Гражданское дело №

УИД-09RS0001-01-2017-002423-37

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 июня 2019 года г. Черкесск, КЧР

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики, в составе: судьи Панаитиди Т.С.,

при секретаре Кубановой М.Х.,

с участием: старшего помощника прокурора г. Черкесска Зайчук Н.А., 

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей по доверенности,

представителя ответчика Государственного Учреждения – Регионального отделения Фонда Социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике – ФИО5, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Черкесского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному учреждению Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике о признании права на обеспечение по социальному страхованию,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 через своего представителя ФИО2 обратилась в Черкесский городской суд КЧР с иском к Государственному учреждению Региональное отделение Фонда социального страхования РФ по КЧР о признании права на обеспечение по социальному страхованию. Свое обращение мотивировала тем, что она, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приказом № 17 от 03 июля 1991 года была принята на работу в должности заведующей лаборатории ветсанэкспертизы Усть-Джегутинской Райветстанции. Работала в указанной должности до 23.11.1992 г. С 23 ноября 1992 г. была назначена на должность ветеринарного врача- гинеколога Усть-Джегутинской райветстанции. Приказом № 12 от 28 мая 1993 года была переведена на должность заведующей ветеринарного участка аула Эльтаркач. В указанной должности работала до 15 сентября 1994 года. При исполнении обязанности в должности заведующей ветеринарного участка аула Эльтаркач Усть-Джегутинской районной ветеринарной станции в результате работы с неблагополучным поголовьем по бруцеллезу крупного рогатого скота в период с 1993 года по 1994 год она получила профессиональное заболевание - резидуальный бруцеллез. В Управление «Роспотребнадзора по КЧР», в ФБУЗ «ЦТ и Э в Карачаевском районе», Фонд СС по КЧР и работодателю было направлено Извещение об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания № 35 от 21.08.2015 г. 06 октября 2015 года комиссией был составлен Акт «О случае профессионального заболевания», который утвержден Главным Государственным санитарным врачом по КЧР. Имеются оформленные в соответствии с утвержденными Приказом Минздрава РФ от 28 мая 2001 г. № 176 «О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в Российской Федерации» формами: санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) № 34 от 10.09.2014 г. (приложение № 2); извещение об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене № 35 от 21.08.2015 г. (приложение № 3); Карта эпизоотолого - эпидемиологического обследования очага зоонозного заболевания № 4 от 25.06.2014 г.; Медицинское заключение № 35 от 21.08.2015 г. Последствия полученного ею профессионального заболевания привели к инвалидности с 60 % утратой профессиональной трудоспособности с 06.10.2015 года. ГУ - РО ФСС РФ по КЧР письмом от 21.04.2016 г. за исх.№ 07-26 \0907\287-C отказал истице в назначении страховых выплат. Считает отказ страховщика незаконным и необоснованным. Руководствуясь статьями 18, 19, 39, 45, 46 Конституции РФ, ст.ст. 21, 22, 209-231 ТК РФ, ст.ст. 15, 1064, 1086, 1091 ГК РФ, ст.ст. 3, 5, 8, 10-12, 15, 18, 19, 28 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», просит суд: Признать её, ФИО1, право на обеспечение по социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием «резидуальный бруцеллез», полученным в период работы в должности заведующей ветеринарным участком аула Эльтаркач РГУ «Усть- Джегутинская районная ветеринарная СББЖ», повлекшим утрату 60-ти процентов профессиональной трудоспособности с 06 октября 2015 года. Обязать Государственное учреждение - Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике назначить ей, ФИО1, единовременную и ежемесячные страховые выплаты с последующей индексацией в соответствии с действующим законодательством.

Определением Черкесского городского суда от 29 мая 2017 года по ходатайству представителя ответчика ФИО3 производство было приостановлено в связи с назначением судебно-медицинской экспертизы, производство которой поручено Федеральному государственному бюджетному научному учреждению «Научно-исследовательский институт медицины труда» (ФГБНУ «НИИ МТ») Российской академии медицинских наук, 

<

адрес>.

11 декабря 2017 года настоящее гражданское дело вернулось в суд с заключением судебно-медицинской экспертизы № 42 от 14.11.2017 года ФГБНУ «НИИ МТ».

25 декабря 2017 года определением суда назначена повторная судебно-медицинская экспертиза, производство экспертизы поручено экспертам ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья», находящегося по адресу в г. Санкт – Петербург.

10.12.2018 года в адрес суда поступило мотивированное сообщение об отсутствии возможности проведения экспертизы с материалами настоящего дела. В котором указано, что в соответствии с текстом определения от 25.12.2017 судебная экспертиза должна быть произведена очно (с обязательным участием истца Хатуевой М.Х). Настоящим уведомляют, что истец ФИО1 для проведения обследования не поступала в ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» (г. Санкт- Петербург, ул. 2- я Советская, д.4), до настоящего времени не связывалась от своего имени или от имени представителя с ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья». А также некорректно указан срок проведения экспертизы. В связи с чем, указано, что проведение экспертизы по установлению наличия или отсутствия связи заболевания ФИО1 с профессией не представляется возможным. Материалы гражданского дела №2-1855/17 направляются в адрес Черкесского городского суда КЧР без дачи экспертного заключения.

10 января 2019 года истец и её представитель поддержали ранее заявленное ходатайство о назначении повторной судебно-медицинской экспертиза, и определением суда вновь назначена повторная судебно-медицинская экспертиза, производство экспертизы поручено экспертам ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья», в г. Санкт – Петербург.

21 мая 2019 года материалы гражданского дела с экспертным заключением от 19 марта 2019 года № 2019/14. 

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2 поддержали доводы, изложенные в исковом заявлении и просили уточненные требования удовлетворить в полном объеме: 1. Признать её, ФИО1, право на обеспечение по социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием «резидуальный бруцеллез», полученным в период работы в должности заведующей ветеринарным участком аула Эльтаркач РГУ «Усть-Джегутинская районная ветеринарная СББЖ», повлекшим утрату 60-ти процентов профессиональной трудоспособности с 06 октября 2015 года. 2. Обязать Государственное учреждение - Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике назначить ей, ФИО1, единовременную и ежемесячные страховые выплаты с 06 октября 2015 года с последующей индексацией в соответствии с действовавшим на дату наступления страхового случая законодательством.

Выслушав истца и его представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования, исследовав имеющиеся в деле документы, суд пришел к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований по следующим основаниям.

Обеспечение по обязательному социальному страхованию лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, осуществляется в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» № 125-ФЗ от 24.07.1998г.

Гражданский кодекс Российской Федерации - в соответствии с вытекающими из Конституции РФ основными началами гражданского законодательства (п.1 ст.1 ГК РФ) - не ограничивает гражданина в выборе способа защиты нарушенного права и не ставит использование общих гражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия специальных, вещно-правовых, способов; граждане и юридические лица в силу ст. 9 ГК РФ вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению.

Согласно медицинского заключения РГБЛПУ «Карачаево-Черкесская республиканская инфекционная клиническая больница» г. Черкесска № 35 от 21 августа 2015 года ФИО1 комиссионно установлен заключительный диагноз хронического профессионального заболевания - резидуальный бруцеллез. В извещении об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене № 35 от 21 августа 2015 года РГБЛПУ «Карачаево-Черкесская республиканская инфекционная клиническая больница» в отношении ФИО1 указаны вредные производственные факторы и причины, вызвавшие профзаболевание.

По поводу выявления у ФИО1 указанного профессионального заболевания было проведено расследование данного факта, о чем 10 сентября 2014 года главным специалистом - экспертом ОЭН Управления Роспотребнадзора по КЧР при участии заместителя главного врача ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в КЧР», внештатного врача инфекциониста КЧР, главного врача РГБУ «Усть-Джегутинской районной Ветеринарной СББЖ», составлен акт о случае профессионального заболевания, где указано, что настоящее заболевание бруцеллезом у ФИО1 является профессиональным и возникло при выполнении обязанностей заведующей Эльтаркачским ветеринарным участком в период работы с 28.05.1993г. по 13.09.1994г. в режиме работы с неблагополучным поголовьем по бруцеллёзу КРС в Карачаево-Черкесской Республике, Усть-Джегутинском районе, на Эльтаркачском ветеринарном участке, при отсутствии условий для соблюдения мер личной биологической безопасности, недостаточном обеспечении СИЗ, дезинфицирующими средствами, отсутствием санитарнобытовых помещений, имел место неоднократный контакт с возбудителем бруцеллёза. На основании выписки из истории болезни 

<

данные изъяты>

Согласно справки МСЭ № 0001246 от 16.02.2015 г. ФИО1 установлено 60 % утраты профессиональной трудоспособности с 02.02.2017 года до 01.03.2018 года.

В связи с вступлением в силу 06.01.2000г. Федерального закона от 24.07.1998г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» назначение и выплата сумм в возмещение вреда здоровью должно производится ответчиком ГУ-РО ФСС РФ по КЧР.

В соответствии с п. 8 ст. 16 №125-ФЗ, от 24.07.1998г. застрахованный имеет право на получение от страхователя и страховщика бесплатной информации о своих правах и обязанностях по обязательному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. В соответствии с п. 9 ст. 18 вышеуказанного Закона, законодателем на страховщика возложена обязанность по разъяснению пострадавшему его прав и обязанностей, а также порядка и условий обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. В соответствии с ч. 2 ст. 19 Федерального закона страховщик несет ответственность за осуществление обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, правильность и своевременность обеспечения по страхованию застрахованных и лиц, имеющих право на получение страховых выплат в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Письмом исх. № 07-26/0907-287С от 21.04.2016г. Государственного учреждения – регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по КЧР в адрес ФИО1 направлено сообщение о том, что у отделения Фонда нет оснований для квалификации данного случая как страхового, и в назначении страховых выплат ей отказано. Указав, что по анализу представленных документов, отсутствует причинно-следственная свяхь между работой ФИО1 в РГБУ «Усть-Джегутинская районная ветеринарная станция по борьбе с болезнями животных» и формированием в неё в течение последних нескольких лет хронического заболевания опорно-двигательного аппарата. Кроме того, по информации, имеющейся в отделении Фонда, в Карачаево-Черкесской Республике Центр профессиональной патологии отсутствует.

Не согласившись с отказом ГУ-РО ФСС России по КЧР в назначении ему обеспечения по страхованию, предусмотренного № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 года, обратился в суд с требованием о признании отказа незаконным. 

Суд, установив фактические обстоятельства дела, при принятии решения руководствуется следующими основаниями.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Правовое регулирование отношений по социальному обеспечению в случае болезни, вызванной воздействием неблагоприятных факторов при исполнении трудовых обязанностей, осуществляется по нормам Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путём предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору.

Федеральный закон № 125-ФЗ регламентирует права застрахованного лица и обязанности страхователя по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, устанавливает правовые формы социальной защиты застрахованных лиц, определяет порядок возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору.

С целью безусловной правовой охраны прав застрахованных лиц Федеральным законом № 125-ФЗ императивно регламентированы основания возникновения права застрахованного лица на получение обеспечения по страхованию, установлены условия реализации страховщиком обязанности по выплате страхового возмещения, а равно отказа в такой выплате.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», пунктами 4, 5 Положения о расследовании и учёте профессиональных заболеваний, утверждённого постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967 профессиональным заболеванием признается хроническое или острое заболевание, являющееся результатом воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности. Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем.

В соответствии с ч. 1 ст. 7 Федерального закона № 125-ФЗ право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу ст. 3 Федерального закона №125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Обеспечение по страхованию осуществляется в виде страховых выплат: пособия по временной нетрудоспособности, страховой выплаты (единовременной страховой выплаты застрахованному и ежемесячных страховых выплат) (ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ).

Единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному, если по заключению учреждения МСЭ результатом наступления страхового случая стала утрата им профессиональной трудоспособности (ст. 10 Федерального закона № 125-ФЗ).

Ежемесячная страховая выплата назначается и выплачивается застрахованному за весь период утраты им профессиональной трудоспособности с того дня, с которого учреждением МСЭ установлен факт утраты застрахованным профессиональной трудоспособности (п. 3 ст. 15 Федерального закона № 125).

Системный анализ нормативных положений указанного закона свидетельствует о том, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора.

Сторонами факты повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке, принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных, не оспаривались. Спорные правоотношения возникли в связи с разногласиями в части наличия причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967 утверждено Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний (далее - Положение).

Согласно п. 10 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний установление диагноза «острое» профессиональное заболевание осуществляется на основании клинических данных состояния здоровья работника и санитарно - гигиенической характеристики условий его труда учреждениями здравоохранения.

Из п.2.14. Постановления Главного государственного санитарного врача РФ от 26.04.2010 № 39 «Об утверждении СП 3.1.7.2613-10» (вместе с «СП 3.1.7.2613-10. Профилактика бруцеллеза. Санитарно-эпидемиологические правила») следует, что клинически выделяют острый (до 3-х месяцев), подострый (до 6 месяцев), вторично-хронический (свыше 6 мес. от начала острого), первично-хронический (начало заболевания установить не удается), резидуальный бруцеллез (свыше 2 лет).

В соответствии с п. 11 указанного Положения при установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание (отравление) извещение о профессиональном заболевании работника в 3-дневный срок направляется в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора; больной направляется на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (п. 13), Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п. 14).

В силу п. 16 данного Положения установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы.

Кроме того, в силу норм трудового законодательства и указанного Положения профессиональное заболевание, возникшее у работника, расследуется комиссией, которая на основании рассмотрения документов, в числе прочего, устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника и составляет акт о случае профессионального заболевания.

В соответствии с п. 30 Положения именно акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем.

Под хроническим профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности (пункт 4).

При этом, профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем (пункт 5).

Днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности.

В данном случае днем наступления страхового случая является день установления истцу 60 % степени утраты профессиональной трудоспособности, т.е. 06 октября 2015 года.

В силу абз. 1 п. 1 ст. 10 указанного ФЗ № 125-ФЗ, единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному - если по заключению учреждения медико-социальной экспертизы результатом наступления страхового случая стала утрата им профессиональной трудоспособности.

В силу части 4 статьи 15 Федерального закона № 125-ФЗ назначение обеспечения по страхованию осуществляется страховщиком на основании заявления застрахованного, его доверенного лица или лица, имеющего право на получение страховых выплат, на получение обеспечения по страхованию, и представляемых страхователем (застрахованным) следующих документов (их заверенных копий): акта о несчастном случае на производстве или акта о профессиональном заболевании.

Таким образом, акт о случае профессионального заболевания является документом, необходимым для назначения страховых выплат.

Как усматривается из материалов дела причиной профессионального заболевания явилось воздействие неблагоприятных факторов в период работы в должности заведующей ветеринарным участком аула Эльтаркач РГУ «Усть-Джегутинская районная ветеринарная СББЖ» в период с 28.05.1993 года по 13.09.1994 года. 

Согласно представленной трудовой книжки ФИО1, следует, что она 03.07.1991 года была принята в должности заведующей лаборатории ветсанэкспертизы Усть-Джегутинской Райветстанции (Пр. № 17 от 03.07.1991г.), 23.11.1992 года переведена на должность ветврача-гинеколога (Пр. № 25 от 23.11.1992г.), 28.05.1993 года переведена на должность заведующей вет.участка аула Эльтаркач (пр. № 12 от 28.05.1993г.); 12.09.1994 года уволена по собственному желанию (Пр. № 27 от 12.09.1994 года). 

Факт работы истца в указанный период времени в должности заведующей ветеринарным участком аула Эльтаркач РГУ «Усть-Джегутинская районная ветеринарная СББЖ» не оспаривается.

Установление обстоятельств и причин возникновения профессионального заболевания в соответствии с «Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний», утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 года № 967, находится в компетенции комиссии проводящей такое расследование, по результатам которого составляет акт о случае профессионального заболевания (п. 26 и п. 27 Положения).

Так, в п.17 акта о случае профессионального заболевания от 06 октября 2015 года установлено, что работая заведующее ветеринарным участком а. Эльтаркач в РГБУ «Усть-Джегутинской районной ветеринарной станции по борьбе с болезнями животных» Усть-Джегутинского района ФИО1 на основании должностных инструкции письма РГБУ «Усть-Джегутинская районная ветеринарная станция по борьбе с болезнями животных» №73 от 23.09.2015 г. выполняла следующие функциональные обязанности: оказывала практическую помощь в проведении ветеринарных мероприятиях, проводила диагностические исследования и иммунизацию животных, ликвидацию очагов заразных болезней, лечение больных животных, проводила предубойный осмотр животных, ветеринарно-санитарную экспертизу продуктов убоя и клеймение мяса, давала заключение о причинах падежа животных и принимала меры к его предупреждению, осуществляла ветеринарный контроль: при заготовках, перегоне, перевозке и убое животных, при заготовках. Перевозке, переработке и хранении продукции животного происхождения, при торговле животными и сырыми животными продуктами, при уборке и утилизации трупов животных. В период работы ФИО1 в РГБУ «Усть-Джегутинской районной ветеринарной станции по борьбе с болезнями животных» Усть-Джегутинского района Карачаево-Черкесской республики со слов отсутствовали условия для соблюдения мер личной биологической безопасности: животноводческие помещения не отапливались, не обеспечивались водопроводной водой, не было горячей воды. Спеподеждой и СИЗ обеспечивалась не в полном объёме. Медицинская аптечка отсутствовала. Стирка и дезинфекция рабочей одежды осуществлялась на дому. На письма РГБУ «Усть-Джегутинской районной ветеринарной станции по борьбе с болезнями животных» №72 от 23.09.2015г. результаты прохождения предварительного и периодического медицинского осмотра ФИО1 за период её работы заведующей Эльтаркачским ветеринарным участком с 28.05.1993г. по 13.09.1994г. не сохранены. Санитарно-бытовые помещения отсутствуют. 

Из исследованного медицинского заключения № 35 от 21.08.2015 года, на основании представленных документов, установлено, что ФИО1 получила профессиональное заболевание в период работы в Усть-Джегутинской районной ветеринарной СББЖ при этом, согласно указанного заключения, проведенного комиссионно, установлен заключительный диагноз Резидуальный бруцеллез. 

Как следует из материалов дела и доводов истицы, в период работы заведующей ветеринарным участком а.Элькаркач она производила прививки, лечение заболевших животных. Проводила ветеринарные мероприятия по предупреждению и ликвидации яловости маточного поголовья и выращиванию здорового молодняка, брала кровь для исследования на бруцеллёз, лейкоз, лептоспиртоз, принимала участие при патологических родах, проводила предубойный осмотр животных и экспертизу мяса и молока.

Она в полном объеме средствами индивидуальной защиты не обеспечивалась, перчатки при проведении манипуляций рвались. Стирка и дезинфекция осуществлялись на дому. В период работы в вет.участке у неё было постоянное состояние вирусного заболевания (ГРИПП, ОРВИ), только очень частое. Появились боли в коленных, плечевых, локтевых, лучезапястных, тазобедренных, голеностопных суставах, боли в шейном отделе позвоночника, боли в поясничном отделе позвоночника с прострелами в нижние конечности, с онемением ног, головные боли, повышение артериального давления, и состояние постоянного озноба. В связи с указанными симптомами она с 1992 года по 2000 год обращалась в участковую больницу а.Эльтаркач, а также в Усть-Джегутинскую районную поликлинику, однако несмотря на её частые обращения за врачебной помощью состояние её здоровья ухудшалось и только в 2013 году она была направлена для обследования на бруцеллез в РГБЛПУ «Карачаево-Черкесскую Республиканская Инфекционная Клиническая больница», где ей был поставлен диагноз - Резидуальный бруцеллез. При этом в случае своевременного направления на обследование по бруцеллезу указанное заболевание было бы выявлено ещё в период её работы в должности заведующей вет.участка. Впоследствии истец неоднократно лечилась стационарно в РГБЛПУ «Карачаево-Черкесская Республиканская Инфекционная Клиническая больница». Вышеуказанные доводы истицы подтверждаются выписными эпикризами и медицинскими картами стационарного больного, справками.

Так, согласно справкам РГБУ «Усть-Джегутинской районной ветеринарной станции по борьбе с болезнями животных» № 36 от 14.05.2014 года, во время работы ФИО1 заведующей Эльтаркачским ветеринарным участком Усть-Джегутинского района в 1993-1994 годах регистрировался бруцеллёз крупного рогатого скота (КРС) принадлежащего гражданам в ауле Эльтаркач: в 1993 г. исследовано 634 головы КРС, из них выявлено положительно реагирующих на бруцеллёз 57 голов КРС; в 1994 г. исследовано 656 голов КРС, из них выявлено положительно реагирующих на бруцеллёз 30 голов КРС. Результаты исследований выписаны из журнала регистрации противобруцеллёзных мероприятий и экспертиз Карачаево-Черкесской Республиканской ветеринарной лаборатории.

Согласно справки РГБУ «Усть-Джегутинской районной ветеринарной станции по борьбе с болезнями животных» №47 от 10.07.14 у ФИО1, проживающей в 

<

адрес>, во время её проживания в ауле Эльтаркач 

<

адрес> в 1991-1994 гг. в личном подсобном хозяйстве не регистрировался бруцеллёз крупного рогатого скота.

10 сентября 2014 года была составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО1, которая утверждена главным государственным санитарным врачом по Карачаево-Черкесской Республики.

Порядок оформления санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника установлен Инструкцией по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной Приказом Роспотребнадзора от 31.03.2008 № 103.

При составлении санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника применяется руководство Р 2.2.2006-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда», утвержденное Роспотребнадзором 29.07.2005.

В соответствии с пунктом 4.2 данного Руководства, исходя из степени отклонения фактических уровней факторов рабочей среды и трудового процесса от гигиенических нормативов, условия труда по степени вредности и опасности условно подразделяются на 4 класса.

Условия труда с 4-м классом опасности соответствуют экстремальным: «Опасные (экстремальные) условия труда (4 класс) характеризуются уровнями факторов рабочей среды, воздействие которых в течение рабочей смены (или ее части) создает угрозу для жизни, высокий риск развития острых профессиональных поражений, в т.ч. и тяжелых форм». 

Как установлено судом, трудовая деятельность ФИО1 протекала в вышеуказанных экстремальных условиях около 1 года 3 месяцев 15 дней, что является высокой степенью риска заражения на работе.

Согласно заключению санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) следует, что условия труда относятся к 4 классу опасности по биологическому фактору. При выполнении должностных обязанностей заведующей ветеринарным участком а.Эльтаркач в режиме работы с неблагополучным поголовьем по бруцеллезу крупного рогатого скота на вет.участке в а.Элькаркач Усть-Джегутинского района КЧР, при отсутствии условий для соблюдения мер личной биологической безопасности, недостаточном обеспечении СИЗ и дезинфекционными средствами, имел место контакт с биоматериалом от неблагополучного поголовья КРС по бруцеллезу, в результате чего было возможным заражение бруцеллёзом у ФИО1

Установленный диагноз - хроническое профессиональное заболевание может быть изменен или отменен исключительно центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы. 

Вместе с тем, судом установлено, что своего заключения от 21.08.2015 года в отношении ФИО1 РГБЛПУ «КЧР инфекционная клиническая больница» не уточняло и не отменяло.

В процессе рассмотрении дела для подтверждения или опровержения обстоятельств, по ходатайству представителя ГУ РФ ФСС РФ по КЧР судом была назначена судебно-медицинская экспертиза Федеральному государственному бюджетному научному учреждению «Научно-исследовательский институт медицины труда» (ФГБНУ «НИИ МТ») Российской академии медицинских наук, г. Москва.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 42 от 14.11.2017 года, выполненному экспертами ФГБНУ «НИИ МТ» ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 следует, что заболевание «Резидуальный бруцеллез», впервые диагностированный у ФИО1 в 2013 году, не связан с её профессиональной деятельностью в должности заведующей Эльтаркачским ветеринарным участком в период с 28.05.1993 года по 13.09.1994 года.

В соответствии с положениями ст. 79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Согласно ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Выводы экспертов могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными.

Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта.

В соответствии с ч. 1 ст. 87 ГПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

Стороной истца заявлено ходатайство о признании данного заключения судебно-медицинской экспертизы № 9 от 14 марта 2017 года, проведенное Федеральным Государственным Бюджетным Научным Учреждением «Научно-исследовательский институт медицины труда» недопустимым доказательством в связи с допущенными нарушениями требований гражданского процессуального законодательства и Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Норма ч. 1 ст. 12 ГПК Российской Федерации, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в части первой статьи 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

Согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; согласно части второй данной статьи никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Определением Черкесского городского суда КЧР от 10 января 2019 года по ходатайству истца была назначена повторная судебно-медицинская экспертиза, производство экспертизы поручено ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья», находящегося по адресу в г. Санкт – Петербург.

Из заключения эксперта № 2019\14 от 19 марта 2019 года Федерального бюджетного учреждения науки «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» (ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья») следует, что на вопрос суда: Связано ли заболевание «резидуальный бруцеллез» с профессиональной деятельностью ФИО1 в должности заведующей Эльтаркачским ветеринарным участком в период с 28.05.1993 года по 13.09.1994 года? Эксперты ответили: Заболевание «резидуальный бруцеллез» ФИО1 связано с её профессиональной деятельностью в должности заведующей Эльтаркачским ветеринарным участком в период с 28.05.1993 года по 13.09.1994 года.

Оценивая заключение экспертиз, суд проверяет полноту проведенного исследования, наличие ответов на все поставленные судом в определении о назначении экспертизы вопросы, соответствие предмета экспертного исследования назначенному виду экспертизы. 

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимосвязь доказательств в их совокупности.

Таким образом, экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Как видно из исследованного заключения судебно-медицинской экспертизы № 2019\14 от 19 марта 2019 года Федерального бюджетного учреждения науки «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья», 

по мнению экспертов, следует учитывать реальные обстоятельства дела. Если бы среди работников ветеринарного учреждения, в котором в 1992 - 1994 гг. работала ФИО1, ежегодно проводились периодические медицинские осмотры, в ходе которых проводилась бы аллергологическая диагностика бруцеллеза, если бы медицинская документация об активных обращениях больной за период до 2004 г. не терялась бы при неизвестных на сегодняшний день обстоятельствах, то диагноз бруцеллеза был бы установлен больной своевременно, и информация о его установлении поступила бы в систему санэпиднадзора гораздо раньше. Однако, медицинские учреждения по месту жительства больной работали с существенными недостатками, что привело к неадекватно поздней диагностике бруцеллеза уже в стадии последствий возникшего много лет назад заболевания.принципиальных возражений по установлению у больного диагноза резидуального бруцеллеза на основании вышеприведенных данных обследования у экспертов нет. Результаты проведенной аллергологической диагностики свидетельствуют однозначно о наличии у больного последствий перенесенного в достаточно отдаленном прошлом бруцеллеза.

Также заключением судебно-медицинской экспертизы № 2019\14 от 19 марта 2019 года установлено, что ФИО1 работала с 1992 по 1994 гг. в условиях недопустимо высокого риска профессионального заражения бруцеллезом от сельскохозяйственных животных, находившихся в зоне обслуживание ветеринарной организации, где она трудилась в указанное время. В связи с игнорированием работодателем обязанности ежегодного проведения периодических медицинских осмотров начало заболевания больной бруцеллезом не было своевременно и адекватно документировано. Сохранившаяся с 2004 г. медицинская документация свидетельствует, что начало заболевания больной бруцеллезом относится к более раннему периоду времени (до 2004 г.), на который как раз и приходится работа больной Усть-Джегутинской Райветстанции и ветеринарном участке аула Эльтаркач. Проведенное сотрудниками ветеринарного надзора и Роспотребнадзора расследование обстоятельств заражения ФИО1 бруцеллезом привело к выводу о том, что заражение произошло в период её работы начальником ветеринарного участка аула Эльтаркач, путь заражения - профессиональный. На основании указанных обстоятельств врачебная комиссия по экспертизе связи заболевания с профессией правомерно и обосновано установила связь выявленного у больной резидуального бруцеллеза с профессиональной деятельностью.

В ветеринарном учреждении по месту работы ФИО1 при этом не проводился обязательный инструктаж по правилам техники безопасности и использованию средств индивидуальной защиты, соблюдению противобруцеллезного режима, отсутствовали питьевое водоснабжение и умывальники; работники ветеринарного надзора не обеспечивались спецодеждой и средствами индивидуальной зашиты; отмечалось недостаточное обеспечение моющими и дезинфицирующими средствами; отсутствовала централизованная дезинфекция, стирка спецодежды проводилась в домашних условиях, медицинская аптечка отсутствовала.

Заключением судебно-медицинской экспертизы № 42 от 14.11.2017 года, выполненному экспертами Федерального государственного бюджетного учреждения «Научно-исследовательский институт медицины труда» Российской академии медицинских наук, экспертами дана некорректная оценка имеющимся в материалах гражданского дела медицинским документам, нет сведений о содержании и результатах исследований с указанием примененных методов, а также оценки результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. Тогда как, эксперты должны были проанализировать все имеющиеся медицинские документы исследования, так эти исследования имеют обоснованность в определении последствий бруцеллеза, диагноз которого уже был поставлен медицинскими исследованиями.

Так в судебном заседании установлено, что в соответствии с рекомендациями своего лечащего врача истец обратилась в РГБЛПУ «Карачаево-Черкесская республиканская инфекционная клиническая больница», куда она была госпитализирован. По результатам обследования в данном лечебном учреждении, и согласно представленным выпискам из истории болезни ФИО1 РГБЛПУ «КЧР инфекционная клиническая больница» истице поставлен диагноз «Резидуальный бруцеллез», обострение, с сочетанными поражениями локомоторного аппарата, периферической нервной системы, психоорганическими изменениями личности, обострение». Если бы ей было известно о том, что имеется возможность пройти медицинское обследование в конкретном медицинском центре по программе специализированной бесплатной медицинской помощи, она непременно бы этим воспользовалась. 

Согласно статьи 16 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ застрахованный имеет право на обеспечение по страхованию в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом; самостоятельное обращение в лечебно-профилактические учреждения государственной системы здравоохранения и учреждения медико-социальной экспертизы по вопросам медицинского освидетельствования и переосвидетельствования.

Статьей 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право каждого гражданина на медицинскую помощь.

Частью статьи 21 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ предусмотрено право пациента на: выбор врача и выбор медицинской организации в соответствии с настоящим Федеральным законом; профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям; получение консультаций врачей-специалистов.

Также указанным законом предусмотрено оказание специализированной медико-санитарной помощи осуществляется и в случае самостоятельного обращения гражданина в медицинскую организацию, в том числе организацию, выбранную им в соответствии с частью 2 настоящей статьи, с учетом порядков оказания медицинской помощи.

Довод ответчика при отказе в назначении истице страховых выплат, связанный с тем, что деятельность профпатологического отделения, открытого на базе РГБЛПУ «Карачаево-Черкесская республиканская инфекционная клиническая больница» не соответствует Порядку оказания медицинской помощи при острых и хронических профессиональных заболеваниях, утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 13.11.2012 № 911н», несостоятелен.

Совместным приказом Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Карачаево-Черкесской Республике № 128 от 19.11.2013 г. и Министерства здравоохранения Карачаево-Черкесской Республики № 404-О от 18.11.2013 г. «О мерах по улучшению диагностики бруцеллеза и проведению противоэпидемических мероприятий в Карачаево-Черкесской Республике» с 01.01.2014 г. в Карачаево-Черкесской Республике на базе РГБЛПУ «Карачаево-Черкесская инфекционная больница» организованы специализированные койки по экспертизе профессиональной патологии бруцеллеза в составе инфекционного 2-го взрослого отделения и открыт республиканский центр по диагностике, лечению и профессиональной экспертизе бруцеллеза, определены Порядок выявления больных бруцеллезом и Порядок направления больных в Республиканский центр по диагностике, лечению и профессиональной экспертизе бруцеллеза.

Данным приказом также утверждено Положение о республиканском центре по диагностике, лечению и профессиональной экспертизе бруцеллеза на базе РГБЛПУ «Карачаево-Черкесская инфекционная больница», которым утвержден состав межведомственной клинико-экспертной комиссии. Председателем межведомственной клинико-экспертной комиссии утверждена ФИО12, главный внештатный профпатолог МЗ КЧР, заместителем комиссии – ФИО13

Согласно п.1 раздела «Общие положения» приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от №502н «Об утверждении порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации» определено, что врачебная комиссия медицинской организации (далее - врачебная комиссия) создается в медицинской организации в целях совершенствования организации оказания медицинской помощи гражданам. Врачебная комиссия создается на основании приказа руководителя медицинской организации. Положение о врачебной комиссии (подкомиссии врачебной комиссии), регламентирующее цели, задачи и функции врачебной комиссии (ее подкомиссий), порядок работы, учета и представления отчетности по итогам деятельности, и состав врачебной комиссии (ее подкомиссий) утверждаются руководителем медицинской организации.

Состав врачебной комиссии по установлению профессионального заболевания утвержден приказами РГБЛПУ «Карачаево-Черкесская республиканская инфекционная клиническая больница» № 50-О от 15.01.2014 г., № 86-О от 20.10.2014 г., № 99-О от 30.10.2015 г.

Заключительный диагноз хронического профессионального заболевания - Резидуальный бруцеллез был комиссионно установлен комиссией в составе председателя ФИО12, членов комиссии ФИО14 – врача-инфекциониста и ФИО13 – врача-профпатолога, что подтверждается Медицинским заключением № 35 от 21.08.2015 года.

Из представленных в материалы дела письменных доказательств установлена причинно-следственная связь заболевания истицы с воздействием на неё вредного фактора (факторов) производства. Данный вывод подтверждается извещением об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания.

В настоящее время основополагающими нормативными документами, определяющими порядок проведения экспертизы связи заболевания с профессией являются: Положение об учете и расследовании профессиональных заболеваний, утвержденное Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 г. № 967, Приказ Министерства здравоохранения РФ № 911 н от 13 ноября 2012 г. «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи при острых и хронических профессиональных заболеваниях». Данные нормативные документы предусматривают возможность проведения экспертизы связи заболевания с профессией как в центре профессиональной патологии, так и в отделении профессиональной патологии, действующем в составе крупного многопрофильного медицинского учреждения.

Согласно п. 13 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967, Учреждение здравоохранения, установившее предварительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (отравление), в месячный срок обязано направить больного на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (центр профессиональной патологии, клинику или отдел профессиональных заболеваний медицинских научных организаций клинического профиля) (далее именуется - центр профессиональной патологии).

Таким образом, в соответствии с действующими нормами экспертизу связи заболевания с профессией могут проводить как центры профессиональной патологии, так и отделения профессиональной патологии.

Ответчиком в ходе рассмотрения спора не было представлено доказательств, свидетельствующих о том, что истцу разъяснялось о том, что ему необходимо обратиться в какой – либо определенный Центр профпатологии для установления заключительного диагноза в связи с профессиональным заболеванием.

Суд считает, что ФИО1 является участником гражданских правоотношений, и её права не должны ущемляться и ставиться в зависимость от невыполнения, либо ненадлежащего выполнения работодателем своих обязанностей, возложенных законом. 

Таким образом, ФИО1 работая в должности заведующей ветеринарным участком аула Эльтаркач РГУ «Усть-Джегутинская районная ветеринарная СББЖ», действовала в соответствии с требования предъявляемыми к обслуживанию крупного рогатого скота, в интересах работодателя и независимо от своих должностных обязанностей, однако работодатель не выполнил возложенные на него обязанности по направлению работников на медицинский осмотр и незамедлительное выявление заболевания.

В силу ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Доказательств, свидетельствующих о незаконности комиссионного заключения РГБЛПУ «Карачаево-Черкесская республиканская инфекционная клиническая больница» и извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания, ответчиком не представлено.

В любом случае право истца на получение гарантированного ст.7 и ст. 39 Конституции РФ социального обеспечения вследствие профессионального заболевания не может быть поставлено в зависимость от несогласованности действий органов государственной власти по вопросам, отнесенным к их компетенции и нарушения допущены не истцом, заключительный диагноз истцу был установлен учреждением здравоохранения, обладающем правом установления диагноза.

Таким образом, судом достоверно установлено, что ФИО1 получила повреждение здоровья от воздействия неблагоприятных факторов в период работы в в должности заведующей ветеринарным участком аула Эльтаркач РГУ «Усть-Джегутинская районная ветеринарная СББЖ» с 28.05.1993 года по 13.09.1994 год.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилу ст. 67 ГПК РФ в их совокупности, руководствуясь положениями Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967, на основании объяснений лиц, участвующих в деле, представленных документов, пришел к выводу о том, что оснований сомневаться в правильности установленного ФИО1 заключительного диагноза профессионального заболевания, указанного в акте о случае профессионального заболевания от 06.10.2015г., не имеется. Порядок установления наличия профессионального заболевания, предусмотренный Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, нарушен не был, суд полагает доказанным факт непрерывного воздействия вредных производственных факторов на здоровье ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей и, установив причинную связь между повреждением здоровья и воздействием вредных производственных факторов, признаёт право ФИО1 на получение обеспечения по государственному страхованию возникшим. Установленный диагноз - хроническое профессиональное заболевание может быть изменен или отменен исключительно центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы, принимая во внимание, что истцом были представлены надлежащие документы, подтверждающие в установленном законом порядке профессиональный характер имеющегося у него заболевания, при этом, Акт о случае профессионального заболевания, заключительный диагноз ответчиком не оспорены, исходя из того, что в силу п. 5 приведенного выше Положения профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ в суд первой инстанции не представлено доказательств, безусловно свидетельствующих о необоснованности требований или опровергающих доказательства, представленные истцом ФИО1 и имеющихся в материалах дела.

При таких обстоятельствах дела, учитывая вышеизложенное, оценив совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, в том числе и вышеуказанные заключения судебно-медицинских экспертиз, принимая во внимание, что у истицы имелись все предусмотренные нормами действующего законодательства основания для назначения страхового обеспечения ввиду имеющегося у неё повреждения здоровья, связанного с исполнением трудовых обязанностей и подтвержденного в установленном порядке, суд пришел к выводу об обоснованности заявленных ФИО1 требований.

Согласно уточнений исковых требований ФИО1 об обязании ответчика назначить ей единовременную и ежемесячные страховые выплаты с 06 октября 2015 года с последующей индексацией в соответствии с действовавшим на дату наступления страхового случая законодательством, и доводов стороны ответчика о необоснованности данных уточнений, суд приходит к следующему.

В соответствии с действовавшей редакцией на 06 октября 2015 года (дата наступления страхового случая с ФИО1) пункта 5 статьи 12 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» если страховой случай наступил после окончания срока действия трудового договора, по желанию застрахованного учитывается его заработок до окончания срока действия указанного договора либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

ФедеральнымHYPERLINK "garantf1://71195406.263/" законом от 29 декабря 2015 г. № 394-ФЗ пункт 5 статьи 12 настоящего Федерального закона изложен в новой редакции, вступающей в силу с 1 января 2016 г. - если страховой случай наступил после окончания срока действия трудового договора, а также гражданско-правового договора, предметом которого являлись выполнение работ и (или) оказание услуг, договора авторского заказа и в соответствии с указанными договорами предусматривалась уплата страховых взносов страховщику, ежемесячная страховая выплата исчисляется из заработка застрахованного до окончания срока действия указанного договора.

Таким образом, изменения в порядке исчисления ежемесячных страховых выплат, произошедшие за период рассмотрения гражданского дела, значительно ухудшили положение пострадавшей вследствие профессионального заболевания ФИО1 

Согласно ст.4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие только в случае, когда это прямо предусмотрено законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы по гражданскому делу состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов, в том числе по проведению судебной экспертизы при вынесении решения является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования (Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 88-0-0 от 19.01.2010).

Таким образом, из содержания указанных выше норм следует, что возмещение судебных издержек должны быть осуществлены той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, в данном случае в пользу истца.

Как видно из материалов дела, по настоящему делу, была проведена судебно-медицинская экспертиза ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья». Определением Черкесского городского суда оплата расходов по проведению экспертизы была возложена на истца. 

21 мая 2019 года за № 78-50/02-638-19 с материалами настоящего дела, заключением эксперта № 2019\14 от 19 апреля 2019 года ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» поступило ходатайство директора ФИО15 о возмещении ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» расходы, понесенные в связи с производством заочной судебно-медицинской экспертизы, в размере 50 000 рублей 00 копеек. В данном случае, истец в судебном заседании подтвердила, что ею не произведена оплата услуг экспертов. Поскольку в данном исковые требования ФИО1 удовлетворены, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, суд полагает необходимым взыскать с ответчика ГУ-РО ФСС РФ по КЧР судебные расходы, понесенные в связи с производством судебно-медицинской экспертизы, в размере 50 000 рублей 00 копеек. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 12, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике о признании права на обеспечение по социальному страхованию е удовлетворить. 

Признать право ФИО1 на обеспечение по социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием «резидуальный бруцеллез», полученным в период работы в должности заведующей ветеринарным участком аула Эльтаркач РГУ «Усть-Джегутинская районная ветеринарная СББЖ», повлекшим утрату 60-ти процентов профессиональной трудоспособности с 06 октября 2015 года. 

Обязать Государственное учреждение - Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике назначить ФИО1 единовременную и ежемесячные страховые выплаты с 06 октября 2015 года с последующей индексацией в соответствии с действовавшим на дату наступления страхового случая законодательством.

Взыскать с Государственного учреждения - Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике в пользу Федерального бюджетного учреждения науки «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» расходы, понесенные в связи с производством судебно-медицинской экспертизы, в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с Государственного учреждения Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике в пользу муниципального образования г. Черкесска судебные издержки, связанные с рассмотрением дела в виде государственной пошлины в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Карачаево-Черкесской Республики с подачей апелляционной жалобы или представления через Черкесский городской суд КЧР в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме. Мотивированное решение изготовлено в совещательной комнате.

Судья Черкесского городского суда КЧР Т.С. Панаитиди