№ 44-У-66/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Свердловского областного суда

г. Екатеринбург 20 июня 2018 года

Президиум Свердловского областного суда в составе: председательствующего, Дмитриева В.А., членов президиума Суханкина А.Н., Жернова С.Р., Смагиной И.Л., Поляковой Т.Н., с участием заместителя прокурора Свердловской области Чуличкова Д.В., осуждённого ФИО1 и его защитника - адвоката Обухова А.С., при секретаре Демановой Ю.А. рассмотрел в открытом судебном заседании посредством использования системы видеоконференц-связи материалы уголовного дела по кассационным жалобам осуждённого К., адвоката Обухова А.С. о пересмотре приговора Сухоложского городского суда Свердловской области от 30 июня 2016 года, которым

К., родившийся ( / / ), несудимый,

осуждён по:

- ч. 1 ст. 222 УК Российской Федерации к 1 году 3 месяцам лишения свободы, 

- ч. 1 ст. 2221 УК Российской Федерации к 1 году 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 20000 рублей,

- ч. 1 ст. 222 УК Российской Федерации к 1 году 3 месяцам лишения свободы, 

- ч. 1 ст. 105 УК Российской Федерации к 8 годам лишения свободы,

на основании ч. 3 ст. 69 УК Российской Федерации путём частичного сложения наказаний к 10 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 20 000 рублей.

Срок наказания исчислен с ( / / ), в срок наказания зачтено время содержания под стражей с ( / / ) по ( / / ).

Заслушав доклад судьи Башкова А.В., выслушав выступление осуждённого К., адвоката Обухова А.С., мнение прокурора Чуличкова Д.В., президиум 

УСТАНОВИЛ:

Согласно приговору, К. признан виновным в том, что:

- в период с 00:00 01.01.2014 по 11:20 16.03.2016 незаконно приобрёл: автомат ФИО2 (АК74) 1986 года выпуска, автомат ФИО2 (АКС74У) 1987 года выпуска, 62 патрона калибра 5, 45 мм, из которых 29 патронов, снаряжённые трассирующей пулей, самозарядный охотничий карабин «Сайга», 21 патрон, являющиеся охотничьими патронами для нарезного огнестрельного оружия, боевую ручную осколочную наступательную гранату РГ-42, и хранил их в гараже, расположенном по адресу: ..., район станции Кунара, №IV-12, до момента изъятия в ходе обыска,

- незаконно приобрёл в вышеуказанный период времени боевой унифицированный запал ручных гранат УЗРГМ-2 – штатное средство взрывания гранат РГ-42, которое хранил также по вышеуказанному адресу до момента его изъятия в ходе обыска,

- убил, то есть умышленно причинил смерть З. в период с 10:00 27.05.2015 до 11:00 28.05.2015, и в этот же период времени незаконно приобрёл – незаконно завладел нестандартным (самодельным, переделанным) оружием калибра 9 мм, с установленными в нём 2 патронами калибра 9 мм. к пистолетам ФИО3 и ФИО4, являющихся боеприпасами, которое после совершения убийства в период с 10:00 27.05.2015 до 17:30 16.03.2016 незаконно хранил при себе, затем привёз и скрыл в реке Кунара у плотины, расположенной напротив дома по адресу: ..., ... (т. 4 л.д. 29-31). 

В кассационной жалобе осуждённый К. просит приговор изменить: переквалифицировать его действия с ч. 1 ст. 105 УК Российской Федерации на ч. 1 ст. 108 УК Российской Федерации, в части его осуждения по ч. 1 ст. 222 УК Российской Федерации приговор суда отменить, производство по делу прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации за отсутствием в его действиях состава преступления. Считает, что он лишил жизни З. в ходе нападения потерпевшего на него. Полагает, что суд первой инстанции дал неверную оценку его показаниям, действиям каждого из участников событий, в том числе ошибочно признал его инициатором конфликта. Не соглашаясь с осуждением за приобретение и хранение пистолета, утверждает, что умысла на приобретение и хранение пистолета, принадлежащего З., у него не было. Отмечает, что завладел оружием в ходе обороны от действий З., что, по его мнению, не образует приобретения оружия. Обращает внимание, что после лишения жизни З. он пистолет не хранил, разукомплектовал его и выбросил в реку в ночь с 27 на 28 мая 2015года. 

В кассационной жалобе адвокат О. просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение, либо изменить по доводам жалобы. Указывает, что выводы суда о хранении К. оружия противоречат материалам уголовного дела. Обращает внимание, что приговор в данной части основан только на показаниях его подзащитного, который последовательно утверждал о том, что оружие он выкинул в водоём сразу после самообороны. При таких обстоятельствах защитник оспаривает правильность вывода суда о хранении К.Д.ВБ. оружия до момента его непосредственного задержания. Приводя содержание п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12марта 2002 года № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств», отмечает, что К. не прятал пистолет в тайнике или в иных местах, обеспечивающих его сохранность, а разукомплектовал его и выкинул в водоём. Адвокат не согласен с квалификацией действий К. как незаконное приобретение пистолета, считая, что К. оборонялся от нападения З. – выхватил пистолет. Защитник, ссылаясь на пп. 8-17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», утверждает, что К. были соблюдены все условия правомерности необходимой обороны, а само право на необходимую оборону у него возникло. Полагает, что судом нарушены нормы уголовно-процессуального права, в части указания в приговоре на мотив совершения убийства, а также в не проведении судебно-психиатрической экспертизы в отношении своего подзащитного на предмет определения его вменяемости на момент совершения инкриминируемого ему деяния. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных жалоб, президиум приходит к следующему. 

Вопреки доводам жалоб вина осуждённого К. в умышленном причинении смерти З. установлена судом первой инстанции на основе исследования совокупности доказательств: показаний К., в части не противоречащей иным материалам дела, показаний свидетелей П., С.С., К.В., В., заключения судебно-медицинского эксперта №68т/16 от 20.04.2016, протоколов осмотра места происшествия, протокола опознания трупа, оценка которым дана в соответствии с требованиями ст. 88 УПК Российской Федерации. Версия К. о необходимой обороне тщательно проверялась судом и мотивировано отвергнута со ссылкой на конкретные установленные обстоятельства дела: характере травм, причинённых З. (пулевые ранения расположены как в передней, так и в задней части грудной клетки), отсутствии общественно-опасного нападения со стороны З. (оружие не находилось непосредственно у погибшего, действия З. не были внезапными и неожиданными). Довод защитника о необходимости проведения экспертизы в отношении его подзащитного не основан на требованиях закона и материалах дела. Последовательные показания К., его целенаправленные действия до и после совершения преступления не дают оснований сомневаться в его психическом здоровье и вменяемости на момент совершения убийства. Эти же данные, по обоснованному выводу суда, исключают наличие у него состояние аффекта в момент совершения убийства.

Вина К. в незаконном приобретении и хранении оружия: 2 автоматов, карабина, а также боеприпасов, боевой ручной осколочной наступательной гранаты, боевого унифицированного запала ручных гранат не оспаривалась им и его защитником в суде первой инстанции, подтверждается совокупностью доказательств, приведённых в приговоре, в том числе протоколом обыска от 16.03.2016, в ходе которого в гараже М. изъяты вышеуказанные предметы, ограниченные в обороте, показаниями М., К.А. 

Каждому из вышеуказанных деяний К. судом дана правильная юридическая оценка по ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 2221 УК Российской Федерации.

Отклоняя доводы жалоб об отсутствии в действиях К. незаконного приобретения оружия - нестандартного (самодельного, переделанного) оружия калибра 9мм, и патронов калибра 9 мм. к пистолетам ФИО3 и ФИО4, в количестве не менее 2 штук, являющихся боеприпасами, президиум отмечает следующее. По смыслу закона незаконное приобретение оружия – это их покупка, получение в дар или в уплату долга, в обмен на товары и вещи, присвоение найденного и т.п., а также незаконное временное завладение оружием в преступных либо иных целях, когда в действиях виновного не установлено признаков его хищения. 

Судом первой инстанции на основе исследованных в судебном заседании доказательств достоверно установлено, и не оспаривается в жалобах осуждённого и адвоката, что К. в ходе конфликта с З. незаконно, вопреки требованиям ФЗ «Об оружии», завладел (вооружился) нестандартным (самодельным, переделанным) оружием калибра 9мм., с 2 патронами калибра 9 мм. к пистолетам ФИО3 и ФИО4, которыми лишил жизни З. 

Учитывая правовой смысл закона, устанавливающего уголовную ответственность за незаконное приобретение оружия и боеприпасов, вышеуказанные незаконные действия К. по завладению оружием и боеприпасами в преступных целях получили правильную оценку со стороны суда по ч. 1 ст. 222 УК Российской Федерации. 

В то же время президиум приходит к выводу, что суд первой инстанции ошибочно квалифицировал как незаконное хранение оружия - действия К., совершённые с нестандартным (самодельным, переделанным) оружием калибра 9мм. после убийства З. 

В основу обвинительного приговора в данной части суд положил показания подсудимого К., которые последний дал как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании (т. 4 л.д. 37). К. последовательно настаивал на том, что после причинения смерти З., в ночь с 27 на 28.05.2015 он вышеуказанный пистолет разобрал и выкинул в .... В ходе осмотра места происшествия в ... оружие не найдено (т. 1 л.д. 152-156). Эти показания в ходе следствия и судебного заседания иными доказательствами не опровергнуты.

По смыслу закона под незаконным хранением огнестрельного оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств следует понимать сокрытие указанных предметов в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность.

При таких обстоятельствах выводы суда о незаконном хранении, перевозке и сокрытии в ... нестандартного (самодельного, переделанного) оружия калибра 9мм. противоречат приведённым в приговоре доказательствам и правовому смыслу уголовного закона, предусматривающим уголовную ответственность за незаконное хранение оружия.

В этой связи приговор подлежит изменению: из него подлежит исключению осуждение К. за незаконное хранение в период с 27.05.2015 по 16.03.2016 нестандартного (самодельного, переделанного) оружия калибра 9 мм.

Ввиду уменьшения объёма обвинения наказание К. по ч. 1 ст. 222 УК Российской Федерации за незаконное приобретение нестандартного (самодельного, переделанного) оружия калибра 9 мм. и боеприпасов, подлежит смягчению, а следовательно, в меньшем размере следует назначить К. наказание и по совокупности преступлений.

Руководствуясь ст. 40114 и ч. 1 ст. 40115 УПК Российской Федерации, президиум

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Сухоложского городского суда от ( / / ) в отношении К. изменить:

- по ч. 1 ст. 222 УК Российской Федерации исключить осуждение К. за незаконное хранение в период с 27.05.2015 по 16.03.2016 нестандартного (самодельного, переделанного) оружия калибра 9 мм., считать его осуждённым за незаконное приобретение указанного оружия, наказание, назначенное за данное преступление, снизить до 1 года 1 месяца лишения свободы, а по совокупности преступлений по правилам ч. 3 ст. 69 УК Российской Федерации – до 10 лет 4 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 20000 рублей. 

В остальной части приговор суда оставить без изменений.

Председательствующий В.А. Дмитриев