники скорой помощи, выслушав жалобы, сделали кардиограмму. Увидев незначительные изменения, спросили, поедет ли он в больницу. Супруг дал согласие, после чего был доставлен в ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» экипажем СМП. Истица поехала с ним. Прибыв на место, на протяжении 10 минут они ждали, когда медсестра вымоет пол, затем С отвели на рентген. По мере возвращения врач ФИО3 в грубой форме попросил её удалиться. Позже ей (ФИО4) стало известно, что супругу сделали укол, выдав справку, что он не нуждается в госпитализации. При этом ему выставили диагноз: «

<

данные изъяты>», рекомендовав в ближайший рабочий день обратиться к участковому врачу. Со слов С после инъекции ему стало легче, жалоб он также не предъявлял, поэтому они вдвоём на маршрутном такси самостоятельно добрались до дома. С, выпив горячее молоко, лёг отдыхать (до 09.30 мин.), затем помылся и ближе к обеду ушёл в парикмахерскую. На вопрос истца о том, как он себя чувствует, ответил: «Ничего». Около 14.31 час. позвонил истице из аптеки, находящейся неподалёку от дома, сказав, что ему очень плохо, после чего отключился от связи. Прибежав в аптеку, увидела, что С лежит в крови. Не поняв, что супруг умер, начала поднимать его, просила фармацевта сделать С искусственное дыхание, случившееся осознала позже. 

В медицинском заключении 

<

данные изъяты> не был указан в качестве причины смерти, однако патологоанатом при разговоре с дочерью С сообщил, что на фоне 

<

данные изъяты>, в связи с чем, он 

<

данные изъяты>. 

Министерство здравоохранения Оренбургской области, а также ТОФМС по Оренбургской области при проведении проверки установили, что супругу истца не провели достаточное медицинское обследование. В том случае, если у врача имелись сомнения в диагнозе пациента, он мог оставить его в больнице, но этого сделано не было. С неверно выставлен диагноз, не назначено подходящее и своевременное лечение, повлекшее его смерть. 

С С истица знакома со школы, в браке они прожили более 40 лет, воспитали двоих детей. Их дочь в настоящее время проживает в 

<

адрес>, сын остался жить с ней. Внезапная смерть супруга стала для истицы невосполнимой утратой. 

Представитель истца ФИО1, действуя по устному ходатайству, исковые требования поддержала по обстоятельствам, изложенным в исковом заявлении. Обратила внимание суда на то, что заключением Министерства здравоохранения Оренбургской области от 26.02.2020 года были установлены дефекты оказания медицинской помощи С, это нашло своё подтверждение и при проведении судебно-медицинской экспертизы, при этом комиссией экспертов сделан вывод о возможности сохранения жизни пациента при условии выполнения всех требований на догоспитальном этапе. В данной связи, несмотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи между действиями работников ГАУЗ «Городская больница № 1 г.Орска» и смертью С, имеются все основания для компенсации морального вреда, размер которого соответствует тяжести перенесённых истцом страданий от потери близкого человека. 

Представитель ответчика ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» - ФИО2, действуя по доверенности, исковые требования ФИО4 не признала по доводам письменного отзыва и дополнениям к нему.

В обоснование возражений сослалась на то, что согласно журналу отказов от госпитализации, протокола врачебной комиссии, 14.12.2019 года в 7.30 час. С был доставлен бригадой СМП в приёмное отделение ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» с диагнозом: «

<

данные изъяты>». Из анамнеза установлено, что больной предъявлял жалобы на 

<

данные изъяты>. Пояснял, что был болен около недели, лечение не проходил, за медицинской помощью не обращался. ЭКГ острой патологии не выявило. Выставлен предварительный диагноз: 

<

данные изъяты>. На момент осмотра в экстренной медицинской помощи пациент не нуждался, ему была рекомендована явка к участковому врачу 14.12.2019 года. Истец в своём заявлении ссылается на результаты проверки Министерства здравоохранения Оренбургской области и дефект медицинской помощи в части не назначения супругу диагностического исследования ОАМ, ОАК. Между тем, отсутствие вышеназванных исследований не могло оказать существенного влияния на последующий неблагоприятный исход и не могло способствовать ухудшению состояния здоровья пациента. Неотложная медицинская помощь С оказывалась ответчиком в рамках первичной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях. Врач действовал согласно п. 9 Приложения № 5 к Положению об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению, утв. приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 15.05.2012 года №543-Н, исходя из которого после оказания неотложной медицинской помощи пациенту и устранению либо уменьшению проявлений неотложного состояния пациент направляется к врачу, что и было сделано дежурным врачом ФИО3 Последний, в соответствии с журналом отказов от госпитализации, назначил пациенту явку к участковому врачу. Само по себе обращение за неотложной помощью не предполагает такого последствия как госпитализация. В данном случае на основании рентгеновского снимка и ЭКГ, представленной сотрудниками СМП, было установлено, что острой необходимости в госпитализации нет. Причиной смерти, установленной заключением судебно-медицинской экспертизы в ходе первичной проверки, явилась 

<

данные изъяты>. Заключением судебно-медицинской экспертизы, назначенной в ходе рассмотрения настоящего дела, было выявлено отсутствие как прямой, так и косвенной причинно-следственной связи между последствиями в виде смерти С и дефектами медицинской помощи, оказанной ему в ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска», при этом смерть супруга истца наступила от 

<

данные изъяты>. Данные выводы экспертов однозначно свидетельствуют о том, что смерть С наступила от заболевания, а не от действий медицинских работников. 

Дополнительно представителем ответчика были представлены возражения на заключение, подготовленное ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» - в той части, где указано о неверно выставленном диагнозе «

<

данные изъяты>» и отнесении данного основания к дефекту оказания медицинской помощи. При первичном осмотре пациента допускается установление предварительного диагноза, который в течение 72 часов (по мере проведения диагностических процедур) может быть скорректирован. Именно для установления клинического диагноза С была назначена явка к участковому врачу на 14.12.2019 года, что он проигнорировал. Пациент при его первичном осмотре в ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» не предъявлял жалоб на 

<

данные изъяты>, а равно на иные ощущения, которые характерны именно для клинической картины 

<

данные изъяты>, не заявляла о наличии подобных жалоб до судебного заседания и сама ФИО4 

<

данные изъяты> - состояние, развивающееся внезапно и остро. Фактически после первичной медицинской помощи С стало лучше, о чём свидетельствует его поведение и данные, сообщённые истицей (С по приезду домой помылся, посетил парикмахерскую), внезапное развитие 

<

данные изъяты> произошло, когда он находился в аптеке. Так, свидетель Ж подтвердил, что С «

<

данные изъяты>». Эти жалобы соответствуют картине 

<

данные изъяты>.

Третье лицо ФИО3 выразил несогласие с заявленным иском. По существу спора пояснил, что 14.12.2019 года он являлся дежурным врачом ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска». Примерно в 07.20 - 07.40 час. ему из приёмного покоя поступило сообщение о том, что бригада СМП привезла пациента с подозрением на 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> у него не имелось, 

<

данные изъяты> также не было. Он (ФИО3) опросил С, последний предъявлял жалобы на 

<

данные изъяты> при физической нагрузке, также сообщил, что болеет уже около недели, сам не лечился, к врачу не обращался, бригаду СМП вызвал ввиду того, что ему стало «

<

данные изъяты>». Пациенту был сделан рентгеновский снимок, 

<

данные изъяты> не подтвердилась. Затем С был введён препарат «

<

данные изъяты>», который снимает спазм, отчего ему стало легче. Он (ФИО3) выставил диагноз: «

<

данные изъяты>», выдал на руки результаты ЭКГ, сделанной бригадой СМП, и заключение с назначением явиться на приём к участковому врачу 14.12.2019 года. Не назначил диагностическое исследование ОАМ, ОАК, так как на момент осмотра угрозы жизни и здоровью не было, соответственно, дальнейшее лечение пациент мог пройти в амбулаторных условиях в плановом порядке. Исходя из представленного заключения ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», смерть С не связана с оказанием ненадлежащей медицинской помощи, в связи с чем, основания для удовлетворения иска отсутствуют. 

Представитель третьего лица по делу - Министерства здравоохранения Оренбургской области не принял участия в рассмотрении дела.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц, при этом, выслушав пояснения представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, третьего лица ФИО3, заключение помощника прокурора Ленинского района г.Орска Горнике Н.Н. и исследовав письменные материалы дела, пришёл к следующему выводу. 

Конституцией РФ к числу основных прав человека отнесено его право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст. 41).

Как указано в ст. 4 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» от 21.11.2011 года № 323-ФЗ, к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Исходя из ч. 1, 2 ст. 19 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в т.ч. в соответствии с договором добровольного медицинского страхования. 

В п. 21 ст. 2 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» определено, что качество медицинской помощи представляет совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании пациенту медицинской помощи, а равно степень достижения запланированного результата.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством РФ за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причинённый жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в том объёме и порядке, которые установлены законодательством РФ (ч. 2 и 3 ст. 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ»).

Как установлено, 14.12.2019 года в 06 час. 31 мин. по месту жительства С (

<

адрес>) был вызван экипаж скорой медицинской помощи, последнему после осмотра выставлен диагноз: «

<

данные изъяты>» (л.д. 44).

В тот же день бригадой скорой медицинской помощи С был доставлен в ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска», дежурный врач-терапевт ФИО3, осмотревший пациента, выставил следующий диагноз: «

<

данные изъяты>», указав, что в экстренной медицинской помощи он не нуждается. Дополнительно рекомендовал С явиться к участковому врачу 14.12.2019 года (л.д. 69).

14.12.2019 года в дневное время С умер, находясь в аптеке по адресу: 

<

адрес> (л.д. 14-15). Свидетель Ж, являвшийся очевидцем происшествия и допрошенный судом в ходе слушания, пояснил, что при встрече С пожаловался на давление в области груди, его руки при рукопожатии были мокрыми.

Исходя из акта судебно-медицинского исследования № от 09.01.2020 года, смерть С наступила от 

<

данные изъяты>. Также были обнаружены следующие телесные повреждения: 

<

данные изъяты>, которые образовались от действия тупого твёрдого предмета или при ударе о таковой незадолго до наступления смерти (данные повреждения расцениваются как повреждения, причинившие лёгкий вред здоровью, в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти не находятся (л.д. 61-64). 

В заключении врачебной комиссии ГАУЗ «Городская больница № 1 г.Орска» от 18.02.2020 года (л.д.41) отражено, что у больного отсутствует необходимый минимум обследования при обращении в экстренном порядке (КАК, ОАМ, ЭКГ), заболевание С носило малосимптомное течение, больной не обратился на приём к дежурному терапевту поликлиники по месту жительства, в связи с чем, любое жизнеугрожающее состояние могло развиться после обращения. 

По факту халатных действий работников ГАУЗ «Городская больница № 1 г.Орска» и причинения смерти по неосторожности следственным отделом по г.Орску СУ СК РФ проведена проверка, постановлением старшего следователя А от 21.02.2020 года отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием признаков события преступлений, предусмотренных ст. 109, 293 УК РФ (л.д. 34).

Согласно акту Министерства здравоохранения Оренбургской области от 26.02.2020 года в ходе ведомственного контроля были выявлены нарушения обязательных требований нормативно-правовых актов со стороны дежурного врача-терапевта ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» ФИО3 - в нарушение приказа Минздравсоцразвития РФ от 23.07.2010 года № 541н пациенту не назначены ОАК, ОАМ. Данный случай разобран подкомиссией по контролю качества ВК медицинской организации, дежурным врачам было указано на неукоснительное соблюдение ими минимума лабораторных и инструментальных обследований, назначаемых при экстренных обращениях. В адрес главного врача ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» вынесено предписание об устранении выявленных нарушений (л.д. 74-75).

16.03.2020 года постановление старшего следователя следственного отдела по г. Орску СУ СК РФ от 21.02.2020 года об отказе в возбуждении уголовного дела отменено как необоснованное (проверочные мероприятия проведены не в полном объёме - не опрошен сотрудник ГАУЗ «Городская больница № 1 г.Орска», который осуществлял осмотр С, не получено заключение служебной проверки (л.д.73).

Постановлением старшего следователя следственного отдела по г. Орску СУ СК РФ А от ДД.ММ.ГГГГ вновь отказано в возбуждении уголовного дела по факту халатных действий работников ГАУЗ «Городская больница № 1 г.Орска» и причинения смерти по неосторожности С в связи с отсутствием признаков состава преступлений, предусмотренных ст. 109, ч. 2 ст. 293 УК РФ (л.д. 77-79).

По факту обращения истицы в ТФОМС по Оренбургской области была назначена экспертиза качества оказания медицинской помощи. Медицинская документация, подтверждающая оказание медицинской помощи С, не представлена, ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» привлечено к материальной ответственности в виде штрафа (л.д. 83-86).

Для исследования вопроса относительно качества оказания С медицинской помощи судом в ходе рассмотрения настоящего дела была назначена судебно-медицинская экспертиза. 

В соответствии с заключением экспертов ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 03.06.2021 года:

- смерть С наступила от 

<

данные изъяты> на фоне имевшейся хронической 

<

данные изъяты>;

- на догоспитальном этапе ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» установлены дефекты медицинской помощи С в части диагностики, обусловленные отсутствие дифференциально-диагностического поиска, который, согласно ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» от 21.11.2011 года, направлен на распознаванием состояний и осуществляется посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных исследований, а именно: не дана правильная оценка клинических симптомов, отсутствует целенаправленный сбор анамнеза, отсутствует полное физикальное исследование, отсутствует анализ ЭКГ (в п. 4 аналитико-сиентезирующей части исследования отражено, что 14.12.2019 года в приёмном покое диагноз «

<

данные изъяты>» был поставлен неправильно);

- ни один из установленных при производстве настоящей экспертизы дефектов медицинской помощи С сам по себе не привёл к развитию 

<

данные изъяты>, на фоне имевшейся хронической 

<

данные изъяты>, а также не оказал активного влияния на его прогрессирование. В этой связи, прямой либо косвенной причинно-следственной связи между дефектами медицинской помощи и наступлением смерти С не имеется;

- в отсутствие дефектов диагностики на догоспитальном этапе ГАУЗ «Городская больница № 1 г.Орска», при своевременном выявлении 

<

данные изъяты>, возможность сохранения жизни С не исключена, хотя и не гарантированная.

У суда не имеется оснований не доверять заключению ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 03.06.2021 года.

Исследование проводилось комиссией экспертов, обладающих должной квалификацией и длительным опытом работы, до проведения экспертизы все они были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УКК РФ за дачу заведомо ложного заключения. 

Заключение экспертов соответствует предъявляемым требованиям, в нём есть ссылка на нормативное обеспечение, имеется описание исследования и обоснование результатов. 

Исходя из исследовательской части заключения, в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы изучались медицинские карты С, материалы гражданского дела, содержащие направление СМП, акт судебно-медицинского исследования трупа, протокол заседания врачебной комиссии ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска», акт проверки в рамках ведомственного контроля Министерства здравоохранения Оренбургской области, материалы доследственной проверки и надзорного производства в рамках уголовно-процессуального законодательства. 

Выводы, сделанные комиссией экспертов, мотивированы с достаточной полнотой, носят категоричный характер, не допуская их двоякого толкования.

Несогласие стороны ответчика с заключением в части выводов экспертов о неверно выставленном пациенту С диагнозе («

<

данные изъяты>») и отнесении данного основания к дефекту медицинской помощи, по мнению суда, безосновательно.

Мотивируя свою позицию, представитель ГАУЗ «Городская больница №1 г. Орска» сослался на то, что пациент при осмотре в приёмном покое ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» не предъявлял жалоб, характерных для клинической картины 

<

данные изъяты>, а потому объективных данных на указанное заболевание у врача ФИО3 не имелось.

Между тем, исходя из протокола заседания врачебной комиссии ГАУЗ «Городская больница № 1 г.Орска» от 18.02.2020 года, основанного на данных анамнеза, больной предъявлял жалобы 

<

данные изъяты>, а таковые, согласно заключению ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», характерны именно для 

<

данные изъяты>, описанная же врачом ФИО3 клиническая картина не соответствует поставленному им диагнозу: «

<

данные изъяты>», который проявляется 

<

данные изъяты>). Более того, как установлено заключением ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», а равно заключениями врачебной комиссиии ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» и Министерства здравоохранения по Оренбургской области в рамках ведомственного контроля, врачом ФИО3 пациенту не были назначены необходимые лабораторные исследования, направленные на определение его диагноза и выбор мероприятий по лечению, что лишило права на медицинскую помощь в гарантированном объёме. 

В указанной связи, выводы заключения ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» о наличии дефектов медицинской помощи С в виде неправильной диагностики его заболевания, а равно неверно поставленного диагноза, не вызывают у суда каких-либо сомнений. 

С учётом всех вышеназванных обстоятельств, суд принимает в качестве средства обоснования своих выводов по настоящему делу заключение ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 03.06.2021 года и приходит к выводу, что оно должно быть положено в основу решения. 

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в иных случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесённым в результате нравственных страданий, и др.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 (ст.1064 - 1101) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Исходя из ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам семьи, иждивенцам, необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 3 и 4 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» от 26.01.2010 года № 1).

По смыслу приведённых положений законодательства, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причинённые лицу действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенёс физические (нравственные) страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, отсутствия его вины, т.е. установленная презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда, а также доказательства, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Ответчиком по делу - ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» в рамках спора не доказана правомерность поведения врача-терапевта ФИО3 в организации своевременного квалифицированного обследования С по указанным им жалобам (ч. 2, 5 ст. 70 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан РФ») и отсутствие вины в оказании пациенту медицинской помощи ненадлежащего качества, в т.ч. доказательства, подтверждающие отсутствие вины в неустановлении правильного диагноза, ненадлежащей диагностики на догоспитальном этапе. 

Поскольку С при его поступлении в ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска» в экстренном порядке медицинская помощь не была оказана надлежащим образом и в полном объеме, тогда как при отсутствии дефектов диагностики на догоспитальном этапе (при условии своевременном выявлении 

<

данные изъяты>) возможность сохранения жизни пациента не была исключена, суд приходит к выводу о наличии оснований для компенсации морального вреда по требованиям ФИО4 за счёт ответчика - ГАУЗ «Городская больница № 1 г. Орска».

Право ФИО4 на предъявление подобного иска не вызывает сомнений. 

В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, оказании им ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, так как исходя из семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

При определении конкретной денежной суммы, подлежащей взысканию, суд учитывает требования разумности и справедливости, индивидуальные особенности истицы, включая пол, возраст и уровень взаимоотношений с супругом, в зарегистрированном браке с которым она находилась более 40 лет, принимает во внимание характер причинённых нравственных страданий, связанных с внезапной смертью С и переживаниях вследствие утраты близкого человека, конкретные обстоятельства причинения вреда, в т.ч. установленный перечень дефектов медицинской помощи С, степень вины причинителя вреда, отсутствие прямой (косвенной) причинно-следственной связи между дефектами медицинской помощи и наступлением смерти С, который, вопреки рекомендации врача ФИО3 14.12.2019 года не обратился к участковому врачу по месту жительства для дальнейшего лечения, в связи с чем, считает возможным компенсировать ФИО4 моральный вред за счёт ГАУЗ «Городская больница № 1 г.Орска» в размере 100000 руб. 

В удовлетворении остальной части требований ФИО4 к ГАУЗ «Городская больница № 1 г.Орска» суд отказывает, полагая, что сумма, заявленная истцом (3000000 руб.), завышена.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковое заявление ФИО4 к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская больница № 1 города Орска» удовлетворить частично. 

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Городская больница № 1 города Орска» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 100000 (сто тысяч) рублей. 

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская больница № 1 города Орска» в остальной части - отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд, через Ленинский районный суд г.Орска, в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме - 29.07.2021 года.

Судья Е.П. Липатова